Раздался резкий щелчок, и тьму разрезал слепящий луч фонаря, высветив центральную часть комнаты.
Синь Чжу сидел верхом на бёдрах Ся Ихуэя. Бережно сжимая в ладонях его лицо, он целовал его трепетно, почти благоговейно, с дрожащими ресницами. Медленно приоткрыв глаза, Белобрысый бросил на вошедшего дерзкий, вызывающий взгляд.
Чжан Цинюй молчал.
Стоявший подле него Цзинь Юань в ужасе зажмурился:
— Простите! Я не знал, что вы тут...
Договорить он не успел: от стоящего рядом академического бога пахнуло таким ледяным мраком, что парень осекся на полуслове. Дрожа от страха, Цзинь Юань попятился за угол и сжался в комок, пытаясь стать невидимым.
Вспышка фонаря привела Ся Ихуэя в чувство. Почувствовав дикую неловкость от происходящего, он вознамерился сбросить с себя Синь Чжу, но не успел: напор сверху внезапно исчез.
Чжан Цинюй одной рукой сгреб Белобрысого за ворот и швырнул прочь.
Синь Чжу потерял равновесие. Фонарь в руках Цзинь Юаня метнулся к потолку, погрузив пол во тьму; запнувшись вслепую, Синь Чжу с грохотом полетел головой вперед прямиком в груду офисных кресел.
Чжан Цинюй протянул Ся Ихуэю ладонь.
Ся Ихуэй поднялся, с трудом подавляя желание закрыть лицо руками.
Комната, тьма, один мужчина верхом на другом, интимные жесты... Со стороны это выглядело не просто двусмысленно — казалось, они были на волосок от откровенного порока. Черт возьми, застань он сам подобное, неизбежно додумал бы лишнего. Не решит ли Чжан Цинюй, что он совсем потерял стыд?
— Ты только не пойми неправильно, — быстро заговорил Ся Ихуэй. — Мы просто дурачились, со стороны выглядит странно, но...
Фраза застряла в горле. В рассеянном свете фонарика он разглядел выражение лица Чжан Цинюя.
Тот не произнес ни слова, но скрыть ярость и глухую боль в его взоре было невозможно.
Чжан Цинюй злился. И страдальчески тосковал.
Сердце Ся Ихуэя ёкнуло от непонятного, смутного чувства. Прежде ему казалось, что они с Чжан Цинюем лишь шапочно знакомы — пересекались пару раз на пробных экзаменах, не более. Откуда же взялась эта глубокая связь?
Но реакция Великого бога говорила об обратном. Негодование и боль в его глазах захлестывали через край — даже в непроглядной тьме эта эмоция передавалась без слов.
Ся Ихуэй растерялся и осторожно спросил:
— Что с тобой?
Чжан Цинюй будто очнулся от оцепенения. Сжав губы так, что желваки на скулах заострились, он сделал шаг вперед. Подняв руку, он снова и снова стал настойчиво вытирать губы Ся Ихуэя.
— Эй... — губы зажгло от жестких прикосновений. Ся Ихуэй опешил: — Ты чего? Он же меня в щеку поцеловал!
Ладонь Чжан Цинюя замерла на миг, а затем переместилась на его щеку, растирая кожу.
— Успокойся ты...
— Не могу, — Чжан Цинюй шагнул вплотную и сгреб его в охапку, будто пытаясь врастить в себя, сжал до хруста. Наклонившись к самому уху, он негромко, но твердо повторил: — Я больше не хочу быть спокойным.
Ся Ихуэй застыл в его объятиях, чувствуя, как отключается мозг. Ни оттолкнуть, ни ответить — руки и ноги будто онемели.
Впрочем, шок овладел не только им, но и зрителями в чате трансляции.
[Чат трансляции]
[Цуйюэ Шуйюэ: Мать моя! Они обнялись?! Великий бог обнял Ся-Ся?! Скажите, что это не галлюцинация!]
[Синсин Шацзы: Это реальность, ты не бредишь! А-а-а-а! Все, с этой секунды я шипперю Великого бога и нашего гения! Пейринг Юйхуэй — канон, разбить невозможно!]
[Лянпи Цзяля S1: Честно говоря, когда Синь Чжу поцеловал Ся-Ся, я хотел возопить, но тут вмешался Чжан Цинюй... ТРЕБУЮ ТРОЙНИЧОК!]
[Цзюйцзыцзю S0: У меня шок от Чжан Цинюя. Все эти дни он держался как святой созерцатель — ко всему равнодушен, испытания проходил на расслабоне. И тут выдает: «Я больше не хочу быть спокойным»! Он что, всё это время глушил в себе страсть к Ся-Ся?! Смятение!]
[Сайт «Самые длинные ноги»: Мужчина моей мечты сбежал с моим любимым стримером, а я ору от счастья? Ну и безумный мир.]
Из-за перевернутых кресел с трудом выбрался Синь Чжу. Утерев губы, он вскинул голову и увидел обнимающуюся пару.
Десять лет назад он видел подобное сотни раз. Тогда приходилось стискивать зубы и терпеть, но на сей раз — ни за что.
— Чжан Цинюй, отпусти его! Он мой!
Заметив, что соперник не только не разомкнул рук, но лишь сильнее прижал к себе Ся Ихуэя, Белобрысый взбесился. Скрипнув зубами, он рванулся вперед, намереваясь разорвать эти объятия.
Однако стоило ему коснуться Ся Ихуэя, как тело Синь Чжу сорвалось с места и взмыло в воздух. Раздался оглушительный глухой удар. Врезавшись спиной в стену, он выплюнул сгусток крови и чуть не потерял сознание от боли.
Цзинь Юань пискнул от ужаса и почти распластался по полу, мечтая обратиться в невидимку.
В его глазах всё выглядело однозначно: Чжан Цинюй применил навык и отбросил соперника с такой дурью, каковой не демонстрировал даже в боях с монстрами.
Академический бог взбесился.
Что происходит, когда человек, вечно холодный, как лед, теряет контроль над собой? При одной мысли об этом Цзинь Юаня била дрожь. Оказаться в эпицентре этой кровавой мелодрамы... Бедный Ся Ихуэй! Цзинь Юань мысленно зажег свечу за здравие своего лидера.
А вот сам «бедный Ся Ихуэй» вовсе не собирался пасовать. Уткнувшись носом в грудь Чжан Цинюя, он напряженно анализировал происходящее.
«Я больше не хочу быть спокойным»? «Он мой»?
В его памяти ничего подобного не сохранилось. Они явно скрывают нечто грандиозное, связанное с теми десятью годами, которые выпали из его воспоминаний.
Если Синь Чжу — действительно Экспериментальный объект №1... Трудно вообразить, через какой ад пришлось пройти чистому душой ребенку, чтобы превратиться в этого опасного безумца.
И какую роль во всей этой истории сыграл сам Ся Ихуэй?
В тишине он слышал, как гулко и часто стучит сердце Чжан Цинюя.
Ладонь Ся Ихуэя скользнула по его предплечью — под кожей перекатывались тугие, рельефные мышцы, исполненные скрытой мощи. Прежде Ся Ихуэй и сам мечтал подкачаться до таких форм, да всё времени не было, да и лень одолевала.
Мысли невольно вильнули в сторону: а не связывало ли их нечто большее? Была ли это интрижка на одну ночь или полноценный роман?
Чжан Цинюй идеален по всем параметрам — лицо, фигура, характер. Если они и впрямь согрешили в прошлом... что ж, неплохой выбор.
Размышления, стремительно уплывавшие в сторону пикантных категорий, прервал холодный механический голос:
[Обновление побочного квеста в инстансе №072.]
[Первый эшелон потерпел неудачу при прохождении побочной ветки.]
[До завершения Гаокао осталось 44 часа 40 минут. Просьба остальным игрокам приложить максимум усилий для выполнения задания!]
Компьютер!
Заботами этих двух ревнивцев он совсем забыл о главном! Ся Ихуэй решительно вырвался из рук Чжан Цинюя и бросился к терминалу.
Цзинь Юань, помявшись, мелкими перебежками вдоль стены тоже ринулся к столу — подальше от ауры двух разъяренных хищников.
— Кха-кха... — Синь Чжу оперся о стену, утирая кровь с подбородка, и ухмыльнулся Чжан Цинюю с явным вызовом.
— Ты переступил черту, — бросил Чжан Цинюй.
— В чувствах нет никаких черт, — с ядом выплюнул Синь Чжу. — Карта обнулена, мы начинаем с чистого листа. Посмотрим, кто первый его завоюет.
Чжан Цинюй смерил его равнодушно-сочувственным взглядом и отвернулся.
— Почему свет погас?! — взвыл Цзинь Юань. — Я-то надеялся с вашей командой пройти этот инстанс на халяву!
Он глянул на Ся Ихуэя и тут же прикусил язык. Выражение лица лидера было не менее жутким, чем у парней в углу.
Ся Ихуэй пару раз ударил по клавишам. Монитор оставался мертвым. Выхватив из рук Цзинь Юаня фонарик, он метнулся в коридор к щитку.
Вернулся он минут через пять, чернее тучи. Тяжело опустившись в кресло, процедил:
— Обесточили ввод. Вся школа без света.
Все было так близко, победа лезла в руки — и на тебе. Как тут не озвереть?
— Кто этот ублюдок?! — запричитал Цзинь Юань. Это явно чья-то подстава: не мог свет вырубиться именно в эту секунду случайно.
— Команда Ли Бая базировалась в электрощитовой, — сквозь зубы отозвался Ся Ихуэй. Но тут же нахмурился: — Нет, не сходится. Когда я отбирал Wi-Fi Pineapple в столовой, Ли Бай попал в окружение монстров. Даже если он вырвался, ему требовалось укрытие, а потом путь до щитовой... Он физически не успел бы.
— В начале игры я собрал пару примитивных раций, — подал голос Синь Чжу. — Перед экзаменом я встретил Ли Бая у кабинета директора и попросил его помочь с переустройством помещения. В качестве оплаты отдал одну из раций.
Синь Чжу виновато посмотрел на Ся Ихуэя:
— Извини. Я думал, это бесполезная игрушка.
Ся Ихуэй прижал ладонь к лбу, чувствуя подступающую головную боль:
— Но вокруг кипели монстры! Не мог же он на лету отбиваться от тварей и отдавать приказы рубить рубильник?
— Когда мы с Великим богом шли сюда, — несмело подал голос Цзинь Юань, — я видел цепочку огромных кувшинок от столовой до пруда с трупами. Вполне возможно, он выбрался через них.
Спрятаться среди гниющих тел, обмазаться чужой кровью, не обращая внимания на опарышей и мух...
Ли Бай — настоящий псих. Ся Ихуэй вздохнул, признавая очевидное.
Но раз свет отрезали, надо искать выход.
Ся Ихуэй повернулся к Синь Чжу:
— Если подать питание, прогресс сбросится или продолжит качаться?
— Сбросится к нулю, — ответил Белобрысый.
Заметив, как потемнело лицо Ся Ихуэя, он торопливо добавил:
— Но я уже навел мосты, данные сохранились в системе. Во второй раз дело пойдет куда быстрее. Если дадим ток, я свяжусь с внешним миром за два часа.
Ся Ихуэй сделал пару шагов по комнате, затем вскинул взор на Чжан Цинюя:
— Твои планы?
— С тобой, — лаконично отрезал тот.
Ся Ихуэй кивнул.
[Капитан утвердил заявку. Новый участник Первого эшелона: Чжан Цинюй.]
— Я против! — вскинулся Синь Чжу. — Я тоже капитан! У меня есть право вето?!
Чжан Цинюй даже не взглянул на него. Направив спокойный взор на Ся Ихуэя, он спросил:
— Куда идем?
— Школа стоит на острове, — ответил Ся Ихуэй, немного успокаиваясь. — Тут обязана быть резервная система — солнечные панели или гидрогенераторы. Надо проверить побережье.
— Идем, — кивнул Чжан Цинюй.
— Да никуда я с ним не пойду! — прорычал Синь Чжу.
Цзинь Юань сжался в угол, мысленно плача.
Ну за что ему всё это? Он чувствовал себя дворнягой, случайно забредшей в стаю лютых волков. Альфы грызутся за любовь прекрасного вожака, а он, несчастный пёс, гибнет в эпицентре этой бури.
О Пресвятые Боги! Поздно уже давать дёру, да?!