Чжан Цинюй вовсе не был склонен усложнять вещи. Не теряя времени на лишние размышления, он активировал навык и стал невозмутимо рассекать заполнившую пространство толпу.
Они мчались без помех, пролетев от края палубы прямо в главный парадный зал.
Впрочем, от былого порядка и величия там не осталось и следа. Белые НПС, дежурившие у входа, растворились без вести. Гости в панике метались из стороны в сторону: одни сбивались в испуганные кучки, другие бестолково носились по залу, а кто-то и вовсе пытался забиться под пышные скатерти тяжелых столов. Хаос накрыл помещение с головой.
Ся Ихуэй успел заметить в толпе того самого тучного аристократа, который не так давно налетел на него. Толстяк, смешно переваливаясь, изо всех сил улепетывал к лестнице на верхние палубы. Но едва он обогнул поворот, как наткнулся на что-то страшное и, сдавленно вскрикнув, кубарем покатился обратно вниз.
— Спасайся кто может! — в ужасе верещал он на весь зал. — Ополчение простолюдинов спускается сверху!
При этих словах вельможи Ся Ихуэю стало не до рассуждений о заморозке. Он лишь слегка приподнял бровь, и в его голове мгновенно сложилась картина происходящего.
Обычно выше третьего этажа располагались роскошные апартаменты знати, а ниже простирались скромные каюты бедноты. Похоже, сменившиеся условия инстанса подтолкнули угнетенный люд к бунту, превратив корабль в арену беспощадной резни. В таком хаосе удивляться ополченцам, наступающим с верхних ярусов, не приходилось — во время восстания безопасных мест не остается по определению.
Эти мысли пронеслись в голове за какую-то пару секунд.
Тем временем на пролёт третьего этажа уже высыпали первые группы бунтовщиков. Те, что попроще, вооружались чем попало: чугунными сковородами, тяжелыми стульями и деревянными скамьями; у парней покрепче в руках смугло блестели железные ломы и лопаты. Нашлись среди них и те, у кого в руках поблескивало огнестрельное оружие.
Грохнули два пистолетных выстрела.
Этот сухой треск послужил сигналом. Если до этого в зале царила просто суматоха, то теперь подпаленный фитиль окончательно подобрался к пороховой бочке. Потеряв остатки самообладания, толпа взорвалась оглушительными криками. Громче всех визжали знатные дамы.
Еще недавно они шествовали с величественным достоинством, выставляя напоказ безупречный макияж, сложные прически и роскошные наряды, сквозь которые проглядывало надменное превосходство. Теперь же все это слетело, как шелуха. Растрепанные волосы, потекшая краска, порванные шелка — под сорванными масками благородства обнажилась банальная, жалкая трусость.
Ся Ихуэй не намеревался тратить ни секунды на созерцание этой суматохи. Он резко повернулся к Чжан Цинюю и бросил:
— На третьем и четвертом этажах слишком жарко. Живо на второй!
Чжан Цинюй среагировал мгновенно. Не дав Ся Ихуэю закончить фразу, он левой рукой обнял его за талию, прижав к себе, а правой поддел под колени и легко подхватил на руки.
Ся Ихуэй даже не успел сообразить, как земля ушла из-под ног. Не успел он и слова вымолвить, как Чжан Цинюй оттолкнулся от пола и мотыльком взмыл в воздух, преодолевая по несколько метров за один прыжок.
Очевидно, сработал какой-то вспомогательный навык: Ся Ихуэй отчетливо ощутил, как мягкие импульсы энергии поддерживают их снизу, делая вес двух взрослых мужчин почти невесомым. Словно две пушинки, они вихрем пронеслись над головами паникующей толпы и выскочили к пролету, ведущему на второй этаж.
В этот момент ополчение простолюдинов как раз спускалось с третьего яруса. Заметив двоих человек, передвигавшихся со сверхчеловеческой скоростью, они пришли в ярость.
Бунтовщики вскинули стволы и открыли шквальный огонь на поражение.
Пальба загремела беспрестанно. Зал мгновенно превратился в адскую мышеловку, простреливаемую со всех сторон. Рикошеты и заплутавшие пули начали кромсать толпу. Кому-то повезло больше: получив ранение в ногу, они валились на пол и укрывались за мебелью. Другим повезло меньше — свинцовые жнецы размозжили им головы, оставив на паркете лишь кровавое месиво.
Сперва Ся Ихуэй затаил дыхание, опасаясь, что Чжан Цинюй подставится под случайную пулю. Но быстро взяв себя в руки, успокоился. Великому богу пули были не страшны: если он способен изменять траекторию собственных снарядов, то и чужие отклонить для него не составит труда. Главным для него было не ввязываться в затяжной бой, чтобы не терять драгоценное время инстанса.
Осознав это, Ся Ихуэй окончательно расслабился в чужих руках. В конце концов, привыкать к подобным пассажирским перевозкам ему было не привыкать — чай, не в первый раз.
Спустя мгновение Чжан Цинюй замер и бережно опустил Ся Ихуэя на ноги.
Второй этаж принадлежал простолюдинам, и убранство здесь разительно отличалось от роскоши верхних палуб. Грубые ковровые дорожки не пружинили под шагами так мягко, но главным отличием были двери и окна. Если на аристократических этажах каждый элемент интерьера напоминал изысканный готический антиквариат, радовавший глаз строгой эстетикой, то здесь все дышало сугубо практичным бытом. Простые, лаконичные конструкции без намека на излишества.
Впрочем, эта эстетическая разница Ся Ихуэя мало волновала. Простая и надежная дверь простолюдина внушала ему куда больше доверия, чем витиеватые замки дворянских покоев, при одном виде которых чесались кулаки выбить их к чертям.
— Быстрее! Они рванули вниз! — донеслись с лестницы нарастающие дикие крики.
Ся Ихуэй встряхнул головой, отгоняя посторонние мысли. Не время сравнивать дизайн дверей.
Шум погони приближался. Ся Ихуэй окинул взглядом коридор и досадно поморщился: все каюты были наглухо заперты. Но выход оставался. На кораблях пространство всегда экономили с умом, а под лестничными маршами почти всегда обустраивали неприметные кладовки для инвентаря. Их редко запечатывали на замок, да и в глаза они не бросались.
Ся Ихуэй не колеблясь юркнул в теневую зону возле лестницы. В глубокой темноте пролета разглядеть дверной проем было почти невозможно.
Сверху уже доносился тяжелый топот кованых сапог и скрежет железа по ступеням. Ся Ихуэй лихорадочно шарил руками по шершавой стене, ощущая, как внутри все сжимается от пружинящего напряжения.
В двух шагах сбоку едва слышно щелкнула петля.
Ся Ихуэй вздрогнул, но, разглядев силуэт Чжан Цинюя, нащупавшего заветный вход, облегченно выдохнул и жестом заставил того юркнуть внутрь первым.
Повстанцы были уже совсем близко. Захватив власть, эти парни не знали жалости: разгоряченные кровью, они готовы были крошить любого, будь то высокомерный лорд или вооруженный солдат.
Ся Ихуэй юркнул вслед за Чжан Цинюем и, заглянув внутрь чулана, едва не опешил.
Помещение оказалось катастрофически крошечным!
Он рассчитывал увидеть нечто вроде чулана под лестницей, в котором жил Гарри Поттер — тесное, но вполне пригодное для жизни местечко. Увы, реальность оказалась суровее кинематографа. Назвать эту конуру «маленькой» было бы слишком щедрым комплиментом. Если у Поттера была хоть и крошечная, но комната, то здесь имелся лишь закуток, едва способный вместить человеческое тело.
Когда туда зашел высокий Чжан Цинюй, места для Ся Ихуэя практически не осталось.
Потребовалась лишь доля секунды на раздумья. Ся Ихуэй пригнулся и с трудом втиснулся в щель, буквально выжав дверь за собой. Защелка встала на место с едва уловимым щелчком.
Глухие удары тяжелых сапог загремели прямо над головой, смешиваясь со скрежетом железных прутьев, которыми мятежники провели по перилам. Этот грохот отбивал ритм, странным образом совпадавший с бешеным пульсом в висках.
— Куда эти гады делись?!
— Проклятье, я же своими глазами видел, как они метнулись сюда! Они где-то рядом!
— Ломайте двери! Спрятались в одной из кают, больше негде!
Ся Ихуэй сознательно не стал углубляться в коридоры второго этажа, опасаясь наскочить на ополчение простолюдинов. Но он никак не ожидал, что разумная осторожность обернется такой пикантной клаустрофобной ловушкой.
Оба они обладали высоким ростом и длинными конечностями. Внутри узкого пространства им пришлось встать вплотную, переплетясь ногами.
В чулане пахло сыростью и старой ветошью. Воздух казался густым и тяжелым, грудь сжимало от удушья. Вдобавок ополчение простолюдинов вполне могло в порыве безумия обойти лестницу и заглянуть сюда. Напряжение достигало предела.
Чжан Цинюй стоял, едва откинувшись назад, и его прямая, сильная нога оказалась глубоко зажата между бедрами Ся Ихуэя. Ся Ихуэй поднял взгляд и столкнулся с его темными, глубокими глазами. В них не было страха — лишь бездонная, прохладная синева, подобная морозному зимнему небу.
Сердце Ся Ихуэя застучало с удвоенной силой, отбивая оглушительную дробь прямо в ушах.
Едва ли это был страх перед ополченцами — с ними они расправились бы без особого труда. Тогда отчего же так перехватило дыхание и почему так бешено колотится пульс?..
«Наверное, просто боюсь, что шум драки привлечет внимание остальных», — попытался убедить себя Ся Ихуэй.
Тем временем в чате трансляции зрители, еще недавно обсуждавшие шокирующие откровения лора, полностью переключились на происходящее на экране. Чат взрывался от азарта и молитв, хотя характер этих молений был довольно специфическим:
«Молю всех богов, Будду и Гуаньинь, спасите наших! Только бы их не нашли! Я не за Ся-Ся боюсь, он этим олухам сам наваляет! Я боюсь только одного!»
«Если их найдут, шипперам перекроют халявный сахар Юйхуэев!!!»
Увы, эти шутливые молитвы не имели никакой силы против суровой игровой реальности.
По коридору прокатился грохот выбиваемых дверей. И вдруг прямо над самым ухом Ся Ихуэя раздался торжествующий крик одного из мятежников:
— Эй, гляньте-ка! Под лестницей еще одна дверь!