Лишних очков заслуг на покупку нормальной кружки или хотя бы фляги у Су Сюя не было — приходилось пользоваться обычной многоразовой пластиковой бутылкой. На глазах у Гуань Цзе он высыпал порошок в остатки питьевой воды, хорошенько взболтал мутную взвесь и поднёс её к носу.
Запаха почти не ощущалось, но едва Су Сюй втянул воздух, как переносицу прошила острая боль, а в висках тяжело застучало — будто изнутри пыталось вырваться что-то чужеродное. Назад пути не было. Пришлось рисковать.
Набрав в грудь воздуха, Су Сюй запрокинул голову и в несколько глотков осушил бутылку.
— Скажи... когда я стану тобой, со мной произойдёт то же самое? — В голосе Гуань Цзе сквозила нескрываемая зависть.
Задержав дыхание, чтобы перевести дух, Су Сюй упёрся рукой в дверной косяк:
— С чего вдруг ты так слепо предан Габриэлю?
Задания в центре водозабора обычно становились билетом в один конец. Даже зная, что профессор подстрахует нужного экспериментального объекта, вряд ли здравомыслящий человек стал бы рисковать жизнью ради чужих замыслов. Да и история с платформой снабжения... Су Сюя искренне удивляло, как этот вечный плетущийся в хвосте Авангардного отряда очкарик вообще сошёлся с Габриэлем.
— Когда я только попал в Авангардный отряд, Рожье и его шобла прохода мне не давали, — без колебаний отозвался Гуань Цзе. — На первой же одиночной вылазке меня едва не задрали. Еле живой приполз обратно на «Матиас», а очков на медотдел нет. Да и кому нужен какой-то слизняк? Я уже прощался с жизнью, когда появился профессор. Он вылечил меня. И сказал... сказал, что я не виноват в том, что надо мной издеваются.
На обычно лицемерном лице Очкарика проскользнула редкая, почти детская улыбка.
— Сам знаешь, как там всё устроено: за каждую миссию все очки забирают верхи, мне и на еду-то едва хватало. Если бы профессор не помогал тайком, я бы давно сдох от голода.
Су Сюй прекрасно знал, насколько жаден и безжалостен Бартон со своей сворой, но сопереживать собеседнику не мог. Он прошёл тот же путь и имел полное право на скепсис. Нечего жрать — иди работай, ноги-руки целы, с голоду не помрёшь. Благодарность благодетелю — дело естественное, но превращать её в слепое поклонение и сидеть сложа руки...
Поэтому дальнейшие излияния Гуань Цзе вызвали у Су Сюя лишь глухое отторжение.
— Он мой спаситель. Вторым отцом мне стал, — вполголоса пробормотал тот.
Свет от одинокого фонаря у мусорного пункта поблизости падал на его фигуру, придавая этой фанатичной преданности почти болезненный оттенок.
Внезапно выражение лица Гуань Цзе изменилось. В глазах блеснула лютая, крысиная злоба:
— Так что берегись, Су Сюй. Узнаю, что ты замыслил навредить профессору, — сам костьми лягу, но заставлю тебя заплатить.
Он собственными глазами видел, как гигантский корабль из Зоны рабочих рухнул в океан, и прекрасно помнил, с каким упыриным видом Су Сюй вернулся из этого ада. Гуань Цзе не верил, что тот просто так спустит верхам прошлое. Пускай Су Сюй хоть весь Ковчег «Матиас» пустит ко дну — Гуань Цзе было плевать. Но тронуть Габриэля он не позволит.
— С чего бы мне ему вредить? — Су Сюй небрежно улыбнулся. — Я ведь прямо сейчас пытаюсь выслужиться перед твоим обожаемым профессором, разве нет?
С этими словами он допил последние капли препарата и демонстративно перевернул бутылку горлышком вниз, показывая, что честно выполнил свою часть уговора.
Гуань Цзе всё ещё смотрел на него с подозрением, но спорить не стал — Су Сюй был ему нужен. Он забрал пустую аптекарскую виолу из-под порошка и едва слышно прошептал:
— То, о чём ты просил, я сделал. Смотри не забудь про своё обещание.
— Само собой, — легко согласился Су Сюй.
С дружелюбной ухмылкой проводив визитёра, Су Сюй вскользь бросил взгляд на второй этаж Экспериментального центра и вернулся в комнату.
Едва защёлкнулся замок, он выхватил из-под кровати заранее приготовленный пакет и глубоко в гортань вогнал два пальца.
Его вывернуло.
Су Сюй ничего не ел с момента пробуждения, поэтому из желудка выходила лишь едкая, жгучая желчь. Пищевод горел огнём. Обессилев, он сполз по стене на пол. В глазах потемнело, в голове закружилось. Су Сюй попытался мотнуть головой, чтобы разогнать мутную пелену, но сознание окончательно угасло, и он провалился в небытие.
* * *
В шлюзе Ковчега со скрежетом разошлись тяжёлые створки, пропуская отряд вернувшихся из рейда бойцов Авангардного отряда.
«С возвращением домой! Защитим последний оплот человечества вместе!» — механически раздавалось из динамиков.
Спутники со всех ног пытались поспеть за капитаном Мегом, осыпая его заискивающими просьбами:
— Капитан Мег, кому вы планируете помогать в следующем рейде? Не хотите перейти в наш тридцать третий отряд на постоянку?
— Да в вашем тридцать третьем уже есть командир! Что, решились сделать господина Мега шестёркой? Капитан Мег, у нас место командира свободно, возглавьте нас! Мы будем беспрекословно выполнять любые ваши приказы!
— Капитан Мег, обратите внимание на нас, мы тоже очень послушные!
— Капитан Мег...
Мег шёл не поднимая головы, полностью погружённый в свои мысли. Он бегло листал экран коммуникатора — вся лента сообщений была забита короткой перепиской с Су Сюем.
«Капитан Мег, я хочу на задание»
«Капитан Мег?»
«Ты тут?»
Постепенно терпение у Су Сюя иссякло, и последние три десятка сообщений состояли из одного-единственного лаконичного: «?»
Эта небрежная сухость разительно отличалась от слащавого лепета окруживших его бойцов, но Мега она ничуть не раздражала. Напротив: если бы Су Сюй вдруг стал шёлковым, послушным и заглядывал ему в рот с улыбочкой — вот тогда точно стоило бы забить тревогу.
— Капитан Мег, — дорогу ему преградила фигура в высокой военной обуви.
Мег поднял взгляд. Увидев берцы и строгий китель Защитных войск, он убрал коммуникатор и нейтрально спросил:
— Какие будут приказания, офицер?
Глазевшая толпа мгновенно рассосалась. Никто в здравом уме не хотел связываться с ищейками верховного командования.
Офицер холодно чеканил:
— Капитан Корабля собирает командиров отрядов на экстренное совещание верховного совета. Вы в списке. Следуйте за нами.
Мег на мгновение задумчиво опустил веки. Ответить Су Сюю он уже не успевал — придётся сначала разгрести возникшую проблему.
— Хорошо, идёмте, — кивнул он.
* * *
Полумрак в комнате путал чувство времени, погружая разум в липкую дремоту. Су Сюй не знал, сколько пролежал без чувств. Взглянув на коммуникатор, он с удивлением обнаружил, что стрелка перевалила за полдень.
— Надо же, сколько проспал... — пробормотал он, потирая гудящие виски, и тут же замер.
Что-то изменилось.
Опершись о стену, Су Сюй поднялся и сделал несколько шагов по комнате. Движения стали невероятно лёгкими, точными и быстрыми. Даже в глухом полумраке тесной каморки предметы прорисовывались куда чётче, чем прежде.
«Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Но если этот кусок прилетел прямо мне в лоб... смогу ли я его переварить?»
Мысли о еде отозвались мучительным урчанием в пустом желудке. Су Сюй со вздохом взглянул на нулевой баланс очков заслуг на экране коммуникатора.
— Всё впустую, — удручённо резюмировал он.
Если задуматься, он пробыл здесь от силы три месяца, а жизнь сделала крутое пике и вернула его к разбитому корыту. Вот только прошлым уже ничего не исправить.
Су Сюй сбросил куртку со следами порошка на манжетах, аккуратно убрал её в плотный пакет и засунул вместе с пустой бутылкой под кровать. Наклонившись пониже, он убедился, что кружка, ранее принадлежавшая Бартону, на месте, пододвинул пару ящиков и поправил свисающее покрывало.
Убедившись, что всё надёжно скрыто от чужих глаз, Су Сюй вышел из общежития и направился к столовой — узнать у шеф-повара Джеффа, не найдётся ли для него какой-нибудь работы.
— Слышали? Капитана Мега забрали Защитные войска! Интересно, зачем?
Су Сюй замедлил шаг. Имя привлекло его внимание — вокруг вовсю обсуждали возвращение капитана.
— Да на повышение его повели, ясное дело! Он в последнее время стольким отрядам помог задачи закрыть. Видали, как его на причале встречали? Каждый пытался переманить!
— Сто пудов переведут в Элитный отряд! Вопрос только, какой отряд он возглавит?
— А я вот сомневаюсь, — подал голос кто-то из толпы. — Кроме Мега, всех остальных капитанов тоже вызвали. Говорят, на совет.
— На совет? — Собравшиеся переглянулись в недоумении.
Су Сюй оказался единственным, кто заметил Лидию, стоявшую в тени у стены и неторопливо сдиравшую обёртку с конфеты.
— А нашему командиру приглашение на совет не положено? — тихо спросил он, подойдя ближе.
Лидия отправила леденец в рот и хмыкнула с откровенным ядом:
— Заправилы думают, будто лишив меня права голоса, заставят плясать под свою дудку. Нужен мне их собачий цирк.
Она окинула Су Сюя оценивающим взглядом:
— Ты-то как? О делах в Зоне рабочих я наслышана. Выходит, решил подстелиться под Экспериментальный центр?
В её голосе звучало разочарование. Подумать только, казалось, встретила цельного человека, а тот оказался таким же шкурником. Скука.
Су Сюй не стал обижаться на колкость.
— Только через профессора Габриэля можно попасть в Проект усиления солдат HOM, — совершенно спокойно и открыто произнёс он. — А я давно к этому стремлюсь.
Простой обыватель не уловил бы подвоха, но Лидия сразу всё поняла — ведь зацепку о HOM она сама ему и дала.
Вот, значит, каков его замысел.
Выражение её лица смягчилось, но вокруг то и дело сновали люди, поэтому держалась она подчёркнуто холодно:
— Думаешь, раз за тобой стоит Экспериментальный центр, Сад Юни до тебя не доберётся? Директор Макс тебе этого так не спустит.
— Понимаю, — кивнул Су Сюй, давая понять, что держит ухо востро.
— Через неделю Ковчег «Матиас» отчаливает в новые акватории, — понизив голос до едва различимого шёпота, произнесла Лидия. — Перед этим назначена масштабная совместная операция — подтереть сопли и прибрать хвосты. Если Экспериментальный центр вознамерился сделать из тебя ручную собачку, на это задание тебя отправят обязательно. Меня в списке не будет, прикрыть тебя не смогу, так что не зевай.
— Что за задание? — нахмурился Су Сюй.
— Запретная зона, — лаконично отрезала Лидия. — Ты ведь бывал в Саду Юни. Сам всё увидишь, когда окажешься там.
Су Сюй предпочёл не расспрашивать дальше, дабы не выдать свою осведомлённость, а лишь с лёгким удивлением спросил:
— В Штурманском отделе тебе разрешают отказываться от приказов?
Лидия горько усмехнулась:
— Я, в отличие от вашего наивного капитана, прекрасно знаю: покорность не приносит поблажек. Наглые твари лишь решат, что вытирать о тебя ноги — это норма.
Она с хрустом раскусила леденец и добавила с твёрдой непримиримостью:
— Я ни секунды не жалела о том, что родилась женщиной. Меня тошнит от дерьмовых правил этого мира. Но я верю: человечество выживет. Выживет, и настанет день, когда рождение девочки больше не сочтут обузой, когда ни одна женщина не пострадает из-за своего пола и сможет гордиться тем, кто она есть. И пока я дышу, я буду ждать этого дня.