Нин Бувэнь внимательно перебрал все листовки и подытожил:
— Похоже, в этом племени отчаянный дефицит игроков с высокой физической силой.
— Дай взглянуть, — Вэнь Дуодо подскочил ближе и принялся изучать бумажки. Остальные тоже сгрудились вокруг.
— Согласен, — кивнул Соломон, поддерживая мысль Нин Бувэня. — В зависимости от конституции игроки сильно различаются. Многие вообще не относятся к боевому типу — они скорее «интеллектуалы» или «поддержка». При прохождении испытаний от последних двух групп порой куда больше пользы, поэтому их стараются беречь. По-хорошему, состязания должны быть гармоничными, но то, что предлагают здесь, явно заточено под чистую силу.
Выходит, организаторы прямым текстом заявляют «умникам» и «саппортам», что они тут без надобности.
Но дожить до текущего этапа и возглавить целое племя — глупец на такое не способен.
— Если происходит нечто нетипичное, значит, на то есть причина, — глаза Нин Бувэня азартно блеснули. — Раз уж мы собрались стянуть осколок, начнём прямо с этого главы. Для начала разбиваемся на группы...
Не успел он закончить, как вся команда дружно шагнула за спину А-Чжи.
Эй-эй, это уже перебор!
Да, А-Чжи невероятно силён, но не обязательно же всем валить к нему!
— Меня такое распределение полностью устраивает, — с самым серьёзным видом заявил Вэнь Дуодо.
— Я тоже за, — отдал свой голос Ань Були.
Соломон и Касо были новичками в отряде, но даже они доверяли Вэнь Дуодо и Ань Були куда больше, чем Нин Бувэню. В конце концов, Нин Бувэнь мог продать соратника так, что тот ещё и спасибо скажет — надёжностью его репутация не отличалась.
Сам А-Чжи хлопал глазами, явно не до конца понимая причину всеобщего ажиотажа. Они ведь только что обсуждали дело? В подобные разговоры он никогда не вмешивался: как демоническому зверю, ему достаточно было просто следовать решениям группы.
Нин Бувэнь встретился с ним взглядом. А-Чжи беззаботно уминал сладости и смотрел совершенно невинными глазами. У Нин Бувэня даже слова в горле застряли.
— Слушайте, ну для приличия выделите мне хоть кого-нибудь! Вам самим-то нормально оставлять меня в одиночку? — Нин Бувэнь ни за что бы не признался, что дело в его паршивом характере.
Быть «отрядом из одного человека» — звучит до обидного тоскливо. Да что там тоскливо — просто позор! Со стороны подумают, будто он совершил нечто чудовищное и вызвал всеобщий гнев, хотя он-то как раз был невероятно надёжным и сообразительным напарником! Если не считать А-Чжи, в боевых навыках которого сомневаться не приходилось, по остальным параметрам Нин Бувэнь давал всем сто очков вперёд.
— В бою от меня толку чуть, так что лучше я дернусь к господину А-Чжи, — спокойно оправдался Касо. Его довод звучал неопровержимо: в испытаниях его способность была имбой, а в реальности — пустым местом.
— У меня атаки по площади, — неспешно проговорил Ань Були. — Нужен сильный боец для прикрытия, пока я накапливаю силу.
«А как же дарование такояки, увеличившее число бумажных воинов и сократившее время призыва? Успешно забыто?»
— Я призыватель, — тут же нашёл предлог Соломон. — Находиться рядом с демоническим зверем для меня совершенно естественно.
Что ж, логично.
Нин Бувэнь перевёл впившийся взгляд на Вэнь Дуодо. Они прошли через столько смертельно опасных передряг, плечом к плечу! Не мог же тот вот так взять и бросить его?
Вэнь Дуодо под этим взглядом даже отступил на пару шагов. Его захлестнула смесь вины и непреодолимого желания сбежать.
Конечно, предавать Бувэня нехорошо — всё-таки столько лет знакомы. Но с другой стороны, он постоянно оказывается с ним в одной связке! Хочется же хоть иногда глотнуть свободы и поработать с кем-то другим!
— У меня... зубы в последнее время ноют, — выродил Вэнь Дуодо нелепейшую отговорку. — Сам знаешь, вампиры склонны к зубным болям. А нити господина А-Чжи такие прочные, как раз помогут...
«Помогут... зубы поковырять?»
Нин Бувэнь мрачно сдвинул брови. Отговорки у них одна глупее другой.
— Почему? — не удержался он. — Почему никто из вас не хочет идти со мной?
— Чтобы быть с тобой в одной команде, нужна железная психика.
— Ты вечно влипаешь в неприятности.
— И постоянно рушишь ход задания, привлекая внимание босса.
— Потому что рядом с тобой рано или поздно вылезет Чэн Юйсюэ, а они такое не вытянут, — абсолютно простодушно выдал А-Чжи.
Бум. Прямо в сердце!
Никто не ожидал, что контрольный выстрел сделает А-Чжи. Остальные хоть и думали о том же, озвучить такую правду решился только он.
— Сынань сказал, что на тебе висит метка Чэн Юйсюэ, и тот видит каждый твой шаг, — безмятежно продолжил паук. — Он велел мне держаться от тебя подальше, но слушаться твоих указаний во время дела.
Остальные сочувственно и дружно закивали. Одно дело — выполнять задание, и совсем другое — находиться под постоянным прицелом легендарного психа, который видит всё их руками и ногами. Кому охота попадать к нему на карандаш?
Нин Бувэнь почувствовал глубокую душевную травму.
— И вам совсем за меня не страшно? Я же один легко могу влипнуть в беду!
В ответ тишина.
Спустя пару мгновений Вэнь Дуодо всё же решил восстановить справедливость:
— Бувэнь, сколько я тебя знаю, у тебя никогда не бывает проблем. А если они и возникают, то страдают от них твои противники или напарники. Сам ты выберешься сухим из воды.
— Вот-вот!
— Подтверждаю, прочувствовал на своей шкуре.
— Ты аномально живучий, Нин Бувэнь.
Расклад ясен. Выпросить себе напарника не светит.
— Слушай, у тебя ведь есть пёс? — медленно произнес Соломон. — Помнится, это твой стартовый питомец, да и навык у него эволюционировал. Почему бы не призвать его?
— Он дома, с семьей сидит. Как я его сюда притащу?
— Проще простого, — Соломон достал карточку. — Карта [Призыв]. Держи. Мысленно назови кличку, и если между вами есть контрактная связь, он мгновенно окажется здесь.
Нин Бувэнь взвесил предложение. Всё лучше, чем ничего.
С какого перепугу он должен бродить один как перст, пока Сяо Син греется в лучах семейного счастья, тиская жену и щенка?
На Нин Бувэня накатила тоска. Неужели он докатился до того, что завидует собственной собаке?
Впрочем, виноват во всём исключительно Чэн Юйсюэ!
* * *
— Твой хозяин, похоже, опять меня поминает, — с улыбкой произнёс Чэн Юйсюэ, вытаскивая Сяо Сина из лежанки Сяо Бай.
Пёсик только-только наслаждался редкой лаской от супруги, вычёсывавшей ему шерсть, как оказался в воздухе. После эволюции он прибавил в весе, и хотя выглядел небольшим, весил ощутимо. В руках Чэн Юйсюэ, однако, он казался невесомым, словно пушинка.
Раньше Сяо Син из-за скудоумия и слабости не до конца осознавал опасность Чэн Юйсюэ — боялся лишь на уровне инстинктов. Теперь же, поумнев, он прекрасно чуял, насколько жуток этот человек, а потому висел смирно, лишь виляя хвостом.
— Похоже, его все бросили, — Чэн Юйсюэ потрепал пса за ухо. — Дам-ка я тебе немного силы, ступай помоги ему.
Сяо Син тихонько тявкнул в знак согласия.
Опустив пса на пол, Чэн Юйсюэ погладил его по голове и скармливал таблетку:
— Не бойся, это тебе только на пользу.
Сглотнув лекарство, пёс тут же отозвался на призыв Нин Бувэня и растаял в воздухе.
Чэн Юйсюэ с минуту стоял молча, затем подзвал Сяо Бай и принялся её гладить.
— Ему пора привыкать, — тихо пробормотал он. — Когда человек кардинально отличается от остальных, даже близкие друзья не смогут вечно идти с ним бок о бок.
Вэнь Дуодо и остальные, возможно, просто отшучивались, но подсознательно понимали: Нин Бувэнь — совсем из другой категории.
В деле его мышление кардинально отличается от стандартного. Одному ему действовать куда проще — не нужно отвлекаться на спасение тех, кто путается под ногами.
Орёл не может вечно летать в одной стае с воробьями.
Каждый игрок из верхушки рейтинга Пандоры — одиночка. И Нин Бувэнь шаг за шагом ступал на тот же путь.
Чэн Юйсюэ подхватил Сяо Бай и исчез. Пройдёт ещё немного времени, и он, пожалуй, отведёт Нин Бувэня на встречу с главным командиром Легиона Паньгу.
* * *
Карта [Призыв] в руках Нин Бувэня рассыпалась пеплом, и перед ним возник Сяо Син.
Правда, пёс выглядел слегка иначе.
— Сяо Син, ты что, из купальни? Шерсть выглядит до неприличия роскошно.
Нин Бувэнь провел рукой по его спине — мех на ощупь напоминал дорогой шелк. Раньше шерсть была мягкой, но чуть жестковатой, а теперь к ней хотелось прикасаться бесконечно.
Сяо Син отреагировать словами не мог, а потому пару раз тявкнул и потерелся о ногу хозяина, выражая радость от встречи.
— А твоя собака, похоже, весьма упитанная и вкусная, — подал голос А-Чжи, задумчиво разглядывая пса и отложив лакомства.
Сяо Син мгновенно вздыбил холку.
— Тише-тише, не съест он тебя, — Нин Бувэнь поспешно погладил пса и строгим тоном обратился к пауку: — Господин А-Чжи, это мой стартовый питомец, я его с таким трудом выстроил! Пожалуйста, не надо его есть.
— Понял, — с искренней досадой вздохнул А-Чжи, не сводя глаз с пухлых собачьих лап. — Просто из него убрали все примеси. Даже сырым бы отлично зашло.
— Кхм! Ну, раз мы распределились, вам пора в путь! — Нин Бувэнь прижал пса к себе, намекая, что гостям пора и честь знать.
С этим гигантом держи ухо востро — он же сожрёт всё, что движется.
— Господин А-Чжи, идемте.
— Да, тут наверняка найдутся другие вкусности.
— У меня в пространственном хранилище как раз есть вяленое мясо с разными вкусами, сейчас достану!
Вэнь Дуодо и Соломон подхватили А-Чжи под руки, Ань Були уже на ходу выуживал снеки, а Касо суетился рядом, ублажая всемогущего покровителя.
Глядя на гору еды и на насторожённого Нин Бувэня, А-Чжи с сожалением отвернулся и пошёл за остальными.
Нин Бувэнь облегчённо перевёл дух, только когда силуэты группы скрылись из виду.
— Нынче и на секунду расслабляться нельзя, — вздохнул он, едва не потеряв собственного пса. — Ух, ну и тяжеленный ты стал! — Нин Бувэнь приподнял Сяо Сина. — Видать, у Чэн Юйсюэ тебя кормили на убой.
«Гав!» — пёс явно хотел похвастаться сыном, который вымахал уже выше отца и пошёл весь в мать!
— Ладно, идём вдвоём на разведку, — улыбнулся Нин Бувэнь. — Как в старые добрые времена.
* * *
Тем временем на другом конце улицы:
— Дуодо, может, мы всё-таки переборщили? Надо было кому-то остаться с Бувэнем, — сомневаясь, проговорил Ань Були.
— Мы не можем нянчиться с ним всю жизнь, — Вэнь Дуодо проявил неожиданную хладнокровность. — Ты разве не заметил? Чэн Юйсюэ близко общается с Бувэнем, но ты хоть раз видел, чтобы он таскал его за собой по испытаниям?
Единственным исключением было испытание [Исполнение желаний], да и туда Нин Бувэнь проник «контрабандой».
Хоти Чэн Юйсюэ, он бы провел Нин Бувэня через любые опасности, гарантируя молниеносный рост и абсолютную безопасность. Но он этого не сделал. Он вообще не вмешивается в его действия, даже если они смертельно опасны.
— Если мы будем таскаться за ним, то только свяжем ему руки. У нас свой стиль, у него — свой. Разделиться — лучшее решение для всех. К тому же... вам правда хочется вечно плясать под его дудку?
Каждый из собравшихся здесь был гением, пробившимся через сотни конкурентов. До встречи с Нин Бувэнем каждый являлся ярчайшей фигурой среди игроков.
Но рядом с Нин Бувэнем они подсознательно уступали лидерство, перелагая решения на него. Ведь Нин Бувэнь всегда прав.
Это удобно. Но это не путь сильнейших.
Слова Вэнь Дуодо погрузили команду в молчание.
Они ведь собирались превзойти Нин Бувэня. Что изменилось? Дружба? Нет, просто они внутренне признали поражение.
— Ничего страшного, — вдруг подал голос А-Чжи. — Осознать, что кто-то сильнее тебя — это нормально. В Пандоре выживает сильнейший. Я начинал маленьким паучком, Чэн Юйсюэ тоже когда-то был простым «пушечным мясом». Главное — жить дальше. Время — самая непреодолимая магия в мире, так Сынань говорит.
* * *
Нин Бувэнь с Сяо Сином не привлекали к себе лишнего внимания. В Племени Алмаза игроков-призывателей хватало, так что прогуливающийся со своим зверем человек никого не удивлял.
Призыватели вообще держались особняком, обладая сильным чувством цеховой солидарности. Даже Соломон с его растительной конституцией нашел общий язык с А-Чжи. Для призывателей зверь — это не просто инструмент. Если хозяин корыстен или лжив, зверь не станет ему подчиняться.
В племени даже проводились бои зверей, правда, желающих выставлять питомцев было немного: в каждого зверя вкладывались огромные средства, и рисковать их жизнью ради забавы никто не хотел.
Когда Нин Бувэнь встал в очередь с листовкой, к нему тут же обратилась пара призывателей:
— Парень, твой пёс не выглядит бойцовым. Не стоит выставлять его на этот турнир.
— Согласен, бессмысленная бойня.
Нин Бувэнь выдавил горькую ухмылку, словно принимая тяжелейшее решение:
— Если бы у меня был выбор, я бы ни за что не отправил его на ринг. Но ситуация безвыходная...
— Что случилось, брат?
— Ради чего так рисковать?
— Следующим моим испытанием станет штрафной режим, — тяжко вздохнул Нин Бувэнь. — В прошлом испытании я пожадничал и едва не погиб. Пришлось экстренно использовать карту выхода. Теперь мне предстоит пройти пять штрафных испытаний подряд... Все ресурсы истощены. Этот турнир — единственный способ быстро достать карты.
Окружающие ахнули:
— Пять штрафных?!
— Ну ты и попал, брат...
— Впрочем, то, что ты сумел вырваться — уже чудо. В испытаниях ранга A и выше карты выхода просто не работают.
— Вот-вот.
Нин Бувэнь прижал к себе Сяо Сина. Пёс понимающе затянул тоскливое «у-у-у», безупречно отыгрывая роль.
— Я просто хочу знать: если я побежу, смогу ли встретиться с представителем племени? Сможет ли он помочь мне пройти штрафной режим? — спросил Нин Бувэнь, глядя на них с надеждой заплутавшего путника.
— Вроде бы победители прошлых турниров действительно ходили на аудиенцию к представителю... Но потом о них ничего не было слышно.
— Хотя постойте! — вспомнил один из игроков. — Один парень, выиграв, попросил не карты, а кучу красавиц! Заявил, что хочет наслаждаться жизнью.
— Ха, дурак! Зачем ему бабы, если шкура на кону?
Нин Бувэнь молча впитывал информацию.
Касо упоминал, что в Племени Алмаза находится осколок [Похоти]. И желание победителя получить «кучу красавиц» идеально вписывалось в эту концепцию.
Случайность? Вряд ли.
Значит, победить в турнире и встретиться с главой — первостепенная задача.