— Что стряслось?! Откуда взрыв?!
Капитан боевого фрегата J-158 судорожно пытался связаться с остальными судами. Из шести ковчегов, отправленных на перехват, три вспыхнули яркими огненными шарами и в мгновение ока превратились в пылающие обломки. В строю оставалось лишь три корабля.
В динамиках, пробиваясь сквозь треск помех, раздался ответ:
— Мы шли с другой стороны, самого момента удара не видели! Похоже, нас атаковала эта тварь!
Штурвал соседнего судна дернулся, и в эфир тут же вклинился голос пилота:
— Говорит J-89! Отправил запрос на Ковчег Матиас, прошу выслать спасательные катера для эвакуации выживших. Но пока подкрепление не подошло, мы обязаны вместе уничтожить гигантскую тварь!
Когда прогремел первый взрыв, оперативники Авангарда, успевшие пробиться к спасательным капсулам и надувным катерам, вовремя покинули гибнущие ковчеги и устремились прочь из эпицентра смертоносной бури. На мечущихся волнах то и дело мелькали десятки черных точек — мелкие катера продирались сквозь шторм, и казалось, их было даже больше, чем отправленных на разведку людей.
Надувные катера уступали в скорости боевым судам, но стояла главная задача — вырваться из эпицентра шторма, и тогда появится шанс выжить.
Командиры оставшихся ковчегов, прильнув к смотровым иллюминаторам, хмуро наблюдали за происходящим.
— Ковчег Матиас точно пришлет помощь, — отрезал один из них, возвращаясь к пульту управления. — Нечего за них цепляться, готовимся к бою!
Хотя была потеряна половина флота и людей, боевой арсенал оставшихся кораблей был более чем внушительным. Сразиться с такой тушей им все еще было по силам.
Большинство бойцов уже заняли места согласно боевому расписанию. Лишь несколько человек застыли у бронированных стекол, в ужасе вылупившись на кипящий океан.
— Вы чего замерли?.. — недоуменно спросил один из пилотов, подходя ближе.
Он взглянул в направлении их взглядов — и в то же мгновение его лицо смертельно побледнело.
Бушующее море под ними вдруг покрылось густой сыпью черных нарывов. За считанные секунды мясистые опухоли разрослись, заполнив собой всю акваторию. Они противоестественно пульсировали в едином бешеном ритме, словно глубинное сердце самого океана.
— Это... что это за дрянь?! — выкрик, начавшийся как вопрос, захлебнулся паническим ужасом.
Каждый из них видел, как чудовище впервые поднялось из глубин. А значит, эти раздувающиеся бугры по всей воде... были частью того самого монстра — гигантского копытного осьминога, облепленного извивающимися щупальцами.
Верховное руководство с самого начала знало, с чем они столкнутся! Иначе с какой стати скряги из верховного совета одобрили отправку столь огромного флота?
Будь у них все шесть боевых фрегатов и полный состав Авангарда, шансы еще оставались бы. Но теперь...
Командиры заняли кресла за главными пультами, активировав орудийные башни на бортах фрегатов. Ядерные пушки с гулом развернулись, взяв на прицел пробудившуюся тварь.
Под залпами тяжелой артиллерии младенческий плач, доносящийся от чудовища, зазвучал еще более пронзительно и жалобно. «Мать», не понимающая, за что терзают ее дитя, яростно взревела, пытаясь отогнать непрошеных гостей. Защищая своих «детей», она втянула длинные щупальца и с силой ударила короткими массивными конечностями по воде, подняв колоссальную океанскую волну.
Свирепые валы раз за разом бьют по раздувшимся на воде гнойникам. Те лопаются, изливая в пенистую воду тонны желтовато-белой слизи, и над океаном разносится удушливая, едкая вонь.
Оперативники Авангарда, едва успевшие разглядеть спасительный край штормового фронта, замерли от ужаса: из-под днищ их катеров взвилась сокрушительная чудовищная сила, с легкостью переворачивая суда. Некоторые надувные катера просто разрывало на куски; выжившие цеплялись за плавающие обломки, когда над их головами внезапно нависла гигантская тень, заслонившая свет.
Вспухшие на воде гнойники раскрылись, будто бутоны хищных цветов, безжалостно заглатывая беспомощных людей.
Бойцы, брошенные на волю волн, одеревенели от страха, не смея поднять голов. На защитные стекла их гермошлемов капнула густая, вязкая дрянь, медленно стекая вниз. Один из оперативников, дрожа всем телом, попытался смахнуть слизь с забрала. Он даже не успел разглядеть нависшую тушу: в глазах мгновенно потемнело, когда колоссальное щупальце с размаху обрушилось сверху, вбивая его туловище глубоко в океанскую пучину.
Мутная морская вода хлынула сквозь треснувший шлем, забивая нос и глотку. В свои последние секунды он на собственной шкуре ощутил то же самое, что чувствовали брошенные на убой рабочие из нижних зон Ковчега.
Поняв, что ситуация окончательно вышла из-под контроля, капитан J-158 отчаянно забил по клавишам связи с командным центром:
— J-158 вызывает Ковчег Матиас! Запрашиваю помощь! Запрашиваю помощь! Повторяю, запра...
Отчаянный крик оборвал визг панической сирены. Корпус фрегата под давлением извне начал деформироваться, металл со скрежетом и треском смялся, словно консервная банка. Аварийные красные лампы забились в бешеном ритме, заставляя сердца людей сжиматься от ужаса. Потеряв устойчивость в теряющем форму отсеке, они сбивались в кучу, падая на пол.
— Командный... центр... принял... ожид...
Ответ из динамиков пробивался сквозь дикие помехи, а в конце и вовсе перешел в ультразвуковой писк. Не разобрав ни слова, бойцы окончательно поддались панике.
— Корабль атакуют?! Капитан, надо стрелять!
— Что делать?! Мы же отсюда не выберемся...
Прибывшие сюда с надменной ухмылкой оперативники потеряли остатки спеси. Они попытались запустить систему защиты, но с ужасом обнаружили, что боковые орудийные башни давно смяты и выведены из строя.
Фрегат словно погрузился в непроглядную тьму. За иллюминаторами стояла глухая ночная тьма. А когда бронированные стекла лопнули под диким давлением, люди увидели, что всё судно обвито гигантскими черными щупальцами, которые сжимали петли всё сильнее.
Не желая смиряться с неизбежной гибелью, выжившие выхватили электромагнитные винтовки и открыли беспорядочный огонь по извивающейся плоти за разбитыми окнами.
Монстр взревел от боли, и ослабшие было щупальца сокрушительным рывком сжались до упора.
— Командный центр запрос принял, заявка на подкрепление передана. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и ждите.
Связист на вышке командного центра отчеканил дежурную фразу, а про себя мысленно выругался: «Ну и никчемные же эти бойцы Авангарда! Выделили им такую армаду ради одной задачи, а они один за другим сопли распустили и требуют подкрепления!»
На пульте снова замигал индикатор связи. Судя по координатам, вызов шел с того же фрегата, что и минуту назад.
Связист с откровенным раздражением переключил тумблер и, не дав собеседнику вставить слова, рявкнул в микрофон:
— Сказано же, заявка ушла! Чего трезвоните каждые пять секунд?!
— Спас...
Договорить на том конце не успели. Раздался оглушительный гул взрыва, и связь оборвалась под дикий хор человеческих воплей, потонувших в жутком, нечеловеческом младенческом плаче.
Связист мгновенно сдернул ноги с пульта, на котором до этого развалился, и с побледневшим лицом кинулся в кабинет начальника.
— Командир, у нас катастрофа!
Он даже не попытался постучать — вломился прямо в кабинет. Увидев, что Командир стоит у панорамного окна и мрачно всматривается в бушующий вдалеке океан, связист понял: ему конец. Он тут же грохнулся на колени, едва не бьясь лбом о пол:
— Командир, я...
— Доложи об этом Капитану. И пусть Молер немедленно явится ко мне, — Командир медленно повернулся, чуть нахмурившись. — А себе пока подыщи... подходящее место.
Связиста пробил ледяной пот. Он прекрасно понимал: речь шла вовсе не о переводе в другой отдел. Но если он не решит этот вопрос сам, то после вмешательства службы безопасности Ковчега легкой смертью он точно не отделается.
Окончательно пав духом, он согнулся в глубоком поклоне:
— Слушаюсь. Спасибо, командир.
* * *
Когда Молер, находившийся на патрулировании, прибыл по вызову, Капитан Корабля уже стоял в командном центре.
Генерал Молер склонил голову:
— Прошу прощения, Его Превосходительство Капитан. Я заставил вас ждать.
Оставшиеся связисты непрерывно набирали частоты отправленных фрегатов, но ни один борт не выходил на связь. Сигнал молчал.
Ведь это должна была быть рядовая совместная операция! Как только Авангард вернулся бы с победой, Ковчег Матиас продолжил бы подготовку к окончательному отплытию.
Как все могло так катастрофически рухнуть?
Капитан с лицом, искаженным скорбью, не отрывал взгляда от главного экрана:
— Смотри, Молер... Эти красные точки, привязанные к сигналам Ковчега Матиас... они гаснут одна за другой. Неужели... неужели я допустил ошибку?
Молер застыл за его спиной с непроницаемым лицом. Выждав паузу, он произнес ровным голосом:
— Его Превосходительство Капитан всегда руководствуется высшей целесообразностью.
— Бам!
Капитан со всей силы грохнул ладонью по столу. В его голосе закипела ярость, перемешанная с глубокой горечью:
— Да, я ошибся! Ошибся, когда решил довериться Мегу! Этот кретин абсолютно не думает о будущем человечества! Если бы он не приполз ко мне на коленях, клянясь в верности и уверяя, что прозрел и отныне навеки предан Ковчегу Матиас, я бы ни за что не доверил ему команду так рано!
Капитан вполне допускал, что после гибели той девки-исследовательницы у Мега могут возникнуть дурные мысли. Но Ковчег Матиас готовился к дальнему походу, и по прибытии в новые акватории им зарез зарезом нужен был такой опытный костолом, как Мег. Только поэтому Капитан пошел на компромисс.
Чтобы дать Мегу время пораскинуть мозгами, Капитан планировал провести с ним воспитательную беседу уже после прибытия на место. Но тот сам пришел к нему всего через два дня.
Мег, которого прежде не волновало ничего, кроме его бабы, униженно ползал у него в ногах, молил о прощении и твердил, что готов выполнить любой приказ Ковчега Матиас, лишь бы доказать свою преданность!
Капитан решил проверить его и велел штурманскому отделу завалить Мега самыми опасными заданиями. И тот выполнил всё беспрекословно и безупречно, став именно таким верным псом, какого хотел видеть Капитан!
Но теперь выяснилось, что весь этот спектакль Мег разыграл лишь для того, чтобы втереться в доверие!
Если бы не расшифровка черного ящика с первого взорвавшегося фрегата и не предсмертная запись командира восемнадцатого отряда, Капитан до сих пор оставался бы в дураках.
— Он предательски растоптал мое доверие! Предал Ковчег Матиас! Неблагодарная тварь... Ему место в аду, рядом с его сдохшей дрянью! — Капитан распалялся все сильнее, снова и снова бья кулаком по панели.
Командир, стоявший чуть в стороне, бросил холодный взгляд назад. Поняв намек без слов, связисты бесшумно поднялись из-за пультов и один за другим выскочили из зала.
Капитан тяжело оперся о стол, лоб его прорезали глубокие морщины, а дыхание сбилось от сдерживаемой дрожи:
— Я ведь делал всё ради него! Ну почему до него не дойдет?! Только если оставшиеся люди будут беззаветно верить в «Матиас», мы сможем пройти через этот ад! А Мег... Я-то надеялся, что он станет мне верной опорой.
Молер мгновенно уловил подтекст и, сделав шаг вперед, чеканно произнес:
— Капитан, разрешите мне лично возглавить отряд и отправиться в Запретную зону для оказания помощи!
Капитан поднял взгляд, и в его глазах вспыхнула искренняя признательность. Он кивнул:
— Молер... Ты мой самый верный, самый надежный офицер. Вернись живым. Запомни: «Матиас» всегда за твоей спиной!
— Слушаюсь, — Молер склонил голову.
Чеканя шаг, он вышел из командного центра и едва не столкнулся с вбегающим профессором Габриэлем. Ловко уклонившись от ученого, генерал двинулся прямо к ангарам защитного флота.
— Су Сюй! Что с моим образцом?! — Габриэль, едва услышав о катастрофе, бросил незаконченный эксперимент и мчался сюда во весь опор, задыхаясь от бега.
* * *
В мрачной, ледяной мути океанских глубин хаотично кружились обломки взорванных кораблей. Су Сюй, лишенный какой-либо опоры, беспомощно кувыркался в мощных подводных течениях. Голова вращалась так, что его вот-вот готово было вывернуть наизнанку.
Внезапно Су Сюй ощутил, как в поясницу что-то уперлось, помогая удержать равновесие в бурлящей воде.
Кое-как мотнув головой, он попытался разогнать перед глазами кровавые круги.
Но почему прямо перед его лицом находилось... младенческое лицо? И не одно...
Су Сюй заторможенно моргнул, мозг отказывался обрабатывать информацию. Но в следующее мгновение он судорожно глотнул воду через фильтр, окончательно пришел в себя и в ужасе распахнул глаза.
Его действительно удерживала чья-то рука. Только это была не рука человека, а извивающееся щупальце мутировавшей твари!