Веки Чэн Юйсюэ слегка дрогнули. В глазах Нин Бувэня это выглядело настоящим чудом.
Неужели он наконец очнется?
В груди Нин Бувэня вспыхнула надежда — такой ликующей ярости он не ощущал за всё время пребывания здесь.
Стоит Чэн Юйсюэ прийти в себя, и они найдут ключ к разгадке. Найдут способ выбраться из этого финального испытания. И тогда игрокам больше не придётся волнами идти на верную смерть.
Очнись он хотя бы на пару минут раньше — и скольких бы жизней удалось избежать!
Тело Чэн Юйсюэ медленно наливалось живым теплом. Человек возвращался с той стороны.
И именно в этот миг маленькая девочка, доселе неподвижная, сорвалась с места.
— Прикройте меня!
Это была единственная фраза, которую выдохнула бывшая участница.
Бывшие игроки тут же ринулись к ней, намереваясь расчистить дорогу.
Но пробиться оказалось не так-то просто.
— Эй, вы! — один из участников насмерть вцепился в руку некогда легендарного мастера. — Собрался на помощь? А у меня разрешения спросить не забыл?!
— Вот именно! Проявите хоть каплю уважения к тем, кто вот-вот станет покойником!
— Мёртвые требуют почтения, разве вас этому не учили?
Видя, что Чэн Юйсюэ на грани пробуждения, живые игроки взревели от отчаяния. Они заступали дорогу грудью, не позволяя никому приблизиться к странной девчушке — не только ради Чэн Юйсюэ, но и в память об уже павших товарищах.
Семёрка бывших сильнейших игроков Пандоры, гордость и цвет своих эпох, увязли в несмолкающем человеческом потоке. Они порывались вперёд, стремились на выручку девочке, но не могли сделать и шага.
Сколь же ничтожна сила отдельного человека!
Вся грандиозная мощь легендарных бойцов рассыпалась в прах перед этой живой, непреодолимой стеной «слабаков».
Девочка не остановилась, даже когда поняла, что соратники не пробьются к ней. Напротив, она прибавила ходу.
Ей нужно было опечатать Чэн Юйсюэ до того, как тот успеет произнести хоть слово. В этом заключалась их главная задача.
Нин Бувэнь уже встал в защитную стойку.
Он выгреб из запасов абсолютно всё: защитные карты, редчайшие артефакты — этой заслоны хватило бы, чтобы выдержать ядерный удар. Но даже так Нин Бувэнь не смел расслабляться.
Эти покойники были слишком сильны. И слишком безумны.
А Пандоры рядом не было.
Девочка действовала быстрее, чем Нин Бувэнь мог предположить. На вид хрупкая и беспомощная, она обладала чудовищной, сокрушительной силой. С ходу, не задумываясь, она протаранила три защитные карты ранга S. Лоб её превратился в кровавое месиво, но она даже не затормозила.
Жуткое зрелище.
Лишённые собственного «я», рабы Пандоры тупо и непреклонно следовали заложенной цели. Была ли эта цель их собственной при жизни — значения больше не имело.
Но Нин Бувэнь поклялся удержать рубеж. Чего бы это ни стоило!
Пальцы сжались на Кольце вероятностей.
Девятикратный залп!
Защитные карты были лишь приманкой, усыпляющей бдительность. Настоящая защита — это всегда стремительное нападение.
А невидимое, незримое Кольцо вероятностей — его главный козырь.
Нин Бувэнь и не рассчитывал сбить противницу с ног прямым ударом. Его целью были её руки!
Пробивая щиты, девочка предпочла принять удар корпусом, но защитила ладони. Значит, руки — главный инструмент для наложения её заклятия.
Лиши её рук — и атака захлебнётся!
Удар Кольца вероятностей разделился на два луча: левый и правый ударили по плечам девочки. Для верности Нин Бувэнь метнул следом еще несколько штурмовых карт.
Секунда.
Две.
Три.
Сейчас!
Затаив дыхание, Нин Бувэнь вырос прямо перед Чэн Юйсюэ.
— Я сдаюсь!
Девочка на миг растерялась от столь абсурдного заявления. Но в схватке мастеров мгновение замешательства равносильно смерти.
Первый импульс Кольца вероятностей разнёс её правую руку. Конечность просто стёрлась, будто её ластиком смахнули, — ни единой капли крови.
Есть! Половина дела сделана!
Теперь левая!
Но девочка в последнюю долю секунды изогнулась, подставив под второй удар отсечённое правое плечо.
Половина её тела исчезла, превратилась в ничто, но она продолжала двигаться!
Нин Бувэнь, стиснув зубы, выбросил карту 【Огненное пламя】. Стена бушующего огня должна была сдержать безумную тварь.
Огонь взвился до небес. Девочка наконец замедлила бег.
Потеряв половину туловища, она не ощущала боли, но удерживать равновесие на одной ноге становилось всё сложнее.
Пока противница увязала в пламени, Нин Бувэнь активировал волшебный ковёр. Лежащего Чэн Юйсюэ мгновенно окутала ткань, и артефакт взмыл в воздух.
Девочка дернулась следом за улетающим Чэн Юйсюэ, но Нин Бувэнь перекрыл ей обзор.
— Прости, крошка, твой противник — я, — с улыбкой проговорил он. — Хочешь догнать его — сначала убей меня.
Он был готов. Другие отдавали жизни за этот шанс, чем он лучше?
Девочка не собиралась тратить время на пустые разговоры. Единственной оставшейся рукой она вытащила из кармана карту лечения и прямо на глазах у Нин Бувэня исцелила все свои повреждения.
Нин Бувэнь застыл.
Откровенное жульничество!
Они же мертвы! Откуда у них лечебные карты?! Что за сказки про «отсутствие сознания»?!
Гнев и досада застряли в горле, но спорить с правилами Пандоры было бесполезно. Оставалось одно — стоять насмерть.
Чэн Юйсюэ вот-вот очнётся. Если продержаться ещё немного, они, может быть, даже успеют попрощаться.
— Думаешь, остановить меня — значит победить? — вновь подала голос девочка. — Мы пришли сюда не одни.
Нин Бувэнь впервые почувствовал, как к горлу подступает ледяной ужас.
Он обернулся и оцепенел.
Немодулированный NPC держал в руках тот самый волшебный ковёр, на котором должен был улететь Чэн Юйсюэ. Существо молча наблюдало за происходящим.
Какая фатальная оплошность.
Он и подумать не мог, что на стороне покойников окажутся местные NPC!
— Отдай, — выдохнул Нин Бувэнь. Он спиной чувствовал, что девочка готовит удар.
Но ему было всё равно.
Коли пришёл черёд умирать, какая разница, как именно тебя прикончат?
Атака девочки ударила Нин Бувэню в спину.
Способность 【Опечатывание】 разила не только «бессмертных». Она действовала на всех.
Девочка рассудила здраво: человек, стоящий перед ней, опасен не менее Чэн Юйсюэ. А значит, его тоже следует убрать.
NPC посмотрел на Нин Бувэня с искренней жалостью.
— Вы проиграли.
И прежде чем Нин Бувэнь успел сделать шаг, NPC выхватил длинный клинок и с силой вогнал его в свёрток на ковре.
Прямо в сердце Чэн Юйсюэ.
Алая кровь брызнула на ткань.
"Нет!.."
Крик застрял в гортани. Нин Бувэнь вместе с ковром рухнул на землю.
Всё было кончено.
Печать начала наливаться силой.
На Нин Бувэня накатила тяжелая, наваливающаяся на плечи дремота.
Так хочется спать...
Ужасно хочется спать.
Веки налились свинцом.
Может, так даже лучше? Просто заснуть.
Он правда сделал всё, что мог.
"Прости. Я всё-таки проиграл."
"Первый раз в жизни я проиграл так разгромно. Но ведь это финальное испытание, верно? Я ведь дошёл до самого конца... Неужели я не заслужил хоть немного похвалы?.."
Нин Бувэнь с глухим стуком упал на траву.
Боли он уже не чувствовал.
Чэн Юйсюэ в окровавленном ковре так и не очнулся.
— Задача выполнена, — NPC оглядел двоих: одного опечатанного, второго — навеки увязшего в первозданном филиале без шанса вернуться. Существо удовлетворённо улыбнулось. — Ну вот и всё...
Договорить он не успел.
Из его груди вдруг выросла когтистая ладонь.
— С трудом вернул человека к жизни, а вы его снова в гроб загоняете. Какая досада, — Жадность с хрустом сжал пальцы, превращая сердце NPC в кровавое месиво. — Вы создаете мне слишком много хлопот.
Девочка чутко уловила опасность и ринулась прочь.
Но не успела сделать и двух шагов, как её тело прямо на бегу стало покрываться серым камнем.
— Раз уж решилась стать частью этого мира — возвращайся к своей истинной природе.
Каменное изваяние рассыпалось, превратившись в чистый, звонкий ручей, побежавший между деревьями.
Ночь отступила. Из-за горизонта медленно поднималось солнце.
Золотые лучи озарили изувеченный лес, придав ему странное, умиротворенное величие.
Игроки с изумлением увидели, как бывшие мастера Пандоры один за другим прекратили атаки. Их тела на глазах меняли форму.
Кто-то превратился в утёс.
Кто-то стал горстью плодородной земли.
Кто-то рассыпался пышной цветочной клумбой.
А некоторые просто растаяли в воздухе, и густой запах крови мгновенно сменился ароматом свежей хвои.
— Всё... всё кончилось? — Выжившие игроки с трудом поднимались с земли, помогая встать тяжелораненым товарищам.
— Мы победили?.. Или проиграли?..
Ответа не было.
Повсюду, насколько хватало глаз, лежали тела павших.
Тех, кто устоял на ногах, можно было пересчитать по пальцам.
Оставалось лишь уповать на новые отряды, спешившие к эпицентру. У них должны быть лечебные карты. Они смогут вытащить раненых с того света.
Наступил новый день.
Жадность, опираясь на элегантную трость, неторопливо подошёл к неподвижным телам Нин Бувэня и Чэн Юйсюэ.
— О, а ты ещё дышишь, — Босс Тань наклонился над Нин Бувэнем, на губах его играла мягкая улыбка. — А Чэн Юйсюэ почти проснулся. Какая досадная оплошность.
Великие дела от великих поражений часто отделяет лишь волосок.
Крошечный промах — и исходы разнятся разительно.
Жадность приложил ладонь к груди Нин Бувэня, медленно снимая путы печати.
— Кх-кх-кх!..
Нин Бувэнь забился в судорожном кашле, словно тонущий, которого в последний миг вытащили из воды.
— Чэн Юйсюэ!
Первым делом он метнулся к ковру.
Ткань насквозь пропиталась алой кровью.
— Он обладатель 【Бессмертия】, это верно, — отстраненно произнёс Жадность, ничуть не обидевшись на то, что его проигнорировали. — Но его дух из-за телесных повреждений застрял в первозданном филиале. Боюсь, теперь уже навсегда.
Нин Бувэнь не слушал. Пальцы его дрожали, он пытался отдернуть край ковра, дотронуться до Чэн Юйсюэ.
Но руки не слушались.
Почему ковёр такой тяжелый?
Почему он не поддаётся?
— У тебя есть шанс спасти его, — Жадность присел на корточки, поймав блуждающий, смутный взгляд Нин Бувэня. — Ты забыл? У тебя ведь есть способность. И сейчас перед тобой два пути.
Первый: используй свое желание, чтобы вернуть Чэн Юйсюэ. Он очнется и назовет тебе ключ к разгадке. Вот только гарантирует ли этот ключ успешный финал — большой вопрос.
Второй, — Жадность понизил голос, — используй силу и пожелай уничтожить этот мир. Призови сюда конец света. Испытание тут же зачтётся как пройденное, и вы заберете Чэн Юйсюэ с собой. Выбравшись из финального испытания, он, возможно, очнется. А возможно, и нет. Его случай слишком запутанный, я ничего не могу обещать.
— Два пути. Выбирай, — тихо закончил Босс Тань.
Нин Бувэнь медленно повернул голову, всматриваясь в лицо собеседника.
— Только... эти два?
— Разумеется, — Жадность продолжал мягко, искусительно нашёптывать. — Не заставляй свой дар пылиться. Пандора наделяет такой силой лишь тех, от кого ждет решений. Воспользуйся ты желанием с самого начала — и никто бы не погиб! Вы бы давно были дома. Скольких смертей можно было избежать! Это была ваша ошибка. Но теперь нельзя ошибаться снова.
В душе Нин Бувэня что-то качнулось.
Если они действительно сплоховали, перестраховавшись в самом начале... быть может, сейчас самое время всё исправить?
Столько людей погибло. Чэн Юйсюэ сгинул в глубинах первозданного филиала.
Неужели они и правда ошиблись?..
— Ну же, примени силу, — Жадность едва сдерживал торжество, голос его дрожал от предвкушения. — Стоит тебе пожелать — и этот мир исполнит всё, что ты задумал.
— Я... — Нин Бувэнь замешкался.
Разум твердил: даром ничего не даётся.
Чем могущественнее способность, тем страшнее плата за неё.
Они с Чэн Юйсюэ с самого начала решили: желание — крайняя мера. Нельзя просить о чём-то масштабном и неосуществимом.
Но остался ли у него выбор?
— Чего ты ждёшь?! — тон Жадности резко изменился. — Если не хочешь использовать силу — уходи! Иди к выжившим, посмотри им в глаза и скажи, что их друзья гибли зря! Что всё это было пустым фарсом!..
— Замолчи! — Нин Бувэнь с пылающими от гнева глазами уставился на Жадность. — Босс Тань, ты клянёшься, что в твоих словах нет ни капли корысти?! Ты мой кредитор, но ты никогда не вмешивался в мои дела. С чего вдруг такая забота?!
— Быть может, потому что финал уже близко? — Жадность даже не попытался уклониться от прямого взгляда. — Я хочу закончить это испытание быстрее, чем кто-либо другой. Прости мне мою нетерпеливость. Но ты и сам понимаешь: я прав. У тебя остались только эти два пути.
Нин Бувэнь смолк.
Отступать было некуда.
Он медленно протянул руку и коснулся щеки Чэн Юйсюэ. Кожа ещё сохраняла едва уловимый остаток тепла, но оно стремительно утекало. Скоро перед ним останется лишь хладный труп.
А тот Чэн Юйсюэ, что останется жить в ином мире, будет навсегда потерян для него.
— Я желаю... Я...
Нин Бувэнь только открыл рот, и губы Жадности уже расплылись в победной ухмылке.
И в то же мгновение Кольцо времени на пальце Нин Бувэня вспыхнуло ослепительным, ярким светом, полностью поглотив его фигуру.
Лицо Жадности перекосило.
Он совсем забыл про этот проклятый артефакт!
* * *
— Небувэнь.
Нин Бувэнь открыл глаза. Его сознание пребывало в до боли знакомом месте.
Это был Глубокий сон — то самое место, куда его однажды приводил Чэн Юйсюэ.
Вот только теперь здесь стояли еще с десяток Чэн Юйсюэ. Внешность, осанка, взгляд — абсолютно одинаковые.
Они были фантомами, порожденными смертью его тела в первозданном филиале.
"Неужели... он умер там еще четырнадцать раз?!"
Нин Бувэню показалось, будто его тело пронзила глухая боль.
— Прости, Бувэнь. Я умудрился умереть там еще четырнадцать раз, — один из 【Чэн Юйсюэ】 шагнул вперёд. — Первичный тело-дух застрял в первозданном филиале и не может вырваться. Ему ничего не оставалось, кроме как вновь затянуть тебя сюда. А нам, остаточным воспоминаниям о его смертях, поручено передать тебе ключ к финалу.
— Ты действительно нашёл ключ?! — Нин Бувэнь встрепенулся.
— Нашёл, — 【Чэн Юйсюэ】 тихо улыбнулся. — Там, в первозданном филиале, я увидел многое. Игроки первого поколения были истинными гениями. Их разум, сила и проницательность находились на недосягаемой для нас высоте. Но именно собственный ум и погубил их. Я видел, как ради создания «высших игроков» они проводили чудовищные эксперименты; видел, как они рукотворно создавали филиалы, желая познать их природу; видел, как жажда бессмертия привела их к краху.
— А в самом конце, у границы истины, мне явился сон, — подхватил другой 【Чэн Юйсюэ】. — Я видел там тебя, видел Цзи Сина, видел самого себя.
— Какой сон? — Нин Бувэнь нахмурился. — Разве сон можно увидеть со стороны?
— Представь себе, можно, — все четырнадцать 【Чэн Юйсюэ】 одновременно усмехнулись.
— В самом конце первозданного филиала лежит младенец.
Обычный новорожденный младенец. Не слишком красивый, не уродливый — просто маленький человеческий ребёнок.
А всё наше финальное испытание — это лишь его кошмар.
Если уничтожить этот мир, младенец умрёт. И этим ребёнком можешь оказаться ты, могу оказаться я, или любой из тысяч игроков нашего мира. А может, это просто ни в чём не повинная жизнь.
Мы не можем допустить его смерти. Но мы можем пробудить его от этого кошмара.
— Как? — прямо спросил Нин Бувэнь.
— Пандора уже дала тебе нужный инструмент, — 【Чэн Юйсюэ】 тепло улыбнулся. — Не верь Жадности. Делай так, как я скажу.
— Хорошо, — без колебаний отозвался Нин Бувэнь.
* * *
В следующую секунду Нин Бувэнь распахнул глаза. Жадность впился в него немигающим, тяжелым взглядом.
— Кого ты только что видел?
Нин Бувэнь спокойно, сдержанно улыбнулся:
— Вас это не касается, босс Тань. Я начинаю загадывать желание.
Жадность больше не мог сохранять хладнокровие. Победа была так близко, он не мог позволить ей выскользнуть из рук!
— Не волнуйтесь, босс Тань. Я подарю вам вечную смерть, — Нин Бувэнь повернулся к нему. — Пожалуйста, подождите в стороне.
Жадность оторопел.
Неужели Чэн Юйсюэ действительно нашёл разгадку?!
Невероятно!
Даже он, будучи специальным консультантом, не знал верного способа пройти этот мир. Дар Нин Бувэня был единственным возможным ключом!
А в глубине сознания эхом звучали голоса 【Чэн Юйсюэ】:
«Используй карту ранга SS 【Бесконечное копирование】»
Нин Бувэнь вытащил свою единственную карту класса SS.
«Бувэнь, начинаем».
— Хорошо, — тихо выдохнул Нин Бувэнь.
«Активировать карту 【Бесконечное копирование】!» — скомандовал 【Чэн Юйсюэ】.
— Скопировать особенную способность Чэн Юйсюэ — 【Бессмертие】, — вслух произнёс Нин Бувэнь. — Объект применения — все жители этого мира.
Глаза Жадности медленно поползли на лоб.
Что он... что он творит?!
Даровать бессмертие каждому жителю этого мира?!
— Я желаю, — Нин Бувэнь смотрел, как карта ранга SS обращается в прах, и одновременно направлял всю силу своего дара на окружающую реальность. — Я желаю, чтобы люди этого мира, прежде чем обрести 【Бессмертие】, увидели прекрасный сон — такой, памяти о котором хватит на всю жизнь!