— Все в сборе. Выдвигаемся.
Мег оторвал взгляд от терминала посадочной платформы, развернулся и первым вошёл в ковчег.
Бартон со своими прихвостнями поднялись на борт последними и тут же наткнулись взглядом на Су Сюя, уже давно ожидавшего на лётной платформе.
— А этот-то что тут забыл? — первым подал голос Рожье.
Мег не счёл нужным отвечать. Опустившись на переднее сиденье, он молча сжимал в пальцах карманные часы.
После их недавнего разговора он долго взвешивал слова Су Сюя. Парень рассуждал здраво, так что накануне, получая задание в отделе диспетчеризации, Мег и сам подумывал включить его в группу.
Чего он никак не ожидал, так это прямого распоряжения командира. Тот подошёл к нему прямо во время регистрации:
— Бери его с собой на все вылазки. И будет лучше, если назад он не вернётся.
Ещё в прошлый раз, когда Мегу приказали взять на задание бойца из охраны Сада Юни, у него зародились смутные сомнения: с какой стати высокомерным господам из Сада так печься о жизни и смерти простого гвардейца?
Теперь же командир открыто исполнял волю верхушки. Что такого натворил Су Сюй, раз Сад вцепился в него мёртвой хваткой и не желает отпускать даже после перевода в Авангардный отряд?
Впрочем, Мег помнил старую военную мудрость: «Загнанного врага не преследуют».
Он долго всматривался в миниатюрную фотографию женщины под крышкой часов, бережно коснулся пальцем её лица и тяжело, беззвучно вздохнул.
— Десятый отряд Авангарда, подбор миссии завершён. Командиру Мегу: подтвердите численность группы, статус боеготовности и расчётное время возвращения.
— Подтверждаю. Расчётное время миссии — четверо суток.
— Штурманский отдел принял данные. Борт ARK951, займите седьмую полосу для подготовки к вылету.
— Принято.
— Командный центр напоминает: маршрут предстоит дальний, соблюдайте предельную осторожность. Ковчег Матиас всегда за вашими спинами.
Ковчег уже покинул лётную платформу и лёг на курс, а Рожье всё не унимался, требуя ответа.
Бартон с раздражением взболтал жидкость в термокружке и скривился:
— Да заткнись ты. Не видишь, что ли? Это прямой приказ сверху.
Бартон никогда ни в грош не ставил командира, но прекрасно понимал: Мег не станет искать лишних проблем на свою голову и ни за что не потащил бы с собой столь опасный элемент без веского повода.
Сам Су Сюй, ставший причиной пересудов, пропускал их болтовню мимо ушей. Его внимание привлекла кружка в руках Бартона. Поднимаясь на борт, тот зачерпнул и высыпал в неё ложку белого порошка. С виду напоминало обычный протеин для тренировок, но видеть подобное перед боевым вылетом казалось странным.
— Океан — это тебе не сытый и мирный Сад Юни, — вызывающе бросил Рожье, с неприкрытым презрением сверля Су Сюя взглядом. — Гляди, как бы кое-кто со страху штаны не намочил.
Су Сюй равнодушно скользнул по нему взглядом:
— Богатый опыт?
— Ах ты сука!.. Жить надоело?! — взвился Рожье и, вскочив с места, рванул к сидевшему в углу парню.
От его резкого движения летящий ковчег ощутимо качнуло, но верзила и не думал сдерживаться.
Гуань Цзе смертельно побледнел и судорожно вцепился в поручень. Не успев даже стереть выступивший на лбу холодный пот, он бросился наперерез Рожье, пытаясь предотвратить драку:
— Рожье, остынь! Су Сюй только перевёлся к нам, никого ещё не знает. Давайте просто сядем и спокойно поговорим... Су Сюй, Рожье просто прямолинейный, на самом деле он нормальный мужик!
— А тебя кто спрашивал, придурок?! — Рожье наотмашь оттолкнул очкарика.
Гуань Цзе мешком повалился на пол, с силой приложился головой о выступ переборки и жалобно вскрикнул.
Су Сюй спокойно протянул руку и одним рывком поднял его на ноги, после чего с усмешкой повторил:
— Значит, «нормальный мужик»?
Гуань Цзе опустил голову, до крови закусив губу. Выдавив сдавленное «спасибо», он забился в дальний угол отсека и уткнулся лицом в согнутые руки. Вскоре оттуда послышались тихие всхлипы.
Рожье не собирался отступать. Он уже занёс руку, чтобы схватить Су Сюя за грудки, когда в воздухе лениво прозвучал голос Бартона:
— Сядь на место, Рожье.
Тот с досадой отдёрнул кулак. Невозмутимый, насмешливый вид Су Сюя бесил до скрежета зубовного. Не будь рядом Бартона, он бы разделал этого наглеца так, что ни один сканер не распознал бы лицо.
Сидевший по соседству боец поспешил разрядить обстановку:
— Опять разведка неисследованного сектора... Наверняка заставят собирать пробы. Если на базе их забракуют, придётся мотаться туда-обратно по второму кругу.
Бартон криво усмехнулся:
— А ты думал, лёгкую работу нам отдадут?
Остальные невольно покосились на Мега. Их командир никогда не лез вперёд и не отстаивал свои интересы, поэтому вся черновщина, от которой отказывались другие отряды, неизменно доставалась десятому. Самому Мегу, похоже, было всё равно, но отдуваться-то приходилось простым бойцам. Сущее проклятие, а не служба.
— Слыхал, раньше Экспериментальный центр прикреплял к группам штатного лаборанта для сбора проб. А потом эту лавочку почему-то прикрыли, — заговорил один из бойцов. — Бартон, ты ведь у нас старожил, раньше всех в Авангарде служишь. Знаешь, почему так вышло?
— Болтали, будто какой-то учёный воспользовался моментом и дал дёру из-под носа у конвоя, — лениво отозвался Бартон. — Что там стряслось на самом деле — понятия не имею. Ерунда какая-то, скорее всего.
Су Сюй молча слушал их пустую болтовню, даже не думая встревать.
Они с Мегом выглядели чужаками в этом десантном отсеке. За полдня полёта они почти не проронили ни слова, если не считать пары дежурных фраз при посадке.
Су Сюй не любил воду. Погружение всегда несло в себе мучительное чувство бессилия, когда всё зависит не от тебя, а от слепой стихии, перед мощью которой человек обращается в ничто. Нынешние тёмно-зелёные, ядовитые воды уже не казались бескрайним простором — сквозь вздымающиеся гребни то и дело проглядывали ожесточённые схватки людей с чудовищными порождениями глубин, взбивавшими пену цвета свежей крови.
Если всё пойдёт так и дальше, человечество однажды окончательно лишится права ступать в океан.
— Прибыли, — наконец подал голос Мег, обрывая пересуды.
Бартон недовольно цыкнул, допил последние капли биодобавки и вальяжно махнул рукой остальным:
— Ладно, за дело. Собираемся.
Лишь после того как он потянулся и не спеша поднялся, зашевелились остальные. Откидывая сиденья, бойцы доставали уложенные в ниши защитные костюмы и без спешки натягивали их на себя. Вполголоса матеря опостылевшую службу, каждый старался навесить на разгрузочный пояс как можно больше оружия и спецсредств.
Кроме гидрокостюма и дыхательной маски, всё остальное снаряжение Су Сюй видел впервые. Он не стал привлекать к себе внимания: спокойно стоя в углу, внимательно подмечал действия ветеранов и в точности повторял их. Откинув своё сиденье, он достал комплект и закрепил незнакомые приспособления на ремне, пока даже не догадываясь, для чего предназначены эти приборы.
Ребёнок, выросший без родительской опеки, привыкает во всём рассчитывать только на собственные силы. Су Сюй схватывал всё на лету, поэтому закончил подгонять экипировку почти одновременно с Гуань Цзе.
Мег, стоявший у выхода в ожидании готовности группы, всё это время украдкой наблюдал за новичком. Будь Су Сюй простым новобранцем без зловещей тени за спиной, Мег непременно похвалил бы его за сноровку и цепкий ум.
Увы.
Убедившись, что все полностью экипированы, командир нажал на панель управления спуском.
Ковчег плавно пошёл вниз, сближаясь с водной гладью. Гул несущих винтов, взбивавших воздух, сменился шумным плеском вздымаемых волн, а затем и вовсе приглушённо угас. С глухим бульканьем за бортом судно полностью скрылось под водой и стало размеренно погружаться в бездну.
«Надо же, аппарат-амфибия».
Су Сюй чуть приподнял бровь и двинулся следом за остальными.
Мег активировал створку шлюза и первым шагнул в переходный отсек. Натянув кислородный шлем, он бегло проверил герметичность снаряжения, оглянулся, убеждаясь, что вся группа внутри, и лишь после этого нажал кнопку открытия внешнего люка.
В то же мгновение в шлюзовую камеру с бешеным напором хлынула мутная, гнойно-зелёная вода, начисто перекрыв обзор.
[Включён инфракрасный режим]
Едва в шлеме прозвучал бесстрастный синтезированный голос, как перед глазами Су Сюя прояснились чёткие тепловые силуэты напарников.
«Вот, значит, как работает целая маска».
Когда он только очнулся в тот первый раз, его лицевой щиток был разбит вдребезги.
И только сейчас, перебирая в памяти первые минуты своего пробуждения, Су Сюй вдруг осознал, что упустил из виду одну крайне важную деталь. Кто был тот человек, бросивший фразу: «Ты задолжал мне жизнь»? За всё время пребывания на Ковчеге Матиас он больше ни разу не слышал подобного голоса.
На него ополчился весь мир, его ненавидят и травят со всех сторон... Так на чьей же стороне был тот загадочный спаситель?