Стоило Чжу Цину переступить порог, как навстречу выскочил отец Яо, услышавший шаг у двери:
— Устал, небось? Садись, переведи дух. Мать твоих любимых фруктов набрала, да ещё орехов.
С этими словами отец Яо подхватил пару крупных спелых яблок и направился к раковине. Чжу Цин тут же его остановил:
— Папа, ну какой из меня гость? Отдыхайте, я сам помогу маме на кухне.
— Какая ещё кухня, я и сама справлюсь, — из коридора вышла мама Яо с лопаткой в руке. Она ласково оглядела Чжу Цина и сокрушенно вздохнула: — Да что ж ты снова так исхудал?
— Разве исхудал? — Чжу Цин оглядел себя. — Я на весы становился, даже пару цзиней набрал.
— Два цзиня — это всего килограмм! Все равно худой. Отец, принеси-ка А-Цину ту вяленую говядину, что у вас на работе выдавали.
— Сейчас, сейчас! — отец Яо торопливо поднялся.
Яо Цзянькан цыкнул языком и не без обиды протянул:
— Поглядите-ка! Стоило брату приехать — и расспросы, и фрукты, и вяленое мясо... Мне о таком и мечтать не приходится.
— Завидуешь? — улыбнулся Чжу Цин.
— А то! — буркнул Яо Цзянькан.
Мама Яо вдруг всхлипнула:
— Тебе-то каково! Каждую неделю по два дня домашнюю еду уплетаешь, а брату твоему приходится самому кошеварить. И ты ещё не доволен?
Чжу Цин подошёл и обнял мать за плечи:
— Мама, я ведь уже взрослый и вполне могу о себе позаботиться. Не переживайте за меня. Смотрите.
Он протянул правую руку, показывая кольцо на пальце.
Впрочем, взгляд мамы Яо приковала сама кисть:
— Ой, Цзянькан, ты только глянь! У твоего брата ладонь почти вдвое меньше твоей!
—... Мама, вы на кольцо смотрите, — вздохнул Чжу Цин.
— Вот именно! — подскочил Яо Цзянькан и с хитринкой добавил: — Брат-то себе пару нашел! Вы только посмотрите, какое кольцо славное!
Он терпеть не мог маминых слёз, потому и старался перевести всё в шутку.
— Ах! — глаза мамы Яо вспыхнули. Она сжала руку Чжу Цина и закричала в сторону кладовой: — Отец! У нашего А-Цина девушка появилась!
— Что?! — отец Яо выбежал из комнаты. — И давно?
— Недавно, — улыбнулся Чжу Цин. Он взглянул на кольцо и тихо добавил: — И это парень.
Улыбки на лицах родителей мгновенно застыли.
— Ч-что?.. — едва выдавила мама Яо.
— Парень, — повторил Чжу Цин.
Славный, немного своенравный, но ужасно милый парень.
Сквозняк, пронесшийся по прихожей, заставил обомлевшего Яо Цзянькана опомниться. Поперхнувшись воздухом, он прокашлялся, приводя в чувство и родителей:
— Ну... это тоже неплохо! Мне теперь его звать старшим братом, да?
Вместо невестки — ещё один брат. Вот это поворот.
— Папа, мама, я не заставляю вас принимать это прямо сейчас, — Чжу Цин тепло улыбнулся растерянным родителям и, закатав рукава, направился на кухню. — Давайте я сам приготовлю обед.
Яо Цзянькан тут же подтолкнул родителей к дивану:
— Я помогу брату, а вы отдохните!
И юркнул вслед за Чжу Цином.
В гостиной воцарилась тишина, на фоне которой бубнение телевизора казалось чересчур громким.
Спустя некоторое время отец Яо сухо пробормотал:
— У учителя Вана младший сын на прошлый Новый год тоже парня привёл, помнишь?
—... Так тот хотя бы переступил порог с поздравлениями! А этот что? — мама Яо взбодрилась, вспыхнув досадой на избранника Чжу Цина. — Коли сошёлся с А-Цином, отчего даже на глаза не показался? Переломится? Или презирает нас, считает нищебродами?
— Ну хватит тебе, мать... Ты ещё разыграй из себя злую свекровь из старых времён, которая к невесткам цепляется, — не выдержал отец Яо.
Мама Яо застыла с открытым ртом.
* * *
Тем временем на кухне Чжу Цин шинковал спаржевый салат — соломка выходила настолько ровной, будто её пропустили через тёрку. Яо Цзянькан, мывший рядом овощи, покосился на мелькающее лезвие и нерешительно заговорил:
— Брат... ну ты и смельчак. Прямо так выложил.
— А чего мне бояться? — Чжу Цин недоуменно вскинул бровью, ни на секунду не замедляя стука ножа.
Яо Цзянькан махнул рукой в сторону гостиной:
— Да родители же вас живьём съесть могли!
Сам-то он своей девушке даже родину скрыть помог — она приехала учиться из других краёв, так он пока просто ляпнул, что встречается с кем-то, а откуда она — утаил. На фоне решительности Чжу Цина Цзянькан чувствовал себя полнейшим трусом.
— Родители не станут, — с улыбкой отозвался Чжу Цин. — И ты не тяни. Если хочешь жить отдельно — скажи им прямо, а не жди самой практики.
— Угу, — вздохнул Цзянькан.
Продукты, накупленные мамой Яо, отбирались под вкусы Чжу Цина, однако тот слегка переиграл меню, сготовив то, что любили отец, мать и сам Цзянькан.
Одним из главных блюд стала солёная свинина с замаринованной зеленью — сяньшаобай.
Кусок грудинки на кожице, приготовленный мамой для тушёной свинины, Чжу Цин сначала отварил, натёр кожицу соевым соусом, а затем накрошил найденную в холодильнике сушёную горчичную зелень — яцай.
— Брат, масло раскалилось, — подал голос Цзянькан.
Чжу Цин ловко опустил грудинку кожицей вниз прямо в кипящее масло. Когда корочка зарумянилась до золотисто-янтарного цвета, он вынул мясо и нарезал его тончайшими ломтиками.
— У меня аж слюнки текут, — сглотнул Цзянькан, завороженно глядя на ровные пласты.
— Повезло, что яцай нашлась, — Чжу Цин начал укладывать ломтики в пиалу.
— Да это я себе покупал, думал для заправки к лапше обжарить. Но сяньшаобай — ещё лучше! — Цзянькан уже едва сдерживал аппетит, зная кулинарный талант брата.
Поверх мяса Чжу Цин выложил зелень и поставил блюдо в пароварку:
— Сяньшаобай готовить проще простого. Захочешь — сам сделаешь.
— Мои руки только для мяча годятся! Какая мне кухня? — ухмыльнулся Цзянькан. — Я вместо еды только баскетбольный мяч стряпаю.
— Не паясничай, — Чжу Цин лёгким щелчком огрел брата по макушке. — Сходи-ка лучше погляди, чем там родители заняты.
— Уже лечу!
Потирая затылок, Цзянькан выскочил из кухни. В гостиной отец Яо сидел с планшетом, разглядывая короткие ролики.
— Видишь? Я же говорил, что недавно две девушки свадьбу сыграли, а ты не верила! — отец передал планшет жене.
Та посмотрела ролик и сокрушённо вздохнула:
— И впрямь...
— Говорят, за границей расписались. Теперь официальные супруги, — добавил отец Яо.
— Пап, мам, вы чего это смотрите? — недоуменно спросил подсевший Цзянькан.
— Ты разве не на кухне помогаешь? — мама Яо закрыла приложение и отложила планшет.
— Так я уже всё сделал!
Не успел Цзянькан присесть, как мать ткнула его пальцем, заставляя подняться:
— Цзянькан, у нас для тебя важнейшее поручение. Иди к брату и выведай фото его ухажёра.
— А?..
— Чего "а"? — нахмурился отец Яо, строго глядя на рослого сына. — Поручение, говорю! Без снимка не возвращайся!
— А если брат не покажет? — поперхнулся Цзянькан.
— Значит, канючь, пока не выпросишь!
Мама Яо придала сыну ускорения точно таким же толчком в спину, каким тот недавно выталкивал родителей из кухни.
* * *
Чжу Цин только вытер вымытые руки, как от Цзо И пришло короткое видео.
На экране дядюшка Чэнь и дедушка И сражались в сянци. Вокруг толпились второй дядя Чэнь и прочие деревенские — судя по обстановке, собрались в главной комнате дома Чэней.
Дедушка И скрестил руки на груди, с торжествующим видом взирая на соперника. Дядюшка Чэнь, мрачнее тучи, озадаченно чесал затылок. Из динамика донёсся едва слышный шёпот Цзо И:
— Уже пятая партия подряд, а дядюшка Чэнь так ни разу и не отыгрался...
Цзо И шептал так тихо, что слова разбирались с трудом.
Чжу Цин внимательно изучил расстановку фигур на экране и набрал ответное сообщение.
Вскоре пришёл новый ролик: дядюшка Чэнь, последовав подсказке Чжу Цина, перехватил инициативу и вырвал победу. Ещё минуту назад угрюмое лицо старика теперь сияло от удовольствия.
Чжу Цин тихо усмехнулся, убрал телефон в карман и, повернувшись, едва не столкнулся с крадущимся Цзяньканом.
— Ты чего подкрадываешься? — Чжу Цин отодвинул младшего брата.
Яо Цзянькан хихикнул, покосившись на карман с телефоном:
— Брат, с ухажёром своим переписываешься?
— С ним, — скрывать Чжу Цин не стал. — Родители чем заняты?
— Ролики смотрят, — мельком бросил Цзянькан и тут же перешёл к делу: — Слушай, а какой он из себя? Покажи фотку, а?
— Да такой же, как мы с тобой: два глаза, нос да рот.
— Ну, нос носу рознь! Вон у меня вроде работает, а здоровый какой! Я им отродясь доволен не был.
—... В отца пошёл, — тонко подметил Чжу Цин.
—... Это ты сейчас так намекнул, что я уродина? — Цзянькан изобразил глубокую обиду, а затем сокрушённо вздохнул: — Эх, в маму пойти всё-таки получше было бы.
— Ладно тебе подлизываться. Признавайся, что родители велели из меня выведать?
— Снимок твоей половинки, — Цзянькан сдался без боя. — А что мне оставалось? Им не терпится глянуть на будущего... зятя? Тьфу, да как его назвать-то вообще?
Цзянькан окончательно запутался в терминологии.
— Подождите немного. В следующий раз я приведу его к вам сам, — Чжу Цин кивнул на корзину: — Давай, домывай овощи.
— Есть! — обрадовался Цзянькан, получивший хоть какой-то ответ для родителей, и с энтузиазмом принялся за работу.
* * *
Обед вышел на славу, однако за столом родители то и дело бросали на Чжу Цина испытающие взгляды. Но стоит ему ответить прямым взором — тут же смущённо отводили глаза. За версту видать, что на уме одно и то же.
После смерти Мастера Чжу в последние годы Чжу Цин неизменно оставался у Яо на пару ночей. И каждый раз Цзянькан не отступал от него, выпрашивая разрешение спать в одной комнате.
Едва закончился ужин и Чжу Цин, освежившись в душе, вернулся к себе, как экран телефона озарился входящим видеовызовом от Цзо И.
— Всего лишь день не виделись, а я уже с ума схожу от тоски, — тяжело вздохнул Цзо И на том конце провода.
— И насколько всё плохо? — с улыбкой поинтересовался Чжу Цин.
— Хуже некуда! Даже кусок в горло не лезет. Цин-ди, я так соскучился...
Цзо И валялся на кровати, сжимая в охапку подушку Чжу Цина.
— Послезавтра утром уже буду дома, — Чжу Цин прилёг на постель, глядя на экран. — Привезу тебе вкусненького.
— Нет ничего вкуснее тебя, — с лёгкой хрипотцой и откровенным заигрыванием отозвался Цзо И.
Чжу Цин лёгким покашливанием сбил тон и косился на приоткрытую дверь:
— Сбавь обороты.
— Ты изменился! Неужто я тебе уже разонравился? — Цзо И драматично закрыл лицо руками, делая вид, что вот-вот разрыдается.
Не успел Чжу Цин ответить, как в комнату с охапкой одеял ввалился Цзянькан. Прикрыв ногой дверь, он сообщил:
— Брат, ты ложись к стене, я с края пристроюсь.
Цзо И на экране подскочил как ужаленный:
— Яо Цзянькан! Ты же уже вымахал, неужто сам поспать не можешь?!
— Ой, кто это там вещает? Голос знакомый... — Цзянькан расстелил своё одеяло, после чего нагнулся к самому экрану. Ракурс выставился самый нелепый — снизу вверх, в упор. — О, брат И! С Новым годом!
Цзо И глубоко вдохнул, с трудом натянув подобие дружелюбной улыбки, от которой веяло явным досадованием:
— Брат Цзянькан... А не ты ли поклялся стать настоящим, самостоятельным мужчиной?
— Так я и есть самостоятельный! — обрадовался Цзянькан, сгреб телефон Чжу Цина и принялся болтать с Цзо И. Чжу Цин, поняв, что его участие больше не требуется, со спокойной душой закрыл глаза и откинулся на подушку.
— Брат И, у меня скоро восемь кубиков на прессе будет! Настоящий мужик!
—... Так какого черта ты всё ещё с братом в одну постель лезешь?!
Едва сдерживая закипающее раздражение, Цзо И старательно изображал из себя вежливого собеседника, ведя с будущим деверем совершенно бессмысленный диалог.