В мутной, взбаламученной воде не разглядеть, кто подбирается со спины: товарищ по оружию, тварь с разверстой пастью или враг с занесённым клинком.
Су Сюй первым ушёл под воду, ведя отряд на разведку к самому дну. Уловив чутким слухом странное отклонение в донном течении, он рванулся в сторону, изгибаясь в толще воды, и на мгновение опередил угрозу — выхватил винтовку и взял противника на прицел.
Незнакомец был одет в желтовато-зелёный защитный скафандр — явно не боец Авангарда.
— Осторожно, засада! — рявкнул Су Сюй в шлемофон.
Но едва предупреждение сорвалось с его губ, как за спиной будто сработала жёсткая программа: бойцы Авангарда с остекленевшими глазами рванулись в атаку. На приказы они больше не реагировали — рассудок окончательно покинул их.
Су Сюй понимал причину: нервную систему обычных людей сначала выжигали наркотическими компонентами питательного раствора, а затем подвергали жёсткой биохимической модификации, заставляя организм работать на условных рефлексах.
Сообразив, что в рукопашной не преуспеть, нападавший перехватил висевшую за спиной ручную пушку и мгновенно навел жерло на цель, запуская цикл зарядки.
Грохот! Серия оглушительных разрывов сотрясла толщу воды, вздымая на поверхности морской пучины тяжёлые валы.
Вэй Чжоу одной рукой сжал запястье рванувшегося к нему бойца Авангарда, блокируя движение. Вторым непрерывным движением выхватил пистолет, сдвинул затвор и выпустил обойму во врага, пытавшегося навести пушку. Едва накопитель пошёл на перезарядку, Вэй Чжоу обрушил тяжёлую рукоять оружия на локтевой сустав захваченного противника — жёстко, выверенно, сокрушая кость.
Энергетические лучи и снаряды взбивали воду в бешеный водоворот, сбивая с ног, но Вэй Чжоу двигался безупречно. Скользя в бурлящей тьме словно хищник, он уклонялся от плотного огня и разил в незащищённые уязвимые точки.
«Да кто он вообще такой?!» — пронеслась мысль у командира нападавших, когда две пули пробили щиток скафандра. Напор спал, инициатива окончательно ушла. В Отделе диспетчеризации утверждали, что внизу лишь мелкие пираты, а этот дьявол явно был бойцом совершенно иного ранга.
Однако под шквальным огнём подступившая к горлу слепая жажда убийства окончательно выжгла остатки разума. Командир окончательно сгинул в кровавом хаосе собственных рефлексов.
— Почему капитан со старшими не возвращаются? Говорили же, что просто выйдут на разведку!
Остальные бойцы, прижавшись к иллюминаторам, недоумённо разглядывали тёмную глубину:
— Смотрите! На самом дне вода прозрачная! И видно всё как на ладони!
— Ага... А что это за огромная квадратная штуковина? Не тот самый источник сигнала, о котором твердили в штабе? Это из-за него вода очистилась?
— И... мы всё ещё должны его уничтожить?
Пока они колебались, за стеклом мелькнули несколько стремительных тёмных силуэтов, от которых веяло смертельной угрозой.
— Под водой аномалия! Срочно передайте сигнал в Командный центр!
Но прежде чем оператор успел коснуться панели, гермозатвор со скрежетом поддался — блокировка была взломана. В отсек ворвался десяток бойцов в защитных скафандрах.
Прямая угроза сработала для модифицированных солдат Авангарда как триггер запуска. Забыв о страхе, они ринулись на прорвавшихся врагов.
— Ещё одна партия биомодификатов, — бросил командир зачистки Института, подавая знак своим, и сошёлся с противником вплотную.
Звериный рык огласил тесные отсеки. Клинки и плазменные струи шинковали плоть, но лишённые сознания тела не реагировали на боль, продолжая слепо разить.
Оценив обстановку, оперативник Института поднял с пола выпавшую рацию и произнёс в эфир:
— Брат Вэй, мы взяли отсек под контроль. Как у тебя?
Вэй Чжоу с шумом вынырнул на поверхность. Взметнувшийся фонтан брызг сбил с ног дежурившего у платформы бойца.
Жёстко скрутив одного из встречающих Авангарда, Вэй Чжоу хлёстким лоу-киком сшиб второго и вырвал у него рацию, по которой тот пытался передать тревогу на Ковчег Матиас.
— У меня порядок, — коротко ответил Вэй Чжоу, окинув презрительным взглядом обмякшие тела. — Авангард окончательно деградировал. Из призыва в призыв всё хуже.
В бытность его службы на Ковчеге среди бойцов встречать приходилось умелых офицеров — тех, кто полагался на выучку и хладнокровие, а не на стимуляторы. Он ещё тогда чуял: бесконечные чистки и искусственная селекция погубят Ковчег Матиас. Но не думал, что расплата настигнет их так быстро.
Хмыкнув, Вэй Чжоу вскочил на грузовой поддон, оттуда — на крышу строения и, закинув ногу на ногу, уставился на темнеющий горизонт.
— Чжань, как там у тебя? — переключился он на другую волну.
— А-а-а-а! — откликнулся динамик яростным воплем Лян Чжаня. Парень звучал так, будто вознамерился забрать противника с собой на тот свет.
Впрочем, запала боевой ярости не хватило и на три минуты. Рёв сменился отчаянным визгом:
— Больно, больно, больно-о-о!
Уворачиваясь от лезвия, Лян Чжань с унылой миной помнил наказ Вэй Чжоу: «Стой насмерть и впитывай урон». Приготовившись получить по полной, он заново навёл пушку на Су Сюя.
Су Сюй двигался со стремительной грацией. Поняв, что перед ним чистый дальнобойщик, он намеренно сокращал дистанцию в мутной воде, лишая противника пространства для манёвра. Скрываясь в хаосе водяных потоков, он выслеживал добычу словно матёрый волкодав — терпеливо ожидал единственной ошибки, чтобы нанести решающий удар.
Лян Чжань пытался удерживать цель по инфракрасному датчику, но силуэт Су Сюя мигнул и растворился. Не успел парень сообразить, в чём дело, как Су Сюй возник прямо перед ним и сокрушительным ударом ноги выбил ядерную пушку из рук.
— Брат... — пробормотал Лян Чжань, отряхивая отдавшую болью руку и обиженно надув губы.
Вэй Чжоу, вязовший очередного пленника, усмехнулся. Он прекрасно понял, что «брат» адресовано не ему, но не упустил случая вклиниться:
— Что стряслось?
Подплывший вплотную Су Сюй разобрал артикуляцию парня. Виновато улыбнувшись, он беззвучно показал губами: «Бей меня».
Обязательную программу он отработал, пора создавать видимость напряжённой схватки. В конце концов, даже если за ним наблюдают из высоких кабинетов Ковчега, с такой глубины всех деталей не разглядеть.
Лян Чжань ошалело кивнул, группируясь в воде, и с силой пнул Су Сюя в грудь. Оттолкнувшись, он подтянул за страховочный трос выбитую пушку, перехватил рукоять и запустил цикл перезарядки.
Ядерный разряд разорвал толщу воды донного слоя, образовав вакуумный жёлоб, и сокрушительной волной устремился к Су Сюю.
Хотя Су Сюй ушёл с линии огня в последнюю долю секунды, гидравлический удар швырнул его на самое дно. Дикая взрывная волна отозвалась раскалывающей болью в висках; тело на мгновение перестало слушаться, погружаясь в абиссальный мрак.
Грохот и вой водяных вихрей начали затихать. Повернув голову к самому спокойному участку дна, Су Сюй замер: перед ним открылся остров поразительно чистой, прозрачной воды, в центре которого покоился массивный промышленный фильтр.
Он уже видел подобную установку возле Глубоководного научно-исследовательского института — Вэй Чжоу с товарищами использовали её для очистки своего сектора. Кто бы мог подумать, что прямо под лагерем выживших смонтирован точно такой же модуль.
Неужели сами лагеря создавались в том числе для того, чтобы прикрывать эти очистные комплексы?
Значит, Вэй Чжоу не бросал слов на ветер. Ещё до того, как они заключили союз, тот уже искал способ исправить последствия глобальной катастрофы.
Однако из-за агрессивного захвата территорий Ковчегом учёным пришлось экстренно сворачивать оборудование, чтобы успеть эвакуировать его до прихода основных сил Авангарда. Чудом очистившийся участок моря вскоре снова погрузится в мёртвую муть.
Ослеплённые зовом биомодификации бойцы Авангарда метались в хаотичном безумии. На их фоне резко выделялся Гуань Цзе — он успел принять лишь питательную биодобавку и ещё не прошёл полный курс Проекта сильного солдата, а потому сохранял разум.
Гуань Цзе вцепился в электромагнитную винтовку; пальцы одеревенели, отказываясь снимать предохранитель. Перед погружением он клялся себе выслужиться, но липкий животный страх мгновенно взял верх над амбициями.
Попятившись от зоны эпического замеса, он попытался всплыть, но за спиной забурлила вода — ударная волна от очередного взрыва летела прямо на него. Гуань Цзе в ужасе оглянулся.
В последний миг чья-то мощная рука сгребла его за загривок и отбросила в сторону, спасая от неизбежной гибели.
— Су Сюй! — сдавленно выдохнул Гуань Цзе. Осознание, что его снова вытащил тот самый человек, отозвалось в груди щемящим чувством стыда и признательности.
Су Сюй спасал его раз за разом. Сделал для него больше, чем сам профессор Габриэль... А он, трусливая шкура, только и думал о том, как удрать.
Остальные бойцы были неадекватны. Если Су Сюй умолчит о том, что Лян Чжань целился именно в него, а сам Су Сюй подставил под удар эту зону расчётливо, Гуань Цзе никогда не догадается о подоплёке.
Су Сюй мимолётно опустил взгляд, убеждаясь, что техники Института погрузили фильтр на субмарину и готовятся к отходу. Развернувшись к Гуань Цзе, он состряпал выражение глубокой досады и качнул головой:
— В Отделе диспетчеризации опять провалились с оценкой угрозы. С таким снаряжением мы их не сокрушим. Приведи остальных в чувство, уходим.
Он кивнул на обезумевших солдат, пытавшихся атаковать отходящую подводную лодку. Гуань Цзе бросился выполнять приказ без тени сомнения. Су Сюй тихо ухмыльнулся: крючок сработал.
Гуань Цзе был мнительным и закомплексованным недотёпой, вечно страдавшим от пренебрежения окружающих. Такие люди цепляются за проявленное к ним добро мёртвой хваткой.
Чтобы укрепить авторитет в глазах профессора Габриэля и одновременно перетянуть Гуань Цзе на свою сторону для будущих ходов, Су Сюй не стеснялся бить по чужим слабостям. Теперь оставалось наблюдать, как повёл бы себя многоуважаемый профессор, когда вернётся разбитый отряд.
Предвидя очевидные шаги Габриэля, Су Сюй позволил себе едва заметную торжествующую ухмылку.
Стычка выдалась жаркой, но операция завершилась без потерь. Лян Чжань, гипнотизируя экран заднего обзора на субмарине, где угасали силуэты Авангарда, довольный хихикнул:
— Брат Вэй, а брат Сю после этого станет относиться ко мне лучше?
Голос Вэй Чжоу в динамике звучал на редкость жизнерадостно:
— Полагаю, да. Он и так о тебе неплохого мнения. Хотя... — Он замялся. — С чего это ты так печёшься об его отношении?
Вэй Чжоу понимал, что мальчишка не вкладывал в это подтекста, но не удержался от лёгкой подначки.
Лян Чжань надул щёки, задумчиво размышляя, после чего качнул головой:
— Сам не знаю! Рядом с ним так тепло и знакомо... Не могу объяснить, но он мне очень нравится!
Эта симпатия отличалась от чувства к старейшинам Института. Если и искать сравнение, то это напоминало тот самый день, когда старый директор Финн выловил его из моря, укутал в сухое одеяло и убаюкал в тепле.
Вэй Чжоу тихо хмыкнул, соглашаясь:
— Да. В него трудно не влюбиться.
Умный, отважный, с обострённым чувством справедливости — и при этом умеющий просчитывать риски наперёд. Пусть Су Сюй и держит дистанцию, но стоит подпасть под его обаяние, как взгляд от него увести уже невозможно.
Только вот симпатия Вэй Чжоу лежала совсем в иной плоскости, нежели детская привязанность Лян Чжаня.
Оливер с мрачным видом наблюдал через оптику за отступающими остатками Авангарда. Слушая трёп сослуживцев в канале связи, он раздражённо постучал по шлему:
— А с пленными что делать?
По приказу Вэй Чжоу они не стали устраивать резню — лишь вырубили и оглушили бойцов.
Вэй Чжоу, помогая погрузить связанных пленников на борт субмарины, отрезал:
— Забираем с собой.