Субмарина, замершая в морских глубинах, с оглушительным рокотом взяла курс на подъём. Сквозь мутную взвесь, поднятую винтами, экипаж увидел, как исполинская медуза бесшумно опустилась обратно на вершину храма. Её колоссальный купол, подобно перевёрнутой чаше, полностью накрыл древнее сооружение. От мысли о том, что было бы, задержись Су Сюй внутри хотя бы ненадолго — или реши они последовательно проследовать за ним, — членов команды пробил холодный пот. Как бы они тогда выбирались?
От подобной картины у всех присутствующих спины покрылись мурашками. Ощущая, как под уверенной рукой Су Сюя судно ровно идет вверх, бойцы с невольным трепетом смотрели на его спину, и в их взглядах больше не оставалось ни капли прежней неприязни.
Сам же Су Сюй не обращал на них ни малейшего внимания. Впившись взглядом в мерцающий экран, он ощущал, как в груди тяжелым, удушливым комом клокочет гнев.
Катастрофа, рукотворно созданная человечеством, стала для исконных обитателей океана настоящим невинным проклятием. Мучительная генетическая деформация превосходила боль от сдирания кожи и дробежки костей. Запертые в толще воды, без возможности вырваться или сбежать, они поневоле превратились в чудовищ, внушающих ужас всему живому.
И всё же такое монструозное создание терпеливо внимало молитвам бесчисленных усопших душ, оберегая этот крошечный клочок земли.
Но нельзя возлагать вину на всё человечество без разбора. У каждого долга есть свой должник, и пришло время спросить с тех, кто заварил эту кашу.
Судно плавно поднималось сквозь вязкую морскую толщу навстречу предрассветным лучам. Су Сюй резко прибавил ход, выдав своё нетерпение. Наученные горьким опытом бойцы дисциплинированно пристегнулись ремнями безопасности, когда подводный аппарат стремительно вырвался в залитое утренней зарёй небо.
В золотисто-оранжевом свете рассвета скорость судна постепенно снизилась, словно оно цеплялось за эти драгоценные мгновения безмятежности.
Напряжение, сковывавшее Су Сюя, ослабло, стоило ему увидеть это сияние. То было не искушение страстью или внешней силой, а чистый, радостный порыв навстречу миру, который и должен был быть таким изначально.
Настоящий, созданный природой рассвет. Он видел его. Видел своими собственными глазами.
* * *
Образцы доапокалиптического человеческого генома, доставленные отрядом, прошли идентификацию у приёмщика на платформе снабжения и были немедленно отправлены на анализ в Экспериментальный центр Матиаса. Не прошло и часа, как итоговый отчёт уже лежал в кабинете профессора на втором этаже.
Гуань Цзе, стоявший на коленях с низко опущенной головой, мельком заметил исследователя, просеменившего мимо него с документами. Уходя, тот одарил его откровенно презрительным взглядом.
В душе Гуань Цзе вспыхнула обида, но выразить её он не смел. Наклонив голову ещё ниже, он продолжил прошение:
— Разведывательные данные предыдущей группы были полны пробелов, из-за чего отдел диспетчеризации допустил ошибку. Едва прибыв на место, мы чуть не подверглись нападению взрослой особи Электрожала. Если бы не мгновенная реакция капитана, вся команда осталась бы покоиться на морском дне.
Гуань Цзе украдкой следил за реакцией Габриэля, но тот сохранял всё то же безучастное выражение лица. Горько и беспомощно вздохнув, парень продолжил:
— На Матиасе нет ни одного случая успешного отражения атаки Электрожала, поэтому никто из бойцов не решился лезть напролом. Но капитан посчитал, что целевой образец крайне важен для Экспериментального центра и лично для вас, профессор, а потому вызвался выполнить задание в одиночку.
— Он запустил устройство отпугивания, прогнал тварь и успешно добыл образец. Вдобавок он захватил немного довоенных ресурсов, но отдел ресурсов и энергетики посчитал те вещи бесполезными и вежливо отказался их принимать.
Габриэль проявил редкий интерес:
— И что же он принёс?
— Да так, кое-какую старую, сломанную бытовую технику, — ответил Гуань Цзе, поджав губы, и пояснил: — Раньше, живя в Зоне рабочих, он часто чинил электронику за очки заслуг. Видимо, решил вспомнить старое ремесло.
В конце концов, по сравнению с другими отрядами, эффективность их команды оставляла желать лучшего.
— Что-нибудь ещё? — спросил Габриэль.
Гуань Цзе на секунду замешкался. Полагая, что выложил уже всё, что мог, он решил осторожно зайти с другой стороны:
— Профессор... Су Сюй исправно принимает питательный раствор.
Хотя с момента пробного приёма он ни разу не видел своими глазами, как Су Сюй пьёт эту дрянь, назад дороги не было. Собрался лгать профессору — лги до конца.
Только тогда Габриэль одарил Гуань Цзе редкой искренней улыбкой. Слегка поведя рукой, он произнёс:
— Встань. Разве у тебя не болят колени?
Эта неожиданная забота поразила Гуань Цзе до глубины души. Он долго стоял как вкопанный, прежде чем неуклюже подняться с пола. С нескрываемым изумлением посмотрев на Габриэля, он поджал дрожащие губы и, сияя от счастья, смущенно пробормотал:
— Вовсе не болят.
Габриэль поднялся из-за стола, подошёл к Гуань Цзе и мягко похлопал его по плечу:
— Ты хорошо потрудился за эти годы, добывая для меня сведения в Авангардном отряде. На самом деле я всегда видел твой потенциал. Скажи, если тебе интересно... не хочешь принять участие в Проекте усиления солдат?
— Конечно хочу! — бездумно выпалил Гуань Цзе. Он всегда соглашался на любые предложения Габриэля мгновенно, и лишь затем до его разума доходил смысл сказанного.
Когда до него наконец дошло, мозг и вовсе отказался работать.
— Вы... вы хотите сказать... я, я могу участвовать в Проекте усиления? Вы готовы провести модификацию и для меня? — заикаясь, переспросил он.
Габриэль улыбнулся и кивнул:
— Су Сюй приходил ко мне перед тобой. Он рассказал, что по возвращении на корабль все заподозрили у него заражение и вознамерились застрелить. Ты оказался единственным, кто не поднял на него оружие. Ещё он добавил: пусть тебе и не хватает боевых навыков, твоя наблюдательность весьма хороша. Если ты будешь прилежно сотрудничать в процессе модификации, из тебя может выйти отличный помощник.
Профессор чуть приподнял подбородок, делая вид, что задумался:
— Выслушав его, я вспомнил прошлые дни. Ты действительно весьма преуспел в умении читать людей.
Узнав, что за него заступился Су Сюй, а не сам профессор разглядел в нём ценность, Гуань Цзе ощутил, как огонёк в его глазах угасает от разочарования. Но как бы там ни было, его цель была достигнута.
Натянув на лицо вынужденную улыбку, он проговорил:
— Так, значит, капитан уже приходил... Спасибо, что он замолвил за меня слово. Мне нужно найти возможность как следует его отблагодарить.
Габриэль больше не возвращался к теме модификации Гуань Цзе. Очевидно, прежде ему и в голову не приходило подобное, и никаких планов на его счёт у него не было.
Развернувшись, он оставил Гуань Цзе стоять на месте, неторопливо уселся за стол и принялся листать лабораторный дневник. Дойдя до страницы с записями о Су Сюе, профессор заметно оживился:
— Он явился ко мне с докладом сразу же, как только вернулся на Матиас. Отметил, что после модификации его восприятие ощутимо обострилось. Правда, перед уходом он зачем-то попросил у меня немного свежих овощей и муки, что довольно странно. Впрочем, это мелочи.
Пока Су Сюй проявлял покорность и помогал воплощать в жизнь его научные изыскания, Габриэль был готов выполнить любую его просьбу — даже предоставить шанс на модификацию какому-то никчёмному мусору.
За столько лет рядом с Гуань Цзе разве мог Габриэль не знать, кто перед ним — гнилое бревно или необработанный нефрит? Су Сюй, скорее всего, заступился за парня лишь в знак благодарности за проявленное доверие.
Восторг от сбывшейся мечты туманил разум Гуань Цзе. Не в силах сдерживать эмоции, он отвесил Габриэлю глубокий поклон и истово замерил:
— Профессор, я сделаю всё возможное, чтобы содействовать экспериментам, и постараюсь как можно скорее стать для вас полезным!
— Я понял. Можешь идти, — пробормотал Габриэль, чьи мысли уже целиком переключились на следующую фазу экспериментов над Су Сюем. Не желая больше тратить время на Гуань Цзе, он просто отмахнулся от него.
Гуань Цзе вытянул шею, пытаясь разглядеть записи в лабораторном дневнике. Он уже представлял, как профессор начнёт столь же строго и тщательно расписывать план его собственных модификаций. Пройдёт совсем немного времени, и Габриэль будет с таким же трепетом следить за каждым его шагом...
Бум!
Внезапно в жилом блоке прогремел оглушительный взрыв. Казалось, сам Ковчег Матиас содрогнулся от этого удара.
Собравшийся было уходить Гуань Цзе застыл на месте. Обернувшись, он увидел, что профессор уже сорвался с места и подскочил к окну, оценивая обстановку. Гуань Цзе порывался шагнуть следом, но, помня о приказе уйти, не посмел ослушаться. Он поспешно выскочил из Экспериментального центра, намереваясь отыскать эпицентр взрыва.
Выйдя за двери центра, Гуань Цзе сразу заметил место с самым густым дымом — им оказалась комната Су Сюя, расположенная прямо возле пункта переработки отходов.
«Что этот парень вытворяет?!»
Он уже намеревался подойти к Су Сюю и расспросить его, но, заметив спешащий на шум отряд Защитных войск, тут же остался на месте, предпочтя затеряться среди зевак.
Су Сюй, давясь от гари, выскочил из комнаты, чтобы глотнуть воздуха, и тут же столкнулся лоб в лоб с генерал-лейтенантом Защитных войск Мондом, который как раз собирался выбить дверь.
— Генерал-лейтенант Монд? Вы как... кхм-кхм... здесь оказались?
Не успел он договорить, как его сотряс новый приступ кашля, от которого на глазах выступили слёзы.
Монд заглянул через его плечо в комнату, но из-за густого дыма внутри ничего не было видно. Заскрежетав зубами, он процедил:
— Незаконное изготовление оружия, угроза безопасности граждан Матиаса! Защитные войска имеют полное право арестовать тебя на месте!
По-хорошему, Защитные войска должны были скрутить нарушителя без лишних разговоров. Однако перед ними стоял Су Сюй — нынешний фаворит профессора Габриэля. Да и генерал Молер относился к нему странно, а уж после того случая, когда Су Сюй «устранил» человека по поручению Зала Сансары, Монд и вовсе считал этого парня крайне подозрительным и опасным.
— Незаконное изготовление оружия? — Су Сюй оглянулся на свою комнату, а затем ткнул пальцем себе в грудь. — Я?
Он взмахнул рукой, разгоняя вонь гари, и пояснил:
— Я просто чинил технику. Должно быть, плата не просохла от морской воды, вот её и замкнуло при включении. Хорошо ещё, что я прихватил несколько запасных.
Опираясь на прошлый опыт, Су Сюй прекрасно знал, какую бытовую технику отдел ресурсов и энергетики списывает в утиль. Как только они выбрасывали приборы на свалку, он тайком забирал их себе. Даже если его замечали, работники отдела закрывали на это глаза, не желая лишней мороки.
Хотя на Матиасе действовала современная система вентиляции и даже имитировалась погода, здесь всё же не было естественного солнца и ветра, как на лётных платформах или в Зоне рабочих. Его комната располагалась в самом углу, где царила жуткая сырость. И сколько бы он ни сушил детали феном, морская вода никак не желала испаряться окончательно.
— Ещё... несколько?! — переспросил Монд, едва не подавившись от изумления. Он ткнул пальцем в грудь Су Сюя и рявкнул: — Ты хоть понимаешь, что из-за твоего грохота в Командном центре едва не объявили тревогу?! Учитывая, что это в первый раз, я тебя отпускаю. Но если ты устроишь нечто подобное снова, я выброшу в море и тебя, и весь твой хлам! Ты меня понял?!
Су Сюй смущённо улыбнулся и закивал:
— Да-да, в следующий раз я всё просушу до последней капли! Извините, генерал-лейтенант!
«Эх, слишком давно я ничего не чинил, совсем руки отвыкли».
— Ты!.. — Монд хотел было приказать ему раз и навсегда завязать с этим ремеслом, но лишь яростно указующе замер. Проглотив вертевшееся на языке ругательство, он развернулся и тяжелым шагом увёл своих людей.
Су Сюй озадаченно почесал нос и под взглядами собравшейся толпы вернулся к себе, лишь слегка приоткрыв дверь, чтобы выветрить гарь.
Сквозь гул работающего фена его чуткий слух уловил тихий сигнал коммуникатора. Окинув взглядом дверную щель и убедившись, что за ним никто не подглядывает, он разблокировал экран. Прочитав сообщение, он тихо усмехнулся и удовлетворенно кивнул.
«Добралась благополучно, не волнуйся. Твоя сестра».