— Мне осталось недолго, — Господин Гу опустил руку и перевёл взгляд с Белого скелета на стоящих напротив Чжу Цина и Цзо И. — Понимаю, просить об этом стыдно, но... смогу ли я увидеть прежнюю Ваньвань?
Чжу Цину вдруг стало до боли жаль Цинь Ваньвань. Эта женщина любила его так долго и страшно, а теперь мужчина, к которому она рвалась изо всех сил даже после смерти, думал лишь о её былой красоте.
О красоте, а не о её душе.
— Нет, — отрезал Чжу Цин.
И не успело эхо его слов утихнуть, как Цзо И поражённо воскликнул:
— Да что с ней такое?!
Чжу Цин вместе с господином Гу взглянули на Белый скелет. Кости, ещё мгновение назад сиявшие чистой белизной, на глазах потускнели, будто обуглились изнутри.
А ведь до слов Гу всё было хорошо!
Чжу Цин поднялся и подошёл к ней. Белый скелет медленно повернулась и прямо на глазах у Цзо И и господина Гу прислонила обнажённый череп к плечу юноши.
Цзо И сжал зубы и сделал шаг вперёд, намереваясь оттолкнуть костяную голову, но та оказалась быстрее: выпрямилась и протянула Цзо И тонкую кисть.
— Кхм... — Цзо И скосил глаза на Чжу Цина. Увидев на его лице тёплую улыбку, он неуклюже пожал сухую ладонь и буркнул: — Привет.
Пожав Цзо И руку, Белый скелет даже не повернула головы в сторону господина Гу. Она размеренно пошагала к воротам. С каждым шагом её очертания сливались с ночной тьмой, пока вовсе не растаяли в воздухе.
— Она... — Господин Гу застыл, не веря собственным глазам.
Цзо И и Чжу Цин переглянулись.
— Как видите, — Чжу Цин пожал плечами. — Говорить она не может, но прекрасно чувствует ваши мысли и отношение. Раз уж вы до сих пор отказываетесь признавать в ней ту самую Цинь Ваньвань и тоскуете лишь по живой, яркой красавице — ей незачем больше оставаться подле вас.
— На вашем месте я бы не стал лишний раз изнурять угасающее тело, — перебил Цзо И господина Гу, чьё лицо пошло смертельной бледностью. — Проведите оставшиеся дни с родными. А там, глядишь, когда сойдёте в Жёлтые источники, ещё встретитесь.
Господин Гу долго молчал, прежде чем прошептать:
— И кого же я там встречу?..
Чжу Цин молча развернулся и ушёл в дом — слушать этот бред ему больше не хотелось.
Цзо И поджал губы:
— Кого бы ни встретили, может, хоть тогда удастся услышать её голос. Ну а если разминётесь — что же, останется ждать следующей жизни.
Хотя один чёрт знает, полюбила бы его Цинь Ваньвань в новом перерождении.
Господин Гу был человеком редкой противоречивости. Назвать его преданным? Но важна ему была лишь внешняя оболочка Цинь Ваньвань. Назвать бессердечным? Но им двигало незыблемое желание увидеть её напоследок. Вот только этот самый «облик» и стал между ними непреодолимой стеной.
* * *
На следующее утро господин Гу уехал. Чжу Цин даже не вышел попрощаться — выскочил на свежий воздух только после того, как Цзо И проводил гостя за ворота.
— Погода сегодня что надо.
Цзо И улыбнулся, подошёл ближе и переплёл свои пальцы с его:
— И какие планы у моего парня на сегодня?
Чжу Цин усмехнулся, чуть сжав его ладонь:
— Идём ставить указатели.
В этот миг из деревенского громкоговорителя грянул голос старосты:
— Наше внимание, сельчане! Указатели подвезли! Все к въезду в деревню — помогаем разгружать! Навалимся дружно, за сегодня всё вроем, завтра раздадим листовки, а послезавтра, глядишь, и первые туристы пожалуют!
Его зычный, полный энтузиазма голос мигом встряхнул всю деревню. Едва Чжу Цин и Цзо И вышли за ворота, как увидели дядюшку Чэня с бабушкой Чэнь, выходивших на главную дорогу. Заметив парней, старики остановились, и бабушка Чэнь тепло им замахала.
Под лучами утреннего солнца Чжу Цин и Цзо И прибавили шаг.
— Мы у себя уже не один десяток яиц припасли, да и вяленое мясо с колбасами наготове! — Бабушка Чэнь души не чаяла в затее со «Сельским туризмом». — А уж овощей на грядках — стручковая фасоль, тыквы, огурцы — девать некуда! Вот думаю, не сорвать ли заранее?
— Не стоит, бабушка, — улыбнулся Цзо И. — Городские едут к нам не только ради пейзажей, им подавай деревенскую экзотику. Пусть сами с грядок рвут: и забава, и уверенность, что овощи прямо с куста.
— Так они и есть прямо с куста! — рассмеялся дядюшка Чэнь. — Мы ж их собственной мотыгой выхаживали!
— О да, сам оценил, — кивнул Цзо И. — В этом году и я в землеробы подался.
Спустя пару минут к ним примкнули остальные. На подмогу высыпала вся деревенская молодёжь; даже Жэнь Цзие, попросив соседку присмотреть за матерью, прибежал подсобить.
Гуртом разгрузили быстро, тут же разобрали указатели и отправились вкапывать их по местам.
Чжу Цин разглядывал таблички. На них виднелись простые надписи: «К пашням», «К чайным плантациям», «К огородам», «К дальним холмам», «К реке», «Усадьба семьи Ли», «Усадьба семьи Ван».
Чжу Цин и Линь Чэнбинь заказывали вывески для своих заведений отдельно, остальные же доверились выбору старосты.
За утро успели врыть большую часть. Поскольку солнце палило вовсю, староста велел сделать перерыв и собраться снова к четырём часам дня.
Чжу Цин и Цзо И неспешно брели домой. Оба перемазались в пыли и грязи, так что их холёные лица смотрелись весьма контрастно на фоне запылённой одежды.
— Брат Цин, глянь-ка.
Цзо И, листавший на ходу приложение интернет-магазина, наткнулся на новый отзыв от господина Гу:
«Чувства переполняют меня... Спасибо лавке за то, что дали повидаться с той, о ком тосковала душа. Пусть по эгоизму своему я и жаждал увидеть её такой, какой она осталась в моих воспоминаниях. Всю ночь я не смыкал глаз, метался и не мог уснуть.
Думаю, я всё же любил её недостаточно сильно. Иначе с чего бы мне цепляться за её прижизненный образ и отвергать то, чем она стала после смерти? Мне осталось недолго. Быть может, когда я окажусь в Подземном царстве и снова встречу её, она поможет мне понять, любил ли я её на самом деле».
На этот раз господин Гу оформил отзыв под своим индивидуальным заказом, а не дописал комментарий под сообщением Чжао Тинтин.
Цзо И обновил страницу, и снизу уже красовались комментарии любопытных пользователей:
[Не люблю помидоры]: * «Написано как-то сумбурно, но чем больше вчитываюсь, тем жутче становится. Истина это или выдумка — желаю автору здоровья».*
[Демон, прыгай ко мне в пиалу]: * «Автор, ты что, реально встретил умершую возлюбленную?! Обалдеть, это правда?!»*
[Старый монах-неслух]: * «Стиль совсем не тот, что в прошлый раз. Автор, тебя там что, кондратий хватил?»*
[Солнышко любит меня]: * «Да засланный это казачок, видно же!»*
— Сам ты казачок! — ругнулся Цзо И.
Чжу Цин бросил на него короткий взгляд, и Цзо И моментально прикусил язык.
— Ладно тебе. В нашем ремесле без косых взглядов никуда. Что на обед хочешь?
Хотя время перевалило за полдень, до четырёх часов оставалось ещё полно времени, так что с готовкой можно было не спешить.
— Я съем всё, что ни приготовишь, — Цзо И с широкой улыбкой закинул руку ему на плечо. Почувствовав волну тепла, Чжу Цин прибавил ход:
— Тогда забабахаем тушёные овощи с мясом!
— Ты чего драпаешь?!
— От тебя несёт за версту!
Цзо И вспыхнул и припустил вслед за ним:
— Ах так?! Знай, в эту самую секунду наша любовь усохла на одну тридцатитысячную!
Куда там Цзо И с его размашистым шагом за Чжу Цином! К тому моменту, как Цзо И со стоном привалился к калитке, пытаясь перевести дух, из печной трубы вовсю валил дымок. Наш кулинар уже хозяйничал у плиты.
Сделав глубокий вдох, Цзо И вымыл руки, выпрямил спину и с самым невозмутимым видом переступил порог кухни.
— Ого, как быстро, — Чжу Цин с улыбкой протянул ему пиалу с прозрачной лапшой-лянфэнь. — Вчера вечером сделал, всю ночь в холоде стояла. Вкуснятина!
— Да ну? Дай испробовать! — Цзо И моментально растер всю суровость, сцапал пиалу и в три глотка уплёл содержимое. Просияв, он снова протянул пустую посуду: — Ещё хочу! — выпалил он со всей душевной широтой.
Чжу Цин забрал пиалу и повернулся, чтобы наложить ещё порцию прохладной, освежающей лапши, как со спины его обхватили сильные руки.
— Ну вот, теперь и от тебя пахнет, — Цзо И уткнулся подбородком ему в плечо и слегка дунул в ухо.
Чжу Цин вздрогнул, но тут же усмехнулся:
— Да ладно, я пошутил. Наш брат И пахнет лучше всех.
— То-то же, — довольный Цзо И с улыбкой наблюдал за тем, как Чжу Цин орудует поварёшкой. — Сам-то ел?
— Ел. Поешь пока, а я пойду тыкву покрошу.
Летняя тушёнка — дело нехитрое: стручковая фасоль, тыква да огурцы со свежим мясом или вяленой грудинкой. Сытно, просто и пальчики оближешь.
— Давай я сам накрошу, — Цзо И забрал пиалу. — А ты за рисом присмотри.
— Идёт.
Пообедав и смыв грязь, они развалились на просторном мягком диване. Наслаждаясь прохладой кондиционера и поглядывая очередную мыльную драму по телевизору, оба вскоре сладко зазевали и заснули в обнимку.
* * *
К четырём часам они без опозданий явились на сбор. За время жизни в деревне Цзо И стал здесь совершенно своим. Ровесников в округе оставалось немного, но со всеми он общался запросто. Глядя на то, как Цзо И пашет до седьмого пота наравне со всеми, люди порой забывали, что перед ними — богатый городской делец. Впрочем, дома старшее поколение всё равно ставило Цзо И в пример молодёжи: одна лишь его выдержка и уживчивый нрав стоили того, чтобы учиться у него всю жизнь.
Ближе к вечеру Линь Чэнбинь привёз готовые вывески для их усадеб. Название у Чжу Цина и Цзо И вышло лаконичным: * «Усадьба Цинъи»*.
— Цин-И... Звучит прямо как «дружба и преданность»! Ого, а имя-то с душой! — похвалил Жэнь Цзие, помогавший прибивать табличку.
Цзо И просиял:
— А ты сообразительный!
Именно это он и имел в виду, когда придумывал название.
— Несколько раз произнесёшь — и сразу врезается в память, — усмехнулся Жэнь Цзие, почесав затылок.
Закончив работу, Чжу Цин и Цзо И позвали Жэнь Цзие поужинать вместе, но тот лишь замотал головой:
— Не, не могу! В лавке никого, надо скорее возвращаться, а то заказы прогавлю.
Попрощавшись, он быстро ушагал прочь.
— Вот ведь парень, работает усерднее нас с тобой, — вздохнул Цзо И.
— И не говори, — откликнулся Чжу Цин.
Честно говоря, после визита господина Гу на душе у него было паршиво, и думать о делах совсем не хотелось. Он даже тайком надеялся, что новые клиенты появятся не так быстро.
Однако едва Жэнь Цзие добрался до дома, как тут же набрал его номер:
— Брат Чжу Цин, тут ещё один индивидуальный заказ упал! Скидывать локацию?
Чжу Цин, распластанный по Цзо И словно вяленая корюшка, уточнил:
— На какую сумму оформили?
Обычно после бронирования Жэнь Цзие пересылал клиентам прейскурант в личных сообщениях, корректировал цену заказа под выбранную услугу, а затем покупатель вносил оплату.
— Тридцать тысяч! — с восторгом отчеканил Жэнь Цзие.
«Вяленая корюшка» моментально взвилась на диване и с самым серьёзным видом отчеканила:
— Шли!
Цзо И не выдержал и расхохотался. Положив трубку, Чжу Цин снова уселся ему на грудь, а Цзо И обнял его за талию:
— И кто это буквально минуту назад мечтал о покое?
— Как ты можешь так говорить?! — Чжу Цин шутливо нахмурился. — Ни капли сочувствия к трудовому народу!
В конце концов, на нём висел огромный долг!
— А мне работать не надо, — возомнил о себе Цзо И. — Я и есть страшный сон любого трудяги.
— Тьфу на тебя! — Чжу Цин отпихнул его довольную физиономию и с душевным подъёмом отправился к печи: — На ужин у нас баклажаны с чесноком, горькая тыква с яйцом, фарш с горькой тыквой и маринованная в спрайте горькая тыква — я её ещё с обеда поставил!
При перечислении блюд лицо Цзо И перекосило, будто он съел лимон:
— Это что, пир горькой тыквы?!
— Куда деваться? — Чжу Цин кивнул на корзину. — Ты утром столько этой тыквы приволок, пропадёт ведь.
В этом сезоне уродились не только тыквы да огурцы — горькой тыквы тоже было хоть пруд пруди.
— А завтра сделаем свиные рёбрышки с горькой тыквой, — бросил Чжу Цин напоследок и скрылся в кухне.
Цзо И застыл. Лихорадочно вытащив телефон, он забил в поиске: * «Едят ли свиньи горькую тыкву?»*
Ответ выскочил незамедлительно: * «Кормление свиней горькой тыквой повышает иммунитет и спасает от жары!»*
Глаза Цзо И вспыхнули. Воровски оглянувшись на кухню, он на цыпочках подобрался к корзине, выудил самый чахлый и слегка попорченный плод и припустил на задний двор к свинарнику.
Когда Чжу Цин вышел за очередной порцией овощей, он застал Цзо И, уныло бредущего с заднего двора. Взглянув на огрызок тыквы в его руке, Чжу Цин всё понял без слов:
— Свиньям-то её давать можно, только они её не жалуют — уж больно горькая.
Цзо И виновато вздохнул.
— Зато для здоровья полезна, — Чжу Цин подошёл ближе, взял его за руку и поцеловал в щёку. — Как минимум от жара и токсинов помогает избавиться.
— Буду есть! — Цзо И сгрёб его за затылок и крепко поцеловал.
«Тыквенный пир» оказался далеко не таким ужасным, как опасался Цзо И. Как-никак кулинарный талант Чжу Цина стоял на высоте, а горькая тыква в «Спрайте» и вовсе пришлась ему по вкусу.
— И как ты её сделал? — поинтересовался Цзо И.
— Нарезаешь тонкими ломтиками, ошпариваешь кипятком, сушишь, добавляешь щепотку соли и заливаешь «Спрайтом», чтобы слегка покрыло, — пояснил Чжу Цин, указывая на салатник. — Главное — выдержать в холодильнике, иначе не пропитается.
— Проще простого, — Цзо И тут же косо взглянул на корзину с овощами. — Если завтра приедут гости, сам им такую приготовлю!
Чжу Цин усмехнулся:
— Договорились.
Цзо И доел остатки холодной тыквы, а Чжу Цин налёг на тушёные овощи. После сытного ужина они не спеша попивали ромашковый чай — настоящие поборники здорового образа жизни.
— А наши-то чайоте ровнее и гуще, чем у дядюшки Чэня растут! — не без гордости заявил Цзо И. — Я специально ходил считать: тех плодов, что на виду, у нас вдвое больше!
В конце концов, эти завязи Чжу Цин доверил ему лично.
— Дядюшка Чэнь просто лишнее обобрал, — приземлил его Чжу Цин. — Эту штуку когда соберёшь — потом смотреть на неё не сможешь, до тошноты надоест.
Их действительно нарастает столько, что даже свиньям не скормить.
— Да ну? — Цзо И похлопал глазами. — Но это же мой урожай! Брат Цин, мы обязаны съесть всё до последнего кусочка!
—... Ладно.