Машина подкатила к небольшой лавке неподалёку от дома дядюшки Лю — свет там ещё горел, а двери оставались приоткрытыми. Чжу Цин попросил Цзо И затормозить и сам выскочил наружу. Цзо И высовывался из окна и наблюдал, как Чжу Цин обменялся парой фраз со старым лавочником, после чего тот повернулся и скрылся в глубине дома.
Вскоре старик вернулся, держа в руках аккуратную деревянную шкатулку. Чжу Цин с улыбкой принял её и положил на стойку купюру в пятьдесят юаней. Однако лавочник с шутливой руганью запихал деньги ему обратно в карман и замахал руками, выгоняя гостя прочь.
За окном разыгралась настоящая метель. Видя, что снегопад усиливается, Цзо И уже собрался было выйти, но Чжу Цин, заметив его движение, крикнул:
— Сиди в машине, не вылезай!
Цзо И, разумеется, не послушался. Прихватив зонт, он выбрался на холод, пересёк дорогу и накрыл Чжу Цина от падающих хлопьев, а другой рукой забрал из его рук шкатулку.
— Зачем тебе эта вещь?
Чжу Цин бросил беглый взгляд на крышу машины, где беззвучно парил Безголовый призрак, и улыбнулся:
— Сам догадайся.
Цзо И всё мгновенно понял:
— А ты предусмотрителен.
— В нашем деле без этого никак.
Положив шкатулку в багажник, Цзо И повернулся к Чжу Цину. В темноте метели он крепко сжал его озябшую ладонь и увёл обратно в тёплый салон.
Из-за ночного снегопада трасса пустовала, но из-за наледи на дороге быстро ехать было опасно. К тому моменту, когда они добрались до нужного участка шоссе, крыша автомобиля покрылась толстым слоем снега.
Едва Чжу Цин ступил на обочину, как из густой лесополосы под дорогой выплыл знакомый старый призрак:
— Ого, господин Чжу! Какими судьбами в наши края?
Заметив за спиной юноши Безголового с тыквой вместо головы, он тут же всплеснул руками:
— А, так вы из-за него?
— Дядюшка, — Чжу Цин натянул привезённые Цзо И шерстяные варежки и поправил плотный шарф, обращаясь к обезображенному духу. — Его голова до сих пор не найдена. Я обещал помочь.
— Да уж, он несколько дней тут всё перерыл, толку ноль, — Старый призрак описал круг вокруг Безголового, после чего перевёл взгляд на Цзо И, державшего зонт над Чжу Цином. — Вот я и подумал, что вам это по силам, и указал ему дорогу. Бедняга ведь даже пути не знал! Я потратил несколько десятков тысяч ритуальных денег, чтобы местные духи довели его до вашего дома.
Неудивительно, что Чжу Цин, открывая оградку, уловил едва заметный чужой дух. Старый призрак позаботился о том, чтобы Безголовый постучал только после отъезда хозяина.
— Мне-то дети со снохами исправно курения жгут, а этот бедолага... Столько дней мёртв, а ему ни единой свечи, ни листочка жертвенной бумаги не перепало. Жалкое зрелище, — вздохнул Старый призрак и снова уставился на Цзо И: — А это что за парень? Статный какой!
Цзо И усмехнулся:
— Благодарю за комплимент, дядюшка.
Чжу Цин чуть изогнул губы в улыбке.
— Ого! Да ты меня видишь! — поразился призрак и мгновенно подлетел к Цзо И вплотную.
При жизни он погиб под колёсами: руки и ноги изогнуты под неестественными углами, на разбитом лбу застыла чёрная кровь. Подойди он так близко к обычному человеку, тот от ужаса свалился бы в сугроб. Но Цзо И даже глазом не моргнул.
— Вижу, — спокойным тоном подтвердил Цзо И.
Он достал из салона пачку ритуальных купюр и поджёг их прямо на ветру:
— Примите в знак знакомства.
— Ох, ну надо же, каков щедрый! — Призрак сгреб охапку призрачных денег, едва бумажная зола развеялась по воздуху. — Если понадобится помощь — только скажите!
Он был местным «долгожителем» среди неупокоенных и знал здесь каждую тень. К тому же в молодости служил в армии — так что закалки ему было не занимать. Ещё будучи свежим духом, он оторвал кусок духовной силы у местного задиры, заслужив репутацию, с которой даже на том свете жилось вполне привольно.
— Помощь и впрямь не помешает, — Чжу Цин указал на склоны под трассой. — Когда произошла авария, машина врезалась в ограждение. От удара тело выбросило из салона, и оно застряло на соснах. Думаю, голова должна быть где-то в этом лесу.
Склон под дорогой уходил вниз довольно круто, хотя до самого дна обрыва пробраться было можно. Главной проблемой оставался густой сосновый бор, переходящий у подножия в бурлящую речку.
— Вот-вот, — Старый призрак закивал, оборачиваясь к темнеющим деревьям. — Я тоже так думал! Да только всё прочесал, а головы не нашёл. Уж не унесла ли её вода?
— Если бы унесла, её зажало бы в камнях или принесло к плотине у городка. Раз полиция ничего не нашла, значит, она либо затерялась в буреломе, либо... — Цзо И оглянулся на свою машину, — её раздавило колесами.
— Нет-нет, точно нет! — вмешался Старый призрак. — Тут потом столько экспертов лазило! Сказали, никаких следов органики на асфальте не обнаружено. Голова цела.
— Это упрощает задачу.
Чжу Цин больше всего опасался, что голова превратилась в месиво. В таком случае собрать полноценный духовный облик было бы невозможно, и желание Безголового попрощаться с любимой навсегда осталось бы неисполненным.
Чжу Цин достал целую пачку ритуальной бумаги и сжёг её, попросив Старого призрака раздать «плату» местным духам за поиски. Тот охотно согласился и растворился в метели.
Затем Цзо И по указанию Чжу Цина достал благовония и установил их на месте, где нашли тело. Восковые свечи и жертвенная бумага вспыхнули легко, несмотря на пронизывающий ветер и падающий снег.
Чжу Цин нацарапал на желтом листе символы: * «Стой здесь и не шевелись. Я помогу твоему духу почувствовать, где находится твоя голова»*.
После этого он одним точным движением впечатал заговоренную бумагу в грудь Безголового.
Тот медленно поднял руку и изобразил пальцами жест «ОК».
Сцена выглядела дико и комично одновременно. Посреди ночи, на глухой заснеженной трассе перед тёмным лесом парит обезглавленный труп с окровавленной шеей и показывает «ОК».
Пока Безголовый замер, Чжу Цин принялся ловко складывать из ритуальной бумаги птицу. Цзо И держал над ним зонт, наблюдая за тонкими пальцами:
— А я умею складывать бумажных журавликов. Хочешь, сделаю для тебя?
— И сколько сделаешь? — улыбнулся Чжу Цин.
— По одному в день? — Цзо И наклонился к самому его уху. Тёплое дыхание коснулось кожи, вызвав легкую дрожь.
— Идёт, — Чжу Цин повернул голову и мягко коснулся губ Цзо И. — Только попробуй не сдержать слово.
Цзо И тут же притянул его за затылок, накрывая его губы глубоким, властным поцелуем. Снег кружился вокруг них, скрывая весь остальной мир.
А прямо за спиной Безголового призрака из тьмы выплыло с полсотни неупокоенных духов. Они уставились на обнимающуюся пару круглыми глазами.
Один старик с оторванной челюстью стыдливо прикрыл единственную целую половину лица ладонью.
Безногая старуха расплылась в беззубой улыбке.
Вернувшийся Старый призрак, опасаясь разозлить мастера, быстро разогнал зевак обратно в дебри. Улетая, он лишь сочувственно глянул на Безголового: «Хорошо хоть, у тебя глаз нет — не видишь этого непотребства».
Но Безголовый всё прекрасно чувствовал. Его духовное зрение вернулось, и он стоял, сжав кулаки от неловкости за эту сладкую парочку.
Наконец Цзо И неохотно отстранился. Оба тяжело дышали, их щёки пылали.
— Я сейчас уловил столько чужеродных запахов... — пробормотал Цзо И, касаясь подбородка Чжу Цина.
— Это местные духи сбежались на заговор, — Чжу Цин глянул в темноту леса.
Удовлетворённый Цзо И тут же переключился в режим добросовестного помощника. Чжу Цин подбросил бумажную птицу в воздух и сложил пальцы в ритуальный знак. Цзо И увидел, как вспыхнул золотистый огонёк, впитавшись в бумагу.
Простая фигурка вдруг с тихим хлопком «набухла», обретая объем, и с живым трепетом устремилась к Безголовому. Она без помех влетела прямо в его грудную клетку.
— Чувствуй её.
Чжу Цин взмахнул рукой — и тело призрака взмыло над землёй, а тыква свалилась в снег. Безголовый задергался, словно в приступе паники.
— Что с ним?
— Я заставил его заново прожить секунды перед смертью, — пояснил Чжу Цин. — Момент отделения головы даёт ощущение потери веса и траектории падения. Это укажет точное направление.
Через пару минут призрак опустился на землю. Бумажная птица выскользнула из его груди, и Чжу Цин велел Старому призраку следовать за ней.
Прошло около получаса, прежде чем Старый призрак вернулся, следуя за летящей фигуркой. Птица с трудом, но тащила в лапках нечто круглое и тяжёлое.
— Ну и ну! Я-то думал, как её оттуда вытащить, а эта бумажка оказалась сильнее любого погрузчика! — поражался дух.
Обычные призраки ведь не могут двигать предметы в материальном мире.
— Спасибо за службу, — Цзо И подставил шкатулку, куда птица аккуратно опустила страшную находку. Помог сильный мороз — от останков практически не исходило запаха. Цзо И тут же захлопнул крышку. — И где же она была?
— Не поверите! Белки затащили её в своё дупло! На зимние запасы! — хохотнул Старый призрак.
— Всё ещё не хочешь перерождаться? — спросил Чжу Цин у старика.
Тот замахал руками:
— Нет-нет-нет! У меня скоро правнук родится, надо хоть взглянуть!
— Как знаешь, — кивнул Чжу Цин. — Захочешь уйти — найди меня.
Старый призрак слишком долго задерживался в мире живых, и жнецы давно сбились с его следа. Без обряда упокоения ему было не пройти в Врата Перерождения.
— Договорились! — Призрак завис в воздухе и тепло улыбнулся: — Счастья вам. Живите долго и ладно!
— Спасибо, дядюшка! — громко отозвался Цзо И.
Когда старик исчез, Чжу Цин отправил Безголового к багажнику — вернуть свою истинную голову на плечи. Сами же они сели в машину и поехали дальше.
Им предстояло доставить голову домой. И дать этому человеку шанс попрощаться с женой.
* * *
— Думаешь, у него получится собраться воедино? — спросил Цзо И, когда они подъезжали к городской черте.
— Получится, — уверенно отозвался Чжу Цин.
И словно в подтверждение его слов, сквозь закрытое стекло на заднее сиденье просочился интеллигентного вида мужчина. Голова его сидела на плечах ровно, лишь тонкий багровый шрам огибал шею.
— Господин Чжу, господин Цзо... Я даже не знаю, как вас благодарить.
— Как ваше имя-отчество? — спросил Цзо И, глядя на него через зеркало заднего вида.
— Меня зовут Шангуань.
Редкая фамилия.
Чжу Цин сверился с навигатором:
— Вторая кольцевая, тут недалеко.
Господин Шангуань нервно касался шеи, проверяя, хорошо ли держится голова.
— Не переживай, всё в порядке, — успокоил его Чжу Цин.
Призрак смутился:
— Моя жена очень пугливая. Боюсь перепугать её до смерти.
Цзо И хмыкнул. Чжу Цин вопросительно посмотрел на него, и тот пояснил:
— Прости, не удержался. Просто логика подсказывает: увидеть умершего мужа в любом случае шок, хоть с головой он, хоть без.
Улыбка на лице господина Шангуаня угасла.
— Посмотрим по обстановке, — вмешался Чжу Цин. — Если будет слишком испугана, устроим вам встречу во сне.
— Спасибо вам...
Когда они добрались до нужной высотки, Чжу Цин и Цзо И поднялись на этаж с деревянной шкатулкой. На стук никто не ответил. Господин Шангуань без труда прошёл сквозь дверь и тут же вернулся:
— В квартире пусто.
Чжу Цин постучал к соседям. Вышедшая женщина объяснила, что вдова господина Шангуаня забрала ребёнка и уехала в его родную деревню — устраивать похороны.
Пришлось разворачивать машину.
К утру они добрались до места. Во дворе дома господина Шангуаня кипели жаркие споры.
Вдова категорически отказывалась предавать тело земле:
— У него не хватает части тела! Я не закрою гроб, пока он не станет целым!
— Да он же мёртв! Отпусти ты его уже, не мучай ни себя, ни нас! — плакала мать погибшего.
Отец стоял рядом, мрачнее тучи.
Когда Чжу Цин и Цзо И вошли во двор, все разговоры смолкли.
— Вы к кому? — Мать господина Шангуаня торопливо вытерла слёзы.
Цзо И шагнул вперёд и протянул деревянную шкатулку:
— Мы привезли то, чего не хватало.
— Это... — Вдова дрожащими руками приняла шкатулку.
Рядом с ней стояла маленькая девочка. Чжу Цин присел на корточки и поманил малышку к себе:
— Хочешь посмотреть на диких обезьянок?
Он достал телефон и показал фотографии, которые делал в горах. Пока ребёнок рассматривал снимки, за её спиной раздался разрывающий душу плач — родные открыли крышку и увидели то, что искали так долго.
* * *
Семья Шангуань накормила гостей и уложила спать в комнате для гостей. Когда они проснулись, на часах было уже больше восьми вечера. Во дворе вовсю шла традиционная траурная церемония.
— Спасибо вам... — Вдова выглядела измождённой, но её глаза больше не казались мёртвыми. Она низко поклонилась гостям.
Чжу Цин отвёл её в сторону и, глядя на призрака господина Шангуаня, неотступно стоявшего подле супруги, тихо спросил:
— Если бы у вас была возможность... вы бы хотели увидеть мужа ещё один раз?
— Конечно! — У женщины мгновенно покраснели глаза. — Я бы отдала половину жизни, лишь бы обнять его снова! Я ведь сама виновата... Если бы не попросила его сфотографировать тех обезьян для дочки...
Чжу Цин вложил в её ладонь жёлтый талисман:
— Зажги его у себя в комнате. Когда бумага догорит дотла, ты его увидишь.
Женщина долго смотрела на заговоренный листок, после чего молча повернулась и поднялась на второй этаж.
Попрощавшись с хозяевами, Чжу Цин и Цзо И покинули дом. Они решили съездить в центр города — раз уж выбрались из своей глуши, нужно было немного отдохнуть.
Запершись в спальне, вдова дрожащими пальцами чиркнула зажигалкой. Жёлтый листок вспыхнул. Женщина опустилась на колени перед тлеющей бумагой, её сердце бешено колотилось. Всё это казалось безумием, сказкой... Но они ведь действительно привезли его голову!
— Не плачь...
Знакомый, невероятно тёплый голос раздался прямо за спиной. Женщина вздрогнула, медленно повернулась и встретила родной, любящий взгляд. Зажав рот руками, она захлебнулась слёзами.
* * *
Цзо И снял роскошный номер в лучшем отеле города и заказал целую гору изысканных блюд. Сытно поужинав, они отправились гулять по ночным улицам, посмотрели фильм в кинотеатре и пропустили по бокалу коктейля в уютном баре.
Вернувшись в отель, Цзо И прямо у порога прижал Чжу Цина к дверному полотну, накрывая его губы страстным поцелуем. Едва вырвавшись за глотком воздуха, Чжу Цин ловким движением перехватил инициативу и сам прижал Цзо И к двери.
— Хватит паясничать, — тяжело дыша, проговорил Чжу Цин.
Цзо И беззаботно развёл руками:
— Я просто не могу удержаться.
— Врёшь, — Чжу Цин резко вскинул колено, упираясь ему между бёдер, и смерил его тёмным, опасным взглядом. — И это тоже «не удержался»?
Цзо И невинно хлопнул ресницами:
— Естественно.
Чжу Цин надавил сильнее, намереваясь проучить дерзкого любовника, но Цзо И лишь наигранно застонал:
— О да, милый, давай посильнее!
—... Пошёл ты!
* * *
Выспавшись, они прошлись по магазинам, купили тёплые вещи, набрали на городском рынке свежих продуктов, орехов и сухофруктов, после чего отправились в обратный путь.
Уже на въезде в родную деревню им навстречу попался Линь Чэнбинь, возвращавшийся с чайных плантаций.
Цзо И опустил стекло, разглядев его заляпанные грязью сапоги:
— Ты откуда? В такой мороз на плантациях делать нечего, хватит и одного обхода в день.
— Да скучно дома, — Линь Чэнбинь затянулся сигаретой и с тоской вздохнул: — Моя первая любовь замуж выходит. На душе паршиво...
Чжу Цин и Цзо И переглянулись.
— Твоя первая любовь?
Линь Чэнбинь глубокомысленно покрутил подбородок:
— Ну... моя первая безответная школьная любовь.
Чжу Цин: «...»
Цзо И: «...»
Разгрузив багажник у дома, они сразу взялись за дело. Свиньи верещали от голода, и Чжу Цин поддал им распаренной отрубной каши, пока куры суетились у его ног. Цзо И тем временем забивал холодильник и раскладывал припасы.
— На обед лапшу домашнюю сделаем? — спросил Чжу Цин, заходя в кухню и потирая зазябшие руки.
— Давай, — согласился Цзо И и подмигнул: — Только, пожалуйста, без уксуса.
Чжу Цин подвернул рукава:
— Тогда сделаю поострее.
В морозный день острый перец был в самый раз. Лапша у Чжу Цина получалась невероятно упругой благодаря его физической силе, а соус был настолько хорош, что Цзо И мог есть её хоть каждый день.
После обеда они разжгли жаровню с углями: Цзо И устроился с ноутбуком за столом, а Чжу Цин включил телевизор.
На третий день после того, как снег окончательно лёг на холмы, в деревню вернулся один из местных парней.
Толстая золотая цепь на шее, брендовая одежда и иномарка за несколько сот тысяч юаней моментально сделали его главным объектом обсуждений среди сельчан.
Возвращаясь с плантации, Цзо И и Линь Чэнбинь увидели, как этот мажор щедро раздаёт старейшинам дорогие сигареты — по сотне юаней за пачку.
— Ого, а Чанг Цзянь-то поднаторел! — заметил Линь Чэнбинь.
— Чанг Цзянь? Сын старшего дяди Чанга? — уточнял Цзо И.
— Ага. Вот уж точно: смотришь на людей и жить не хочется, — вздохнул Линь Чэнбинь, глядя на свою дешёвую пачку. — Его сигареты втрое дороже моих.
Но Цзо И смотрел вовсе не на сигареты. Вокруг Чанг Цзяня клубилось плотное, зловонное зелёное марево. Чем ближе они подходили, тем сильнее Цзо И ощущал тошнотворный гнилостный запах. При этом Линь Чэнбинь ничего не замечал — значит, вонь исходила исключительно от духовной скверны.
Чанг Цзянь расплылся в улыбке и шагнул к ним, протягивая сигареты. Цзо И отказался.
— Ну ты даёшь, Чанг Цзянь, — Линь Чэнбинь покрутил в руках дорогой подарок. — Где это ты так поднялся?
— Да брось ты, — Чанг Цзянь скосил глаза на Цзо И. — Вот кто у нас настоящий босс, а я так, мелкая сошка. Просто экономил в городе, вот и решил дома немного перья распустить.
Цзо И едва сдерживал рвотный позыв от гнилостного смрада, исходящего от парня. Не желая продолжать разговор, он сухо попрощался с Линь Чэнбинем и пошёл к дому, полностью проигнорировав Чанг Цзяня.
Тот даже не смутился. Напротив, он бесцеремонно хлопал Линь Чэнбиня по плечу:
— Слышал, Цзо И хочет взять тебя в дело? Выбьешься в люди — не забывай старых друзей!
— О чём ты говоришь, — Линь Чэнбинь глянул на его цепь. — С твоим-то достатком смешно такое слушать.
— Э-э, не скажи! Кто такой Цзо И? Стоит семье Цзо смахнуть нам пару крошек со своего стола — и мы в шоколаде!
Линь Чэнбиню надоел этот трёп, и он под предлогом дел поспешил уйти.
Чанг Цзянь посмотрел ему вслед и презрительно хмыкнул:
— Семья Цзо? Скоро вся наша деревня будет знать только род Чанг!
* * *
Едва Цзо И переступил порог и описал увиденное, Чжу Цин мгновенно изменился в лице. Его глаза вспыхнули гневом:
— Ах ты тварь, Чанг Цзянь!
Вечером того же дня Чжу Цин с ледяным выражением лица постучал в ворота дома семьи Чанг.