— Говорят, он очнулся?
— Можно нам увидеть его?
Приглашение Лян Чжаня было искренним и тёплым, но Су Сюй не знал, как на него ответить. Нахлынувшая сзади суматоха оказалась как нельзя кстати, подарив предлог отвлечься. Обернувшись, он увидел нескольких женщин, входивших в Сектор 3. Лица некоторых показались ему знакомыми.
Женщины взволнованно вглядывались в толпу, словно опасаясь, что тот, кого они ищут, уже ушёл.
— Вон он!
Су Сюй огляделся по сторонам, с удивлением понимая, что указывают ровно на него. В его взгляде мелькнула озабоченность. В научно-исследовательском институте он почти никого не знал. Зачем он им понадобился?
Шагали они поспешно, но по неровной походке угадывалось: все они едва оправились после тяжёлых болезней.
— Вы ко мне? — Су Сюй ткнул пальцем себе в грудь.
Женщины подошли ближе. Убедившись, что перед ними именно он, одна из них кивнула:
— Да, господин Су Сюй. Простите, что не сразу вас узнали. Мы пришли отблагодарить вас.
Остальные закивали, соглашаясь, и, бережно придерживая руками животы, тяжело склонились перед ним в глубоком поклоне.
Вид этих неуклюжих, осторожных движений мгновенно всколыхнул в памяти Су Сюя нужное воспоминание. Он поспешно замахал руками:
— Замысел принадлежал Лидии. С «Матиаса» вас вытащили дети, а помощь оказал институт. Моей заслуги тут нет.
— Но не будь вас, мы бы никогда не вырвались на свободу, — возразила женщина.
При одном воспоминании о пережитом ужасе женщин передёрнуло.
Когда дети сдёрнули их с Ковчега «Матиас», они были уверены, что их никчёмным жизням пришёл конец. Но прямо в воздухе их подхватила мягкая улавливающая сетка. Вслед за теми, кого на «Матиасе» клеймили мятежниками, они спустились в морские глубины и поселились в этом совершенно чужом месте.
По правде говоря, страха они не испытывали. На свете не существовало места кошмарнее Сада Юни. К тому же, кабы эти люди желали им зла, стали бы они рисковать собой ради их спасения?
Но то, что последовало за этим, превзошло самые смелые надежды. В НИИ им оказали необходимую помощь, к ним относились как к полноценным людям. Беременных обустроили в уютных комнатах, где те могли спокойно дождаться естественных родов.
Больше никаких бесконечных, мучительных пункций. Никаких ледяных цифровых кодов вместо имён. Им вернули их собственные имена. Им подарили вторую жизнь.
Сотрудники института даже заверили: если кому-то здесь не понравится и кто-то захочет вернуться на Базу «Подземный город» к своим семьям, достаточно лишь сказать — институт сделает всё возможное, чтобы переправить их назад.
Вот только... примут ли их на человеческой базе теперь?
— Господин Су Сюй, пусть даже вы не стремились спасти нас намеренно, именно благодаря вам мы обрели свободу и человеческое отношение.
Женщина, взявшая слово, мельком глянула на ноги Су Сюя. Встретившись с ним взглядом и поняв, что её оговорка не осталась незамеченной, она не смутилась, а лишь открыто высказала то, что было на душе:
— Господин Су Сюй, нынче не те времена, чтобы судить о друзьях и врагах по внешности. Иной ходит в чистых одеждах, а нутро у него дьявольское. А другие... — Она перевела взгляд на беззаботно играющих детей Сектора 3, а затем вновь посмотрела на Су Сюя. — Я верю, что вы — прекрасный человек. Кем бы вы ни стали и как бы ни изменились.
Едва она смолкла, как её спутница тут же добавила:
— Господин Су Сюй, вы приняли на себя столько ударов ради нас! Наверняка изранены, да ещё и навлекли на себя гнев «Матиаса». Ежели вы уйдёте отсюда один, дальше будет только тяжелее. Вы подарили нам спокойную жизнь — неужто мы сможем смотреть, как вы рискуете собой каждый день? Оставайтесь здесь!
Под этим сплошным потоком искренних, полных надежды взглядов Су Сюй ощутил тяжесть, сравнимую с давлением океанских глубин. Он тяжело вздохнул, не ведая, что ответить.
Уйти или остаться?
Теперь, когда фрагменты прошлого сложились воедино, он нашёл истоки трагедии, погубившей приют, и узнал обо всём, что последовало за ней. Сейчас в его голове не осталось иных мыслей, кроме одной: стереть в порошок всё, что связано с организацией HOM.
В противостоянии с «Матиасом» они с Вэй Чжоу и его институтом находились по одну сторону баррикад. Прежде он, вероятно, выкроил бы время, чтобы обсудить с Вэй Чжоу союз. Но теперь всё изменилось.
Решаясь на мутацию в прошлый раз, он не ведал, как долго сумеет сохранять рассудок, и не разорвёт ли его плоть от безумной ярости крови, как то случилось со стражниками Базы Святая Мария. Он готовился к худшему, полагая, что путь назад для него закрыт навсегда.
К счастью, разум не покинул его, он выжил. Но что случится в следующий раз?
Он не был похож на сирот из Сектора 3. Не разгневается ли снова та сила, что подталкивает его из тьмы, если он воспротивится её воле? Не разрушит ли его присутствие этот тихий, мирный приют?
Ощущение полной беспомощности перед непредсказуемым будущим мёртвой хваткой сжимало нервы Су Сюя, заглушая даже ту радость, какую подарило ему зрелище спасения детей.
— Проводи их обратно в палаты, им нужно отдохнуть, — тихо распорядился Вэй Чжоу, обращаясь к заведующему медобслуживанием.
Заведующий, глядя на то, как женщины продолжают упрашивать Су Сюя, шепнул:
— Они ведь от чистого сердца.
— Я знаю. И Су Сюй тоже это ценит, поверь, — Вэй Чжоу вздохнул и с сочувствием качнул головой. — Но удерживать человека узами благодарности — не дело. Он и без того измотан. Пусть решает сам.
У каждого была своя правда. Беглянки с «Матиаса» от всей души желали своему спасителю безопасности и покоя. Но и у Су Сюя имелись собственные причины.
С одной стороны — общие надежды, с другой — его личные опасения. Вэй Чжоу понимал: единственное, чем он может помочь — это показать Су Сюю, какое будущее ждёт его в НИИ, разогнать туман сомнений. Но принять решение за него он не мог.
Вэй Чжоу молча распустил собравшихся и взглядом дал знак Лян Чжаню связаться со старым директором Финном: мол, представление можно сворачивать, теперь Су Сюю необходимо побыть наедине со своими мыслями.
— Су Сюй, если когда-нибудь ты решишь уйти или у тебя появятся важные дела — я удерживать не стану, — произнёс Вэй Чжоу. — Я лишь хочу сказать: мир огромен, но наш институт всегда может стать для тебя тихой гаванью.
Он знал, как много для Су Сюя значит понятие «дом». Ему хотелось, чтобы институт стал для него настоящим домом, но он опасался навязывать своё общество.
— Вэй Чжоу... — Су Сюй обвёл тёплым взглядом каждый уголок Сектора 3, и на его губах заиграла искренняя улыбка. — Всякий раз, когда мне кажется, что этот мир прогнил окончательно, ты умудряешься преподнести мне невероятный подарок.
Он чуть помешкал и тихо добавил:
— Мне здесь очень нравится. Но остаться я не могу.
«Матиас» ещё не оправился от удара и пока не мог выходить в море, так что помешать их планам в ближайшее время у него не выйдет.
Всего несколько дней. Ему нужно совсем немного времени, чтобы удовлетворить собственную слабость.
Ему просто хотелось побыть рядом с Вэй Чжоу. Хотелось ухватиться за это редкое, мимолётное чувство уверенности посреди бесконечного хаоса.