Когда Су Сюй в лоб вскрыл его истинные намерения, лицо Гаэля мгновенно побелело. Отшатнувшись в испуге, он не заметил хромой табуретки, споткнулся и с глухим стуком плюхнулся на пол.
Парень машинально сунул руку в карман — проверить, цел ли коммуникатор, чем лишь окончательно подтвердил догадку собеседника.
«Всё пропало».
Лоб Гаэля покрылся испариной. Вцепившись в край куртки Су Сюя, он взмолился:
— Су Сюй, умоляю тебя! Мы же вместе в тот день дежурили! Если ты не вернёшь то, что украл, они меня убьют! Меня просто прикончат!
Су Сюй лишь покачал головой:
— Ты правда веришь, что если я всё отдам, тебя оставят в живых? Какая наивность.
Наивные простачки вышли из моды ещё в прошлой жизни, а уж в разгар постапокалипсиса строить из себя святую невинность — и вовсе дурной тон.
— Ты хочешь сжить со свету меня? И остальных ребят из охраны тоже?! — вскипел Гаэль. Поднявшись с пола, он отбросил всякую вежливость.
У Су Сюя не было ни малейшего желания церемониться. Он отрезал прямо:
— Ты припёрся сюда, прекрасно зная: пойди я на поводу у Сада Юни, и мне конец. Раз уж ты явился забрать мою жизнь, с какой стати мне заботиться о твоей?
Истории про всепрощающих праведников когда-то обожала директриса детдома, но такое нравилось разве что её поколению.
Скрестив руки на груди, Су Сюй прислонился к столу и недвусмысленно указал на дверь:
— Я только что вернулся со своей первой вылазки и чертовски устал. Покинь мою комнату. Немедленно.
Бессонная ночь, бесконечные проверки и заборы крови по возвращении — настроение у него было паршивее некуда.
Гаэль со злостью стиснул зубы:
— Сад Юни тебя в покое не оставит! Думаешь, попал в Авангардный отряд — и в безопасности? На Ковчеге Матиас найдут сотню способов заткнуть тебе глотку!
— Какая детская угроза, — холодно оценил Су Сюй и покосился на карман визитёра. — Коммуникатор-то до сих пор включён?
Не меняя бесстрастного тона, он неторопливо продолжил:
— Изначально я понятия не имел, что именно было вынесено, да и копаться в этом не собирался. Думал, вступлю в Авангардный отряд и навсегда оборву связи с благородным Садом Юни. Но теперь… мне даже стало любопытно. Если вы там надумаете заявиться ко мне в Штурманский отдел с разъяснениями, предупредите заранее. Я постелю красную дорожку — уж поверьте, моё появление будет куда эффектнее прошлого.
Су Сюй пока смутно ориентировался в здешних реалиях, поэтому блефовал, искусно мешая правду с ложью. Он действительно не ведал, что прежний владелец тела умыкнул из так называемого Сада Юни. Горшок с ценным цветком? Редкую траву? Чужие тайны его мало заботили, но если чужие проблемы напрямую угрожали его шкуре, он был не прочь замутить воду ещё сильнее.
Решился же он на столь дерзкий выпад перед невидимым слушателем по простой причине: ни придиравшийся Бартон, ни уклончивый Мег, ни бойцы Защитных войск, остановившие Сад Юни на лётной платформе, ни даже этот самозваный «лучший друг» Гаэль — похоже, никто из них толком не знал, что именно пропало. Что-то настолько важное, что привлекло внимание самого высшего руководства.
И раз Сад Юни так трясся над украденным, но до смерти боялся огласки, Су Сюй не сомневался: каждое его слово по ту сторону связи услышали и приняли к сведению.
Закусив губу, Гаэль достал коммуникатор. Пробежав глазами свежее распоряжение начальства, он помрачнел, точно грозовая туча. Зыркнув на Су Сюя волком, парень развернулся и зашагал к выходу.
— Дверь закрой, будь добр.
Грохнула дверь.
Су Сюй тихо усмехнулся и перевёл взгляд на брошенную в углу дорожную сумку.
Кроме сменной одежды, внутри лежал лишь рабочий дневник с несколькими вырванными страницами, куда прежний Су Сюй изо дня в день заносил свои служебные обязанности.
«Дневник?»
Су Сюю вспомнилась известная фраза о том, что приличные люди дневников не ведут, но, собираясь без зазрения совести копаться в чужих секретах, сам он на звание благородного мужа явно не претендовал.
Руководствуясь острой необходимостью хоть что-то узнать о владельце тела, он раскрыл тетрадь. Записи о службе в Саду Юни в основном сводились к патрулям и караулам — монотонная рутина день за днём. Однако чем дальше он листал, тем сильнее становилось ощущение, что здесь кроется какая-то тайна.
«1 января 2467 года. Тринадцать лет зубрежки и подготовки — и вот я наконец сдал экзамены. Сегодня мой первый день на Ковчеге Матиас. Благодаря неплохим баллам меня определили в Сад Юни. Все говорят, что это отличное место».
«15 января 2467 года. Они были правы, тут хорошо. Служба непыльная, это самый тихий уголок на всем Ковчеге. Правда, люди вокруг какие-то бесстрастные, словно механизмы. Никто со мной не разговаривает, так что остается только вести дневник».
«3 февраля 2467 года. Патрулирование внешнего периметра».
«11 апреля 2467 года. Патрулирование внешнего периметра».
«...»
«1 апреля 2468 года. В отряд прибыл новичок, его зовут Гаэль. Он такой общительный, вечно со всеми заговаривает. Вот только если с ним слишком много болтать, командир охраны почему-то начинает хмуриться».
Су Сюй скривился:
— Ясно всё. Рубаха-парень: со всеми дружит, а сам бегает стучать начальству.
Он продолжил чтение. Записи появлялись нерегулярно и в большинстве своём повторялись, но около полугода назад в дневнике всплыло нечто из ряда вон выходящее.
«9 мая 2470 года. Патрулирование внешнего периметра. Заметил подозрительную женщину: она выбежала из глубины Сада и, похоже, пыталась прорваться наружу. Следуя инструкциям начальства, я перехватил её и повел обратно. Всю дорогу она умоляла отпустить её.
Она твердила, что Сад Юни — ненасытное чудовище, пожирающее людей. Что она не хочет туда возвращаться и боится до смерти.
Когда я сдал её Садовникам, она посмотрела на меня с такой лютой ненавистью... Но почему? Когда её увели, я заметил, что она что-то обронила — жетон с выбитым номером.
Моя обязанность — охрана внешнего периметра, внутрь Сада доступа нет, там всем заправляют Садовники. При первой же возможности передам жетон им, пусть вернут владелице».
«20 сентября 2470 года. Сегодня бушевала гроза, в хвостовую часть Матиаса ударила молния. Нас отправили укреплять верхний ярус Сада Юни. Я впервые попал во внутренние помещения. Оказывается, в этом Саду выращивают вовсе не цветы.
На верхних уровнях, в Инкубационной зоне, я снова увидел ту женщину. Она сидела неподвижно, словно пустая оболочка.
Улучив момент, пока никто не смотрел, я прокрался в Инкубационную зону, чтобы вернуть ей жетон, но меня засекли. Я мог бы всё объяснить, но струсил и бросился бежать. Сам не понял, куда меня занесло, но именно там до меня наконец дошёл смысл её слов.
Сад Юни и вправду пожирает людей».
Су Сюй перевернул страницу, надеясь узнать, что же именно открылось его предшественнику, но следующие листы оказались грубо выдраны, что лишь сильнее разжигало подозрения.
Оглядевшись по сторонам, он понял, что инструментов для снятия оттиска под рукой нет. Пришлось присесть, собрать с пола немного пыли и осторожно растереть её по бумаге. Первые вырванные страницы прочесть так и не удалось, но на последней проступили неровные строчки:
«25 сентября 2470 года. Мне наконец удалось вырваться из Сада Юни и найти убежище в Зале Сансары. Я открыл тайну священнику, и он пообещал во всем разобраться.
Зал Сансары — священная обитель, а священник очень добр. Опасаясь, что в Саду Юни мне отомстят, пока я остаюсь на борту Матиаса, он предложил мне временно присоединиться к Авангардному отряду и отправиться на вылазку. По его словам, это пустяковое задание, а к моему благополучному возвращению со всем уже разберутся».
Су Сюй отбросил дневник в сторону.
Судя по всему, Сад Юни и Зал Сансары действовали заодно. Какие там «разберутся к благополучному возвращению»! Они изначально позаботились о том, чтобы прежний Су Сюй уже никогда не вернулся живым.
«Жаль, что предыдущие страницы вырваны, а то помог бы Саду Юни отыскать их пропажу».
Впрочем, это он так, для красного словца подумал. Поверить в подобное мог разве что круглый идиот.