Для поклонников Ся Ихуэя этот день был обречён стать особенным.
В реальном мире, в самой обычной съёмной квартире...
Девушка часами наблюдала за тем, как Ся Ихуэй бежит без оглядки, спасаясь от очередной погони. Кадр за кадром — а на экране ничего принципиально не менялось. В итоге у зрительницы разыгрался зверский аппетит.
Разумеется, любоваться безупречным лицом Ихуэя она могла сутками напролёт, однако одной лишь красотой сыт не будешь. Ещё немного поглазев в монитор, фанатка поняла: бунтующий желудок больше терпеть не намерен.
Парень на экране продолжал всё тот же марафон. Если отлучиться ненадолго, вряд ли что-то кардинально изменится — вернётся, а Ихуэй всё так же дёргает от опасности.
С этой мыслью она оторвалась от трансляции, быстро приняла душ, а затем метнулась на кухню и заварила себе сытную порцию лапши с говядиной, щедро добавив два яйца на ужин.
Пока лапша доходила до кондиции, девушка прихватила пакетик с молоком, надкусила уголок и поспешила обратно к монитору — проверить, продолжается ли затяжной забег.
Громко втянув молоко через трубочку, она сделала солидный глоток и подалась вперёд, вглядываясь в дисплей.
— Кха-пф-ф!..
Чёрт возьми, ей что, мерещится?! Откуда на экране ДВА Чжан Цинюя?!
Фонтан молока вырвался изо рта, заляпав хорошую половину экрана.
Девушка в панике схватила салфетки и принялась судорожно оттирать монитор. Едва наведя порядок, она наконец смогла рассмотреть, что происходит в кадре.
На угрюмой, продуваемой ветром крыше стояли трое. Картинка выходила потрясающая: Ся Ихуэй оказался зажат ровно посередине между двумя одинаковыми красавцами. Сам парень выглядел предельно собранным — арбалет в его руках был вскинут, и опускать оружие он явно не собирался.
Первым делом зрительнице показалось, будто два топовых игрока поссорились в пух и прах, и Чжан Цинюй раздвоился, чтобы совместными усилиями настучать Ихуэю по шапке.
Но, присмотревшись, она осознала: дело вовсе не в этом.
Оба Чжан Цинюя действительно взяли Ихуэя в клещи, но по их лицам не прослеживалось и намёка на намерение атаковать его. Напротив — напряжение, исходившее от их взаимного соперничества, ощущалось почти физически. Конфликт между двумя дубликатами был накален до предела.
Фанатка невольно перевела дух. Если бы Великий бог Чжан сцепился с Ся Ихуэем, это превратилось бы в битву богов и официальный развал их канона! Оставили бы разработчики хоть какой-то шанс поклонникам их пейринга?
В этот миг бурлящая на плите лапша потеряла всякую ценность, а голодный урчащий желудок был решительно списан со счетов. Какая еда?! Что вообще в этой жизни может быть важнее трансляции любимого Ся-Ся?!
Для ярых фанаток их союза все предыдущие смертельные опасности казались ерундой. А вот текущая ситуация — настоящая катастрофа!
Мозг девушки затуманился от восторга, на губах заиграла ехидная ухмылка, а пальцы с невероятной скоростью застучали по клавиатуре.
Цыплёнок-Любитель-Жареных-Курочек: «А-а-а-а-а, Ся-Ся, давай, задави Великого бога Чжана! Настал час истины: либо ты уложишь обоих сразу как истинный альфа, либо твой тыл познает всю глубину кары!»
Стоило её комментарию вспыхнуть на экране, как поток сообщений на мгновение замер, а затем единым фронтом взмыл в строгом порядке.
Волчонок-Грибник: «Почему на тебе одежда Пинжу?.jpg»
Хочу-Мяса-Мяса: «Почему на тебе одежда Пинжу?.jpg»
Выпил-Глоток-И-Готово: «Почему на тебе одежда Пинжу?.jpg»
Какая бы вакханалия ни творилась в чате, сюжет в самом инстансе неумолимо продвигался дальше.
Ся Ихуэй оглядел стоящих перед ним мужчин с ног до головы, но так и не смог уловить ни единой разницы между ними.
Сам он внимательностью к мелочам никогда не отличался и честно признавал, что даже при наличии каких-то различий просто их упустит. Поэтому Ихуэй решил прибегнуть к помощи коллективного разума — сила народных масс, в конце концов, безгранична.
С этой мыслью он мельком взглянул на всплывающий чат. Вся область экрана была забита одной-единственной фразой:
«Почему на тебе одежда Пинжу?.jpg»
Ихуэй на мгновение выпал в осадок. С какого перепуга весь чат цитирует классическую реплику из древнего сериала? Это мир вокруг окончательно сошёл с ума или его трансляция превратилась в фарс?
Разумеется, ни то ни другое. Система работала как часы, без малейших сбоев. Проблема заключалась исключительно в Чжан Цинюе.
Пальцы Ихуэя до белизны суставов сжали рукоять арбалета, а мысли в голове помчались со скоростью урагана.
Разобраться в ситуации было несложно. Из двух стоящих перед ним Чжан Цинюев один наверняка являлся Ма Ляньшанем, принявшим чужой облик с помощью своего навыка. Задача Ихуэя сводилась к простейшему: распознать настоящего Великого бога Чжана, вычистить фальшивку и вместе с оригиналом навешать псу Ма люлей.
Логика железобетонная, да вот только на практике Ихуэй столкнулся с преградой. Причина банальна: стоявшие перед ним дубликаты... были идентичны до малейшей детали.
Холодная, отстранённая аура, прямая, как бамбуковый ствол, осанка и даже интонации при вопросах совпадали один в один.
— Ты цел?
Ихуэй глянул налево и поджал губы.
— Как обстановка?
Ихуэй перевёл взгляд направо и тяжело вздохнул.
"Боги небесные, за что мне это всё?!"
Обыкновенно даже рядом с одним Чжан Цинюя ощущаешь давящую тяжесть, а тут давление удвоилось! Разве над людьми так издеваются?!
— Я в порядке, — сперва ответил он левому, а затем повернулся к правому: — Инь Вэй выиграла для меня время, чтобы сбежать. Сейчас она, скорее всего, вступила в бой с Ли Биэром.
Прислушавшись к доносившемуся снизу шуму, Ихуэй добавил:
— Ли Биэр подготовился к нападению. Инь Вэй вряд ли спасётся.
Произнося эти слова, Ихуэй мгновенно подобрался, подмечая мельчайшие движения обоих собеседников. Он не упускал из виду ни единого мимического движения, ни малейшего жеста.
Ихуэй искренне не верил, что этот хитрый пёс Ма Ляньшань способен ни разу не оступиться и не выдать себя.
Однако реальность доказала обратное: Ма Ляньшань... действительно не дал ни единого повода для подозрений.
Оба Чжан Цинюя отреагировали совершенно одинаково — молча кивнули с абсолютно непроницаемыми лицами и продолжили пристально смотреть на него.
Слева веяло ледяным холодом, справа — точно таким же морозом. Ихуэй чувствовал себя так, будто его зажали между двумя промышленными генераторами льда, заставляя усомниться в реальности происходящего.
"Пустяки, бывали завалы и похуже", — отрешённо успокаивал себя Ихуэй. За столько лет в опасных играх каких только чудес он не повидал. Подумаешь, фальшивый Чжан Цинюй!
Можно попробовать сравнить их снаряжение. А если не сработает — задать парочку вопросов о вещах, о которых знают только они вдвоём.
На глазах у обоих мужчин Ихуэй совершенно непринуждённо вложил болт в ложе арбалета и спросил:
— Разомнусь немного. Могу я взглянуть на ваше оружие?
Реакция двух дубликатов вновь совпала до мелочей: оба едва заметно нахмурились, неотрывно впившись в Ихуэя тёмными, как омут, глазами.
Превосходно. Великий бог наотрез отказался сотрудничать. Что ж, придётся переходить ко второму плану.
— Чтобы понять, кто из вас — мой настоящий напарник, прошу ответить на три простых вопроса.
Увидев, как оба одновременно кивнули, Ихуэй слегка прокашлялся.
Секреты, ведомые лишь им двоим, по большей части касались вещей личных и весьма неловких. Озвучивать подобные подробности перед многомиллионной аудиторией зрителей — испытание не из лёгких.
"Ладно, пойдём по нарастающей, начнём с малого".
Поразмыслив мгновение, Ихуэй спросил:
— При каких обстоятельствах мы впервые встретились?
Стоявший слева Чжан Цинюй ответил без малейшего промедления, будто эти сведения были выжжены у него в памяти:
— Инстанс №072, Школьная арена гладиаторов. У дверей аудитории №607 в учебном корпусе №23.
При этих словах в памяти Ихуэя вспыхнул день их знакомства.
Россыпи мелких стеклянных осколков, подобно сияющим духам, вихрем кружились в воздухе, пролетая в считаных сантиметрах от него.
Теперь, оглядываясь назад, та сцена казалась по-своему романтичной.
Ихуэй перевёл взгляд на правого Чжан Цинюя и искусительно поинтересовался:
— Согласен с его ответом?
Тот лишь слегка сжал губы и ничего не проронил, словно без слов подтверждая сказанное.
Зрители в чате тут же оживились, наконец переставая спамить мемом про Пинжу.
Великий-Бог-Водэма-666: «А-ха-ха-ха! Наш Ся-Ся хорош, одним вопросом вскрыл подделку! Правый даже ответа дать не смог. Ставлю тонну вкусностей, что справа — фальшивка!»
Реалист-888: «Не спешите с выводами. С чего бы Великому богу Чжану запоминать такую ерунду? Мужики вообще редко удерживают в голове подобную ванильную чушь».
Аналитик-Чата: «Вопросы Ихуэя — это проверка на скорость. Кто успел ухватить инициативу, у того и больше шансов оказаться настоящим!»
Фанат-Пейринга: «Спроси про инстанс с Волки-и-Овцы! Про 072-й инстанс знает весь форум, там целые треды разбора ваших шагов висят. Хоть точный номер аудитории запомнить сложно, верить левому сразу — опрометчиво».
Не обращая внимания на разгоревшиеся в чате дебаты, Ихуэй перешёл к следующему вопросу.
Слегка склонив голову набок, он выпалил:
— В инстансе «Волки и овцы» у нас случился прямой телесный контакт. Помнишь, где именно это произошло?
Едва озвучив это, Ихуэй бросил взгляд на заходившийся от смеха чат, и у него внутри всё похолодело.
Он так и знал, что откровенность вызовет шквал насмешек. Хоть формулировка и звучала с двусмысленным подтекстом, преданные зрители прекрасно помнили тот день.
Это было в самом начале, в гримёрке №3, когда Ихуэй остался полуголым. А весь их «телесный контакт» заключался лишь в том, что Чжан Цинюй помогал ему снять кандалы.
Зрители и понятия не имели, что между парнями в тот миг проскочило искреннее физиологическое влечение, списав всё на обыкновенную случайность, а потому откровенно веселились, подкалывая стримера.
Ся-Ся-Кокетка: «Ся-Ся, признавайся, ты специально смущаешь Великого бога?! Ничего же не было, а преподнёс так, будто вы уже в постели переплелись, ха-ха-ха!»
Лолочка: «Ох уж этот "телесный контакт"! Стример просто решил вогнать Чжан Цинюя в краску, не иначе!»
Мама-Ся-Ся: «Святые угодники, Великий бог Чжан ведь такой сдержанный, он же сейчас весь покроется румянцем! Впервые вижу, каким хитрожопым может быть наш мальчик, 23333!»
Не обращая внимания на шуточки зрителей, Ихуэй слегка изогнул губы в улыбке. Любой, кто хорошо его знал, сразу понял бы: этот оскал означал полную уверенность в победе.
Он пристально всматривался в лица обоих Чжан Цинюев, предвкушая их реакцию.
Мочки ушей у левого Чжан Цинюя мгновенно налились пунцовым цветом. Он крепко сжал губы, удерживая молчание. Если бы эмоции материализовались, вокруг него уже кружили бы розоватые облачка смущения.
Вид обычно невозмутимого Чжана, сгорающего от неловкости, доставлял искреннее удовольствие. Ихуэй с умилением зажмурился, а затем повернул голову ко второму дубликату.
Здесь романтической атмосферой и не пахло. Ощутив на себе взгляд Ихуэя, правый Чжан Цинюй одарил его холодным пронзительным взором и едва заметно нахмурился. Больше — никакой реакции.
— Замечательно, — расплылся в улыбке Ихуэй. — Настал черёд заключительного вопроса.
Выдержав паузу и до предела подогрев любопытство окружающих, он наконец произнёс:
— Чжан Цинюй... кто я для тебя?
В воздухе повисла звенящая тишина.
Чат моментально замер — поток сообщений обрубился, словно жизнь в нём угасла.
Это не означало, что зрители потеряли интерес. Напротив! Возбуждение достигло пика. Миллионы людей затаили дыхание, уткнувшись носами в экраны. Печатать комментарии сейчас казалось кощунством — все убрали руки от клавиатур, чтобы не пропустить ни единого мгновения.
Вернувшаяся с горячей миской лапши девушка замерла у стола как вкопанная, успев уловить лишь последнюю фразу Ся Ихуэя: «Чжан Цинюй... кто я для тебя?»
Без всяких преувеличений — вся порция лапши вместе с бульонной гущей грохнулась прямо на клавиатуру. Жидкий жир залил подставку, по комнате густо поплыл аромат приправ, но девушке было совершенно плевать.
Издав истошный писк, она буквально впечаталась в монитор, жадно вглядываясь в лицо Чжан Цинюя.
Черты лица молодого человека поражали утончённой, почти неземной красивостью. Его прохладный, кристально чистый взгляд внушал трепет, заставляя чувствовать собственное несовершенство перед его величием.
То было чувство глубокого смущения перед кем-то поистине недосягаемым.
Впрочем, к Ся Ихуэю это не относилось ни в малейшей степени. Будь перед ним хоть девятиглавый дракон, в этом мире не найдётся того, кто заставил бы его чувствовать себя ущербным.
Кадр выходил настолько эстетичным, что фанатка готова была немедленно сделать скриншот и поставить на обои. Сердце в её груди колотилось как безумное, в носу защипало от подступивших слёз. После всех месяцев слежения за стримами Ихуэя сегодня её охватило странное, ни с чём не сравнимое чувство... будто её родного мальчика отдают замуж.
На экране оба Чжан Цинюя одновременно разомкнули губы, но из их уст вырвались совершенно разные слова.
В левом динамике прозвучал бархатистый, наполненный нежностью голос:
— Возлюбленный.
В правом динамике раздался чеканный, строго официальный ответ:
— Боевой товарищ.
Две идентичные чистые интонации одновременно ударили по ушам сквозь наушники. Девушка оцепенела. Спустя пару секунд, глядя на взбесившийся от шока чат, она накрыла лицо руками и во весь голос разрыдалась:
— Настоящий точно слева, иначе я в прямом эфире сожру эту клавиатуру! Боже мой, сынок и вправду уходит из семьи, мамочка не хочет тебя отпускать, а-а-а-а-а!