После того как они признались обо всём дедушке, жизнь потекла в прежнем русле. Для Чжу Цина и Цзо И в этом не было ничего неожиданного.
А вот дедушке И пришлось непросто: старик изо всех сил пытался понять, как правильно вести себя с двумя влюблёнными мужчинами, чтобы случайно не задеть их неловким словом или поступком.
Начитавшись советов в интернете, он твёрдо заучил одно важнейшее правило: ни в коем случае не заводить при них разговор о детях.
Эта трогательная робость со стороны пожилого человека вызывала у Чжу Цина и Цзо И не только благодарность, но и щемящую жалость.
Поэтому вечером второго дня Нового года они накрыли пышный стол, достали бутылку хорошего алкоголя и устроили для дедушки настоящий праздник. Когда старик дошёл до нужной кондиции — сытый и довольный, — Цзо И заговорил о планах на будущее:
— Как только Цин-ди достигнет нужного возраста, мы съездим в страну К и распишемся. Что касается детей, то пока мы об этом не думали. Но вы не переживайте, дедушка, свою жизнь мы устроим как надо. С детьми или без — на нашем счастье это никак не отразится.
Дедушка И выслушал его молча. Когда внук умолк, дед даже не взглянул на него, а повернулся к Чжу Цину и со всей серьёзностью произнёс:
— Чжу Цин, ты сам обо всём заботься. У этого паршивца Цзо И ума не палата, так что ваш дом держаться будет исключительно на тебе.
С этими словами он чокнулся с Чжу Цином рюмкой.
Цзо И, распинавшегося целую минуту, бесцеремонно обошли вниманием.
Впрочем, результат того стоил — дедушка наконец расслабился и перестал вести себя скованно.
Утром третьего дня, едва позавтракав, дедушка с лёгкой душой отправился к деревенским старикам — травить байки и резаться в карты. Чжу Цин с Цзо И едва успели прибрать чайную комнату, как пожаловали гости.
Приехали двое. Одному из них Чжу Цин уже помогал раньше.
— Давно не виделись, господин Чжу! С Новым годом, — с улыбкой произнёс тот, протягивая руку.
Чжу Цин ответил на рукопожатие:
— С Новым годом.
— Господин Цзо, — посетитель повернулся к Цзо И.
Тот слегка прищурился, приглядываясь к мужчине:
— Младший сын семьи Ань?
— Он самый, — усмехнулся дядя Ань. — Наслышан о вас. Но надо же, не думал, что вы дружите с господином Чжу.
Цзо И сдержанно пожал ему руку и перевёл взгляд на юношу, стоящего рядом:
— Это и есть клиент?
Парень закивал, а затем приложил пальцы к горлу и виновато посмотрел на хозяев.
— Он потерял голос, — пояснил дядя Ань.
Дело принимало скверный оборот.
Чжу Цин жестом пригласил их войти. Заказчика звали Вэнь Вэнь. Он жил по соседству с семьёй Ань, их кланы связывали давние дружеские узы.
— Дядя Вэнь мне доверяет, вот я и привёз его сюда, — сказал дядя Ань.
Впрочем, сам Вэнь Вэнь согласился на эту поездку только после того, как списался в сети с Жэнь Цзие. Родственники и знакомые наперебой предлагали им разных «магов» и «знахарей», так что приходилось отбирать проверенных людей, чтобы не тратить время попусту.
— Кажется, я не давал вам контактов своего интернет-магазина? — уточнил Чжу Цин. Связываться с родственниками главных героев ему совсем не хотелось.
— Когда я очнулся, я просто разыскал информацию об утёсе Цинъя, — с улыбкой объяснил дядя Ань. — Господин Чжу в наших краях личность известная. К тому же благодаря господину Цзо и эта усадьба, и сама деревня у всех на слуху.
Цзо И ради интереса вбил запрос в телефоне — и действительно, интернет пестрел упоминаниями. Одни нахваливали местную кухню в агроусадьбе, другие с восхищением писали о Чжу Цине как о великом мастере.
— И ведь не врут, — ухмыльнулся Цзо И.
Он показал экран Чжу Цину. Тот пробежал глазами пару абзацев, вернул телефон и попросил Вэнь Вэня открыть рот.
Парень послушно выполнил просьбу. Чжу Цин подсветил зев маленьким фонариком — горло выглядело абсолютно чистым, без малейших признаков воспаления или инородных предметов.
— Записывали, когда именно выходила шерсть?
Дядя Ань достал приготовленный заранее блокнот:
— Вот. Здесь записи матери Вэнь Вэня и его собственные примечания.
Чжу Цин и Цзо И въедливо изучили столбцы дат и времени.
— Интервалы сокращаются, а приступы становятся всё чаще, — нахмурился Цзо И.
Чжу Цин указал на одну из отметок:
— На тот момент он ещё мог хоть немного разговаривать?
Вэнь Вэнь всмотрелся в дату, ненадолго задумался, кивнул и жестом показал: совсем чуть-чуть.
— Судя по всему, мог выдавить лишь пару слов, — перевёл дядя Ань.
— Укажите точку, после которой голос пропал окончательно, — Чжу Цин пододвинул блокнот обратно.
Вэнь Вэнь поджал губы, занеся тонкую кисть над страницами.
— Не торопись, вспомни как следует, — мягко сказал дядя Ань.
Палец юноши опустился на конкретную строчку.
Чжу Цин взглянул на число:
— Сегодня третье число. Выходит, молчишь уже шесть дней.
Вэнь Вэнь подтвердил кивком.
Дядя Ань поражённо воззрился на него:
— Шесть дней?!
Парень виновато опустил голову. Родные и дядя Ань узнали о беде всего трое суток назад — стало быть, Вэнь Вэнь попросту скрывал жуткие симптомы, не желая пугать близких.
Чжу Цин поставил перед гостем пиалу с чистой водой, взял у него каплю эссенциальной крови и опустил в сосуд. Едва алая капля растворилась, он подожёг жёлтый талисман и бросил его следом.
Вспыхнувший огонь мгновенно охватил всю поверхность пиалы.
По комнате разнёсся лёгкий металлический запах крови. Цзо И поднялся и распахнул окно. Но едва створка отворилась, как чайную захлестнула тяжёлая, тошнотворная вонь.
Вэнь Вэня сокрушил дикий позыв к рвоте. Схватив заранее подставленную мусорную корзину, он исторг из себя целый клок спутанных волос.
Дядя Ань тоже едва сдержал рвоту. Закрыв нос и рот платком, он поспешно отступил к окну. Цзо И смерил его прохладным взглядом и спокойным шагом вернулся к Чжу Цину.
Дядюшке Аню от этого взгляда стало жутко неловко — показалось, будто его посчитали слизняком.
Кроме клочьев волос, из горла Вэнь Вэня ничего не выходило. Ни желудочного сока, ни слюны — исключительно чёрные, мокрые пряди.
— Открой рот.
Чжу Цин велел обессиленному парню закинуть голову. Во рту и в глубине глотки снова было абсолютно пусто.
Когда огонь в пиале угас, зловоние понемногу выветрилось. Дядя Ань подошёл поближе и, бережно поддерживая Вэнь Вэня, тихо произнёс:
— В прошлые разы всё было точно так же.
Горло чистое, но откуда тогда берётся эта проклятая пакля?
Чжу Цин поднял пиалу. Прозрачная вода превратилась в мутную, грязную жижу, а капля крови исчезла без следа.
— На него наложили проклятие, — Чжу Цин опустил чашу на стол и перевёл взгляд на гостей. — В древности это называли «проклятием безмолвия». Крупные кланы тайком прибегали к нему, чтобы заставить нежелательных свидетелей замолчать навеки.
Вэнь Вэнь побледнел как полотно, дядя Ань ошеломлённо замер.
— Но... но ведь он уже не может говорить!
Смертельно перепуганный юноша оттолкнул дядю Аня и, задыхаясь, выскочил из чайной. Все трое ринулись за ним. К счастью, парень лишь заперся в отведённой им гостевой комнате.
— Он ведь ещё совсем мальчишка... К тому же учится на вокальном отделении, — тяжело вздохнул дядя Ань. — Такой удар сломает кого угодно.
— Господин Чжу, — он с надеждой посмотрел на мастера. — Это проклятие можно снять?
— Тайное заклятие — это просто скрытая магия, — уголками губ улыбнулся Чжу Цин. — Неизлечимы только заклятия полного уничтожения. А здесь... если найти исток, проклятие падёт.
Дядя Ань расцвёл в облегчённой улыбке, но следующие слова Чжу Цина снова заставили его насупиться.
— Однако у каждого древнего рода ритуал безмолвия свой. Из того, что мне известно: вместо волос чаще всего используют кровь. Когда человек горстями харкает собственной кровью, о потерянном голосе он думает в последнюю очередь — тут дай бог саму жизнь сохранить.
— Заклинатель же избрал в качестве привязки волосы. Он хотел не просто нагнать страху, а до основания разрушить его разум. Если молодой парень не боится смерти, но лишается смысла жизни... что у него остаётся?
Дядю Аня будто током ударило. Он повернул голову в сторону закрытой двери, приоткрыл рот, но так и не вымолвил ни слова.
Что у него останется? Да ничего.
На памяти дяди Аня, Вэнь Вэнь всегда рос тихим, застенчивым мальчиком. У него есть два старших брата — хватких и сообразительных. Как младшему сыну богатого семейства, ему полагалось быть беззаботным гулякой.
Впрочем, это автоматом лишало его прав на семейный бизнес. В точности как и самого дядю Аня.
Но назвать это бедой язык бы не повернулся. В отличие от простых смертных, они могли не отказывая себе ни в чём пользоваться богатством клана и заниматься только тем, к чему лежала душа.
А Вэнь Вэнь с самого детства души не чаял в пении.
Природа наградила его великолепным голосом. И частные репетиторы, и именитые маэстро в один голос сулили мальчику блестящую карьеру.
Парень легко поступил в консерваторию своей мечты. Оставался всего год до выпуска — он уже готовился открыть собственную вокальную студию и окончательно встать на крыло, как вдруг... потерял голос.
Для него это было горше самой смерти.
Дядя Ань постучал в комнату, но ответом была тишина. Выпросив у хозяев дубликат ключа, он отпер замок.
Вэнь Вэнь сидел на краю койки спиной к двери. Лишь мелкая дрожь, бьющая его худощавое тело, выдавала тихие, беззвучные слёзы.
Прикрыв за собой дверь, дядя Ань опустился рядом. Глядя на распухшее от слёз лицо юноши, он невольно дёрнул рукой, желая обнять его, но так и не решился прикоснуться.
— Господин Чжу сказал, что проклятие поддаётся снятию. Нужно только отыскать того, кто его наложил.
Вэнь Вэнь замер и поднял на него залитые слёзами глаза.
— Это правда, — дядя Ань всё же не сдержался и ласково огладил его щёку, смахнув слезу. — Разве я стал бы тебе врать?
Юноша покачал головой.
— Я никогда тебя не обману, — пообещал дядя Ань. Вглядевшись в лицо юноши, до боли напоминавшее ему другого человека, он смущённо отвёл взгляд. — Приведи себя в порядок, а потом мы вместе с господином Чжу попытаемся вспомнить всё подозрительное.
Вэнь Вэнь энергично закивал.
Дядя Ань поспешно вышел в коридор. Едва он затворил дверь и повернулся, как наткнулся на въедливый взгляд Цзо И.
— Что-то вид у тебя неважный, — с усмешкой заломил бровь Цзо И.
— Всё совсем не так, как ты подумал, — подошёл к нему дядя Ань.
— Да ладно, — пожал плечами Цзо И. — Ума у тебя не густо, но развращать мальчишек ты бы не стал. Я презираю твоего глупого старшего братца, но к тебе у меня особых претензий нет.
«Можно подумать, твои претензии были бы меньше», — мысленно вздохнул дядя Ань и с грустной улыбкой произнёс:
— Мой брат... Эх, да ладно. В конце концов, Цинь Линь ведь всё равно развелась с твоим отцом?
В своё время именно Ань Цзяньго, старший брат дяди Аня, из кожи вон лез, чтобы пристроить Цинь Линь в богатую семью Цзо.
Ань и Цинь действительно состояли в дальнем родстве.
Так что холодное отношение Цзо И к клану Ань было вполне оправданным.
— Даже слышать ничего не хочу про ту семейку, — отмахнулся Цзо И. — Я просто предупредить тебя хотел. Вэнь Вэнь — это Вэнь Вэнь. И он — не его второй брат.