— Старший исследователь Экспериментального центра, ID: 1475963. Во время выполнения задачи в составе Седьмого отряда Авангарда совершил побег на лёгком катере за номером 753. Всем, кому что-либо известно о местонахождении разыскиваемого, надлежит немедленно доложить по инстанциям.
Су Сюй про себя перечитал текст на ордере на арест, перевернул листок — но на обороте тоже ничего не было. Ни единого снимка.
Раньше, принимая цифровые ордеры на арест, он привык видеть хотя бы фоторобот или скетч внешности. А тут — ни портрета, ни толкового описания. Единственной зацепкой оставался девятизначный ID.
— Седьмой отряд Авангарда... — пробормотал Су Сюй под нос. — Звучит знакомо. Кажется, это группа той женщины-капитана.
— Приятно, что ты не забыл, — раздался за спиной спокойный голос.
Су Сюй вздрогнул и обернулся. Капитан Лидия стояла совсем рядом — он даже не услышал её шагов.
Заметив его замешательство, она слегка усмехнулась, ловко вытянула ордер на арест из его пальцев и легко запрыгнула на край соседнего стола. Её длинные золотистые волосы рассыпались по плечам, вспыхнув ярким пятном в унылом, лишённом солнечного света нутре исполинского корабля.
Она с хрустом раскусила солодовую конфету на палочке и точным щелчком отправила пластиковую трубочку прямо в мусорный бак метрах в трёх от себя.
Лидия беззаботно заболтала ногами, отчего самодельная тряпичная куколка у неё на поясе принялась раскачиваться из стороны в сторону.
— Только с задания, мимо проходила, — коротко объяснила она своё появление.
Живот сводило от голода, и она заглянула в столовую в надежде перекусить. Кто бы мог подумать, что здесь подрабатывает Су Сюй! У шеф-повара Джеффа был скверный характер, однако с этим парнем они, похоже, вполне поладили.
Понимая, что Су Сюя больше изумил сам ордер на арест, Лидия хмыкнула:
— Лёгкий катер под номером 753... Я помню эту посудину. Раньше она числилась за отрядом моего мужчины.
Су Сюй слегка наклонил голову, изумлённо округлив глаза:
— То есть до вас Седьмым отрядом командовали не вы, а ваш... мужчина?
Само слово «мужчина» не вызывало вопросов, но на Ковчеге Матиас понятия супружества просто не существовало: Сад Юни полностью распоряжался репродуктивными правами всех граждан.
Неужели капитан Лидия имела в виду именно то, о чём он подумал?
Капитан Лидия отнеслась к его удивлению спокойно — на Ковчеге эти вещи ни от кого не скрывали.
— В восемнадцать лет меня отобрали для службы на Матиасе. В том же году я начала рожать детей для Сада Юни и пробыла там до тридцати пяти. По правилам женщин, утративших репродуктивную функцию, отправляют обратно в Подземный город — доживать свой век в относительном комфорте. Но я отказалась уходить. До Матиаса я училась медицине. Врачей на корабле катастрофически не хватало, так что моё прошение в итоге удовлетворили.
На её губах появилась тёплая, грустная улыбка.
— И уже в медотделе я встретила его. Человека, которому было плевать на моё прошлое. Он просто захотел пройти этот путь со мной. То время стало самым счастливым за все мои тридцать пять лет. Каждый раз, когда его отряд уходил на вылазку, я ждала на лётной платформе. Просто стояла и молилась, чтобы он вернулся целым и невредимым.
Она посмотрела на Су Сюя сверху вниз:
— Скажешь, я глупая баба, свихнувшаяся на любви?
Су Сюй качнул головой:
— Я не вправе судить о чужом счастье. Мне лишь непонятно... как вы в итоге оказались в Авангарде?
Сад Юни, Медотдел, а теперь — командир Авангарда... Что за переломы пришлось пережить этой женщине?
Улыбка Лидии поблекла. Она сорвала обёртку с очередной конфеты.
— Из каждого рейда они возвращались израненными. Бывало, кто-то начинал мутировать прямо на посадке, и его расстреливали прямо на лётной платформе. Медицинский центр захлёбывался в крови. Тех, кого удавалось вытащить с того света после морских вылазок, чаще всего приходилось калечить — ампутировать конечности, чтобы спасти жизнь. Под конец я спать не могла: закрывала глаза и видела только алое месиво. И каждую секунду дико боялась, что однажды он не вернётся. А потом он вернулся совершенно раздавленным. Рассказал, что у его бойца был шанс выжить, доберись они до корабельных хирургов... Но путь был слишком долгим, и парень испустил дух прямо в воздухе.
Лидия тяжело выдохнула, переведя взгляд на суетящихся за дверями столовой жителей Матиаса.
— В тот день меня точно обухом по голове ударило. Авангард платит жизнями за каждый грамм ресурсов для Ковчега, а Матиас держит их за расходный материал. Выработал ресурс — выбросили, набрали новых. Но они ведь не шестерёнки! Они живые люди. Им больно, они истекают кровью, они умирают. Вся наша еда, одежда, технологии на этом корабле — всё омыто кровью Авангарда. И кто о них помнит? Зал Сансары? Этот их фальшивый поминальный ритуал с молитвами и статуями?
Су Сюй промолчал. Матиас ежемесячно устраивал панихиды по погибшим бойцам. Со стороны церемония казалась величественной и трогательной, но за пышными декорациями скрывался лишь холодный расчёт и отлаженный протокол.
— И тогда я подала новое рапортование. Потребовала включить меня в выездной состав Авангарда.
В Медицинском центре без неё могли обойтись — недостаток персонала Ковчег легко восполнял очередными наборами из Подземного города. Зато врачей, способных оказывать экстренную помощь прямо в море, тогда практически не было.
— Вы невероятная женщина, — искренне и с глубоким уважением произнёс Су Сюй.
— Вовсе нет, — отмахнулась Лидия. — Поначалу я умирала от страха. Никакой боевой подготовки, вокруг творился настоящий ад. Если честно, я не раз хотела бросить всё и сбежать. Но когда мне впервые удалось вытащить раненного бойца прямо там, в море... я поняла, что поступила правильно. А командиром я стала...
Голос её угас. Лидия крутила в пальцах пластиковую палочку, и никакой сахаристый вкус не мог заглушить всплывшую горькоту.
— Океан слишком огромен. Человек перед ним — ничтожная песчинка. Три года назад страшное цунами смыло моего мужчину за борт. Ребята искали его трое суток без сна и отдыха, молили руководство отправить дополнительные поисковые катера... Но всё впустую. Его так и не нашли. Парни думали, что после его гибели я уйду из отряда. Но я осталась. Чтобы спасать других. Ради Матиаса, ради того, что ещё осталось от человечества.
Она ласково коснулась головки тряпичной куклы на поясе, тихо вздохнула и снова перевела взгляд на ордер на арест.
— Когда я только пришла в Авангард, эта история уже случилась. Мой мужчина рассказывал, что раньше для экономии времени и быстрого анализа образцов к каждой группе Авангарда прикрепляли лаборанта из Экспериментального центра. Натренировать исследователя, способного автономно брать пробы, проводить идентификацию прямо на волнах и при этом стойко переносить вылазки в открытый океан, невероятно трудно. А этот беглец был старшим научным сотрудником — настоящим золотым фондом Ковчега.
— Почему же он... ушёл? — спросил Су Сюй.
Сам он в глазах многих тоже числился предателем, так что не спешил бросаться словом «дезертир».
Лидия пожала плечами:
— Мотивы старшего исследователя до сих пор остаются загадкой. Что странно, Экспериментальный центр предпочёл мёртво замолчать подробности.
Она подалась чуть вперёд и внимательно посмотрела на Су Сюя:
— Хотя, если подумать... история у него очень похожа на твою.