С таким охапистым, пылающим алостью букетом в руках Чжу Цин мгновенно привлекал к себе взгляды всей толпы. А потому все последующие покупки целиком легли на плечи Цзо И. С его лица не сходила довольная ухмылка — он буквально протащил спутника по всему сельскохозяйственному рынку, набрав полные руки пакетов, после чего они наконец вернулись к машине.
Чжу Цин опустился на пассажирское сиденье и чуть повернул голову, разглядывая сиявшего от счастья Цзо И. Тот сразу почувствовал этот взгляд и перевёл на него взор.
Смотря на Чжу Цина, утопавшего в охапке свежих цветов, Цзо И ощутил, как сердце переполняет нежность. Он приподнялся с кресла и мимолётно прикоснулся губами к его губам.
— Не смотри на меня так, — с лёгкой хрипотцой прошептал он.
Чжу Цин тихо хмыкнул, подался вперёд и ласково потёрся лбом о его лоб:
— Мне сейчас неудобно. Поможешь пристегнуться?
— С превеликим удовольствием, — Цзо И с ухмылкой ещё раз чмокнул его в угол рта, после чего накренился над ним, бережно огибая пышные бутоны и словно заключая Чжу Цина в объятия.
Процесс пристёгивания ремня явно затянулся на несколько минут.
В конце концов Чжу Цин не выдержал такой чрезмерной нежности:
— Поторапливайся давай.
Когда они приехали домой, старик Чжао и старик Ли коротали время за шахматной доской во дворе. Услышав шорох, они обернулись и тут же расплылись в улыбках.
— А у Маленького босса букет-то — глаз не оторвать!
— А то! — гордо подхватил Цзо И. — Сам выбирал!
Чжу Цин оставил букет в главной комнате и слегка пнул ногой Цзо И, который крутился рядом, точно привязанный:
— Проголодался?
— Ещё как, — честно признался Цзо И, ведь добирались они в спешке. — Домашней лапши хочу. Домашней, замешанной вручную.
— Ладно.
Чжу Цин сполоснул руки и отправился за мукой. Цзо И, быстро переодевшись, прибежал следом — разжигать печь.
Старик Ли порывался помочь на кухне, но Чжао вовремя схватил его за рукав:
— Глаза-то разуй, а? Чуть-чуть чутья имей.
— Так я ж просто помочь... — растерялся Ли.
Старик Чжао глубоко вздохнул:
— Так и останешься вековать один.
Старик Ли обомлел.
Цзо И не сводил глаз с Чжу Цина, вымешивающего тесто. Не произнося ни слова, он просто сидел у печи и глупо улыбался.
— Вот поедим лапши, и я проверю твои успехи в учениях, — заметил Чжу Цин.
Цзо И мгновенно очнулся:
— Может, лучше вечером померяемся силами? Закончим — и сразу вместе в душ.
— А после обеда сходим на огород, нарвём перца на острый соус.
— Идёт, — легко согласился Цзо И.
Чжу Цин приготовил лапшу с расчётом и на старика Чжао с Ли. Обеденная трапеза выродилась в сытный, но простой перекус.
Закончив с едой и оставив старика Чжао присматривать за домом, остальные прихватили заплечные плетёные корзины и отправились на перцовые грядки.
Перец на кустах уже налился сочным, пылающим багрянцем — один взгляд на эти россыпи радовал душу. Если не считать того, что собирать урожай приходилось на корточках, занятие было исключительно приятным.
— Всё-таки наш перец уродился лучше всех, — умилённо пробормотал Цзо И, косясь на соседский участок.
— Сорт другой, — Чжу Цин почти заполнил свою корзину. — Я люблю поострее.
Да и созревает этот сорт быстрее.
— Я тоже такой люблю! — Цзо И набрал целую горсть жгучих стручков, сложил их букетиком и протянул Чжу Цину: — Держи. Перцовый букет.
Не успел Чжу Цин словом обмолвиться, как с соседнего ряда, разделявшего их, раздался неудержимый смешок старика Ли.
— Чего смешного? Это спонтанная романтика! — фыркнул Цзо И. Однако когда Чжу Цин всё же принял этот импровизированный букет, ухмылка на лице Цзо И стала ещё шире.
— Да-да, конечно, — закивал старик Ли и тут же принялся тайком строчить сообщения Чжао с жалобами на парочку.
Пока Чжао отвечал на сообщения, на поле прибежал Жэнь Цзие.
— Они на перцовых грядках? — переспросил он и торопливо устремился к Чжу Цину.
Тем временем старик Ли передал Цзо И и Чжу Цину, что пришёл Жэнь Цзие.
— Дела? Деловое предложение? — вскинул бровь Цзо И.
— Похоже на то, — Чжу Цин подхватил корзину. — Пойду встречу.
Оставалось совсем немного, Цзо И с Ли скоро закончат и вернутся сами.
Жэнь Цзие бежал так быстро, что перехватил Чжу Цина ещё на полпути.
— Брат Чжу Цин! Тут один покупатель заявил, будто наш оберег бракованный, да ещё и отзыв разгромный оставил! — Парень выглядел до глубины души обиженным — и за талисманы, и за самого Чжу Цина.
Чжу Цин же отнёсся к этому совершенно спокойно. Направляясь к дому, он неторопливо успокаивал юношу:
— Торговля — дело такое. Всегда найдётся недовольный клиент, не принимай близко к сердцу.
— Но ведь наши обереги настоящие! Подлинные! — поджал губы Жэнь Цзие.
— Подлинные-то подлинные, да только действуют они лишь при правильном обращении, — Чжу Цин как раз проходил мимо раскидистого гибискуса и на ходу сорвал с ветки зелёный лист. — Талисман не должен соприкасаться с нечистотой или скверной, иначе он теряет силу и превращается в обычный кусок бумаги.
Лист в его тонких пальцах крутнулся, мгновенно вспыхнул и истаял в воздухе струйкой сизого дыма.
Жэнь Цзие уставился на Чжу Цина с нескрываемым восхищением.
— У вас дома много перца уродилось? — спросил Чжу Цин, глянув на него.
— Много!
— Тогда переработайте его в острый соус и выставьте на продажу в интернет-магазине вместе с остальным.
— Понял!
Отправив Жэнь Цзие, Чжу Цин вместе со стариком Чжао высыпал собранные стручки во дворе сушиться. Вскоре подтянулись Цзо И и старик Ли.
Ярко-красный перец занял добрую треть двора. Цзо И щёлкнул яркое пятно на телефон и выложил фото в соцсети.
Чжу Цин поставил лайк первым.
Цзо И с довольным хихиканьем подсел ближе:
— Братец Цин, ты мне прямо такой авторитет создаёшь.
— Это называется "создавать авторитет"?
Чжу Цин протянул ему дольку очищенной сочной груши. Цзо И с удовольствием её откусил:
— В любом случае, ощущать постоянное внимание и заботу любимого человека — это чистое счастье.
Немного отдохнув, все снова взялись за работу.
Старик Чжао со стариком Ли чистили чеснок, Цзо И промывал перец, а Чжу Цин взялся за секач.
Когда соус упаковали и запечатали в банки, настало время ужина. Чтобы вознаградить помощников за труды, Чжу Цин отварил домашнюю копчёную грудинку, потушил сочные свиные рёбрышки, отправил Цзо И к Ли Цзяню за свежей рыбой для обжарки в остром соусе, а на гарнир приготовил несколько лёгких овощных блюд. Дополнили стол ледяным пивом.
Ужин прошёл на ура.
Выйдя вечером подышать свежим воздухом, Чжу Цин и Цзо И не спеша дошли до дороги возле дома Линь Чэнбиня. Заходить к нему не планировали, но тут сам Чэнбинь выскочил на порог.
Цзо И махнул ему рукой:
— Вернулся уже?
Линь Чэнбинь с улыбкой подбежал к ним:
— А я как раз к вам собирался!
— Что стряслось? — поинтересовался Цзо И.
— Да вот у кузена груши поспели! Сладкие, сочные, огромные — я за раз штуки три съедаю! Если вы не заняты, может, сгоняем завтра вместе побрать?
— Это в ту деревню, что за восточным тоннелем? — вспомнил Чжу Цин. — Помню, вы с учителем раньше часто нас ими угощали.
— Ага, именно туда! — закивал Линь Чэнбинь. — У них там почти все земли под грушевые сады отведены. Удивительное дело: всего один тоннель нас разделяет, а фрукты у них куда слаще наших.
Чжу Цин взглянул на Цзо И:
— Поедем?
— Поедем, — согласился Цзо И. — Ты давно никуда не выбирался, съездим, развеемся.
Хоть и недалеко.
— Тогда завтра в восемь утра я за вами зайду, — ухмыльнулся Линь Чэнбинь, явно рассчитывая упасть на хвост Цзо И.
Договорившись с Чэнбинем, они вернулись домой, полчаса потренировались во дворе, после чего разошлись по умывальням.
После долгих дней воздержания не обошлось без парочки пылких разрядок. И хоть они лишь помогали друг другу руками, это всё равно было куда приятнее, чем в одиночку.
Когда Цзо И, раззадорившись, вознамерился зайти на третий круг, Чжу Цин просто прижал его к матрасу:
— Спать.
Цзо И оставалось только смириться. Что поделать, если твой парень сильнее тебя в боевых искусствах?
На следующее утро Чжу Цин поднялся рано.
Цзо И проснулся, когда тот уже стоял у двери:
— Чего так рано?
— Забыл? — Чжу Цин повернул голову. — Мы же сегодня за грушами едем.
Сверившись с часами, Цзо И сел на кровати, обнимая подушку Чжу Цина, и посмотрел в окно. Чжу Цин подошёл и распахнул створки: яркое, чистое небо предвещало жаркий день.
Линь Чэнбинь явился без опозданий. Цзо И и Чжу Цин надели одинаковые кепки — одна чёрная, другая белая.
— Ого, да у вас тут парный стиль! — подмигнул Чэнбинь.
— Завидуешь? — хмыкнул Цзо И.
— Я? Завидую? — Линь Чэнбинь округлил глаза, тыча пальцем в себя: — На моём лице что, написано «зависть»?
— Да нет, — качнул головой Чжу Цин.
— Зато в голосе явная кислинка, — Цзо И отпер машину, усадил Чжу Цина и сам сел за руль. — Это называется "выдал себя с потрохами", усек?
Линь Чэнбинь с наигранной обидой уселся на заднее сиденье, но уже через пару минут спросил:
— А где такие покупали? Хочу нам с братом Цзянем по такой же взять. Кстати, брат Цзянь с нами едет?
— Едет, — закивал Чэнбинь. — Он сейчас в посёлке, в деревню со вчерашнего дня не возвращался.
— Тогда по пути подхватим, — отозвался Цзо И.
Когда они забрали Ли Цзяня, на его щеке отчётливо алел свежий отпечаток ладони.
Троица уставилась на него во все глаза.
Ли Цзянь неловко кашлянул:
— Это... вышло недоразумение.
Линь Чэнбинь, не подумав, брякнул:
— Ого! Брат Цзянь, ты что, изведал горечь несчастной любви?
—... До любви дело даже не дошло, — вздохнул Ли Цзянь и попросил Цзо И трогать, после чего тихо поведал историю своего синяка: — Я тут за одной местной девушкой ухаживал, Сяо Фэн зовут. Позавчера вечером она позвала меня поужинать вместе со своими друзьями — подругой и парнем. После ресторана мы пошли в караоке, засиделись допоздна. А проснувшись утром, я обнаружил, что нас всех четверых добавили в общий чат. Вчера вечером эта её подруга внезапно стучится ко мне в друзья. Пишет, мол, есть дело к разговору. Я ничего дурного не заподозрил, принял заявку. И тут она присылает мне кучу своих откровенных селфи!
Ли Цзянь тяжко вздохнул:
— Я даже ответить не успел, как мне уже звонит Сяо Фэн с претензиями! Оказалось, Сяо Фэн сидела рядом с той подругой и велела ей устроить мне проверку на вшивость.
— И за это она тебя ударила? — удивлённо перебил Чэнбинь.
— Я пытался объясниться — она и слушать не стала, сразу в чёрный список закинула. Я простоял под её окнами несколько часов... А когда она спустилась, просто прописала мне пощёчину и сказала больше никогда не появляться перед её глазами.
— Так вот почему тебя ночью дома не было, — проникся сочувствием Чэнбинь.
Чжу Цин сделал глоток воды из бутылки:
— Вы ведь ещё даже не встречались?
— Нет. И теперь точно не будем. Любовный роман заглох, так и не начавшись.
— Ничего страшного, — попытался утешить его Чэнбинь. — Зато хоть прикоснулся к этому чувству.
Ли Цзянь сокрушённо посмотрел на него:
— Ты просто слишком долго засиделся в холостяках. Послушал бы маму, сходил бы на свидание вслепую.
— Да хожу я, хожу, — смущённо пробормотал Чэнбинь.
Цзо И усмехнулся:
— И как? Есть варианты?
— Как узнают, что я в деревне живу, сразу на попятную.
— Понять их можно, — закивал Цзо И, следя за дорогой (впереди уже показался въезд в тоннель). — Нынче все рвутся в мегаполисы: работа, квартиры, лучшее образование для детей...
Чэнбинь и Ли Цзянь молча воззрились на водителя.
Тот, не замечая их взглядов, продолжал увлечённо рассуждать о градостроительных трендах.
Чжу Цин мягко откашлялся:
— Ты ушёл от темы.
— Точно! — Чэнбинь ткнул пальцем себе в грудь. — Разве ты не должен был поддержать меня и сказать, что найдётся ещё девица, которая оценит меня по достоинству?
Цзо И закатил глаза:
— Парень ты не промах. Будешь держаться со мной — поверь, девчонки за тобой в очередь встанут.
— Вот это дело! — закивал Ли Цзянь. — Сейчас благодаря нашим деревенским усадьбам и туризму экономика подтянулась, у меня рыбу раскупают гораздо активнее, чем раньше. Гости из усадеб заказывают рыбные блюда, а свежую рыбу берут у нас.
— Оно-то так, да только у меня кузен на днях женится. Мать два дня над ухом зудит, сил моих больше нет, — скривился Чэнбинь.
— А ты ему самому пожалуйся, как увидишь, — предложил Ли Цзянь.
— Ага, щас, — рассмеялся Чэнбинь. — Я тебе что, дурачок?
Салон озарился дружным смехом.
Проезд по тоннелю занял минут десять.
Стоило выехать с противоположной стороны, как палящее солнце ощутилось куда сильнее. Следуя указаниям Чэнбиня, они подъехали к дому его кузена.
Кузен оказался высоким, ладно скроенным парнем с ослепительно белой солнечной улыбкой. Его невеста — статная, подтянутая девушка; смотрелись они невероятно гармонично.
— Брат! Невестка! — окликнул их Чэнбинь, и Чжу Цин с остальными вежливо повторили приветствие.
Семья кузена встретила гостей с искренним душевным теплом. На стол тут же выставили поднос со свежесобранными грушами.
Здесь выращивали два сорта: зелёные гладкие и желтокорые. Зелёные были хрустящими и очень сладкими, а жёлтые — чуть мягче, с приятной кислинкой.
Чжу Цина впечатлили оба сорта. А вот Цзо И отдавал предпочтение жёлтым.
— В нашем саду такие же саженцы? — вспомнил Цзо И про их собственный участок.
— Покупали в этой же деревне. Но здесь климат помягче, а у нас перепады температур больше, так что фрукты могут выйти не такими сладкими, — Чжу Цин нагнулся к самому уху Цзо И и тихо шепнул: — Но ты не переживай. У меня они всё равно вырастут пальчики оближешь.
— Я в тебя верю, — Цзо И тоже подался ближе.
Их головы едва не касались друг друга.
Заметив это, Чэнбинь не задумываясь подался к Ли Цзяню.
Ли Цзянь, с чьей щеки благодаря снадобьям Чжу Цина уже сошёл след пощёчины, от неожиданности отшатнулся и отпихнул Чэнбиня подальше:
— Ты чего вытворяешь?
— Шепчусь! — Чэнбинь задрал подбородок, намереваясь указать Ли Цзяню на парочку напротив, но Чжу Цин в этот момент уже поднялся со своего места.
Ли Цзянь бросил взгляд в их сторону:
— О, они уже в сад собираются. Пошли!
Доев грушу и ополоснув руки, Ли Цзянь прихватил небольшую корзину, сгрёб Чэнбиня за рукав и поспешил за хозяевами.
Грушевые деревья были невысокими, но ухоженными — ветвистые, с густой кроной, буквально облепленные крупными плодами. Каждая груша — весом с полведра!
Чжу Цин сорвал одну и взвесил на ладони:
— Граммов триста в каждой точно есть.
— Вот созреет наш сад, я каждый день буду ходить сочные фрукты трескать, — похвастался Цзо И.
— Совсем сдурел? — Чжу Цин с улыбкой качнул головой. — Они же только в сезон плодоносят.
— Ну, а когда плодов не будет, будем цветами любоваться, — Цзо И вспомнил, как весной склоны гор покрываются буйным цветом дикой вишни: вблизи — куда ни глянь, повсюду лепестки, вдалеке — будто розоватые облака опустились на вершины. — Представь, мы с тобой прямо в саду...
Мозг Цзо И внезапно дал сбой, и он шепнул Чжу Цину пару совершенно непристойных фраз.
В следующий миг Чжу Цин от души защепил его за бок. По грушевой роще пронёсся болезненный вопль Цзо И.
— Что там такое?! — перепугался Ли Цзянь.
Чэнбинь тоже рванул было на звук.
Чжу Цин со спокойным видом отозвался:
— Гусеница ему на плечо упала.
Цзо И молча страдал без права на оправдание.
— Эка невидаль, такой лоб — и гусениц боится! — расхохотался Чэнбинь.
За такую подначку Цзо И немедленно кинулся на него с кулаками, втянув в шуточную драку.