Чэн Юйсюэ давил Оставшихся с подавляющим превосходством. Противники беспомощно отступали, не имея ни малейшей возможности ответить ударом на удар.
Карточками предметов он пользовался крайне редко — главным оружием Чэн Юйсюэ оставалось его собственное тело. Закалённые в пламени бесчисленных испытаний, его конечности разили с мощью сильнейших артефактов, превращая вражескую защиту в сплошную фикцию.
С каждой секундой боя Оставшиеся всё больше погружались в ужас. Им казалось, будто они готовы к схватке, но, сойдясь с противником лицом к лицу, осознали: пропасть между ними непреодолима. Этого человека едва ли можно было назвать смертным.
Восьмое место в глобальном рейтинге — не пустой звук.
— Долго мы не продержимся! — не выдержав, крикнул один из нападавших соратнику. — Задержи его, а я попытаюсь вытащить нас отсюда!
— Каким образом?!
— У меня есть одноразовая карточка. Она случайным образом перенесёт нас в любой мир испытаний. Тут как повезёт!
— Ладно! Всё равно хуже уже некуда. Я выиграю время!
— Давай!
Сговор совершился мгновенно. Смутьян выскочил из боевого круга, а двое оставшихся взвинтили темп атаки, пытаясь отвлечь Чэн Юйсюэ и дать соратнику драгоценную разрядку для активации предмета.
Однако натиск генерала был слишком стремительным: стоило соперникам на миг потерять концентрацию, как смерть настигала незамедлительно. Оставшись вдвоём, они тут же покрылись десятками глубоких ран.
[Перенос испытания]
Карточка вспыхнула и растаяла, и фигура беглеца мгновенно растворилась в воздухе.
Двое же, что удерживали Чэн Юйсюэ, на мгновение замешкались от изумления — и в то же мгновение лишились жизней.
— [Перенос испытания] — одноразовая карточка. Разумеется, она способна забрать только одного, — равнодушно произнёс Чэн Юйсюэ, глядя на павшие тела. — К тому же на её активацию требуется около десяти секунд.
Эти десять секунд и стали пределом, который смогли выиграть его соперники ценой своих жизней. Оставшиеся так и застыли на земле с немым изумлением в остекленевших глазах.
Нин Бувэнь помнил досье на сбежавшего игрока. Его звали Чжу Инци, обладатель особой конституции [Супермаркет способностей]. Этот навык позволял ему присваивать способности убитых им участников и использовать их по своему усмотрению. Правда, время действия ограничивалось десятью минутами, да и на перезарядку требовалось время.
Для прохождения испытаний способность была весьма практичной, но в прямом столкновении её польза сомнительна — среди жертв Чжу Инци не было никого, кто мог бы сравниться в боевом мастерстве с Чэн Юйсюэ.
— Уходим, — сухо сказал Чэн Юйсюэ. У него не возникло даже мысли о погоне: миров слишком много, искать беглеца бессмысленно.
К тому же кто-то из Оставшихся должен был выжить и донести до соратников весть: справиться с Чэн Юйсюэ не так-то просто.
Вэй Юй с трудом поднялся на ноги, слабо и виновато улыбнулся генералу, после чего окончательно потерял сознание.
[Испытание «Исполнение желаний» пройдено. Просьба к игрокам подготовиться к эвакуации]
Голос Пандоры раздался строго по расписанию. Чэн Юйсюэ коснулся черепаховой серёжки в ухе, вздохнул, одной рукой подхватил бессознательного Вэй Юя и шагнул в разверзнувшееся нутро Шкатулки.
Нин Бувэнь внутри серёжки ликовал:
«Наконец-то я снова стану человеком!»
* * *
С самого утра Сынань чувствовал, как у него дёргаются веки.
Народная мудрость гласит: левый глаз дёргается к богатству, правый — к беде. Но что значит, когда подрагивают оба века сразу? Неужто сегодня его ждёт и куш, и катастрофа одновременно?
Поразмыслив, Сынань решил проявить осторожность. Многолетний опыт выживания в Пандоре подсказывал: сегодня лучше вообще не казывать носа на улицу.
Однако остаться дома не получалось. А-Чжи отличался невероятным аппетитом, и даже с учётом всех бонусов за безупречную службу Сынань едва сводил концы с концами, чтобы прокормить этого гигантского паука.
— А-Чжи, давай договоримся, — Сынань подтолкнул лежащего рядом паука и льстиво улыбнулся. — Как насчёт того, чтобы ты в этом месяце немного посидел на диете? Поешь поменьше, а я взамен сгоняю с тобой куда-нибудь погулять?
А-Чжи медленно открыл глаза и уставился на Сынаня долгим, мрачным взглядом:
— Я слышал от других демонических зверей, что некоторые самцы после близости сбегают, даже не поймав добычу для своей пары. Я всегда считал, что таким тварям лучше сразу сдохнуть. Каждый раз после нашего спаривания я сдерживаюсь, чтобы не сожрать тебя, и мне требуется много другой еды, чтобы восполнить силы.
Сынань мгновенно позеленел:
— А-Чжи! У нас это называется не «спаривание»! Мы не можем принести потомство, так что это называется «занятия любовью»!
— Как ни назови, а я хочу жрать, — А-Чжи и слушать не хотел никаких оправданий. — Если не накормишь меня ты, мне придётся перекусить кем-то другим.
Сынань мертвенно побледнел. В прошлый раз, когда А-Чжи произнёс нечто подобное, он сожрал призывного зверя одного из призывателей. Сынаню потом пришлось молить о пощаде и возмещать ущерб несколькими редкими тварями.
— Ладно-ладно, встаём! Пора на работу, в столовой как раз должны давать завтрак.
Сынань решил плевать на дёргающиеся веки. Если он сегодня пролентяйничает, то уж точно останется и без денег, и с кучей проблем!
А-Чжи тоже тихо вздохнул. И надо же было ему выбрать именно Сынаня! Каждые несколько дней тот норовит отлынивать от работы, да ещё и пытается урезать ему рацион... Мечтать не вредно!
В столовой А-Чжи устроил настоящий ураган, в одиночку сожрав абсолютно все остатки утреннего разбора. Впрочем, у А-Чжи имелось одно несомненное достоинство: с тех пор как он появился в легионе, кухне больше не приходилось беспокоиться об утилизации отходов.
Едва они переступили порог столовой, как веки Сынаня задёргались с удвоенной силой.
— Командир! Командир, вы позавтракали?! — к нему, тяжело дыша, подбежал командир отряда Легиона Номер Два. — Будьте любезны, поднимите свою почтенную тушку и хватит протирать штаны! Прибыла командир Вэнь Тяньжо, Нин Бувэнь тоже вернулся, да ещё и Чэн... Чэн Юйсюэ приволок какого-то едва живого бедолагу! Живее!
Сердце Сынаня наконец упало на место.
Ну вот и прояснилось! Теперь понятно, откуда придут и беда, и богатство.
Явился Чэн Юйсюэ — значит, неприятности уже на пороге.
Покинув мир испытаний, Нин Бувэнь и Чэн Юйсюэ вместе с бессознательным Вэй Юем сразу направились в штаб Легиона Номер Два. Вэнь Тяньжо, получив весточку от Чэн Юйсюэ, мгновенно переместилась туда же.
Вэй Юй находился на грани жизни и смерти. Требовалось незамедлительно провести процедуру [Унаследование личности], и доброволец уже ожидал на месте.
Этого добровольца отобрали из числа резервистов легиона. Потеряв любимого человека в прошлом испытании и оставшись совершенно один в разрушенном апокалипсисом мире, он утратил всякую волю к жизни и неоднократно пытался покончить с собой. В итоге представители Легиона Номер Один сумели убедить его стать сосудом для передачи личности.
— А-Чжи, держись поближе ко мне, — Сынань сжал ладонь своего спутника. — Если они начнут мне угрожать, ты уж защити меня как следует.
А-Чжи молча высвободил руку:
— Знаешь... пожалуй, я мог бы посидеть на диете.
Нин Бувэнь, едва избавившись от обличья черепахи и вернув человеческий облик, дал себе зарок: больше никогда в жизни не превращаться в эту проклятую рептилию.
Что касается Чэн Юйсюэ, то, выйдя из испытания, он мгновенно вернулся к своему привычному холодно-отстранённому виду, будто они и не проходили весь этот ад бок о бок.
«Меняет маски быстрее, чем перчатки...» — у Нина Бувэня слегка сжалось сердце от досады. Впрочем, помня о том, что ход мыслей этого человека в принципе не поддаётся обычной логике, он предпочёл промолчать и подавить раздражение.
— Проходите, садитесь, — Сынань распахнул дверь кабинета и жестом пригласил именитых гостей внутрь.
Вэнь Тяньжо сегодня предстала в женском обличье, так что по всем правилам к ней следовало обращаться исключительно как к «старшей сестре». Нин Бувэнь впервые вживую видел легендарного командира Легиона Номер Один и то и дело бросал на неё любопытствующие взгляды.
— Это и есть Вэй Юй? — Вэнь Тяньжо перевела всё внимание на Чэн Юйсюэ и лежащего возле него человека.
Тот дышал через раз и находился в глубокой коме.
— Да, — кивнул Чэн Юйсюэ. — А рядом с тобой, стало быть, доброволец?
— Именно, — подтвердила Вэнь Тяньжо.
Нин Бувэнь перевёл взгляд на стоящего неподалёку мужчину. Измождённый, с потухшим, абсолютно мёртвым взглядом — по одному его виду было ясно, что цепляться за жизнь он не собирается. Неудивительно, что он согласился на подобную роль.
— Сначала перенесите Вэй Юя в лечебный бокс, — рассудительно произнёс Сынань. — Врачам мешать не будем, встанем на охрану снаружи. Бувэнь, а ты ступай к ребятам из отряда «Вэйгуан». На днях Ань Були официально утвердили в вашем составе, так что пора готовиться к следующему командному испытанию. В одном из миров с высокой вероятностью может появиться осколок производного испытания, понял?
Нин Бувэнь сразу осознал, что его просто отодвигают от обсуждения. И это вполне логично: тайна последних семи финальных испытаний являлась строжайшим секретом, и ему пока рановато слушать подобные вещи.
— Понял, — кивнул Нин Бувэнь.
Бросив короткий взгляд на Чэн Юйсюэ, он развернулся и вышел.
Вэнь Тяньжо проводила юношу взглядом и вновь посмотрела на Чэн Юйсюэ:
— А ты будто бы изменился.
Чэн Юйсюэ выглядел куда более собранным и вменяемым, чем до входа в Шкатулку.
— Я лишь вернул часть воспоминаний, — сухо ответил Чэн Юйсюэ. — Чем меньше он знает о семи финальных испытаниях, тем целее будет.
Оставшиеся и ключевые NPC Пандоры жаждали заполучить доступ к этим финалам. Если Нин Бувэнь узнает хотя бы крупицу тайны, это мгновенно навлечёт на него смертельную опасность.
— Выходит, Кошмарный демон пригодился, — улыбнулся Сынань. — Он сумел погрузить тебя в глубокое сновидение, и там ты вспомнил то, что давно оказалось погребено в памяти.
Именно ради этого Сынань изо всех сил настаивал на том, чтобы Чэн Юйсюэ отправился спасать Вэй Юя. Легион даже задействовал своих тайных осведомителей, чтобы намекнуть Кошмарному демону о генерале и втянуть того в испытание [Исполнение желаний].
— Воспоминания оказались не из приятных, — Чэн Юйсюэ тяжело посмотрел на собеседников. — Память вернулась не полностью, но то, что я вспомнил... это глухой, леденящий ужас. В моих воспоминаниях ни один человек не сумел пройти семь финальных испытаний.
Полная гибель.
Сынань и Вэнь Тяньжо прекрасно понимали, что стоит за этим словом. В прошлые эпохи в Пандоре появлялись невероятные гении — игроки, превосходившие мощью даже Чэн Юйсюэ. И все они сгинули в финале.
— Даже если с самого начала мы обречены на провал, проверить стоит, — тихо вздохнул Сынань. — Худший исход — стать Оставшимися. Но какая разница? Пандора отмерила нам всего сотню лет. И даже если шансы равны нулю, мы обязаны попытаться зацепиться за эту соломинку. Иначе скоро наступит эпоха девятнадцатого поколения игроков, а мы просто превратимся в прах истории.
* * *
Вэй Юя и добровольца переправили в процедурную.
Вэнь Тяньжо, Чэн Юйсюэ, Сынань и А-Чжи заняли позиции по четырём углам помещения, взяв объект под глухую оборону. Они не стали привлекать никого постороннего. Вряд ли сейчас в Пандоре найдётся кто-то, способный пробить защиту четырёх сильнейших бойцов мира.
А секреты Пандоры вскоре должны были приоткрыться сквозь уста Вэй Юя и его нового носителя.
* * *
Вэй Юй медленно пришёл в себя и увидел сидящего напротив юношу.
Он сразу разглядел перед собой человека, находящегося в самом расцвете сил.
— Ты окончательно разочаровался в этом мире? — хрипло спросил Вэй Юй.
— Да, — коротко кивнул тот.
— Понимаешь, что с тобой станется?
— Всего лишь смерть, — равнодушно ответил доброволец. — Начинай. Я и так слишком долго ждал.
Вэй Юй больше не проронил ни слова. Ему ли не знать, как выглядят те, кто всей душой жаждет гибели?
К счастью, ему предстояло применить свою способность в последний раз. После завершения ритуала передача завершится, и он тоже обретёт долгожданный покой.
Вэй Юй положил ладонь на плечо юноши.
[Унаследование личности]
Началось!