Лицо Холлиса окаменело, фальшивая улыбка сошла на нет. Однако он представлял Зал Сансары, а потому с усилием снова растянул губы в натянутой, ледяной ухмылке.
— Мальчик мой, ты вырос на Ковчеге Матиас. Стоило тебе пару раз подняться на поверхность вместе с Авангардным отрядом, и ты уже возомнил, будто уразумел устройство этого мира? Ты ещё слишком юн, и кругозор твой весьма ограничен.
В его голосе звучала откровенная язвительность: священник намекал, что Су Сюй цепляется за необоснованные слухи. Впрочем, Холлис тут же сменил тон на назидательно-наставнический:
— Со времён Эры Чёрного Дождя вся вода на поверхности Земли оказалась отравлена. Все эти годы мы не прекращаем искать способы её очистки. Но ради получения точных результатов анализов и взращивания высшего генома мы вынуждены использовать исключительно подземные воды.
Говоря это, Холлис слегка закинул голову, высокомерно свысока поглядывая на собеседника.
Су Сюя от этого покровительственного тона чуть не вывернуло. Он откровенно фыркнул:
— На обычные эксперименты требуется СТОЛЬКО воды? В Подземном городе построили колоссальную систему очистки. Почему тамошним жителям её хватает, а вам вынь да положь чистейшую артезианскую воду? Только потому, что на благородном Ковчеге Матиас осело «высшее общество»?
Навещая Зал Чуньхуэй, он проезжал мимо промышленного сектора Подземного города и видел издалека, как очистные установки вкалывают без остановки сутки напролёт. А ведь население Подземного города в разы превышало численность верхушки Ковчега.
Холлис поджал губы и косо взглянул на Габриэля, давая понять, что пора бы и остальным включиться. Им поручили замять дело, но пока отдувался он один, что выглядело неубедительно.
Представитель Инженерного отдела выступил вперёд:
— Ковчег Матиас держится на высоте, вдали от океана. Установка громоздких очистительных комплексов создаст лишнюю нагрузку и поставит корабль под угрозу падения.
— Понятно, — кивнул Су Сюй. — То есть бурить скважины в океанском дне ресурсы есть, а спроектировать нормальную систему очистки для поверхности — ума не хватило.
— Это потому что... — Главный инженер опешил, запнулся и лишь повторил слова священника: — Тебе же сказали: открытые водоёмы на поверхности давно отравлены.
Профессор Габриэль предпочитал не вмешиваться, но директивы верховного руководства требовали хоть какого-то участия:
— Очищенная вода не гарантирует абсолютной стерильности. Риск заражения всё равно сохраняется.
— И какова же статистика заражений среди обитателей Подземного города? — перевёл на него взгляд Су Сюй.
Габриэль притупил взор и промолчал. Он почувствовал неладное: сейчас лучше не давать юноше зацепок для дальнейших расспросов.
Холлис не уловил предостерегающего взгляда профессора, но откровенную дерзость Су Сюя проигнорировать не мог:
— Что ты себе позволяешь?!
Су Сюй даже не повернулся к священнику, продолжая наседать на Габриэля:
— Вы ведь просчитывали вероятность распространения биохимического вируса среди мутантов? Несомненно просчитывали. И там ведь тоже далеко не сто процентов, верно?
Под градом этих въедливых вопросов Габриэль глубоко вздохнул. Впрочем, дерзость юноши его не разозлила — напротив, в глазах профессора вспыхнул ещё больший интерес. Су Сюй чертовски умён и обладает колоссальным потенциалом. Возможно, тот эксперимент, на котором списанный в утиль Бартон потерпел крах, удастся завершить с помощью этого парня?
— Действительно, не сто, — спокойно подтвердил Габриэль.
Получив подтверждение, Су Сюй кивнул и наконец благоволил перевести взгляд на помпезного Холлиса:
— Выходит, шанс того, что вы с легкостью спишете со счетов собственных сородичей, куда выше, чем вероятность подцепить заразу в Подземном городе?
Вспомнить хотя бы недавний отбор: всех бойцов Авангардного отряда с малейшими признаками заражения упрятали в глухие боксы. До самого отплытия корабля о судьбе запертых там людей никто так и не замолвил слова. Любая открытая рана на теле бойца Авангардного отряда, вернувшегося с вылазки, фактически означала смертный приговор — Инспекционный отряд мгновенно умывал руки.
Не притащи Рожье ключевой образец вроде мутировавшего человека, не спаси сам Су Сюй выживших товарищей в текущей миссии — их всех упекли бы в эти изолированные каморки доживать последние часы.
Но факты твердили об обратном: заражение вовсе не неизбежно, у него есть свои условия и механизмы. У Ковчега имелись все ресурсы, чтобы спасти эти жизни.
И до чего же иронично: руководство Ковчега Матиас на каждом углу трубило, будто «всё делается ради сохранения человеческого рода».
Су Сюй тихо, саркастично ухмыльнулся и прямо спросил Холлиса:
— Жертвовать меньшинством ради выгоды большинства... Подумаешь, пару человек сгноили, для общей массы — капля в море. Как и с подземными водами: выкачивать досуха, прикрываясь высшей целью. Всё ради блага человечества, я ничего не перепутал?
Затем он скользнул взглядом по наряженному в золото и пурпур мужчине:
— В крайнем случае заставите «цветочки» из Сада Юни выложиться на пару смен больше, так ведь, директор Макс?
Лицо Макса мгновенно потемнело от ярости:
— Су Сюй, ты у нас, я смотрю, совести совсем лишился?! Получил щедрую подачку и ещё смеешь пасть открывать!
Верховный совет дал четкую установку: если Су Сюй проявит благоразумие, Сад Юни сделает вид, будто прежних разногласий не бывало. А утерянный образец подождёт, пока парень снова не воспылает лояльностью к Ковчегу.
Но сейчас было очевидно: Су Сюй открыто и намеренно идёт на конфликт с верхушкой Ковчега Матиас.
Су Сюй подпёр щеку ладонью, а пальцами другой руки небрежно отбивал дробь по колену. Поза выражала полное пренебрежение. Перед ним стояли верховные правители Ковчега, решавшие судьбы тысяч людей, но в его душе не было ни капли страха. Лишь небрежное равнодушие.
— Скажите-ка, господа, каково оно — будущее человечества? — спросил он со спокойной непринужденностью, словно болтал со старыми приятелями.
Холлис чувствовал, как теряет контроль. Этот парень был непредсказуем: то выпускал шипы, то резко убирал их, откалывая абсурдные глупости.
— Разумеется, дождаться дня, когда океан отступит, и Ковчег Матиас выведет выживших на сушу, чтобы возродить цивилизацию!
— А если этот день не настанет? — ухмыльнулся Су Сюй. — Если Ковчег Матиас рухнет в пучину куда раньше?
Он прекрасно понимал причину их визита. Кнут, пряник, публичные уступки со стороны Сада Юни — всё сводилось к единственной цели: заставить его держать язык за зубами.
Он мог бы пойти на сделку и изобразить смирение. В конце концов, рискуя жизнью на дне океана, он стремился пробиться на верхушку Ковчега именно ради того, чтобы получить доступ к секретным данным HOM. Подав им нужную картинку, он обеспечил бы себе привилегии. Правда, цена этому — принимать подачки на коленях.
Хоти он вилять хвостом, сделал бы это давным-давно. Он вернулся из ада вовсе не ради того, чтобы стать верным псом верхушки. Его цель...
Су Сюй взвешивал варианты, переводя взгляд на Габриэля, который бесшумно наблюдал за ним с мягкой ухмылкой.
— Ты... да ты святотатствуешь! — Холлис, едва удерживавший личину праведника, вспыхнул от ярости. Он вцепился обеими руками в прозрачный купол лечебного бокса, испепеляя парня взглядом.
Видя, что представитель Зала Сансары выходит из себя, Макс поспешил перехватить инициативу, чтобы не терять лицо перед дерзким юношей:
— На Ковчеге Матиас оборудован Криогенный банк генофонда! Превосходный геном человечества сохранится в нём и сквозь тысячелетия увидит новый рассвет!
Су Сюй не удержался от смешка, будто услышал несусветную глупость:
— Превосходный геном?
«Если руководство Ковчега так помешано на генах, не была ли та вещь, что унёс настоящий Су Сюй, как-то связана с генетическими разработками?» — промелькнуло у него в голове.
Оценивающе глядя на него, Макс насупился — глупец явно не осознавал масштаб вещей.
— Разумеется! — фыркнул директор. — Лишь сильнейший генотип способен выстоять в экстремальных условиях.
Су Сюй не стал оспаривать тезис. Вместо этого он с точностью хирурга вскрыл главный изъян в их логике:
— А ваши критерии «высшего генома» точно совпадают с тем, как превосходство генов оценивает сам этот суровый мир?
Он сложил пальцы под подбородком и чуть склонил голову набок:
— Вот ответьте: если завтра Ковчег Матиас рухнет в пучину и всем придётся выживать на открытой воде... кто дотянет до финала? Ваши парниковые «элитные особи», взращённые на Ковчеге, расходный материал из Авангардного отряда или обитатели Подземного города?
Он словно невзначай добавил:
— Ах да, я чуть не забыл про лагерь мародёров. Их тоже за скобки вынесем?
— Су Сюй, знай меру! — прошипел Холлис сквозь зубы, задыхаясь от гнева. — Милосердный Ковчег простил твои прошлые проступки исключительно из уважения к твоим заслугам в вылазке, а ты смеешь вставать на путь измены?!
На недавнем совете Капитан прямо указал: парня нужно привлечь на свою сторону мягкой силой. Удержать Су Сюя под контролем требовали как интересы службы, так и вопрос с Садом Юни.
Макс тогда выступал категорически против, доказывая, что предателям нельзя давать второй шанс. Видя непреклонность Капитана, Холлис тогда не поддержал директора. Но глядя на происходящее сейчас, священник сокрушался: визит был огромной ошибкой.
— Измена? — наигранно удивился Су Сюй. — Это лишь закономерные вопросы рядового гражданина. Неужто столь великодушный Ковчег Матиас станет сокрушаться из-за подобного?
Холлис едва не поперхнулся собственным гневом. Стиснув зубы до скрежета, он заставил себя напустить неприступный, величественный вид — нельзя опускаться до перепалки с этой сошкой. Натянув привычную елейную ухмылку, священник произнёс:
— Дитя моё, скверна мутантов явно покалечила твой разум, раз ты задаёшь столь нелепые вопросы. Поправляйся. Мы навестим тебя позже.
С этими словами он сделал знак сопровождающим и направился к выходу. Заметив, что Макс всё ещё стоит и с ненавистью буравит Су Сюя взглядом, священник сухо кашлянул, призывая того идти следом.
«Прикрывается заслугами, тварь! Кабы не строжайший запрет Капитана на конфликты на Ковчеге Матиас, я бы из тебя быстро всю спесь выбил!» — мысленно бесился Макс.
Но что вообще на уме у Капитана? Чем этот парень заслужил такое внимание? Да и профессор Габриэль откровенно не сводил с него глаз...
Су Сюй откинулся на подушки и вальяжно бросил им вслед:
— Природа отбраковывает виды точно так же, как вы сортируете геномы. Но прикрываться статусом «высшей расы» и топтать человеческие жизни... За это непременно придётся платить.
Его личное мнение для этого стального колосса ничего не значило. Да и спасать гниющий, безумный мир он не собирался — не питал иллюзий. Корчить из себя героя слишком дорого. Такое ему не по душе.
Но всякий раз, стоя перед выбором, он вспоминал детство в приюте и наставления воспитателей: можно терпеть бури и штормы, можно смиренно ждать развязки, но если ты добровольно погрузишься в эту грязь — вот тогда ты сгниёшь окончательно.
Он не хотел становиться тем, за кого директору было бы стыдно. Меньше всего ему хотелось прийти к разгадке с помощью подлости, а потом, угаснув, получить от старика нагоняй за трёпаные уши.
Представив эту картину, Су Сюй искренне и тепло улыбнулся.
Улыбка мгновенно застыла на его губах. Чуть вскинув подбородок, парень поглядел на порог и столкнулся взглядом с генералом Молером. Су Сюй вопросительно моргнул, будто спрашивая: «Есть приказания?»
Генерал не ушёл вместе с остальными. Он молча стоял у дверного проёма, пристально наблюдая за юношей в лечебном боксе. Заметив, что обнаружен, Молер без единого слова развернулся и скрылся в коридоре.