Отправив вторую партию новичков, Вэнь Дуодо и остальные заметно повеселели.
Теперь им оставалось выполнить всего одно побочное задание, чтобы наконец разблокировать основной сюжет. Прежде они настраивались на изнурительную, многократную зачистку побочных ветвей, поэтому столь стремительный прогресс стал для них неожиданным и весьма приятным сюрпризом.
Хань Синьбо с товарищами тоже померили Нина Бувэня новым, уважительным взглядом.
Даже опытные игроки вроде них, за плечами которых числился не один составной испытательный мир, редко пробивались сквозь сюжетные барьеры с подобной скоростью. Нин Бувэнь, сталкиваясь с очередными аномалиями, думал не о том, как выжить или где спрятаться, а искал способы взломать сам сценарий. С этой точки зрения его отношение к игре кардинально отличалось от привычной модели поведения большинства участников.
Некоторые люди будто рождены для того, чтобы выживать в подобных жестоких условиях.
И Нин Бувэнь, без сомнения, принадлежал именно к этой категории.
— Дедушка Чжан, а этот брат Нин и впрямь невероятен, — произнесла Сяо Лю, подперев подбородок ладонями и глядя на Чжана Цзывэня. — Капитан всегда искал в наш отряд такого человека. Жаль, он этого уже не увидит.
В их высшем поисково-разведывательном отряде за каждым членом закреплялись четкие обязанности, соответствовавшие его личным навыкам. К примеру, Чжан Цзывэнь и Сяо Лю отвечали за силовой фронт. Старик Цзывэнь обладал колоссальной мощью, одинаково безупречной как в нападении, так и в обороне, а Сяо Лю отличалась гибкостью способностей и умением оставаться незамеченной, что делало её незаменимым мастером засад. Хань Синьбо ведал сбором информации. А вот покойный капитан вместе с двумя другими погибшими товарищами брал на себя аналитику, систематизацию данных и непосредственно прохождение испытаний.
И хотя в боевом отношении «Микро-свет» сохранил основной костяк, стратегический потенциал группы после гибели лидера оказался разгромлен. Появление Нина Бувэня фактически вдохнуло в обескровленную команду новую жизнь.
— Главное, что он пришёл сейчас, — Чжан Цзывэнь с теплой улыбкой погладил девочку по голове. — Способному человеку нужно давать дело по плечу. Раз уж он мастер по части прохождения испытаний, мы пойдём за ним и прикроем тылы. Проследим, чтобы ни одна деталь не ускользнула. Нельзя валить всю тяжесть на его одного. Мы должны научиться разделять с ним эту ношу, понимаешь?
— Понимаю, — серьёзно кивнула Сяо Лю.
В прошлом они слишком слепо полагались на капитана, перекладывая на него все заботы и слепо следуя приказам. Капитан тоже был человеком и не мог предусмотреть абсолютно всё. Иногда подобное безграничное доверие не спасает, а губит.
Их прошлый печальный опыт стал тому лучшим доказательством.
— Бувэнь, ты выглядишь ещё более измождённым, чем прежде.
Вэнь Дуодо, до этого сиявший от радости, вдруг заметил, что Нин Бувэнь едва держится на ногах, и тут же бросился подставить плечо.
— Бувэнь, ты часом не заболел?
— Сначала... нам нужно выйти из вагона и немного передохнуть, — Нин Бувэнь крепко сжал руку друга. — Поезд будет стоять двадцать минут. Выйдем на перрон.
— Ладно, — не задавая лишних вопросов, Вэнь Дуодо помог ему сойти на платформу.
Едва ступив за пределы состава, Нин Бувэнь ощутил, как к нему возвращаются силы.
Тело наполнилось долгожданным облегчением. Внутри вагона его нервы словно сжимал невидимый тиск; висящая в воздухе подсознательная угроза истощала разум, не позволяя расслабиться ни на секунду.
Откуда уж тут взяться хорошему самочувствию?
Зато теперь Нин Бувэнь чувствовал себя подобно изнывавшей от жажды рыбе, которую наконец выплеснуло обратно в морскую прохладу.
— Бувэнь, тебя что, банально укачало? — Вэнь Дуодо впервые видел друга в таком состоянии. — Раньше за тобой такого не водилось.
— Дело не в укачивании, — Нин Бувэнь потёр виски, пытаясь вернуть чёткость мыслям. — Просто там... невыносимо душно.
— Душно? А я ничего такого не почувствовал, — Вэнь Дуодо почесал нос. — Я ведь теперь не совсем человек. Даже если в вагоне паршивый воздух, мне всё равно.
— Дуодо, тебе не кажется, что этот станционный перрон слишком уж тих? — неожиданно поднял голову Нин Бувэнь. — Ни единой души. Да и выглядит всё вокруг до крайности запущенным.
Оглядевшись по совету друга, Вэнь Дуодо нахмурился.
Станция выглядела древней и заброшенной. Перрон покрылся въевшейся грязью, которую уже не смыть ничем, на стенах не висело даже элементарного табло с расписанием. Угрюмое, вымершее место. В нормальных условиях подобный полустанок давно списали бы в утиль, однако их современный, сверкающий состав смотрелся здесь диким и чужеродным артефактом.
Если не считать ту группу новичков, что поднялась на борт по билетам, вокруг действительно не наблюдалось ни одного пассажира.
— Сверься сам: кроме нашего третьего вагона, остальные двери вообще открывались? — продолжал допытываться Нин Бувэнь.
Вэнь Дуодо всмотрелся вдаль:
— И впрямь... Открыта только наша дверь. Да и проводники не вышли проверять билеты. Странно всё это.
— Ты можешь разведать, есть ли кто живой на этой станции?
— Запросто, — кивнул Вэнь Дуодо.
Достав небольшой ножик, он надрезал палец. Капля алой крови упала на бетон и мгновенно обратилась в крошечную летучую мышь.
Встрепенув крылышками, нетопырь взмыл в воздух, а порез на руке Вэнь Дуодо тут же затянулся.
— Лети, — с лёгким алым отблеском в глазах прошептал Вэнь Дуодо, отправляя крылатого разведчика на облет территории.
Это было одно из удобных преимуществ его новой вампирской природы. Он мог превращать собственную кровь в фамильяров и смотреть на мир их глазами. Даже если мышь погибнет, урон ограничится лишь потерей капли крови. Впрочем, кровь вампира не восстанавливается так же легко, как человеческая, так что транжирить её без меры не стоило.
Летучая мышь сделала широкий круг над платформой — ни души.
Куда же делись люди?
Вэнь Дуодо направил нетопыря к выходу из станционного здания, но едва тот пересёк пороговую линию, как во что-то врезался. Летучая мышь мгновенно распалась обратно в брызги крови.
— А-хх! — Вэнь Дуодо схватился за глаза. — Что за дрянь?!
— Что произошло? — Нин Бувэнь тут же подскочил к нему. — Что ты успел увидеть? Ты в порядке?
— Не успел толком разглядеть, — Вэнь Дуодо мотнул головой, прогоняя резь в глазах. — Кажется... там была дорога.
— Дорога? Какая дорога?
— Обычная шоссейная трасса. Вот только цвет у неё какой-то нездоровый, — Вэнь Дуодо потер глаза, подбирая слова. — Глаза летучей мыши плохо различают спектр. Я лишь понял, что асфальт там очень тёмный, почти чёрный. Впрочем, дорога у вокзала — вещь естественная. Может, я просто сгущаю краски.
Нет, это не могло быть простой паранойей.
— Пора возвращаться, — Нин Бувэнь подавил подступающие сомнения, и они вместе с Вэнь Дуодо поднялись обратно в вагон, зайдя на свои места.
И их тут же снова накрыла волна удушающей, тяжёлой атмосферы.
Новоприбывшие новички вели себя противоестественно тихо. Они сгрудились вокруг Хань Синьбо и беспросветно дремали, словно происходящее вокруг них ничуть не касалось.
Странно.
Неужели всё их задание сводилось к тому, чтобы проспать всю дорогу в поезде?
Не только Нин Бувэнь, но и сам Хань Синьбо находил эту картину глубоко неправильной.
Пошептавшись с командой в групповом чате, Хань Синьбо решил действующим путем выведать обстановку. Он незаметно вытащил билет из кармана ближайшего новичка и обратился к нему:
— Сударь, простите. Это не ваш билет?
НОВИЧОК, сонно разлепив глаза, пробормотал с явным раздражением:
— Чё надо?
— Это ваш билет? — терпеливо повторил Хань Синьбо.
Тот мазнул мутным взглядом по бумажке:
— Угу, мой.
Забрав билет, он засунул его обратно в карман и тут же опять провалился в сон.
Остальные новички вели себя абсолютно так же: едва заскочив в вагон, они тут же погружались в глубокую спячку и игнорировали любые попытки заговорить.
В групповом чате:
Чжан Цзывэнь: * «Это очень странно. Проездной билет — ключевой предмет выживания. Новички обычно вцепляются в него мертвой хваткой и проверяют карманы каждые пять минут. А эти относятся к нему с абсолютным равнодушием».*
Сяо Лю: * «Может, их дурманит аномалия испытания?»*
Хань Синьбо: * «Я присмотрелся — не похоже на морок. Они просто спят».*
Нин Бувэнь: * «Вот именно это и ненормально. Вагон пропитан жутью, и даже если бы задание требовало от них спать, они не смогли бы спать настолько непробудно».*
Вэнь Дуодо: * «Хань-гэ, ты сидишь в самом эпицентре, будь осторожен».*
Хань Синьбо: * «Не боись. Сейчас я слегка пощупаю их своей способностью».*
Едва Нин Бувэнь прочёл эту строчку, как накатившее с новой силой чувство невидимого удушья заставило его забить тревогу.
Способность Хань Синьбо идеально подходила для сбора данных, и пока дело не касалось прямых подсказок к побочному квесту, Система Пандоры не запрещала ветеранам взаимодействовать с новичками. Даже если бы возник риск нарушения, у них всё ещё оставалось право на одну ошибку!
И всё же в эту секунду Нин Бувэнь инстинктивно понял: Хань Синьбо ни в коем случае не должен применять свою способность.
Он мгновенно придумал предлог.
Нин Бувэнь: * «Погоди, Хань-гэ, это слишком рискованно. Лучше действуй через полицейскую легенду. Вызови поездную бригаду и заяви, что один из этих пассажиров похож на разыскиваемого преступника».*
Хань Синьбо: * «Принято. Иду за поездной полицией».*
Отлично.
Нин Бувэнь перевёл дух.
«Но почему у меня на душе стало так тяжело?» — мелькнула тревожная мысль.
Хань Синьбо дошёл до служебного купе поездной бригады и изложил историю, придуманную Нином Бувэнем. Полицейский и проводники тут же отреагировали.
— Господа пассажиры, будьте добры, предъявите документы для проверки, — поездной полицейский вместе с проводником подошли к спящим новичкам и стали расталкивать их.
— Я спать хочу! — рявкнул один из игроков, подскочив на месте. — Никто не смеет мешать мне спать!
— Сэр, просим отнестись с пониманием, это обычная проверка, — реакция пассажира лишь усилила подозрения конвоя: уж не беглый ли перед ними рецидивист?
— Ладно-ладно, документы вам подавай?! Нате, подавитесь! — злобно расхохотался один из новичков и швырнул перед собой веер из боевых карт, запустив массовую атаку.
Сидевшему рядом Хань Синьбо пришлось сделать вид, что он уворачивается из последних сил.
В вагоне поднялся панический крик: никто не ожидал, что кто-то дерзнет развязать драку прямо на глазах у поездной полиции!
Хань Синьбо, помня про свой образ полицейского, первым ринулся на смутьяна, намереваясь скрутить его вручную.
В правилах выживания Пандоры четко прописано: бездумная атака на сюжетных NPC смертельно опасна. Это базовый постулат для каждого игрока. А уж устраивать масштабную бойню в присутствии охраны — чистейшее безумие!
С этими новичками явно происходило что-то нечистое.
Нин Бувэнь и Вэнь Дуодо переглянулись и тоже бросились на помощь, чтобы скорее нейтрализовать буйных.
— Я хочу спать! Дайте мне спать!
— Кто помешает мне спать — того я убью! Будем спать вместе, вечно, и никогда не проснёмся!
Общими усилиями полиции, Хань Синьбо и Нина Бувэня безумных игроков удалось связать. Ради безопасности их решили растолкать по отдельным служебным купе в разных вагонах, чтобы на следующей станции передать наряду городской полиции.
— Спасибо за содействие, граждане, — Хань Синьбо изобразил признательность Нину Бувэню и остальным. — У нас не хватает людей, не поможете проконтролировать этих неадекватных? Я подозреваю у них острый психоз. До передачи медикам за ними нужен глаз да глаз.
— Без проблем.
— Поможем.
Нин Бувэнь и Вэнь Дуодо держались уверенно, и поездной полицейский без колебаний дал добро.
Поскольку в одном вагоне имелось всего пару служебных купе, часть задержанных пришлось вести в соседние составы.
— Я конвоирую этого в первый вагон, — предложил Хань Синьбо. — Кто-то из проводников может пойти со мной? У меня нет ключей от купе.
— А, да-да, конечно! — быстро закивала молоденькая проводница. Она всё ещё поддрагивала от испуга, но рядом с крепким офицером полиции почувствовала себя увереннее. — Я с вами пойду.
Хань Синьбо присмотрелся к девушке — её лицо показалось ему странно знакомым.
— Мы с вами раньше не встречались? — наводяще спросил он.
— Ха-ха, вы шутите, офицер? Я постоянно дежурю в первом вагоне. Разве что вы видели меня, когда я катила тележку с напитками, — улыбнулась проводница.
«Логично», — подумал Хань Синьбо. Раньше они действительно проходили через первый вагон, так что могли пересекаться, хотя сама девушка их уже не помнила.
Хань Синьбо подал знак Нину Бувэню, предлагая разделиться.
Поскольку сейчас они проходили уже третий побочный квест, их основной вагон числился под номером три.
Но как выглядели первый и второй вагоны теперь?
Прежде у них не выпадало возможности их осмотреть. Но сейчас провести разведку стало жизненно необходимо. К тому же присутствие проводника давало отличный предлог расспросить о местных порядках.
Хань Синьбо подталкивал связанного игрока вперед, а девушка-проводник шла впереди, указывая дорогу.
Во втором вагоне царила полупустота.
Здесь сидело лишь несколько пассажиров — и все как один женщины.
Их лица выражали глубокое горе, глаза опухли от слёз, то и дело в тишине раздавались тихие, надрывные всхлипы.
Когда Хань Синьбо проходил мимо со своим пленником, он заметил, как эти женщины синхронно повернули головы в его сторону. Их взгляды напоминали голодный блеск волчьих глаз, уставившихся на кусок свежего мяса. От этого у Хань Синьбо, видавшего виды ветерана, по коже побежали мурашки.
Девушка-проводник спокойно шагала дальше.
— Во втором вагоне совсем мало народу, — как бы между прочим заметил Хань Синьбо. — Билеты не распродали?
— О, офицер, это обычное дело, — наставительно пояснила проводница. — Второй вагон предназначен исключительно для женщин, это наш специальный сервис. К тому же мы сейчас на начальной станции. На следующих остановках людей прибавится.
«На начальной станции?!» — поразился Хань Синьбо.
Это не имело смысла. Они уже миновали два побочных филиала, текущая остановка по всем расчетам была как минимум третьей!
Хань Синьбо взял эту неувязку на заметку, но расспрашивать дальше не рискнул — боялся спровоцировать системную реакцию, да и проводница, судя по всему, искренне верила в то, что говорила.
Вскоре они вошли в первый вагон.
— Служебное купе прямо по курсу, — указала проводница.
В первом вагоне, в отличие от второго, не оставалось ни одного свободного места. Народу набилось битком.
Вот только в помещении стояла мертвая, противоестественная тишина.
Во втором вагоне хотя бы раздавались всхлипы, здесь же не слышалось даже дыхания. Тишина давила на уши.
Хань Синьбо довел связанного игрока до двери купе. Но стоило проводнице вставить ключ в замок, как пленник внезапно забился в дикой судороге.
— Не хочу туда! Не пойду! Я умру! Я там умру! — сила новичка возросла невероятно. — Все, кто входит в это купе, умирают! Все до единого!
— Успокойся! Слышишь, тише! — Хань Синьбо надавил ему на плечи. — Не хочешь заходить — давай просто поговорим.
Главной целью Хань Синьбо оставался сбор информации, так что запирать игрока в купе вовсе не являлось строгой необходимостью.
— Я офицер полиции. Я вижу, что вы в неадекватном состоянии, поэтому хотел помочь. Расскажите, что с вами произошло? Я защищу вас.
Хань Синьбо вновь выставил перед собой статус представителя закона.
— По... полиция? — в глазах новичка на миг промелькнул разум. — Полиция мне не поможет... Здесь... Я...
— А-а-а! Не подходите! Прочь! Пошли вон!
Игрок снова забился в истерике, оря во все горло.
— Офицер, нельзя давать ему так орать. Посмотрите, пассажиры первого вагона очень не любят шум, — с тёмным выражением лица предупредила проводница, указывая в сторону рядов.
Хань Синьбо поднял взгляд и онемел: все пассажиры первого вагона как один поднялись со своих мест. Они молча, застывшими изваяниями, уставились на орущего новичка. В их глазах читалась такая лютая, налитая кровью ненависть, будто перед ними стоял заклятый враг, вырезавший их семьи.
От этого синхронного, ледяного взгляда десятков глаз по спине прошел мороз!
— Что... почему они все встали? — Хань Синьбо постарался сохранить хладнокровие, обращаясь к проводнице. — Будьте добры, успокойте людей. А я зажму ему рот.
— Хорошо, офицер, — кивнула девушка и отправилась успокаивать пассажиров.
Люди в вагоне медленно опустились обратно на свои места, но ощущение наставленных в спину стволов никуда не исчезло.
Хань Синьбо снова взглянул на новичка и поразился: тот уже вырубился и мирно сопел прямо на узкой кушетке в служебном купе!
Странные новички. Нет, это поведение переходило все грани разумного, превращаясь в чистую чертовщину.
Хань Синьбо выхватил телефон и набрал краткий отчёт о происходящем во 1-м и 2-м вагонах, отправляя его в групповой чат. Затем он взглянул на уснувшего игрока и замялся.
Возможно, эти новички действительно столкнулись с чем-то ужасным, что довело их до такого состояния.
— Офицер, нам пора возвращаться, — раздался за спиной торопящий голос проводницы.
Внутреннее чутье Хань Синьбо вопило об опасности. Если он просто уйдет сейчас, этот парень в купе наверняка погибнет. И от него даже костей не останется.
Использовать способность? Или не стоит?
Хань Синьбо закусил губу, взгляд его стал твёрдым.
«Моя способность создана именно для сбора данных. А разведка всегда сопряжена с риском. Разве я могу отступить только потому, что чую опасность?»
В его памяти мгновенно всплыли картины прошлого: погибшие товарищи, лица капитана и друзей...
Хань Синьбо активировал свой личный навык и негромко произнёс:
— Я только проверю, насколько крепко связан этот гражданин.
С этими словами его пальцы коснулись тела уснувшего игрока.
В ту же секунду в разум Хань Синьбо хлынул гигантский поток чужих воспоминаний. Он увидел, как эти новички проходили контроль, в чём заключалось их задание, увидел...
Хань Синьбо содрогнулся. Ледяной пот мгновенно прошиб его до нитки.
Он должен был немедленно, сию секунду предупредить Нина Бувэня и остальных!
Заставив себя сохранять хладнокровие, Хань Синьбо вытащил из кармана телефон. Набирать текст слишком долго — голосовое сообщение будет быстрее!
Но едва его палец коснулся значка микрофона на экране, как чья-то тонкая ручка вырвала аппарат у него из рук.
— Офицер, совсем забыла вам сказать: у нас в первом вагоне категорически запрещено издавать громкие звуки, — миловидное лицо проводницы в этот миг словно наложилось на образ совсем другого человека.
Хань Синьбо вгляделся в неё — лицо казалось знакомым до боли. Чем больше он смотрел, тем отчетливее узнавал эти черты.
— Офицер, вы что, не узнаете меня? — проводница хихикнула и на его глазах без малейшего усилия смяла стальной корпус телефона в лепешку. — Может, в таком виде вам будет проще вспомнить?
С этими словами проводница широко раскрыла рот.
Внутри у нее болтался лишь жалкий огрызок вырванного языка.
Вспышка озарения!
Зрачки Хань Синьбо сузились.
Это же... та самая женщина в очках!
Но ведь её же ссадили с поезда!
Хань Синьбо мощным ударом отбросил проводницу в сторону и бросился наутёк, пытаясь прорваться обратно в третий вагон.
Но все пассажиры первого вагона как один поднялись со своих мест, перекрывая ему путь.
Они синхронно раскрыли рты. И у каждого из них внутри не было языка.