Ся Ихуэй понятия не имел, что за катастрофа перевернула его картину мира, но прямо сейчас им руководил прошлый, изначальный принцип: своя шкура дороже.
Выходит, переломный момент наступил в промежутке между вспышкой эпидемии мутировавших особей и тем днём, когда он наткнулся на экспериментальный объект №57.
Стоило очертить этот временной отрезок, как хаос в голове улегся. Полная картина пока не складывалась, но туман заметно поредел. Остальное прояснится со временем — шаг за шагом.
Туман в иллюзии снова набрал густоту. Ся Ихуэй почувствовал, как горло обжигает сухим жаром, но не успел и слова вытолкнуть — Чжан Цинюй вскинул оружие и без колебаний спустил курок, целясь в темнеющий пролёт лестницы.
Пшик! — пуля с глухим влажным звуком вошла в плоть.
Ся Ихуэй решил, что Чжан Цинюй просто подстрелил очередную мутировавшую особь, и не стал вникать.
Туман начал таять, а с ним ушло и давящее чувство удушья.
Волна наплывала за волной, одна за другой с грохотом обрушиваясь на края деревянных помостов. Морской ветер, пропитанный запахом рыбы и крови, заставлял полы одежды хищно хлопать. Ся Ихуэй сделал осторожный шаг вперёд — помост подался вниз, и захлестнувшая его ледяная вода мгновенно промочила штанины.
На противоположной стороне кипел ожесточённый бой. Ли Бай и Сюй Суйсуй сошлись в схватке с исполинским морским чудовищем. Тварь возвышалась метров на десять, давя своей колоссальной тушей — на фоне монстра Ли Бай казался крошечной точкой. К тому же скользкая туша чудовища сводила на нет любые атаки: урона тот просто не получал. Отряд Ли Бая упёрся в босса, намертво увязнув в затяжном противостоянии.
За спиной монстра виднелся маленький ящик с вопросом, но подступиться к нему без победы над этой тушей было невозможно. Очевидно, их сражение затянется надолго.
Чат трансляции буквально взрывался от смеха и отчаянных молитв:
«Молю, пусть в этот раз выпадет лёгкий вопрос!»
«Ответит правильно — и отрыв по очкам станет просто разгромным!»
«Великие боги, упросите систему игры "Бесконечный побег" дать нашему Ся-Ся хоть какую-то поблажку! Ну без дикой жести, а-а-а!»
Зрители исходили паникой, но сам Ся Ихуэй сохранял ледяное спокойствие. Какую бы дичь ни выдавала игра «Бесконечный побег», у любого задания всегда существовало решение. Вопрос состоял лишь в том, сколько времени потребуется на его поиск.
Он развернул записку. На ней отпечаталась короткая строчка:
[Кого бы ты спас?]
Ся Ихуэй замер. Прежде чем разум успел обработать прочитанное, перед ним из воздуха возник небольшой тёмно-красный столик, на котором покоился прибор, подозрительно похожий на детектор лжи.
Следуя инструкции на обороте бумажки, Ся Ихуэй опустил пальцы в выемки на панели. Все пять пальцев встали идеально тютелька в тютельку, словно устройство изготавливали по индивидуальному слепку.
В этот момент раздался голос женщины-судьи:
— Игрок №23, прослушайте вопрос.
Ся Ихуэй вскинул взгляд на пышногрудую судью, в душе зародилось сомнение. Такая помпезность, детектор лжи, совершенно иной формат... Всё это интриговало: что же за дилемму приготовила система?
Женщина-судья изящно заправила локон кудрявых волос за ухо, пару раз сухо кашлянула, прочищая горло, и чеканно произнесла:
— К развилке на всей скорости несётся поезд. На левом, основном пути играют шестеро детей. На правом, резервном — всего один ребёнок. Тормоза у состава отказали. Должен ли стрелочник перевести стрелку? Кого он обязан обречь на смерть: шестерых или одного?
Она прищурила узкие длинные глаза и с лёгкой улыбкой добавила:
— Окажись рычаг управления в твоих руках, куда бы ты направил поезд? Налево, чтобы раздавить шестерых непослушных сопляков, или направо — уничтожить одного дисциплинированного ребёнка?
При звуках этого вопроса Ся Ихуэй погрузился в редкое для него молчание.
Перед глазами всплыли кадры из недавней иллюзии: маленькая девочка, зажатая между мутантами и мародёрами. Спасти её — значит подвергнуть смертельному риску отряд взрослых, хорошо вооружённых мужчин. Бросить — предать саму суть, ради которой этот отряд вообще выступал в путь.
Тогда выбор сводился к простому «спасти или бросить». Теперь же градус абсурда зашкаливал: выбор стоял между «кого из них убить».
За исключением Ли Бая и Сюй Суйсуй, продолжавших отчаянную рубку с морским чудовищем, над задачей задумались абсолютно все. Игроки и зрители мигом примерили ситуацию на себя, и вокруг разгорелись жаркие споры:
— Будь я на его месте, пустил бы поезд влево! Шестеро сопляков сами виноваты: возле путей висел запрещающий знак, а они плевать на него хотели!
— Что за бред? Дети есть дети, они не соображают! Надо пускать вправо: гибель одного ребёнка — куда меньшая утрата, чем гибель шестерых!
— Куда ни поверни, всю жизнь потом с этим грехом жить...
Даже зрители в чате распалялись всё сильнее:
«Да давить надо нахрен обоих! Пути — не место для игр!»
«Этот вопрос точь-в-точь повторяет ситуацию из иллюзии. Когда они пошли спасать ту девчушку, отряд в итоге понёс потери?»
«Мне кажется, Ся-Ся всё трезво оценивает. Если бы опасность была смертельной, он бы не дёрнулся спасать.»
«Не скажи. Ся-Ся из прошлого выглядел... странно. Моложе, да, но этот мертвенный взгляд... Забыть такое трудно.»
«Иногда амнезия — это защитная реакция психики. Когда воспоминания разрушают разум, тело само вычёркивает их. Господи, если там реально случилось что-то ужасное... пусть лучше Ся-Ся ничего не вспоминает. Ему и сейчас отлично живётся!»
«В прошлом Ся-Ся был полон благородства, а сейчас... стал более прагматичным, что ли. Наверняка пустит вправо. Как ни крути, одна жертва лучше шести.»
«Ой, да не стройте из себя святош! Подумайте о себе! Задавишь шестерых неслухов — на тебе вины нет, а своротишь на одного — его родители тебя из-под земли достанут и заживо закопают!»
Бегло окинув взглядом поток сообщений, Ся Ихуэй подвёл умозрительный итог. Большинство ратовало за левый путь — раздавить шестерых нарушителей. Меньшинство склонялось к правому — минимизировать жертвы.
Пип... Пип... Пип...
Детектор лжи монотонно пищал, подстегивая и без того нервозную обстановку.
У этой задачи не существовало единственно верного решения. Главное — выдать ответ, который не спровоцирует аппарат на шквал сирен.
Немного подумав, Ся Ихуэй ровно произнёс:
— Я направлю поезд влево. И раздавлю шестерых детей на основном пути.
Толпа закивала: именно такого ответа большинство и ждало. Нарушители правил должны устраняться, и неважно, старики это или дети.
Детектор лжи продолжал размеренно попискивать. Сирена молчала — Ся Ихуэй не соврал.
Женщина-судья усмехнулась:
— И ты готов пожертвовать большинством ради одного человека?
Ся Ихуэй ответил спокойным, взвешенным тоном:
— Зато я спасу абсолютное большинство.
Судья чуть наклонила голову:
— О как?
— Поезд шёл по своему маршруту. Если дёрнуть рычаг и вывернуть на резервный путь, состав может сойти с рельсов. А внутри поезда сидят сотни, если не тысячи пассажиров. Их жизни, по-вашему, ничего не стоят?
В чате наступило прозрение. Зрители, хотя и выбрали тот же путь, о пассажирах поезда даже не задумались.
— Превосходно. Текущий счёт 7:5, — женщина-судья хлопнула в ладоши, и на её губах змеилась зловещая улыбка. — Запомни свой выбор. И смотри не расплачься потом~
Улыбка судьи не предвещала ничего хорошего. В чате поднялась волна паники:
«А-а-а, эта дрянь опять что-то задумала!»
«Неужели этот вопрос повлияет на следующие испытания? У меня очень дурные предчувствия...»
«Хватит уже сюрпризов! У других стримеров тишь да гладь часами, а потом пять минут экшена. У нашего Ся-Ся всё наоборот: экшен нон-стопом, минута передышки — и снова ад наяву!»
«Мамочки, неужели нашему стримеру реально придётся водить поезд?! Я щас со страху помру...»
Пока зрители бились в истерике, сам Ся Ихуэй не видел причин для паники. Двусмысленные фразы судьи — пустая болтовня, не стоящая внимания.
Взглянув на клубящийся впереди фиолетовый туман, он тихо вздохнул и улыбнулся Чжан Цинюю:
— Идём.
Чжан Цинюй смерил его долгим взглядом и, чеканя шаг длинными ногами в облегающих брюках военного форменного костюма, первым шагнул в фиолетовые клубы. Ся Ихуэй последовал за ним. Туман мгновенно поглотил обоих.
— Опять школа?.. — с лёгкой досадой пробормотал Ся Ихуэй, оглядевшись.
Они стояли в полумраке учебного коридора. Выключатели на стенах не реагировали на нажатия — здание явно обесточили.
В отличие от предыдущей иллюзии, эта выглядела удивительно живой и детализированной. В углах косо прислонились швабры и мётлы. Сквозь проёмы дверей просматривались классы: на партах лежали раскрытые тетради, стояли недоеденные стаканчики с лапшой быстрого приготовления, стулья валялись опрокинутыми.
Всё дышало спешкой и хаосом, будто ученики бросились врассыпную из-за некоего внезапного бедствия.
Ся Ихуэй подошёл к подоконнику — пыли не было. Просунув руку в открытое окно, он взял с ближайшего стола тетрадь с упражнениями и пролистал её.
Страницы были чистыми, за исключением титульного листа, где стояли имя, класс и название учебного заведения:
«Старшая школа Дунан Аньвай»
Ся Ихуэй замер. Изумленно вскинув взгляд на Чжан Цинюя, он спросил:
— Тебе не кажется, что название школы слишком уж знакомое?
Чжан Цинюй поджал губы. Прежде чем он успел ответить, его слух уловил подозрительный шум, и он резко повернул голову вправо. Ся Ихуэй, почувствовав неладное, проследил за его взглядом.
Там находился компьютерный класс с плотно закрытой дверью.
Сквозь фиолетовый туман к классу приближались две фигуры — Чжан Цинюй и Цзинь Юань. На обоих была школьная форма для гуманитарных и естественных классов, а на запястьях красовались наручные часы игрока.
Толстяк нервно потирал руки и, лебезя, указывал Чжан Цинюю дорогу:
— Великий бог Чжан, сюда-сюда! Брат Ся прямо внутри...
При этих словах в памяти Ся Ихуэя вспыхнула яркая вспышка.
Его озарило. Он замер с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова.
Он вспомнил! Вспомнил до мельчайших деталей! Это же тот самый момент, когда Цзинь Юань привёл Чжан Цинюя накрывать его с поличным... то есть забрать из компьютерного класса!
Если память ему не изменяет, стоило Чжан Цинюю распахнуть дверь, как Синь Чжу ни с того ни с сего сбрендил, взлетел к нему на колени и впился в губы поцелуем!
Тогда Чжан Цинюй хоть и наблюдал весь этот позор собственными глазами, внешне остался абсолютно хладнокровным. Но кто бы мог подумать, что он таил эту обиду так долго и так глубоко в душе...
Ся Ихуэй украдкой коснулся взглядом фигуры Чжан Цинюя. Тот стоял в строгой военной форме, излучая ледяную ярость.
Ся Ихуэй мысленно застонал:
"Пропал я... Мало ему было застукать меня один раз, так он решил устроить вторую серию?!"