Мудрецы древности не лгали: халява приносит радость лишь в момент получения, а расплачиваться за неё приходится на кремационном костре.
Сердце Ся Ихуэя отбивало суматошную дробь, а во всём теле разлилась липкая слабость.
Он всегда считал себя человеком рассудительным. В их невнятных отношениях с Чжан Цинюем, что бы ни таилось в душах обоих, по факту они оставались лишь бывшими.
Действия Цинюя изначально диктовались сухой необходимостью — обычное искусственное дыхание. Однако ситуация стремительно вышла из-под контроля. Когда лёгкие перестали гореть от нехватки кислорода, Ихуэй и не подумал отстраниться. Напротив, он осознанно углубил этот контакт, превратив банальную реанимацию в самый настоящий, откровенный поцелуй.
Мозги утекли вместе с остатками воздуха?
Ся Ихуэй мысленно зашипел на себя. Выживет ли он вообще в этом чёртовом инстансе — большой вопрос. Загадка десятилетней давности, нападение ползунов в городе S, криогенная заморозка... Столько нерешённых проблем давит на плечи, а он вздумал крутить роман!
К тому же не хотелось ставить Чжан Цинюя в неловкое положение. Вполне вероятно, тот лишь пытался спасти ему жизнь, а сам Ихуэй перешёл черту. Чжан Цинюй же, со своей неспособностью вовремя отказать, просто поплыл по течению.
От этой мысли на душе стало муторно и холодно. Одно дело — смутные догадки, и совсем другое — осознание, что эти догадки наверняка правдивы.
Ся Ихуэй подавил внутреннее смятение и, сделав максимально непринуждённое лицо, легко ухмыльнулся:
— Чуть с концами не ушёл! Спасибо, прямо-таки вытащил с того света. С меня должок.
Подтекст этой фразы читался без труда.
Будь это чисто медицинская манипуляция, благодарность выглядела бы естественно. Но после полноценного поцелуя подобные слова звучали как отстранённый барьер, начисто сжигающий любую возникшую между ними химию.
Чжан Цинюй поджал губы, пристально посмотрел на Ся Ихуэя и резко отвернулся. Его спина окаменела.
Ихуэй на мгновение замер, недоумённо склонив голову набок.
Тут одно из двух: либо Великий бог банально смутился, либо гордость не позволяет ему принимать чужие «долги»... Других вариантов в голову не приходило.
Впрочем, Ся Ихуэй никогда не любил долго копаться в чужой психологии. Он слегка коснулся пальцами собственных губ, смакуя послевкусие, а затем мгновенно выбросил эту чертовщину из головы.
Фиолетовый туман вокруг постепенно рассеивался, а в чате трансляции продолжалась унылая панихида.
* * *
Реальный мир.
Восемнадцатилетняя девушка рыдала, уткнувшись лицом в стол. Вокруг царил образцовый девичий уют — розовая комната, мягкие игрушки, милые безделушки. На рабочем столе стоял ноутбук, на экране которого открылся стрим под заголовком «Великий бог Водэма».
Камера всё ещё утопала в сиреневом мареве, и сквозь плотную пелену удавалось разглядеть лишь два нечётких высоких силуэта.
Одного этого вида хватило, чтобы девушка зарыдала с новой силой:
— А-а-а-а, Ся-Ся, ну как же так! Я не хочу, чтобы ты умирал! Помогите кто-нибудь, хны-ы-ы...
Услышав из комнаты эти отчаянные вопли, её старший брат обеспокоенно приоткрыл дверь.
— Ты опять смотришь стрим «Бесконечного побега»? — с досадой спросил он.
Сестра лишь продолжила хлюпать носом, игнорируя брата-глупца.
Не дождавшись ответа, парень бросил взгляд на заголовок и равнодушно хмыкнул:
— А, это канал Ся Ихуэя. Я только что видел его в топе поисковых трендов. Тема дня: «Ся Ихуэй погиб».
Сейчас большинство участников уже выбыли из игры, и реальный мир понемногу возвращался в привычную колею. Сетевая инфраструктура, рухнувшая пару дней назад, тоже заработала.
Брат скрестил руки на груди, уступив инстинктивному злорадству:
— Да не убивайся ты так. Этот Ся Ихуэй, кроме своей рожицы, ничего из себя не представляет. Я же сразу говорил, что его выбьют. Ты не верила. Ну и где твой фаворит теперь?
Плач мгновенно оборвался. Девушка визгливо рявкнула:
— Заткнись! Ся-Ся — самый лучший и умный на свете! Не смей нести чушь!
В эти дни игра «Бесконечный побег» была у всех на слуху. Первые пятьдесят строчек новостных трендов ежедневно забивались сплетнями: кто сегодня погиб, кто открыл призрачную карту... Даже те, кто не интересовался игрой,волей-неволей были в курсе событий.
Брат мог не знать ни одной современной эстрадной звезды, но о ключевых игроках побега рассуждал с видом эксперта.
И среди всех фаворитов Ся Ихуэй вызывал у него особое раздражение.
Возможно, дело было в слишком яркой, почти модельной внешности. Парню казалось, что этот хлыщ пробился исключительно благодаря своему личику. Ещё во времена «Школьной арены гладиаторов» он уверенно предрекал Ся Ихуэю скорый и кровавый финал.
Потом, конечно, пришлось прикусить язык — Ся Ихуэй благополучно дотянул до третьего инстанса с казино. С тех пор брат тему не поднимал.
И вот — какой праздник! Торговец красивой мордашкой наконец-то отдал концы!
Парень едва сдерживал ликование, хотя из уважения к чувствам сестры старался сохранять сочувствующий вид. Он бросил ещё один беглый взгляд на экран — уж очень хотелось посмотреть, как именно закончил этот пафосный игрок. В новостях писали, что тот задохнулся.
«М-да, паршивая смерть», — подумал он.
Ухмылка уже расползалась по его лицу, как вдруг застыла, превратившись в нелепую гримасу. Парень прищурился, всматриваясь в картинку, а затем резко отвесил сестре ощутимый щелбан по затылку:
— Смотри скорей!
Девушка ойкнула, зажав уши, и зарыдала с новой силой:
— Не хочу я ничего смотреть! Ты рад, что Ся-Ся умер?! Доволен?!
— Да разуй ты глаза, дура! — парень выхватил телефон и ткнул экраном ей прямо в нос.
Девушке поневоле пришлось взглянуть.
Хэштег «Ся Ихуэй погиб» уже сполз на вторую строчку, а вершину рейтинга занял совершенно новый тренд:
[Ся Ихуэй снова воспрянул из мёртвых!]
Девушка застыла, не веря собственным глазам.
Она оттолкнула телефон, впилась взглядом в монитор и принялась отыскивать силуэты в редеющем фиолетовом тумане. Как только глаза привыкли к освещению, она без труда узнала знакомую фигуру.
Узнаваемый силуэт. Высокий рост, длинные прямые ноги и фирменная, слегка ленивая ухмылка.
Ся Ихуэй не умер?!
Слезинка застыла на её щеке. Девушка издала громкий икающий звук, на мгновение выпав из реальности, а затем вскочила и со всей дури пихнула брата в плечо.
Вся накопившаяся обида выплеснулась наружу:
— Ну и чего ты выпендривался?! Я же говорила, что он выживет! Опять умылся, да?!
Брат от неожиданности шмякнулся на пол, но даже не подумал пререкаться.
Он переводил безумный взгляд с экрана смартфона на расслабленно улыбающегося Ся Ихуэя на мониторе, и в его голове рушились основы мироздания.
«Даже тут не сдох... Этот Ся Ихуэй что, реально бессмертный?!»
* * *
Внутри инстанса.
Увидев, что чат завален красными поминальными свечами, Ся Ихуэй не удержался от смешка:
— Эй-эй, я вообще-то ещё жив. Не рановато ли меня отпевать?
Красные свечи плыли по экрану ещё некоторое время, пока зрители наконец не осознали происходящее.
«Мать твоя! Я тут слезы лил, а он живой!»
«А-а-а-а, Ся-Ся, ты цел! Я чуть с ума не сошла от горя!»
«Слава богу! Ся-Ся, береги себя, ради всего святого, у меня же сердце не железное!»
«Пришёл из трендов посмотреть на легендарного стримера-зомби, ха-ха-ха!»
«Стример спокоен как танк, а в чате устроили истерику, будто реальные похороны, ахахаха!»
«Народ, а что произошло-то? Ся-Ся же отключался, а Великий бог Чжан ловил глюки. Как Ся-Ся смог его вытащить?»
«Меня больше поразило, что Чжан Цинюй вообще увяз в иллюзии. Судя по всему, в глубине души этого ледяного человека есть угол, открытый только для одного человека...»
«Ся-Ся же чуть не задохнулся. Мне вот очень интересно, ГДЕ он взял кислород? (пошлая_ухмылка.jpg)»
«Тоже интересно, хе-хе-хе!»
«+1 к любопытству!»
Ся Ихуэй мельком глянул на чат и технично проигнорировал намеки на кислород, зацепившись за первую часть сообщений.
А ведь правда: как Чжан Цинюй сумел вырваться из иллюзии? Ему и самому было жутко любопытно.
Ся Ихуэй мысленно пробежался по своим действиям. Он ведь не сделал ничего особенного — просто сказал пару слов. Неужели... Чжан Цинюй сам переборол свой пунктик?
Не успел он углубиться в размышления, как окружающая обстановка резко поплыла. Иллюзорный туман расступался, уступая место густому, соленому запаху моря.
Переход из мрачной пустоты на яркий свет первыми приняли на себя глаза.
Ся Ихуэя обжёг резкий солнечный свет. Он попытался зажмуриться, но веки жгло от вспышки, и он беспомощно сжал их снова.
После нескольких неудачных попыток адаптироваться к свету на его глаза вдруг опустилась сухая, тёплая ладонь.
Раздался прохладный голос Чжан Цинюя:
— Закрой глаза.
Голос звучал отстранённо — точно так же, как в момент, когда Чжан Цинюй отвернулся в иллюзии.
Ся Ихуэй чётко уловил за этой отстранённостью едва заметное раздражение, однако прикосновение ладони оставалось безупречно бережным.
Сердце Ихуэя пропустило удар. Неужели Чжан Цинюй всерьёз разозлился? Из-за того поцелуя?
В голове пронеслась вереница догадок, но Ся Ихуэй предпочёл промолчать и послушно прикрыл веки.
Лишившись зрения, он почувствовал, как остальные чувства обострились.
Солнце приятно согревало кожу. Вдали размеренно шумел прибой. На палубе слышались выкрики и аплодисменты на разных языках — там кипела жизнь.
Если слушать с закрытыми глазами, казалось, будто они попали в кадр старой киноленты.
Погожий летний день, пляж, они с Чжан Цинюем гуляют у моря...
Здесь есть солнце и смех, и нет никакого жестокого шоу, никакой кровавой грызни за выживание. Смерть казалась чем-то неимоверно далёким...
Тёплая ладонь убралась с его лица, и иллюзия идеального мира рассеялась. Ся Ихуэй медленно разомкнул веки. Свет больше не резал глаза, но в душе остался горький осадок от столкновения с реальностью.
Вокруг всё оставалось прежним — кровь, жестокость и бой.
Игра продолжалась.
Раздался оглушительный треск — схватка между Ли Баем и Сюй Суйсуй подошла к концу.
Пока Ся Ихуэй находился в мороке, эти двое, похоже, сработались.
Ли Бай при помощи навыка ускорения роста растений заранее расставлял ловушки, а Сюй Суйсуй заманивала в них морских тварей, умело используя свои туфли-бумеранги.
Благодаря такой комбинации они сумели сократить разрыв и практически сравнялись с Ся Ихуэем по пройденным метрам.
— Счёт пять-четыре в вашу пользу! — с хихиканьем оповестила блондинка-судья, кокетливо подмигнув Ихуэю. — Вам стоит поднажать, ещё метр — и номер двадцать второй догонит вас!
Ся Ихуэй игнорировал её подколки.
Он опустился на корточки и открыл деревянный ящичек, стоявший у ног.
Внутри лежал листок с математической задачей из иллюзорного пространства. В тот момент времени не было, но теперь, когда морок спал, можно было изучить задание без спешки.
Он развернул записку.
[Игроку предлагается доказать следующее утверждение:]
[Размерность группы рациональных точек связана с поведением дзета-функции z(s) в окрестности точки s=1. Это крайне любопытная гипотеза: если z(1) равна 0, существует бесконечное множество рациональных точек; если же z(1) отлична от 0, число таких точек ограничено.]
Ся Ихуэй бегло пробежал текст глазами и с виновато-выразительной миной тут же швырнул бумажку обратно в ящик, будто та была ядовитой.
Чжан Цинюй, наблюдавший за ним, слегка наклонил голову, и в его взгляде мелькнуло немое вопрошание.
Ся Ихуэй вздохнул:
— Мне кажется, эта система намеренно надо мной издевается.
Чжан Цинюй коротко выдал:
— М?
— Смотри сам, — развёл руками Ихуэй. — Зная, что ты отвечает за силу, игра подсунула морское чудовище с иллюзиями, едва не отправив нас на дно. Зная, что я биолог, мне подсовывают математику. Причём ладно бы просто из другой области... Ты хоть понял, что это за задачка?
Чжан Цинюй молчал, но Ся Ихуэй и не ждал от него глубоких познаний в высшей математике.
— Это гипотеза Бёрча и Свиннертон-Дайера. Оценил иронию?
Губы Чжан Цинюя едва заметно дрогнули, а в глубине глаз проскользнула едва уловимая тень смешинки.
Ся Ихуэй и сам едва сдерживал улыбку.
Ещё бы не смешно!
Гипотеза Бёрча и Свиннертон-Дайера входит в число семи математических задач тысячелетия! Предложить решить её прямо во время смертельного испытания — это даже не знаю, чем считать: запредельной честью или изощренным издевательством.
Зрители в чате, получив краткую справку от сведущих пользователей, пребывали в шоке.
«А-а-а, я ещё в иллюзии понял, что это за задача! У меня аж кровь к голове прилила, думал, Ся-Ся точно конец, ахахаха!»
«Если бы мне в игре выкатили ТАКУЮ задачу, я бы просто слёг в депрессию. Ся-Ся — кремень!»
«Мать моя, дальше что? Последняя теорема Ферма, гипотеза Гольдбаха и гипотеза Римана?!»
«Полный комплект мировых загадок в одном флаконе, ор-р-р!»
«Вообще-то это показатель. Система явно сливает Ся Ихуэя. У Ли Бая обычные нормальные задачки, ну максимум с громоздкими вычислениями, а тут — уровень неразрешённых проблем человечества!»
«Это нечестно!»
«Система тупо гнобит Ся-Ся, хнык-хнык-хнык...»
Последний комментарий полностью отражал мысли самого Ихуэя.
— Судья явно играет против нас и намеренно подставляет ножки, — тихо проговорил Ся Ихуэй, пододвигаясь ближе к Чжан Цинюю. — Осталось всего четыре метра. Дальше нужно действовать предельно осторожно. Если снова поплывут иллюзии...
— Не поплывут, — спокойно перебил Чжан Цинюй, подняв взгляд.
Ся Ихуэй застыл.
«Не поплывут»? Что он имеет в виду?
Судья перестанет пакостить или они больше не увязнут в галлюцинациях?
За долгое время общения Ся Ихуэй набил руку в расшифровке лаконичных реплик Великого бога. Скорее всего, тот имел в виду второе.
И от этой короткой уверенной фразы на душе у Ихуэя стало странно спокойно.
Чжан Цинюй уже сделал шаг вперёд, продолжив путь.
Ся Ихуэй хитро прищурился, мгновенно нагнал его и, поравнявшись плечами, вкрадчиво прошептал:
— Великий бог Чжан, если ты опять увязнешь в иллюзии и не сможешь выбраться — придётся тебе снова делать мне искусственное дыхание!
Чжан Цинюй моментально замер как вкопанный.
Фраза звучала настолько двусмысленно и откровенно, что сдержанный Чжан Цинюй едва не поперхнулся. При словах «искусственное дыхание» его дыхание действительно стало тяжёлым, а кончики ушей моментально вспыхнули густым румянцем.
Он медленно повернул голову к Ся Ихуэю. Тот и не думал смущаться — лишь дерзко вскинул подбородок, принимая вызов.
Они молча смотрели друг на друга пару секунд, пока Чжан Цинюй первым не отвёл взгляд.
Ся Ихуэй, точно кот, утянувший кусок сметаны, победоносно ухмыльнулся и тихо зашипел от удовольствия.
После короткой разрядки они вернулись к игре.
Сделав шаг вперёд, Ся Ихуэй моментально собрался, отбросив фривольные мысли.
Впереди снова начал клубиться фиолетовый туман. Сначала лёгкий, дымчатый, через пару секунд он сгустился в плотную завесу.
Сценарий повторялся один в один. Женщина-судья, раскусив эффективность метода, решила применить проверенный трюк снова.
Что ещё хуже — на этот раз зона тумана оказалась в разы шире. Если прежде дымка накрывала лишь один метр помоста, то теперь она растянулась на несколько метров вперёд, и её границ не было видно.
Это означало одно: почти все морские чудовища на этом участке будут иллюзорными.
Из области палубы снова донёсся звонкий, торжествующий смех блондинки-судьи.
— Хм, — хмыкнул Ся Ихуэй, качнув головой. — Чтобы избавиться от нас, она готова на всё.
Чжан Цинюй ровно произнёс:
— Всё будет в порядке.
Ся Ихуэй бросил на него короткий взгляд. Авторитет Великого бога был непререкаем, и после этого заверения остатки тревоги окончательно улетучились.
Вспомнив недавнее ощущение удушья, Ихуэй почувствовал, как сжалось сердце. Он пережил это десять лет назад и пережил только что. Третьего раза ему не хотелось категорически.
Тело потеряло вес, и окружающий мир мгновенно преобразился.
Они оказались внутри помещения, напоминающего исследовательскую лабораторию.
Но это была не стерильная комната с запахом хлорки и медицинского спирта — здесь явно ощущался жилой уют.
Письменный стол, спортивный тренажёр, небольшой платяной шкаф-колонна и огромная коробка с лапшой быстрого приготовления в углу. Обычная холостяцкая берлога научного сотрудника. Если, конечно, закрыть глаза на массивный операционный стол прямо по центру комнаты.
Поверх металлического стола было аккуратно постелено мягкое пледное покрывало винного цвета. Оно сглаживало холодный брутальный вид конструкции и добавляло комнате уюта.
Сердце Ся Ихуэя сжалось.
Это место казалось ему до боли знакомым. Все вещи лежали именно так, как он привык их раскладывать. Интерьер, стиль одежды в шкафу, даже марка лапши — всё соответствовало его личным вкусам.
Вот только сам он совершенно не помнил этой комнаты...
Впрочем, эта иллюзия оказалась куда прямолинейнее предыдущей.
Разглядев силуэт, сидевший на краю винно-красного покрывала с опущенной головой, Ся Ихуэй удивлённо вскинул бровь.
Перед ним находился фантом самого Ся Ихуэя — точнее, его версия десятилетней давности.
А напротив него стоял Чжан Цинюй в камуфлированной форме — тоже десятилетней давности.
Фигуры замерли: один сидел, другой стоял. Атмосфера между ними казалась натянутой до предела.
На столе лежал опрокинутый флакон, и из него медленно капала прозрачная жидкость, раздаваясь в тишине звонкими ритмичными щелчками.
— Я долго думал, — произнёс фантом Ся Ихуэя. Его голос звучал тихо и неуверенно. — Нам лучше расстаться.
* * *
Ся Ихуэй почувствовал, как перехватило дыхание. Он мгновенно повернулся к реальному Чжан Цинюю в форме.
Тот застыл как истукан, отводя взгляд и всеми силами избегая зрительного контакта.
Ся Ихуэй немного оттаял: отлично, Чжан Цинюй точно не попал под влияние морока.
Но если он всё соображает, то почему ведёт себя так неловко?
Ся Ихуэй не находил ответа. Он снова перевёл взгляд на сцену — и от увиденного чуть не ахнул во весь голос.
Фантом Ся Ихуэя медленно расправил плечи, поднял руки и... стал неторопливо снимать с себя верхнюю одежду!
В эту же секунду Ся Ихуэя озарило.
Мать твоя за ногу! Это что — тот самый прощальный секс перед расставанием, о котором они говорили?!