Сигнал связи оборвался под сухой гул оповещения: стыковочный шлюп замер у лётной платформы. За медленно разъезжавшимися створками люка сгрудилась толпа, и стоявшие у самого края вдруг ошеломлённо ахнули.
Мег, до этого пребывавший в каком-то оцепенении, встрепенулся от поднявшегося шума. Расталкивая людей, он кинулся к ограждению. В этот момент коммуникатор в его ладони коротко вибрировал — пришло сообщение от доктора Сайли.
Он застыл на мгновение, глядя на имя отправителя, но тут спереди донёсся оглушительный рокот взбаламученной воды.
— С дороги!
Мег наконец пробился сквозь заслон из людских тел, но на месте творившегося хаоса уже ничего не было. Лишь голая пустота.
Сжав коммуникатор до побелевших костяшек, Мег поднялся на дрожащих ногах. Стоявшие сзади с испугом поглядывали на него — казалось, капитан вот-вот шагнёт в бездну. Но тот лишь неподвижно замер, устремив остекленевший взгляд на противоположную платформу ресурсов. Там, под прицелом сотен глаз и стволов, стоял Су Сюй, ставший мишенью для всеобщей ненависти.
Впрочем, за происходящим наблюдал не только Мег. Недавняя паника быстро сменилась глухим гулом: опомнившаяся толпа наперебой принялась судить Су Сюя, решая, жив он должен быть или мёртв.
— Поливать человека из брандспойтов дезинфектантом... Так и содрать кожу можно! Защитные войска совсем озверели?
— И не говори. Упасть с такой высоты — да он же еле живой! И как «Матиас» собирается с ним поступить?
Стоявший рядом мужчина лишь желчно хмыкнул, сочтя их сочувствие глупостью:
— Вы за него переживаете? Из всех, кто контактировал с тварями, уцелел только он один. Если эта дрянь прямо сейчас начнёт мутировать и выкосит половину платформы, вы тоже будете сопли жевать о жестокости войск?
— Вот именно! Чудовища перебили столько наших людей! За кровь платят кровью! Чтобы не навлечь беду, Защитные войска должны прикончить его до того, как он переродится!
— Убить его!
После этих криков большинство из тех, кто сочувствовал Су Сюю, предпочли замолчать. Страх, что парень и впрямь обратится монстром, пересилил жалость — никто не хотел отвечать за заступничество перед разъярённой толпой.
И всё же кто-то не выдержал:
— А если он не заражён? Вдруг в упавшей Зоне рабочих тоже оставалось полно здоровых людей? Инспекционный отряд ведь даже не проверил их! Зачем было устраивать бойню? Они ведь тоже были нашими людьми!
— Ваше милосердие — глупость и предательство! — тут же отрезал кто-то из толпы. — Он столько времени провёл рядом с тварью, инфекция сто процентов у него в крови. Вы готовы рисковать жизнями всех нас ради какого-то призрачного шанса? На кого вы работаете?!
Но заступившийся не отступил под напором обвинений:
— Так пусть Экспериментальный центр возьмёт анализ крови! Проверьте Су Сюя! Выясните, есть ли вирус, какова реальная угроза для тех, кого сбросили вниз! Руководство обязано дать людям ответы!
Столько сограждан — чьих-то коллег, друзей, любимых — выкинули на произвол судьбы, точно мусор, лишь из-за смутных подозрений. Не слишком ли это жестокая халатность?
Зона рабочих уже канула в океан, проверять там некого, но выжившие имели право знать правду!
Вдруг из глубины толпы донёсся тихий, но чёткий шёпот:
— А если анализ покажет, что Су Сюй чист... получается, «Матиас» только что заживо похоронил тысячи невиновных?
Слова эти были сказаны негромко, но ревущая толпа мгновенно затихла. Страшная догадка свинцовой тяжестью повисла в воздухе.
Да... Как руководство Ковчега поступит с Су Сюем? Доживут ли выжившие до дня, когда озвучат правду?
— Смотрите! Воду отключили!
Все взоры устремились на Су Сюя. Люди затаили дыхание, ожидая действий Защитных войск. В этот миг каждый ощутил себя на жаровне.
Бьющая в тело ледяная струя дезинфектанта иссякла. Су Сюй смерил холодным взглядом нацеленные на него чёрные жерла винтовок — и внезапно, без тени страха, оскалился в дерзком смешке.
— Чему ты скалишься? — спросил Молер.
Онемевшие пальцы Су Сюя дрожали. Он поднял руку и зачесал намокшие тёмные пряди назад, открывая чистый, неестественно спокойный взор.
— Думаете, генерал, верно? «Прошло столько времени, а он всё не мутирует... Черт, как теперь оправдываться перед народом?»
Молер поджал губы. Сжавшиеся в узкую линию брови выдали его с потрохами — парень попал в самую точку.
Су Сюй впился в него тяжёлым взглядом и глухо проговорил:
— Раз я не обратился, то и они могли остаться людьми. Вы совершили убийство. Это люди убивают людей.
Люди убивают людей.
Взгляд Молера заледенел. Рука самовольно дёрнулась к кобуре на поясе. Внутри генерала вспыхнула яростная борьба: долг и верность приказу столкнулись с давней, глубоко спрятанной личной тайной.
Су Сюй ловко уловил эту секундную слабость. Его улыбка стала ещё более ядовитой — похоже, этот генерал Защитных войск далёк от абсолютной непреклонности.
— Забрать его, — чеканя слова, распорядился Молер.
— Генерал, нельзя! — тут же возразил стоявший рядом Монд.
Молер даже не повернул головы:
— Запросить у Медицинского центра лечебный бокс. Защитным войскам — обеспечить охрану по высшему уровню безопасности.
За происходящим наблюдали сотни глаз с платформы. Пока Су Сюй не проявлял признаков мутации, казнить его на глазах у всех было нельзя. Раз уж сам профессор Габриэль поручился за парня, войска лишь исполняли свой долг по изоляции потенциальной угрозы.
Монд уловил непреклонность в тоне командира и склонил голову:
— Есть.
Он подал знак подчинённым. Двое конвоиров вышли вперёд с тяжёлыми кандалами, ещё двое зашли Су Сюю за спину, наставив винтовки прямо ему в затылок.
— Шагай.
Солдаты подхватили Су Сюя под руки и повели к корме корвета.
— Эй-эй, полегче! Зачем так затягивать замки?! — засуетился профессор Габриэль, семеня следом. — Он тяжело ранен, никуда он не сбежит!
— С Медицинским центром связались? Встречающие у входа есть? Если нет, я сам сейчас позвоню! — Профессор поднялся на борт десантного корабля, не прекращая тараторить.
Беспокоясь, что на жёстком металлическом сиденье повреждённое тело Су Сюя пострадает от тряски, Габриэль поспешно скинул свою мантию и подложил её парню под спину.
Прекрасно понимая, что учёным движет далеко не альтруизм, Су Сюй всё же тихо произнёс:
— Спасибо.
Запоздавший священник Холлис стоял у иллюминатора своего судна, с высоты наблюдая за суетой вокруг Су Сюя.
— Раз спасать никого не нужно, отправимся на лётную платформу. Навестим наших детей, — спокойно произнёс Холлис.
Один из последователей Зала Сансары недоумённо спросил:
— Священник, как вам удалось переубедить Капитана Корабля? Он ведь окончательно разочаровался в профессоре. Почему же дозволил Залу Сансары вмешаться и спасти этого парня?
Холлис тихо усмехнулся:
— Его Превосходительство Капитан прекрасно видит Макса насквозь. Суть в другом: бросив столько бойцов Авангардного отряда и отсекая Зону рабочих, «Матиас» оказался на грани кадрового голода. Когда запасы ресурсов позволят нам дойти до новых акваторий, Ковчегу потребуются силы Сада Юни для взрывного роста населения. Капитану приходится считаться с директором Максом. Что же до Габриэля...
Священник сокрушённо вздохнул, поджав губы:
— Профессор слишком слеп в своей страсти к экспериментам. Для Ковчега это благо, но до определённой грани. Капитан хотел руками Макса преподать учёному урок. Да только послушает ли кто-то совета, если этот «кто-то» — наш несгибаемый профессор Габриэль?
Холлис не знал всех подробностей, но по обрывкам фраз понял: Габриэль снова взялся за старое. Желая укрыть ценный подопытный образец, он юлил и отделывался глупыми отговорками, чем нешуточно разозлил Капитана.
Макс же, проведав о чём-то пару месяцев назад, тайком засылал своих людей в Зону рабочих, рассчитывая нарыть компромат на Су Сюя. Однако ищейки возвращались ни с чем.
Поговаривали, что несколько дней назад его агентов и вовсе избили до полусмерти. На расспросы те лишь мычали и прятали глаза, отчего разъярённый директор Макс вышвырнул неудачников вон.
Прямых улик не было, но у кого ещё хватило бы дерзости поднять руку на ищеек Сада Юни, кроме Су Сюя?
Едва прослышав, что тот объявился в Зоне рабочих, Макс решил припомнить ему все должки.
«И профессор туда же... Биохимик решил поиграть в интригана? Чуть головой не расплатился», — злорадно подумал Холлис, сохраняя на лице кроткое выражение.
— Милосердный «Матиас» любит послушных детей, а не тех, кто много о себе возомнил. Впрочем, Экспериментальный центр — наш локомотив, ссориться с профессором до конца нельзя. Мы исполнили волю Капитана: явились с помощью, пусть и с опозданием. И Сад Юни доволен, и Центр не в обиде.
— Вы мудры, священник! — Адепты с благоговением склонились у его ног.
Холлис прикрыл глаза, впитывая слепое поклонение, и его губы тронула самодовольная улыбка.
— Смотрите! Корабль!
Граждане на лётной платформе запрокинули головы: прямо над ними плавно зависло величественное судно. На открытую палубу высыпала группа людей в роскошных золочёных мантиях.
— Это Зал Сансары! Сам священник! — зашептались в толпе. Люди приложили руки к груди, склоняясь в священном трепете.
Улыбка Холлиса стала ещё теплее, озарённая скорбным состраданием.
— Возлюбленные мои, вы пережили великий страх, — разнёсся над платформой его елейный голос. — Сегодняшнее бедствие — вина Группы исследований человеческой генетики при Экспериментальном центре. За спиной профессора эти безумцы вели запретные изыскания и породили чудовище. Но святотатцы понесли кару: они сами заразились и канули в пучину вместе с Зоной рабочих, навсегда покинув «Матиас».
Из толпы донёсся смелый голос:
— Священник! Проводил ли Экспериментальный центр экспресс-анализ крови этим исследователям? Они точно были заражены?
Холлис скорбно вздохнул и качнул головой:
— Анализов не было.
Над платформой прокатился недовольный ропот. Но прежде чем он перерос в бунт, священник возвысил голос:
— В лабораториях установлены детекторы источников заражения. Когда Инспекционный отряд ворвался в корпус, сирены вопили без умолку! Чтобы предотвратить мор, исследователей пришлось немедленно изолировать.
— Боги, как же так...
— Профессор Габриэль днями и ночами трудится ради «Матиаса», а его подчинённые оказались предателями! Чуть всех нас в могилу не свели!
Холлис прикрыл лицо ладонями, тяжело вздыхая:
— Сердце Ковчега обливается кровью. Но ради чистоты человеческого генома наша милосердная мать вынуждена отсекать поражённые плоды.
Он воздел дрожащие руки к небу, будто обнимая замершую толпу, и на его глазах блеснули слёзы:
— Вы, стоящие здесь, — последняя надежда цивилизации! Вы — драгоценные дети «Матиаса»! Несите же в сердцах память о павших братьях и двигайтесь вперёд! Посвятите жизни тому, чтобы священный пламень человечества не угас!
— Всё ради будущего человечества! — словно заворожённые, восторженно взревели люди.
Мег с тяжёлым сердцем смотрел на эту сцену. Слова веры, которые он повторял из дня в день, застряли комком в горле.
Когда крики стихли, кто-то боязливо подал голос:
— Досточтимый священник... Но Защитные войска увезли этого парня на Ковчег. А если... если он всё-таки обратится чудовищем? Не повторится ли кошмар снова? Зачем тащить его на борт?
Холлис мягко улыбнулся. С ангельским терпением он взглянул на паникующего гражданина и умиротворяюще ответил:
— Профессор заверил нас: хоть случившееся и произошло не по его вине, он загладит проступок своего центра. За ним останется последнее слово, и он отвечает за безопасность головой. Позвольте науке исполнить долг — и пусть каждый из вас станет свидетелем!