Безжалостное солнце, не встретив на пути ни единого облака, слепило наотмашь. Зеркальная гладь океана отбрасывала ядовитые блики на стальное брюхо идущего вперед гигантского судна. Тяжелый, раскаленный выхлоп двигателей с ревом взрывал мерный ритм волн, превращая тихий блеск воды в месиво пены и колючих отсветов.
Проржавевшие шестерни скрипели и скрежетали так оглушительно, что спать в этой железобетонной утробе было практически невозможно.
Голод и беспросветная усталость висели над головами обитателей нижних палуб дамокловым мечом, выматывая нервы до предела.
Су Сюю, впрочем, было плевать. Он жил по заведенному распорядку: ходил на дежурство в столовую, а отработав смену, отправлялся на соседнюю тренировочную базу Ковчега — отмечать часы.
Прежде за переработку полагались бонусы, здесь же тренировки были обязаловкой: пропустишь — срежут баллы. Но Су Сюй посещал их даже с каким-то азартом.
"Главное — сегодня сделать на пару ошибок больше, чем вчера, изобразить на лице крайнюю степень досады — и можно с чистой совестью валить к себе"
Проходя мимо умывальников, он бросил мельком взгляд в заляпанное зеркало. Несколько бессонных ночей наградили его темными кругами под глазами и синюшным, изможденным видом. Все шло ровно так, как и предупреждал Вэй Чжоу: стоит прекратить прием биодобавок, как организм тут же начинает сдавать.
Расти над собой в тренировках трудно, а вот симулировать деградацию — проще простого. Су Сюй был вполне доволен результатом. Доволен ли им тот неизвестный, что каждую ночь выслеживает его у выхода из центра? Это уже другой вопрос.
[Командный центр напоминает: текущее время — 06:00. До прибытия в новую акваторию осталось 2 дня. Светлое будущее уже близко. Да пребудет с нами Ковчег Матиас!]
— Черт, да как так-то? Еще целых два дня?! — донеслось из темного угла жилого сектора, едва отзвенел динамик.
Су Сюй лишь хотел мысленно выдохнуть — дни слились для него в одну сплошную беспросветную муть, — как взгляд зацепился за пару, без зазрения совести милующуюся прямо в проходе.
В условиях безысходности и вечной давки людям оставалось одно: потакать самым примитивным инстинктам. Только в этом они сохраняли хоть какую-то иллюзию свободы.
— Не надо... Ну кто-нибудь же увидит, — выгнувшись в чужих руках, наигранно-капризно прошептал один.
Тот, что сжимал его сзади, мельком бросил взгляд на замершего неподалеку Су Сюя и отмахнулся:
— Да плевать. На этом проклятом Матиасе со скуки сдохнуть можно. Ни развлечений, ни хрена, еду и ту зажали. Раньше хоть в Терем Ароматных Благовоний можно было заглянуть, а сейчас... — Он желчно ухмыльнулся. — Кто знает, не полечу ли я завтра ко всем чертям вместе с зоной рабочих? Если уж сдыхать, так хоть натрахавшись вволю. В море-то таких сладких мальчиков точно нет.
Парень развернулся, обвил руками шею любовника и промурлыкал:
— И то правда. Доплывем до этой акватории, а там — вернемся из рейда или нет, еще бабушка надвое сказала. Жить надо сегодня.
Они продолжали тискать друг друга, не обращая внимания на окружение. Из разных углов жилого блока доносились похожие звуки — атмосфера пира во время чумы пропитала здесь каждый сантиметр.
Су Сюй поморщился от неловкости и предпочёл срезать путь, сделав приличный крюк по тесным коридорам.
А народ и вправду отощал.
Су Сюй прикинул: если бы он сейчас выставил на продажу свои заначки, озолотился бы в мгновение ока.
Но мысль тут же пришлось отбросить. Доведенные до отчаяния голодом люди опаснее любых тварей. Случись давка — их даже Защитные войска не остановят. А если его обчистят прямо на месте? На Матиасе драки запрещены, силу применять нельзя — и кому потом жаловаться? К тому же многие знают, что он работает в столовой. Устроишь заваруху — подставишь шеф-повара Джеффа.
— Су Сюй!
Едва он вывернул из-за угла, как перед ним нос к носу вырос Гуань Цзе. Су Сюй едва успел затормозить и отшатнулся, недовольно изогнув бровь:
— Ты нормально появляться умеешь вообще?
Гуань Цзе виновато втянул голову в плечи и глуповато улыбнулся:
— Да я видел, что ты идешь и оглядываешься, будто прячешься от кого-то... Вот и не хотел окликать раньше времени.
— Чего хотел? — не стал вдаваться в объяснения Су Сюй.
Он заметил, что Очкарик беззастенчиво держит в руках пухлый пакет с едой. Взгляд Су Сюя быстро скользнул по сторонам, оценивая направление к Экспериментальному центру — подозрительных фигур поблизости не наблюдалось.
Улыбка на лице Гуань Цзе слегка померкла от холодного тона собеседника, но он быстро вернул себе важный вид:
— Я вообще-то пришел сказать, что Штурманский отдел скоро сформирует для тебя новую команду. Профессор лично походатайствовал, чтобы тебя определили ко мне! Похоже, мы снова в одном отряде.
— Понятно, — сухо отозвался Су Сюй. За спиной послышался едва различимый шорох шагов, и он предпочёл не распространяться.
— Ты же помнишь про наш уговор? — не унимался Гуань Цзе, вглядываясь в его лицо.
— Помню, — кивнул Су Сюй.
Шагов за спиной прибавилось. Человек десять... не меньше.
По идее, Ковчегу не требовалось вводить настолько жесткую экономию — урезать рацион до одной нищенской пайки в день. Но после того как Мег утянул за собой на дно весь элитный отряд, руководство Матиаса решило подстраховаться. Гайки закрутили, чтобы протянуть как можно дольше на старых запасах, пока Авангард не найдет новые ресурсы.
Вот только в замкнутом, темном пространстве такая политика лишь сеяла панику. Люди сидели без дела, накручивали себя — взрыв был лишь вопросом времени.
Гуань Цзе, заметив, что Су Сюй косится на его пакет, самодовольно ухмыльнулся:
— Это мне профессор Габриэль выдал. Тебе-то он за все это время даже словечка не замолвил, а? Можешь не завидовать. Ты для него просто подопытный экспонат, а обо мне он проявляет настоящую заботу.
Су Сюй проигнорировал выпад. Но из чисто человеческого прагматизма всё же ровно роздал совет:
— Есть хорошая поговорка: не тряси богатством перед голодными.
— Ты это к чему? — не понял Гуань Цзе.
Су Сюй лишь покачал головой и, бросив на ходу: «Соблюдай дистанцию и наслаждайся жизнью», — неспешно двинулся в сторону столовой.
— Бред какой-то... — пробормотал Очкарик.
Вдруг он почувствовал, как пакет в его руках дернулся. Опустив глаза, Гуань Цзе обомлел: чья-то костлявая рука уже запустила пальцы в его запасы. Он поднял взгляд и столкнулся с десятком налитых кровью, диких, жадных глаз, неотрывно следивших за ним и за едой.
Гуань Цзе судорожно прижал пакет к груди и рванул было в сторону, но не успел сделать и шага — чьи-то цепкие пальцы мертвой хваткой вцепились ему в ноги, утягивая в густую тень подворотни.
— Не трогайте! Это моё! Отдайте! Помогите!
Отчаянный, полный ужаса вопль, донесшийся со спины, заставил Су Сюя лишь вздохнуть. Он ведь предупреждал. Гуань Цзе сам дурак.
Впрочем, за жизнь Очкарика можно было не переживать: этим оборванцам нужна была только хавка, а убивать на Матиасе никто бы не рискнул.
Слухи, принесенные Гуань Цзе, подтвердились. Уже на следующее утро Су Сюй получил от Штурманского отдела предписание: со следующего рассвета выступить на разведку акватории в составе новой группы.
К концу периода изоляции продовольственные кладовые столовой опустели окончательно. Запрашивать новые поставки никто не дерзал, так что общепит просто закрыли до лучших времен.
Су Сюй освободился рано. Воспользовавшись тем, что вокруг ни души, он поднялся к грузовому подъемнику возле Отдела ресурсов и энергетики — единственному месту на нижних уровнях Матиаса, откуда сквозь толщу бронированного стекла открывался вид наружу.
Он смотрел на бескрайние, свинцовые волны. Его лицо, как всегда, оставалось непроницаемой маской, и никто не мог угадать, о чем он думает в эту минуту.
На рассвете Су Сюя разбудил тяжелый гул гусениц и скрип механизмов. Выглянув за дверь, он увидел, как толпы народа валом валят к шлюзам Ковчега.
Те самые люди, которые раньше под любыми предлогами отлынивали от вылазок, теперь неслись к выходу сломя голову — лишь бы не оставаться ни секундой дольше в этой душной железной гробовозке.
Отстояв длиннющую очередь, Су Сюй наконец попал на борт челнока, идущего к лётной платформе. Он привычно занял свое любимое место у самого выхода, опершись на поручень.
Когда десантное судно отстыковалось от корпуса Матиаса и пошло вниз, пассажиры в десантном отсеке прильнули к иллюминаторам.
— Ва-а-ау!..
Единый вздох восхищения пронесся по отсеку, когда яркий, почти ослепляющий солнечный свет ворвался сквозь смотровые щели. Челнок прорезал тучи, отдаваясь во власть за бортом бушующему зною.
Жгучие лучи ударили Су Сюю прямо в лицо. Он прищурился, но не отвел взгляда.
Этот мир был чудовищен. Он был в тысячу раз хуже, страшнее и ядовитее того мира из его воспоминаний — где под ногами раскидывалась сочная зелень, а над головой синело мирное небо. Но именно потому, что Су Сюй помнил ту, прежнюю красоту, ему так хотелось своими глазами увидеть, до какого дна докопается человечество, уничтожая собственный дом.
Следуя указаниям Штурманского отдела, Су Сюй отыскал на лётной платформе свою новую группу. Бойцы сгрудились кучкой и о чем-то вполголоса шептались. Подойдя ближе, он прислушался — говорили о нем.
— Слыхали? К нам в отряд этого монстра определили!
— Монстра? Ты о ком?
— Да о Су Сюе из Десятого отряда! Сначала он из Сада Юни сбежал, потом, как в Авангард поступил, у него рекруты дохнуть начали один за другим. А не так давно их капитан ради него жизнью пожертвовал! Я не суеверный, но, блин, он будто проклят! Или это реальный демон в человечьей шкуре, пришел Матиасу мстить!
— И теперь он с нами?! Нам что, тоже готовиться на тот свет?.. — От одной мысли о судьбе Десятого отряда у бойцов мороз пошел по коже.
Кто-то суетливо предложил:
— Слушайте, а этот... как его... Гуань, что ли? Он же вроде тоже из десятого бывших? Может, сходить у него разузнать, что Су Сюй за фрукт вообще?
— Гуань Цзе?
— Во-во, точно! Ну и память у тебя, спасибо! — говоривший обернулся, чтобы поблагодарить собеседника, и обомлел. Прямо перед ним стоял Су Сюй со своим чересчур ярким и породистым для этой глуши лицом. Бедолага отпрыгнул назад с диким воплем: — А-а-а! Твою мать!
Су Сюй сочувственно пожал плечами:
— В следующий раз захочешь что-то узнать — спрашивай напрямую у меня. Гуань Цзе обо мне всё равно ничерта не знает.
Он не боялся пересудов. С тех пор как он ступил на борт Матиаса, за каждым его шагом следили сотни глаз — он привык. И чем ждать, пока за спиной начнут точить ножи, проще сразу взять инициативу в свои руки.
Гуань Цзе, стоявший неподалеку, даже не пытался возражать: он действительно толком ничего не знал о Су Сюе.
Су Сюй подошел к нему и с подчеркнутой непринужденностью спросил:
— Который из них капитан?
Гуань Цзе скривился, мысленно обозвав Су Сюя лицемером — тот вспоминал о нем только тогда, когда что-то требовалось, а в остальное время смотрел как на пустое место.
Он ткнул пальцем в сторону худощавого, высокого мужчины у люка, который имел привычку задирать подбородок и смотреть на всех сверху вниз:
— Вон тот, у рампы. Эмиль его зовут.
Капитан Эмиль упер руки в бока и громко орал на бойцов, руководя погрузкой снаряжения на отходящую амфибию:
— Устройства отпугивания к борту ставьте, идиоты! Вы на кой их в глубину трюма заперли?! Когда твари нападут, вы их оттуда полчаса ковырять будете?!
— Простите, вы капитан Эмиль? — раздался над его ухом спокойный голос.
— Кто меня кликает?! — надменно буркнул Эмиль и развернулся.
Но перед ним стоял парень в форме Авангарда, который был на целую голову выше его. Капитану пришлось сильно задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
А когда до Эмиля дошло, кто именно перед ним стоит, он от ужаса мелкой дробью отлетел назад к самой рампе:
— Ох ты ж... Божество Посо, защити и помилуй!