Чжу Цин отпил чай и, отставив пиалу, взглянул на У Цянь. Девушка не отрываясь гипнотизировала глазами закрытую дверь своей спальни. Почувствовав на себе его пристальный взор, она вздрогнула и поспешно выпрямилась на стуле.
— Повторю то, что говорил ранее: призывать Духа Письма легко, изгнать — почти невозможно. Какой бы жалкой ни казалась её судьба, перед тобой мстительный призрак, ведомый обидой. От пары твоих искренних слов её жажда расправы не растает. Защитный амулет держи при себе, ближе к телу. Чуть что случится — сразу зови меня.
Поднявшись из-за стола, Чжу Цин попросил Цзо И достать ещё два защитных талисмана. Затем они постучали в комнату старших супругов У. Глядя на их заплаканные, покрасневшие от горя глаза, Чжу Цин молча протянул им желтые амулеты.
Едва гости вышли за порог, тётушка У прижала дочь к себе и запричитала:
— Что ж ты молчала-то, глупенькая?!
Старший дядя У сжимал кулаки, сгорая от стыда и чувства вины:
— Моя вина... Я ведь даже не заметил, что с тобой что-то не так! Если бы...
— Вы ни при чём, — У Цянь покачала головой, не сводя глаз с двери. — Я сама не хотела, чтобы вы знали. Теперь всё уже позади.
— Но ведь... — Тётушка У бросила тревожный взгляд на лежащий на столе амулет, затем посмотрела на помертвевшее лицо дочери, и все приготовленные слова застряли у неё в горле.
* * *
Чжу Цин и Цзо И не спеша шагали по узкой деревенской тропе. Вверху мягко светила луна. Мужчины не торопились, обсуждая увиденное в комнате девушки.
— Свести дружбу с призраком... Насколько же сильно она отчаялась и перестала верить людям? — пробормотал Цзо И, вспомнив нечистый дух, затаившийся в том углу.
— В том-то и беда, — тихо вздохнул Чжу Цин, остановившись на перекрёстке. — В юности У Цянь пережила жестокую травлю. Это ранило её душу на всю жизнь. Для неё человеческая коварность кусает больнее любой нечисти. Сколько ни убеждай, она нас не услышит — лишь решит, будто мы пытаемся сбить её с толку.
— А призрак? Неужели он не причинит ей вреда? — не унимался Цзо И.
— Кто знает... — Чжу Цин возобновил шаг. — Но сейчас она переживает за тварь куда больше, чем за саму себя.
* * *
Успокоив родителей, У Цянь подошла к своей спальне. На дверном косяке всё ещё желтел талисман, приклеенный Цзо И. В глазах девушки мелькнуло беспокойство. Помявшись, она всё же сорвала бумажку, переложила её на тумбу под телевизором, нащупала под одеждой нательный амулет и только после этого толкнула дверь.
В комнате царил мрак. У Цянь быстрыми движениями прикрыла дверь и щёлкнула выключателем. У самой кровати, съёжившись, сидела коротко стриженная женщина. Услышав шум, она подняла бескровное лицо и, узнав У Цянь, слабо и кротко улыбнулась.
— Я знала... Ты не позволишь им уничтожить меня.
У Цянь растерянно взмахнула руками:
— Да нет же... Они вовсе не хотели навредить тебе. Просто они беспокоятся за меня.
Призрак медленно поднялся. На тонком, мертвенно-белом запястье женщины зияла жуткая рана, доходившая до самой кости — сквозь рваные края гниющей плоти отчётливо виднелся мутно-белый срез.
— Лишь я знаю тебя настоящую, — зашелестела короткостриженая, подплывая вплотную и с нежностью накрывая своими ладонями руки девушки. — Я ни за что тебя не обижу, я лишь помогаю. Те дряни уже получили по заслугам. Теперь твоя очередь сдержать обещание, ведь так?
У Цянь опешила:
— Получили по заслугам?
— Ну разумеется, — усмехнулся дух. — Не веришь — съезди завтра в уезд, сама всё услышишь. А уж после мы обсудим наш уговор...
Призрак припала к плечу девушки. От ледяного прикосновения У Цянь пробрал мороз по коже, но она так и не оттолкнула её. Сидевшая на её плече тварь хищно скривила губы.
* * *
Ночь пролетела незаметно.
Чжу Цин поднялся с первым рассветом. Взяв метлу, он вышел во двор, намереваясь навести порядок, но с удивлением обнаружил, что и передняя, и задняя площадки уже вычищены до блеска. Лишь у дверей кухни крутился статный юноша, не сводя глаз с очага.
— Хватит гипнотизировать кастрюли, я уже всё подмёл! Когда завтракать будем?
Фан Мин, казалось, готов был появляться на публике исключительно к подаче блюд.
— А чего бы тебе хотелось? — с улыбкой поинтересовался Чжу Цин.
— Что сваришь, то и смету! — продемонстрировал разумный компромисс юный призрак.
Из главного дома вышел Цзо И. Застёгивая воротник на ходу, он смерил Фан Мина цепким взглядом:
— Ого, а ты сообразительный. Наглеть не рискуешь.
— Брат Уксус, ты хоть день проживёшь, чтобы меня не извести? — вспыхнул тот.
— Брат Уксус? — переспросил Чжу Цин, сдерживая смех и переводя взгляд на перекошенное лицо Цзо И. — Это ещё почему?
— Да потому что он киснет от ревности по любому поводу! — выкрикнул Фан Мин и тут же дал дёру, пока не прилетело.
Чжу Цин еле сдержал хохот:
— И-гэ, лапшу ручной лепки на завтрак будешь?
— Буду.
Цзо И отбросил метлу, подхватил Чжу Цина за талию и увлёк за собой в кухню.
Чуть позже, когда пришли старик Чжао со стариком Ли и принялись раскатывать тесто, Чжу Цин, колдовавший над соусом, невинно спросил:
— И-гэ, а уксуса тебе сколько плеснуть?
Старики-повара синхронно повернули головы на этот вопрос.
Уши Цзо И вспыхнули пунцовым цветом. Шагнув к Чжу Цину, он слегка сжал его щеку пальцами:
— Выбирай выражения!
— Так наливать или нет?
— Наливай! — сквозь зубы процедил Цзо И.
Подшутив над возлюбленным, Чжу Цин всё же капнул в его пиалу совсем немного кислинки — исключительно для аромата.
* * *
Не успели они закончить с завтраком, как на пороге в смятении возник старший дядя У:
— Чжу Цин! Цянь-цянь заявила, что ей срочно нужно в уезд. Мы с матерью не удержались и отправили её одну, да только на душе у меня всё равно неспокойно... Не случится ли с ней беды?
— Не случится, — успокоил его Чжу Цин. — Как вернётся, пусть сразу зайдёт ко мне.
— Хорошо-хорошо! — Дядя У заметно расслабился, выгрузил на стол корзину свежих овощей со своего огорода и поспешил прочь.
Время едва перевалило за половину девятого. Старик Чжао предупредил, что к полудню ожидаются гости, поэтому на кухне закипела работа. Около десяти часов к двору подкатили две машины — приехала большая семья из шести человек, от мала до велика. Гости с удовольствием погуляли по грядкам, набрали с собой свежей зелени, прикупили домашней грудинки у дядюшки Чэня и ближе к трём часам дня довольные отбыли обратно.
Заставив Чжу Цина передохнуть, Цзо И сам взялся за уборку двора. От нечего делать Чжу Цин отыскал пару сочных мозговых косточек и направился к чайным плантациям — порадовать местных псов.
Едва он приблизился, как из земли выскочил Лу Фэйцзянь.
— Ого, в малом святилище новый жилец? Твоих рук дело? — ухмыльнулся водный призрак.
— Успел познакомиться? — улыбнулся Чжу Цин.
Лу Фэйцзянь важным жестом заложил руки за спину:
— Обида на нём тяжелая, недобро от него пахнет. Впрочем, пока я вкушал подношения, он ко мне не лез. Зато над мелким чернильным духом подшутил так, что тот до сих пор дуется — решил, будто потерял твоё расположение!
— Что за глупости, — покачал головой Чжу Цин. — Его зовут Фан Мин. Он помог мне в городе и сильно пострадал, вот я и привёл его подлечить дух.
— А-а, вот оно что... — Лу Фэйцзянь заметно расслабился. Похоже, он и сам втайне опасался остаться не у дел. — Кстати! Вчера ночью я видел, как из двора семьи У выскочила какая-то ламия... то есть женский дух. Вид у неё был донельзя потрепанный.
Чжу Цин ничуть не удивился:
— Я и забыл, что с твоего пригорку видна половина деревни. Поглядывай по сторонам по ночам. Чуть что подозрительное — беги ко мне.
— Понял, сделаю! — Лу Фэйцзянь ударил себя кулаком в грудь и снова нырнул под землю.
Вспомнив о расстроенном чернильном духе, Чжу Цин набрал Цзо И и попросил зажечь дополнительные благовония для малого духа и Лу Фэйцзяня, а сам направился к фруктовым садам.
* * *
Сяо Моцзин ждал его у самого подножия холма, зависнув в воздухе нетерпеливым тёмным облачком.
— Этот новый призрак вечно надо мной измывается! — едва Чжу Цин подошёл ближе, дух прилип к его ладони, требуя ласки и тихо жалуясь.
— По возрасту ты ему в дедушки годишься, — Чжу Цин погладил крошечную головку. — Будь великодушен, не обращай внимания на глупости.
Услышав про «дедушку», Сяо Моцзин мгновенно повеселел и принялся расспрашивать про городские приключения. Чжу Цин присел на поваленный ствол и не торопясь обо всём рассказал. Дух слушал, едва не подпрыгивая от восторга.
— Вот вырасту сильным-пресильным, смогу выходить за пределы сада и тоже буду помогать тебе!
— Заранее спасибо, — усмехнулся Чжу Цин, снова подставив ладонь.
— Ах да! — Чернильный дух резко встрепенулся и указал на южную сторону сада. — Мне всё кажется, будто оттуда за нами кто-то подглядывает. Но стоит мне метнуться туда — никого нет!
— Пойдём посмотрим.
Они направились к южной меже, где росли персиковые деревья. Сейчас их ветви стояли абсолютно голыми. Чжу Цин обшарил взглядом участок, на который указывал дух, и неожиданно ощутил под подошвой хруст. Отступив на шаг, он присел на корточки.
На земле лежала маленькая обглоданная косточка. Похоже, крысиная.
Чжу Цин поднялся. Сяо Моцзин тут же подлетел ближе:
— Нашёл что-то? Тут этих костей полно! Вон, под тем персиком тоже!
Чжу Цин подошёл к указанному дереву — там и впрямь белела целая россыпь мелких костей.
— Я каждый раз прибегаю на шум, но находил только эти костяшки. Деревья при этом целы! Сначала думал на диких собак, но с чего бы собакам ловить полевых мышей? А призраков в том краю нет... Странно всё это.
— Ничего страшного, — Чжу Цин внимательно осмотрел останки и улыбнулся. — Не переживай.
В этот момент зазвонил телефон — Цзо И звал обедать. Попрощавшись с духом, Чжу Цин спустился к подножию холма, где столкнулся с местными крестьянами, ухаживавшими за садом. Вспомнив про кости, он решил расспросить их.
Один из мужчин махнул рукой:
— Да не только на юге! На самой вершине и на дальнем склоне всё костями завалено. Поначалу жутко было, а потом присмотрелись — обычные лесные полёвки.
Чжу Цин взял это на заметку. По дороге к дому он пытался вспомнить, случалось ли подобное раньше. На берегу реки его встретил Цзо И.
— Что-то случилось?
— В саду и на дальнем склоне полно крысиных костей, — кратко пересказал Чжу Цин. — Я проверил: следов нечистой силы нет. Значит, работу делает какой-то зверь или мелкий дух.
— Сами деревья в порядке?
— Растут отлично, повреждений нет.
Цзо И обнял Чжу Цина за плечи:
— Не забивай себе голову. Вся деревня Пиншань знает, под чьим покровительством она находится.
— Так высоко меня ценишь?
— Ты этого заслуживаешь.
* * *
Не успели они пробыть дома и получаса, как на пороге с нескрываемым ужасом на лицах возникли тётушка и дядя У, ведя под руки бледную, саму не свою У Цянь.
— Чжу Цин! — содрогающимся голосом выдохнула тётушка У. — Те девчонки, что издевались над нашей Цянь-цянь... С ними со всеми стряслась страшная беда!