Лю Лиго в деревне больше никто не видел. Да и трое его детей — сыновья и дочь — заглядывали в родные края разве что на Цинмин, чтобы прибрать на могилах.
Когда рисовую и кукурузную рассаду наконец высадили в землю, крестьянские заботы ненадолго улеглись. До первых сорняков оставалось по меньшей мере полмесяца, и у жителей появится время перевести дух.
После такой тяжелой работы требовалось как следует подкрепиться. Чжу Цин и Цзо И съездили в город за свежими продуктами и накрыли роскошный обеденный стол — устроили эдакий пир в честь завершения посевной.
А уже на следующий день Жэнь Цзие принял новый заказ.
Покупательница давно присматривалась к их интернет-магазину. Ранее она уже приобретала оберег от несчастий, и когда отправилась с друзьями в поход, талисман принял на себя удар, защитив её от беды. Едва бумажная полоска сгорела дотла, девушка тут же поспешила оформить индивидуальный заказ.
Чжу Цин и Цзо И начали готовиться к приёму гостьи.
Вечером заглянул Линь Чэнбинь — обсудить сбор чая.
Свежие побеги в чайной роще требовалось собрать за две недели. Линь Чэнбинь нанял тех же деревенских, что и в прошлом году. Чжу Цин и Цзо И одобрили выбор; оплату тоже решили оставить прежней.
— Когда планируешь привезти свою девушку в гости? — между делом поинтересовался Чжу Цин.
— Она уехала по работе, — ухмыльнулся Линь Чэнбинь, даже не думая отрицать статус девушки. — Но на майские праздники точно вернётся. Я приведу её сюда, так что с тебя, Чжу Цин, пару фирменных блюд!
— Это само собой, — кивнул тот. — Узнай заранее, что она любит, я всё подготовлю.
— Продукты с меня, да и на подхвате помогу! — тут же вызвался Линь Чэнбинь.
— К чему такая церемонность? — улыбнулся Чжу Цин.
Цзо И, глядя на сияющего от счастья Линь Чэнбиня, тоже не удержался от подколки:
— Ты бы сам поучился готовить. Нынче мужику без пары коронных блюд даже к девушке подступиться стыдно.
— А сам-то много умеешь? — тут же парировал Чжу Цин.
Цзо И задумчиво потер подбородок:
— Ну… зеленый лук в соусе накрошить смогу?
Линь Чэнбинь прыснул от смеха и, почуяв недобрый взгляд Цзо И, быстро ретировался.
— Ну нет, так дело не пойдёт! — Цзо И выудил телефон, скачал приложение с рецептами и принялся искать любимые блюда Чжу Цина. Затем закатал рукава и отправился на кухню. — Цин-ди, сегодняшним обедом заправляю я!
Чжу Цин вскинул брови и отложил книгу:
— Что ж, ловлю тебя на слове.
Старик Чжао и старик Ли тут же вызвались помогать на кухне. Цзо И отказываться не стал: кулинар из него медлительный, а чем больше рук на подхвате, тем быстрее подадут к столу.
В его планах значились четыре блюда и один суп: свиные рёбрышки в кисло-сладком соусе, свинина с зелёным луком, салат из трёх видов соломки, яичница с побегами китайского ясеня и шпинатный суп.
Чжу Цин не стал создавать лишнего нервного напряжения и остался в горнице. Почитал немного, посмотрел две серии дорамы, затем навёл порядок на журнальном столике.
С момента, как Цзо И ушёл на кухню, прошло уже два с половиной часа.
Чжу Цин не торопил. Он откинулся на спинку дивана, прикрыл глаза и вслушивался в доносившийся с кухни шум.
— Соль! Соли много! — в ужасе закричал старик Чжао.
— Воды! Долей воды! — пытался спасти положение Цзо И.
— Нельзя воду! Яйца жидкими станут! — подал голос старик Ли.
Судя по всему, боролись они с яичницей.
Чжу Цин открыл глаза, на губах заиграла тёплая улыбка.
Спустя час, когда Чжу Цин уже доел все фрукты из вазы, обед наконец был подан.
Дочерна подгоревшие рёбрышки; размякшая, потерявшая вид свинина; салат из соломки выглядит более-менее терпимо; яичница распалась на крошечные обугленные катышки, а шпинат в супе, похоже, переварился настолько, что изменил цвет.
— Кхм... Сжалься и съешь, в следующий раз я исправлюсь, — пробормотал Цзо И. Слегка покраснев, он наложил Чжу Цину полную пиалу риса.
— Ничего страшного, — спокойно отозвался Чжу Цин, отправив в рот кусок невероятно кислого рёбрышка. — Мастерство приходит с опытом.
Цзо И расчувствовался чуть не до слёз.
А вот старик Чжао и старик Ли просто залили рис бульонами, кое-как умяли по пиале и, поняв, что больше в них не влезает, под благовидным предлогом сбежали.
Чжу Цин и Цзо И съели всё до единой крошки.
Когда Чжу Цин отложил палочки, Цзо И припал к его губам, поцеловав несколько раз подряд.
— Спасибо.
Чжу Цин коснулся поцелуем уголка его рта:
— Не торопись. Всё придет со временем.
— Угу.
На лице Цзо И расцвела широкая улыбка, но в этот момент в дом вбежал старик Чжао:
— Там генеральный директор Фан приехал!
Чжу Цин и Цзо И переглянулись. Выйдя на крыльцо, они увидели статного, невероятно хорошенького мужчину в стильном спортивном костюме, который тащил за собой чемодан.
— Привет! — белозубо улыбнулся гость.
— Мать твоя! — вытаращился Цзо И. — Ты чего без предупреждения свалился?!
— Это ещё что за приём? — Старик Фан оставил чемодан у калитки и, проигнорировав Цзо И, подошёл к Чжу Цину. Он вежливо протянул руку: — Я Старик Фан. Ну наконец-то лично познакомился с Маленьким боссом.
— Здравствуйте, — улыбнулся Чжу Цин и пожал предложенную ладонь.
Однако не успели они расцепить пальцы, как чья-то широкая ладонь бесцеремонно накрыла руку Чжу Цина, вырывая её из чужой хватки.
— Ого, сколько собственничества, — искренне удивился Старик Фан.
Цзо И закатил глаза:
— Признавайся, сбежал со свадьбы?
— Кхм, — откашлялся Фан, убирая руки в карманы. — Ну, можно и так сказать.
— Если не хочешь жениться, скажи человеку прямо! — нахмурился Цзо И. — Ты удрал, а девушке что делать?
Чжу Цин тоже вопросительно посмотрел на гостя.
Старик Фан пожал плечами:
— Эй, не надо на меня так смотреть! Я хоть и подлец, но честный. И вообще, сбежать хотел не я один. Когда я с ней связался, она уже мчалась на самолёте за границу.
Что ж, значит, браком были недовольны оба.
Чжу Цин, немного подумав, заметил:
— Свадьбу без молодожёнов организовать даже проще, верно?
Лицо Старика Фана застыло.
Цзо И еле сдержал смех и ткнул пальцем в сторону чемодана:
— Помочь забросить вещи обратно в машину?
— Дай мне хотя бы ночь переночевать! — сквозь зубы выцедил Фан.
После чего отошёл в сторону набрать невесту — судя по всему, прояснить детали их совместного «побега».
Цзо И лично занёс чемодан гостя в комнатку для приезжих. Когда Старик Фан с лицом обречённого мученика рухнул на кровать, Цзо И встал у порога, скрестив руки на груди:
— Всю жизнь был умником, а в итоге так глупо попался.
— Мочи, а? — Фан прикрыл глаза рукой. — Мне и так тошно.
— Отдыхай пока, к ужину позову, — фыркнул Цзо И.
— Без мяса и рыбы даже не пытайтесь меня поднимать!
— Ну и сдохни в этой кровати.
Цзо И с грохотом захлопнул дверь.
Поскольку Чжу Цин был многим обязан Старику Фану, вечером он приготовил шикарный стол.
Гость уплетал за обе щёки, едва не проглатывая язык. Под конец объевшегося Фана сфотографировал Цзо И и выложил видео в соцсети, собрав кучу лайков.
— Ты грех на душу берёшь! — пригрозил ему пальцем Фан.
— Выбирай выражения, — гордо вскинул подбородок Цзо И. — А не то попрошу Цин-ди отдохнуть, а готовить тебе буду сам.
— Был неправ, признаю! — Старик Фан проявил гибкость характера и мгновенно сложил руки в извиняющемся жесте.
Цзо И остался доволен такой понятливостью.
Они давно не виделись, поэтому Цзо И и Старик Фан проболтали допоздна. Чжу Цин в разговор почти не вмешивался, но ни тот, ни другой его не игнорировали. Вечер прошёл замечательно.
Когда гость ушёл спать, Чжу Цин и Цзо И умылись и тоже легли.
— А ведь этот дуралей Фан скоро вляпается по уши, — вдруг произнёс Цзо И, обнимая Чжу Цина.
— Мне тоже так кажется, — кивнул Чжу Цин.
Когда жених и невеста стоят друг друга, из этого просто обязаны высечься искры.
— Ставлю на три месяца, — Чжу Цин поднял три пальца.
Цзо И поцеловал его в лоб:
— А я ставлю на четыре.
— На что спорим?
Цзо И задумчиво прищурился:
— Ни много ни мало — на тысячу двести юаней.
— Идёт.
Пока Старик Фан сладко спал, двое беззастенчиво сделали ставку на его личное счастье.
* * *
На следующий день, едва Старик Фан уехал, в усадьбу прибыла заказчица.
Её звали Сян Цзяцзя.
— Моя бабушка умерла позапрошлой весной, — Сян Цзяцзя приехала одна. Ночевать в деревне она не планировала, поэтому перешла к делу сразу, надеясь поскорее найти решение и вернуться в город. — Всё произошло очень внезапно. Папа пошёл звать её к завтраку, а она не отзывалась. Выбили дверь — а бабушка уже отошла... Чередом.
Такая смерть без болезней и мук считается благословением. Старушка не страдала, и родным не пришлось дежурить у постели.
Похороны прошли пышно, но Сян Цзяцзя в то время училась по обмену за границей. Вернуться в один миг она не могла:
— На похоронах бабушки я не успела... — При этих словах девушка виновато опустила глаза.
— На прошлый Новый год — то есть совсем недавно — мы всей семьёй поехали в деревню, пожечь поминальные деньги. И вот в самую полночь я услышала бабушкин голос.
Сян Цзяцзя думала, что это слуховые галлюцинации, пока голос не раздался прямо у изголовья. Открыв глаза, она увидела умершую бабушку, которая стояла над ней и смотрела прямо на неё.
Девушка со всей силы ужалила себя за руку. Острая боль заставила её дико закричать.
— Когда прибежали родители, в комнате уже никого не было.
Перепугавшись, Сян Цзяцзя потом ругала себя: ведь это её родная бабушка, которая души в ней не чаяла. Как можно было её испугаться?
Поэтому на следующую ночь, снова услышав знакомый голос, она медленно открыла глаза и молча смотрела на призрак, не издавая ни звука.
— Она просто стояла, улыбалась и молчала. Я звала её — она не отвечала. Постояла пару минут и растаяла.
Сколько дней они пробыли в деревне, столько ночей приходила бабушка.
— Вернувшись в город, я больше её не видела и не слышала, но эта история не выходила у меня из головы. Потом я случайно наткнулась на ваш магазин. Долго наблюдала, а когда убедилась, что обереги действительно работают... — Сян Цзяцзя с надеждой уставилась на Чжу Цина. — Я хочу попросить господина Чжу спросить у бабушки: что она пытается мне сказать?
— Может, она сердится, что я не приехала попрощаться? — Девушка закусила губу. — Что бы это ни было, я сделаю всё, что в моих силах!
Чжу Цин кивнул:
— Судя по твоим словам, у неё действительно осталось неисполненное дело. Однако к тебе приходит не сам дух, а её душевная привязанность, незакрытый гештальт.
Сян Цзяцзя поникла:
— Значит... это не бабушка?
— И да, и нет, — пояснил Чжу Цин. — Я дам тебе несколько жёлтых талисманов. Наклей их в комнате бабушки, в своей спальне и на входных воротах. Если ворот нет — на двери горницы...
Сян Цзяцзя даже не стала обедать. Села в машину и сразу рванула в родную деревню.
По дороге позвонил отец:
— Цзяцзя, ты забрала машину?
— Да, папа. Я кое-что забыла в деревне. Заберу, переночую там, а завтра к обеду вернусь.
— Ладно, будь осторожна на дороге.
Повесив трубку, отец Сян сказал жене:
— Девчонка уехала молча. Позвони жене старшего брата, пусть приготовит ей ужин.
К вечеру Сян Цзяцзя добралась до дома.
Поужинав у тётушки, она сослалась на усталость и вернулась в пустующий дом. Вымыла руки и наклеила талисманы так, как велел Чжу Цин — в трёх местах.
Затем заперла двери и легла в своей комнате.
Девушка непрерывно следила за часами. Ровно в полночь из бабушкиной комнаты донёсся звук сдвигаемого стула.
Там стояло кресло-качалка, которое ей купил отец. Каждый вечер после ужина старушка любила посидеть в нём.
Сердце Сян Цзяцзя заколотилось как бешеное. На цыпочках она выбралась из кровати и шаг за шагом пошла на звук.
Едва она ступила в горницу, дверь бабушкиной спальни плавно открылась. Внутри царила непроглядная тьма.
Сян Цзяцзя глубоко вдохнула и тихо позвала:
— Бабушка?
Тишина. Звук сдвигаемого кресла прекратился.
Девушка подошла к порогу и набралась храбрости распахнуть дверь шире.
Она достала прихваченную благовонную палочку, зажгла её и поставила прямо у дверного косяка. В тот же миг дверь распахнулась до упора.
Перед Сян Цзяцзя появились две ноги в ритуальных погребальных туфлях.
Девушка подняла взгляд и увидела добродушное, улыбающееся лицо бабушки.
— Вернулась?
У Сян Цзяцзя перехватило дыхание, слезы брызнули из глаз:
— Угу!
— Ну наконец-то, — старушка ласково погладила её по голове. — А я уж думала, так и уйду, не дождавшись.
— Бабушка, прости меня... — Сян Цзяцзя упала на колени, обливаясь слезами. — Я не успела... прости...
— Глупая девочка, чего плачешь? — улыбнулась бабушка. — Я просто никак не могла уйти, не сказав тебе, где спрятала нашу секретную шкатулку.
Секретная шкатулка?
Сян Цзяцзя обомлела, и тут же в памяти всплыло: перед отъездом за границу она отдала бабушке коробочку, куда положила банковскую карту со всеми своими сбережениями.
Она оставила карту на случай, если бабушке срочно понадобятся деньги — тогда та могла отдать её старшей невестке и попросить снять нужную сумму.
Прошло несколько лет, Цзяцзя сама забыла об этой карте, а вот ушедшая из жизни бабушка помнила и ждала её только ради этого.
— Бабушка...
Девушка прижала к груди найденную шкатулку и зарыдала в голос.
Старушка улыбнулась, помахала ей рукой и растаяла в воздухе.
* * *
На следующий день заплаканная Сян Цзяцзя сняла с карты все деньги. Половину отдала жене старшего дяди — ведь именно та ухаживала за бабушкой все эти годы.
Другую половину отдала матери, попросив на каждый праздник покупать и сжигать для бабушки самые лучшие поминальные дары. Сама-то она уезжает за границу и не знает, доходят ли дотуда подземные посылки.
Когда Чжу Цин получил отзыв от Сян Цзяцзя, он как раз сажал огурцы.
Цзо И делал лунки впереди, Чжу Цин прошёл следом.
Жэнь Цзие прислал скриншот с благодарностью.
Прочитав его, Чжу Цин убрал телефон:
— На самом деле, мы взяли с неё слишком много.
— Для госпожи Сян это стоило каждого юаня, — откликнулся Цзо И, выкапывая очередную ямку.
Чжу Цин опустил в землю рассаду тыквы, присыпал землёй, слегка утрамбовал ногой и перешёл к следующей лунке:
— Чай в этом году вырос даже лучше прежнего. Нам нужно пересмотреть ценник.
— Старик Чжао уже сверился с рынком и всё рассчитал. А себе в этом году оставим побольше — свой чай всё равно вкуснее покупного.
— Это самовнушение, — тиховато хмыкнул Чжу Цин.
— Ничего подобного! — возмутился Цзо И. — Наше — всегда самое лучшее!
— Хвалилась калина, что с медом хороша...
Чжу Цин отложил плетёный коробок — рассада закончилась.
Цзо И положил черенок мотыги на землю, и они оба уселись на него, рассматривая простирающиеся вдаль поля, где так же хлопотали остальные односельчане.
— Какая же тишь да гладь, — вдруг тихо произнёс Цзо И.
Чжу Цин повернул голову. На Цзо И была простая одежда, штанины подкатаны до точёных икр, рукава задраны выше локтей — и весь его вид выезжал исключительно на чертовски привлекательном лице.
— Что, думаешь, твой парень неотразим? — стоит Цзо И открыть рот, как вся романтика моментально улетучивается.
Чжу Цин усмехнулся и снова уставился на пейзаж:
— Ну да. У меня отличный вкус.
— Это лучшее признание, что я слышал за сегодня.
— Рад? — вскинул бровь Чжу Цин.
— Ещё как! — Цзо И ткнул пальцем в оставшуюся грядку. — Я тут сам закончу, а ты мне только чайку подноси.
— Договорились.
Чжу Цин с улыбкой кивнул. Раз уж выпала минутка отдыхать, кобениться он не станет.
Если в доме есть парень, его надо эксплуатировать по полной, а то ещё заплесневеет от безделья.
Цзо И сдержал слово: Чжу Цин пробыл в прохладе весь остаток дня, а к вечеру ушёл готовить ужин. Старик Ли и старик Чжао сегодня завязли в работе — весь день проводили видеоконференции.
Готовка доставляла Чжу Цину искреннее удовольствие. А уж когда он видел, с каким аппетитом Цзо И уплетает за обе щёки, сердце и вовсе наливалось теплом.
— Самое время для свежей зелени и дикоросов. Завтра дел особых нет, может, сходим за побегами и черемшой? — спросил Чжу Цин.
— Сходим! — Цзо И энергично закивал.
Старик Чжао и старик Ли, услышав это, тоже изъявили желание приобщиться к природе.
— Значит, пойдём вместе, — решил Чжу Цин.
Однако на следующий день зарядил проливной дождь.
Планам не суждено было сбыться.
В соседнем доме тоже можно было готовить — по вечерам проголодавшиеся Ли и Чжао часто соображали ночной перекус, — так что Чжу Цин отправил их отдыхать к себе.
— После такого дождя в лесу точно грибы попрут, — сказал Цзо И, стоя на пороге кухни и глядя на стекающие с крыши струи.
— Всё ещё хочешь пойти?
— Ещё бы! — При мысли о вкусе лесных грибов у Цзо И загорелись глаза, и он даже во всеуслышание заявил: — Вот увидишь, я принесу тебе целую корзину грибов, и мы сварим обалденный грибной суп!
— Ну-ну, жду не дождусь, — улыбнулся Чжу Цин.
На следующий день, едва дождь утих, Цзо И рванул на сопку. Но к обеду вернулся с пустыми руками.
На третий день Цзо И потащил с собой старика Чжао и старика Ли. Принесли они два крошечных сморчка — их даже на зажарку не хватило бы.
На четвёртый день Цзо И сдался.
Чжу Цин с улыбкой потормошил его за щеку:
— Что, правда больше не пойдёшь?
— Не пойду, — Цзо И ткнул пальцем себе в бедро. — Ноги ломит так, что хоть отстегивай.
Побегаешь тут по горам после целой зимы на диване!
— Ну, тогда мы с братом Чэнбинем сходим.
Чжу Цин надел заплечный короб и улыбнулся Цзо И точь-в-точь так же, как тот пару дней назад:
— Не скучай. Я обязательно наберу грибов, и мы сварим отличный суп!
—... Может, я всё-таки с тобой? — Цзо И сделал попытку подняться, но Чжу Цин усадил его обратно:
— Поставь тушиться курицу. Вернусь — пообедаем.
— Ладно.
Чжу Цин со смешком вышел за калитку.
Не успел наступить полдень, как Чжу Цин вернулся с богатой добычей.
Глядя на забитый почти доверху короб, троица городских парней замерла с открытыми ртами.
— Мать моя, Маленький босс, ну ты даёшь! — Старик Чжао молча выудил телефон и начал снимать видео для соцсетей.
Старик Ли принюхался к корзине и прижмурился от удовольствия:
— Вот это дух!
— Ещё бы, чистая дикая природа! — хохотнул Чжао и потащил Ли мыть грибы.
— Ты чего? — Чжу Цин подошёл к молчаливому Цзо И.
— Я что, совсем бесполезный, да? — Цзо И сгреб его в охапку и удручённо уткнулся носом в плечо.
— Просто ты не знал: после дождя должно пройти пару дней, чтобы грибница как следует проснулась.
Чжу Цин обнял его в ответ.
— Я так хотел сам собрать для тебя грибов на суп... — Цзо И потерся носом о его шею.
— Хочешь пойти завтра?
— Хочу!
* * *
Напившись от души ароматного грибного супа, Цзо И ушёл в горы в тот же день после обеда.
И не возвращался до самого вечера.
Чжу Цин несколько раз выходил к калитке всматриваться в сумерки.
Когда сопки уже объяла темнота, на тропинке наконец показался высокий силуэт.
— Брат И! — Чжу Цин облегчённо перевёл дух.
— Смотри! — Цзо И с гордостью продемонстрировал свою добычу.
Грибов было ничуть не меньше, чем у Чжу Цина утром.
— Теперь, когда захочешь грибов, только скажи — я всегда тебе принесу, — глуповато улыбнулся Цзо И.
У Чжу Цина защемило сердце. Он жестом подманил Цзо И к себе.
Тот послушно наклонился, и Чжу Цин накрыл его губы поцелуем...
Вечером Цзо И получил от Чжу Цина крайне горячий «приём».
Да такой, что едва справлялся с напором. Когда Чжу Цин вознамерился пойти на второй заход, Цзо И испуганно остановил его:
— Погоди.
Встретив недоумённый взгляд Чжу Цина, Цзо И прочистил горло:
— Боюсь, я не сдержусь.
Чжу Цин тихо рассмеялся и прижался к нему:
— Ну и ладно.
— Вот исполнится тебе двадцать пять — я с тебя долги-то сдеру, — с досадой пробормотал Цзо И, крепко сжимая его в объятиях.
— Ну, подождём ещё пару лет, — беспечно отозвался Чжу Цин и вскоре заснул.
Цзо И поглядел на его спящее лицо, улыбнулся, шепнул пару ласковых слов на ухо, выключил свет и уснул в обнимку с любимым.
* * *
Едва рассвело, во дворе семьи Тянь уже царила суматоха.
Позавчера в полночь скончалась бабушка Тянь. Её старшая невестка убивалась громче всех — за два дня хлопот с похоронами у женщины совсем не осталось сил.
— А ведь и правда, старшая невестка у неё была золотая, — судачили деревенские старухи, пришедшие выразить соболезнования.
— И не говори, — кивнула бабка с короткой стрижкой. — Больше двадцати лет в доме, а с покойницей даже голоса ни разу не повысила.
— А куда деваться? — вздохнула другая. — Младшая-то невестка городская. Как расписались с младшим Тянем, так тот будто в зятья ушёл — дома бывает реже, чем в городе.
— Вот-вот! — закивала короткостриженая. — Младшего сына рядом нет, вот старуха и жила со старшим. Зато эта парочка о ней как заботилась! Кабы моя невестка хоть наполовину такой была, я б от счастья с ума сошла.
— Да ладно тебе, твоя тоже ничего. Вот моя — это да, без слез не взглянешь...
Перемыв кости невесткам, старухи плавно переключились на собственных сыновей: пока не женился — проклинали за бестолковость, а как привёл жену — проклинали за то, что слепой и взял в дом сущее наказание.
Как ни крути — всё не слава богу.
Тянь-дашэнь — старшая невестка — сидела на кухне, уставившись в одну точку. К ней подошла ладная девушка с подносом:
— Мам, съешь хоть ложку.
— Не хочу.
Тянь-дашэнь отвернулась.
Тянь Цзинцзин присела рядом:
— Ты за два дня росинки во рту не держала. Мы с папой очень волнуемся. Ну пожалуйста, съешь немножко?
Глядя на обеспокоенную дочь, женщина сдалась и съела пару ложек.
На третий день бабушку Тянь предали земле.
Вечером, когда семья убирала последствия поминок, Тянь-эршэнь — младшая невестка — уставилась на старшую и вдруг ляпнула:
— Старшая невестка, а старуха что, вообще никаких заначек не оставила?
— Ты чего мелешь! — Младший сынок Тянь дернул её за рукав.
Лица Тянь Цзинцзин и её двоюродного брата Тянь Цзюньжу стали темнее тучи: одна закипала от злости на такую бестактность, второй сгорал от стыда за мать.
— А что такого? — Младшая невестка скинула руку мужа и с ухмылкой уставилась на старшую. — Мы хоть в деревне и не живём, а на праздники старухе исправно переводили. Она болящая была, в город не ездила — не могла же она все деньги потратить?
— Всё у неё в комнате. Где спрятала — я не знаю. Найдёшь — забирай себе, — ровным тоном ответила старшая невестка. У неё не было сил спорить. Она поднялась и повела мужа на второй этаж спать.
Тянь Цзинцзин сжала зубы и тоже ушла к себе.
— Мама, ты переходишь все границы! — Тянь Цзюньжу в упор уставился на мать.
— Я перехожу?! — Младшая невестка вылупилась на сына. — Ты хозяйством не заправляешь, вот и не знаешь, почём нынче фунт лиха!
Цзюньжу хотел сказать что-то ещё, но отец строгим взглядом осадил его, и парню пришлось с пунцовым от гнева лицом убраться в свою комнату.
Тянь Цзинцзин, вернувшись к себе, долго выплёскивала гневливые мысли в переписке с подругой. Потом открыла страницу магазина, который сохранила в закладках пару дней назад, помешкала и написала в чат поддержки...
— Это ещё что за заказ? — Цзо И перечитал диалог и недоумённо почесал затылок. — Девица просто пришла поплакаться на жизнь!
Жэнь Цзие и сам пребывал в замешательстве: он проболтал с ней несколько часов, девушка явно засмущалась и в итоге оформила минимальный заказ. Но в чём суть услуги, так и не сформулировала.
Не зная, что делать, Жэнь Цзие приехал в усадьбу. Но Чжу Цин ушёл к Третьему дяде Ма за поросенком, дома оставались только Цзо И и старик Чжао.
— Передай ей: пока четко не сформулирует проблему, мы заказ не примем. Пусть отменяет.
Жэнь Цзие кивнул и тут же отписал клиенту.
Однако спустя два дня девушка снова выкатила сообщение:
[Тянь Цзинцзин: Я... у меня дома призрак!]