Игра завершилась, исходу встречи подвели черту. Мягкий порыв морского бриза подхватил четверых игроков из зоны деревянных помостов и плавно перенёс их на палубу круизного лайнера.
Едва ноги игроков коснулись твёрдой поверхности, женщина-судья нервно бросила взгляд на стеклянные двери главного зала и, явно торопясь, сбивчиво выкрикнула:
— Счет, думаю, называть не нужно, все и так всё прекрасно видят. Объявляю: Игрок №23 одержал безоговорочную победу!
Среди толпы НПС пронёсся разочарованный гул.
Перед началом поединка многие поставили на Ли Бая, а отдельные простолюдины и вовсе поставили на кон всё своё имущество в надежде сорвать куш. Они даже успели распланировать, на что потратят деньги после схода на берег.
Но реальность в очередной раз спутала все карты — один поединок перечеркнул надежды десятков людей, разом изменив их судьбы.
На фоне замершей толпы любое движение мгновенно привлекало внимание.
Услышав вердикт, троица белокожих игроков тут же развернулась и бросилась дёру. По пути они налетали на аристократов и простолюдинов, сбивая тех с ног, отчего вокруг немедленно поднялся подлинный гвалт из проклятий.
Именно эти трое ранее исподтишка вставляли палки в колёса Ся Ихуэю.
В режиме «Личное присутствие» Ся Ихуэй должен был пробиться к начальной точке через засады морских монстров. Изначально чудовища были ослаблены, и расправа над ними не представляла для него особых трудностей. Однако всё оказалось гораздо опаснее: одна из тварей — едва не лишившая его жизни — появилась лишь потому, что эта троица выложила красные кристаллы за её призыв.
Подобное дерзкое вредительство было равносильно тому, чтобы плевать ему прямо в лицо.
Взгляд Ся Ихуэя обледенел. Он уже сделал шаг вперёд, намереваясь пуститься в погоню, как вдруг до него донёсся голос женщины-судьи. Подошва его обуви с резким скрипом притёрлась к палубе — он вынужденно замер.
— А красные кристаллы тебе больше не нужны? — сдавленно, почти сорвавшись на фальцет, выкрикнула она. Вид у неё был крайне рассеянный и взвинченный.
Ся Ихуэй поджал губы, в его глазах промелькнула тёмная тень. Он провожал тяжёлым взглядом убегающих игроков до тех пор, пока те не скрылись за стеклянными дверями главного зала. Лишь тогда опасный блеск в его взоре угас.
К моменту, когда он повернулся обратно к судье, от прежней лютой студёности не осталось и следа. На лице снова заиграла привычная ехидная ухмылка. Подойдя к ней практически вплотную, он оскалился:
— Ну отчего же, очень даже нужны! Я за них, между прочим, головой рисковал.
Почувствовав за этой ухмылкой затаённую угрозу, женщина-судья лишь желчно хмыкнула:
— Ха! Не думай, что раз выиграл, то я не найду на тебя управу. Забрать кристаллы — одно дело, ты попробуй теперь с ними уцелеть!
С нескрываемой злобой она пошарила в кармане и выгребла целую пригоршню алых прозрачных камней. Грубо впихнув их в ладонь Ся Ихуэя, она намеренно повысила голос на всю палубу:
— На, держи! Тут твои ставки и выигрыш. Пересчитай!
Завидев сверкающие гранями красные кристаллы, толпа ахнула. Глаза многих присутствующих вспыхнули откровенной алчностью, и они принялись смеривать Ся Ихуэя хищными, недобрыми взглядами.
Ся Ихуэй сжал кулак, в котором затаились камни. От такой откровенной провокации в нём закипела ярость — он едва удержался, чтобы не врезать этой твари прямо по лицу.
Но тут за его спиной кто-то встал. Высокая тень перекрыла свет и наложилась на силуэт Ся Ихуэя.
Судья, только что торжествовавшая свой мелкий триумф, мгновенно сдулась, наткнувшись на ледяной, уничтожающий взгляд подошедшего. Заметавшись, она низко опустила голову и кинулась прочь. Она мгновенно растворилась в толпе.
Наблюдатели, плетущие свои тёмные замыслы, точно очнулись от гипноза и поспешно отвели чересчур откровенные взоры. И хотя они перестали глазеть в упор, уходить никто не собирался. Напряжённое кольцо глазеющих продолжало смыкаться вокруг парней, и липкие, вороватые взгляды то и дело скользили по их фигурам.
Ся Ихуэй чуть повернул голову и негромко произнёс:
— Великий бог Чжан, постарайся постоять здесь и пересчитать кристаллы, хорошо? Я ненадолго отойду — надо сказать пару слов Ли Баю. Я быстро.
Глаза Чжан Цинюя потемнели. Забрав кристаллы, он действительно остался на месте, не сделав ни шага.
Глядя на его благородный, чистый профиль и опущенные ресницы, Ся Ихуэй ощутил горький укол в груди.
«Хоть бы после этого разговора... наши отношения с Чжан Цинюем остались прежними».
* * *
Тем временем на другом краю палубы Ли Бай и Сюй Суйсуй уже пришли в себя после испытания. Девушка держала в руках кусок хлеба и осторожно, мелкими укусами ела, восстанавливая израсходованные очки выносливости.
— У тебя есть зелье? — раздался сухощавый, прохладный мужской голос.
Сюй Суйсуй вздрогнула и растерянно подняла глаза на Ли Бая. Помявшись, она виновато пробормотала:
— Академик Ли... Мои лекарства полностью закончились. Вы сильно ранены? Я помню, при входе на эту призрачную карту видела, как в зоне простолюдинов кто-то торгует снадобьями втридорога. Пусть цены там бешеные, это неважно! Ваше здоровье для меня превыше всего...
Она не успела договорить. Прямо перед её лицом возник небольшой флакон.
Сосуд из прозрачного стекла имел идеальную изящную форму; солнечные лучи, преломляясь на гранях, заставляли его буквально светиться мягким золотом. Светлая жидкость внутри мерно покачивалась в такт лёгкой качке лайнера. Длинные, бледные пальцы Ли Бая небрежно удерживали флакон, отчего эта незамысловатая сцена казалась почти завораживающей.
Сюй Суйсуй в изумлении воззрилась на него. В её взгляде смешалось всё: трепетная благодарность, восторг, неисчерпаемая радость человека, чьи многолетние тайные чувства вдруг нашли неожиданный отклик, и глубокое оцепенение. Но сильнее всего читался панический страх — страх того, что это лишь сон.
— Академик Ли... — запнулась она, со страхом и надеждой выдыхая: — Это зелье... мне?
Её любовь длилась слишком долго — бесконечный, беспросветный путь во тьме, где не было ни намёка на взаимность. И вот теперь этот сверкающий флакон казался маяком, вспыхнувшим среди непроглядной ночи. В её душе, давно похоронившей любые надежды, снова затеплился огонёк. Но если эта искра угаснет, утянув за собой во мрак... Сюй Суйсуй знала: подобного удара её сердце просто не выдержит.
Ли Бай слегка прислонился к борту судна. Одной рукой он удерживал флакон, а второй пытался затянуть бинт на израненном плече. Действовать одной рукой было неудобно; сообразив это, он бросил попытки и лишь нахмурился, глядя на застывшую девушку:
— Забирай быстрее. Кому ещё, по-твоему, я его даю?
— Да, хорошо! — громко выкрикнула Сюй Суйсуй.
Трепетно приняв зелье обеими руками, она прижала его к груди. На глаза навернулись слёзы, а на губах расцвела ликующая улыбка. От движения мышц опалённая кожа на лбу отозвалась острой болью, и девушка мгновенно поморщилась, не смея больше двигать лицом.
Заметив свежий ожог у неё на лбу, Ли Бай настойчиво велел:
— Выпей сейчас же.
Она кивнула, но подкреплять слова делом не спешила. Бережно протерев стеклянный бок о подол, она принялась разглядывать его со всех сторон, точно величайшую драгоценность. Было очевидно, что этот обычный флакончик она намерена хранить до конца своих дней.
Глядя на её благоговейный трепет, Ли Бай сжал губы и ничего не сказал. Как раз в этот момент к ним подошёл Ся Ихуэй. Ли Бай, зацепившись за возможность сбежать от неловкой сцены, тут же переключил внимание на него.
* * *
Морской бриз взъерошивал волосы мужчин, стоящих у самого борта. Между ними повисла звенящая, неловкая тишина. Их нынешнее положение сложно было назвать дружеским, да и врагами они не являлись; не будь заключено пари, ни один из них не согласился бы пробыть рядом и пары минут.
Чат трансляции буквально взрывался от сообщений. Зрители с замиранием сердца ждали, о чём зайдёт речь:
«А-а-а-а, наконец-то! Чёрт, я до смерти боюсь всяких морских тварей, но ради этой разгадки пересилил себя и досмотрел до конца!»
«Неужели мы сейчас узнаем правду о том, что произошло тогда?! Молю, только без стекла, а то я не выдержу и разрыдаюсь! 😭😭😭»
«Великий бог Чжан ко всем холоден, но к Ся-Ся относится совсем иначе, так заботливо. Честно говоря, я не верил, что он мог заморозить Ся-Ся по своей воле, но тот иллюзорный мир сбил меня с толку... Заморозка — это уже факт, теперь хочется понять причину!»
«У меня лишь одно желание: какова бы ни была правда, держите себя в руках и не давите на Ся-Ся».
С момента завершения состязания прошло едва ли пять минут, но обстановка на палубе успела кардинально измениться. В зону, где раньше находились лишь простолюдины и аристократы, внезапно ворвался отряд вооружённых военных. Действуя жёстко и напролом, они принялись бесцеремонно вытеснять с площадки всех судей.
После такого вмешательства арбитрам стало не до проведения игр и не до сбора красных кристаллов. Побросав манатки, они убирались прочь с невероятной прытью — точь-в-точь как мыши при виде кота или уличные торговцы при появлении инспекции. За считаные мгновения от них не осталось и следа.
Игры прекратились, однако НПС не спешили расходиться. К этому моменту стало предельно ясно, кто из игроков представляет собой лёгкую добычу, а кто скопил богатое состояние. Тем более что количество красных кристаллов отображалось прямо на нагрудных значках игроков — утаить добычу было невозможно.
Число на значке Ся Ихуэя беззвучно изменилось: вместо цифры «50» теперь красовалась «70». Согласно условиям основного задания, выданного системой игры «Бесконечный побег», ему оставалось добыть ещё тридцать кристаллов, чтобы подняться на верхнюю палубу, запустить фейерверк и тем самым пройти призрачную карту «Бал кукол».
Окинув взором палубу, Ся Ихуэй решил прервать затянувшуюся паузу. Посмотрев на небо, он спросил:
— Который час?
— Два часа дня, — безэмоционально отозвался Ли Бай.
Ся Ихуэй нацепил безупречную дежурную улыбку:
— Как думаешь, что изменится в обстановке карты дальше?
— Аристократы сойдутся в схватке с простолюдинами. Игрокам останется ловить момент, выколачивать кристаллы и пробиваться на верхний ярус за фейерверками.
Ся Ихуэй попытался продолжить светскую беседу:
— А тебе без очков нормально видно?
— Прекрасно видно, не беспокойся, — Ли Бай косо взглянул на собеседника; выражение его лица стало весьма специфическим.
Прежде чем Ся Ихуэй успел выдать очередную глупость, Ли Бай бьёт наотмашь вопросом:
— Ты боишься?
— Ха-ха-ха! Вы только послушайте! Да кто я такой, чтобы бояться?! Ха-ха-ха-ха...
Ся Ихуэй хохотал так, будто услышал наисмешнейшую анекдотичную историю. Однако Ли Бай смотрел на него абсолютно равнодушно, и в конце концов Ся Ихуэю самому стало тошно от собственной наигранности. Усмешка моментально сошла с его лица, а согнутая от смеха спина выпрямилась. Приняв серьёзный вид, он мгновенно собрался.
Оценив эту перемену, Ли Бай равнодушно проронил:
— Если страшно, можешь не слушать.
Ся Ихуэй отрицательно качнул головой и небрежно заметил:
— Да кто знает, правду ты скажешь или вымысел. Возьму твои слова для справки, к чему тут страх?
Но вопреки браваде, его сердце предательски пропустило удар. Они были знакомы не так давно, но Ся Ихуэй успел изучить характер Ли Бая. Тот был чересчур прямолинеен, даже прямодушен до упрямства, и уж точно совершенно не умел врать.
А значит, услышанное сейчас с высокой вероятностью окажется подлинной правдой о той давней трагедии с криоконсервацией.
Эта мысль отозвалась в груди Ся Ихуэя глухим, учащённым стуком, который с каждой секундой нарастал, точно удары тяжёлого боевого барабана.