Волна нестерпимого смрада и гнили накрыла с головой. Разинутая пасть, сочащаяся сукровицей и гноем, уже готова была сомкнуться на теле Су Сюя.
В последнее мгновение он перемахнул через борт надувной лодки, подхватил выроненный кинжал и тут же перекатился в воду с противоположной стороны, уходя от вздыбившейся громады волн.
Акула словно обладала зачатками разума: мотнув массивной головой, она с размаху протаранила надувное судно.
Однако Су Сюй больше не собирался уклоняться. Вцепившись в леер, он снова взлетел на борт и, улучив секунду, когда хищница пошла на очередной таран, прыгнул прямиком ей на спину.
Он намертво вцепился в спинной плавник, чтобы не соскользнуть в бурлящую пучину, и с силой вонзил клинок в плоть. Но лезвие не рассекло шкуру, как он рассчитывал. Тело твари словно покрывала бронированная пленка — несмотря на вложенную мощь, на чешуе осталась лишь неглубокая белесая царапина.
Этот укол лишь взбесил монстра. Восприняв атаку как вызов, акула рванула в глубину, увлекая человека за собой.
Лицевой щиток шлема не выдерживал нарастающего давления: трещины по стеклу поползли шире, послышался тревожный хруст.
«Глубже нельзя».
Разжав пальцы, Су Сюй отпустил плавник и попытался выгрести к поверхности, но в полумраке снова вспыхнули восемь жутких флуоресцентно-зеленых глаз, стремительно приближавшихся к нему. Мутная толща воды скрывала опасность надежнее самого густого тумана. Когда сквозь взвесь проступили лезвия зубов, рассекающие поток, спасаться было уже поздно.
«Твою мать...»
Су Сюй отлично плавал, но человеческий организм не приспособлен к затяжным боям на глубине. Если не прикончить тварь прямо сейчас, он либо окажется в ее брюхе, либо попросту захлебнется, когда защитное стекло шлема окончательно лопнет.
Стиснув зубы под нарастающий треск стекла, он развернулся навстречу несущейся торпеде и в самый последний миг резко нырнул ко дну.
Однако туша была слишком огромной — ударная волна и скользнувший бок зацепили его с сокрушительной силой. Подавив вспышку боли и металлический привкус крови во рту, Су Сюй в момент расхождения полоснул клинком по брюху чудовища.
На этот раз бронированной чешуи не оказалось. Сталь легко вошла в податливую плоть. Навалившись всем весом, он распорол живот твари, и наружу под напором воды вывалились полусгнившие внутренности.
Даже без возможности ощутить запах, от одного этого зрелища к горлу подступила тошнота.
Выбравшись на поверхность и перевалившись через борт лодки, Су Сюй почувствовал, как силы разом покинули тело. Запоздалая волна боли от сокрушительного удара прокатилась по костям и мышцам, вызывая непреодолимую дрожь.
Мертвое чудовище всплыло рядом брюхом кверху. Глядя на его потухшие, подернутые кровавой пеленой зеленые глаза, Су Сюй все еще не мог унять бешеный стук сердца.
— «Мег: Монстр глубины» разве был фантастикой? — пробормотал он вслух. — Или они документалку снимали?..
Опираясь на борт, Су Сюй с трудом сел. Вдали, у размытой береговой линии, мелькнул какой-то силуэт, поднялся над волнами и тут же канул в воду, не позволив рассмотреть себя получше.
До слуха донеслись обрывки голосов:
— Если бы не Бартон, эта Восьмиглазая акула с расщеплённой пастью типа II точно перекусила бы нас пополам! Черная, как смоль, да еще из засады бьет — цапнет, и костей не соберешь.
— Еще бы! Бартон у нас лучший боец в отряде. Слышал, ученые в лаборатории на тебя глаз положили? Если дадут прямое спецзадание, очков заслуг отвалят немерено!
— Если выгорит — в долгу не останусь, — самодовольно отозвался хваленый лидер. — База Таоюань тут рядом. Закончим миссию — махнем в Подземный город, я угощаю.
— Слушайте... а в этих водах полно таких тварей. Мы оставили того парня одного, с ним ничего не случится?
— Да плевать, — фыркнул окруженный подхалимами Бартон. — Решил стать перебежчиком — пускай расхлебывает. Надо только проверить, сдох он или нет, Ковчегу Матиас все равно нужен отчет.
«Перебежчик? Ковчег Матиас?..»
Су Сюй нахмурился. Держась за ноющий бок, он поднялся на ноги и уставился на приближающийся катер. По мере того как судно подходило ближе, чувство нереальности происходящего только усиливалось. На людях были надеты такие же гидрокостюмы, как на нем, но почти у всех были ярко выраженные европейские черты лица.
«Сколько же меня носило по волнам, если я доплыл аж до Европы?»
Возглас с катера оборвал его мысли:
— Гляньте! Он живой!
Бартон, только что купавшийся в лучах славы, мгновенно прикусил язык. Все присутствующие невольно повернулись к человеку, стоявшему позади всех.
— Капитан Мег, он дышит.
Мужчина, названный Мегом, шагнул вперед и смерил Су Сюя тяжелым, холодным взглядом. Лицо капитана слегка перекосило, но комментировать увиденное он не стал, лишь указал на одного из подчиненных:
— Гуань Цзе, проверь, цел ли он.
Вызванный вперед парень был щуплым, невысоким, с вечно затравленным выражением лица. Отказать командиру он не посмел.
Осторожно спустившись с борта катера, он робко вытянул ногу, проверяя, удержит ли его покачивающаяся на волнах надувная лодка. Лодку бросало вверх и вниз, и бедолага долго не решался переступить.
В конце концов Су Сюй не выдержал этой возни и сам протянул руку, втаскивая его к себе.
Потеряв равновесие, Гуань Цзе едва не кувыркнулся на спину. Побледнев от страха, он несколько секунд переводил дух, после чего молча, потупив взор, принялся осматривать гидрокостюм Су Сюя на предмет разрывов. Когда он поднял глаза, чтобы проверить лицевой щиток, их взгляды пересеклись. Парень испуганно отвел глаза и поспешил доложить:
— Капитан Мег, костюм цел. Только стекло на шлеме треснуло, больше ничего.
— Ни единой раны?
Под тяжелым взглядом капитана Гуань Цзе снова уставился на костюм Су Сюя. Заставить того раздеться для досмотра он банально трусил, поэтому промямлил:
— Ткань не пробита, так что... скорее всего, ранений нет.
Су Сюй не имел ни малейшего понятия, кто эти люди, поэтому благоразумно промолчал о сильном ударе, который едва не переломал ему ребра. Он лишь молча разглядывал окружение, подмечая каждую деталь.
— Выходит, он в одиночку завалил Восьмиглазую акулу с расщеплённой пастью типа II и даже шкуру не поцарапал?
— Ничего себе хватка...
Су Сюй никак не отреагировал на перешептывания. Он прекрасно помнил: рана у брюшного плавника акулы появилась задолго до его удара. Не будь этой бреши в ее броне, он бы уже кормил морских гадов на дне.
Но кто нанес тот удар? Очнувшись, он вроде бы слышал чей-то голос неподалеку... Это дело рук того незнакомца? Кто он? И с какой стати решил помочь?
Заметив, что всеобщее внимание переключилось на Су Сюя, Бартон громко фыркнул:
— Да Очкарик просто слепой, не разглядел царапину! Инкубационный период у него еще не вышел. Нельзя тащить его на Ковчег Матиас — если он обратится, отвечать придется нам.
С этими словами он выразительно посмотрел на командира.
— Вы же хотели на базу Таоюань? — бросил Мег. — Забирайте его с собой.
Отрезав всякие споры, капитан скрылся в каюте.
«База Таоюань? Что еще за место?..»
Поднявшись на борт катера, Су Сюй тут же ощутил глухую изоляцию. Экипаж шарахался от него, точно от заразного чумного больного.
Впрочем, отсутствие необходимости заводить пустые беседы пришлось ему по душе. Отойдя к самому краю палубы, он опустился на сиденье. Когда корпус катера резко тряхнуло, Су Сюй машинально вцепился в поручень, чем тут же вызвал насмешливые смешки у шайки Бартона, не спускавшей с него глаз.
— Тьфу, а я-то думал, он герой! Дрожит пуще Очкарика.
Су Сюй пропустил шпильку мимо ушей. Его взгляд был прикован к водной глади: он в любую секунду ждал нового нападения подводных тварей. Однако гребные винты катера внезапно втянулись и переориентировались вертикально вниз. Взбив тугие фонтаны пены, судно плавно оторвалось от поверхности воды и поднялось в воздух. Затем двигатели сменили угол, задавая мощную тягу вперед.
Этот аппарат одинаково легко рассекал волны и парил в небесах — технологии явно шагнули далеко за пределы двадцать первого века.
Не успел Су Сюй осмыслить эту мысль, как его внимание приковал океан под днищем катера. Некогда лазурные воды теперь отливали гнилостным, плесневелым серо-зеленым оттенком. Катер летел уже долгое время, но вокруг не было видно ни единого клочка суши.
Лишь спустя два или три часа полета на горизонте показались первые следы человеческой цивилизации. Однако открывшийся пейзаж не имел ничего общего с тем миром, который Су Сюй помнил.