Первым, с кем Нин Бувэнь вознамерился свести знакомство в Сасиме, стал местный игорный барон — хозяин крупнейших казино города.
Наводить мосты куда разумнее с той сферы, где разбираешься лучше всего. А уж если учесть, что население Сасима состояло сплошь из прожжённых пройдох, азартные игры, выпивка и разврат считались здесь не просто развлечением, а образом жизни. Так что выйти на главного дельца игорного бизнеса труда не составило: достаточно было спросить любого встречного. Все как один называли единственное имя — у этого человека попросту не имелось соперников.
— Виконт... Национальность неизвестна, настоящее имя неизвестно, возраст неизвестен, — пробормотал Нин Бувэнь, разглядывая скудную выписку. Его лицо заметно омрачилось. — Из десяти казино Сасима семь принадлежат лично ему. По слухам, имеет собственную гильдию наёмников, завязан на влиятельные финансовые синдикаты и к тому же действительно сподобился получить дворянский титул из рук королевы государства X?
— Сэр, поднять на него более подробное досье невозможно, — со вздохом признался Майк. — Фигуры такого размаха подчищают за собой все концы. Наш уровень доступа слишком мал: даже если мы взломаем центральную базу данных, ничего стоящего там не найдём.
Теневая сторона этого мегаполиса оказалась куда темнее и глубже, чем они предполагали. Прекрасно зная, сколько заядлых рецидивистов укрывается в стенах Сасима, они имели ордера на арест всего лишь двух десятков. Видеть перед собой крупную рыбу и не иметь возможности подцепить её на крючок — удовольствие сомнительное. Впрочем, Майк находил в этом своеобразное утешение: в его родной стране крупная буржуазия то и дело уходила от ответственности, прикрываясь легионами высокооплачиваемых адвокатов. Так чем Сасим хуже?
— Ладно, ты отлично поработал, — Нин Бувэнь понимал, что требовать от рядового копа невозможного бессмысленно. — Иди отдыхай, смену ты отработал. Дальше я сам.
— Сэр, поимка преступников — дело благородное, но не рискуйте понапрасну, — на прощание предостерег его Майк. — У инспектора Риты отряд понёс тяжелейшие потери. Сама она до сих пор без сознания в больнице. Нападавшие палили прямо из гранатомётов — весь отдел разнесли к чертям. Ещё несколько офицеров из других стран получили такие увечья, что завтра их срочно эвакуируют на лечение.
По сути, это означало одно: подкошенные ранениями игроки вот-вот вылетят из испытания, потеряв квалификацию.
— Не переживай, — ухмыльнулся Нин Бувэнь. — Кстати, не подскажешь, в какую больницу их отвезли?
— Здесь всего одна больница, — без колебаний ответил Майк. — А зачем вам, сэр?
— Мы всё-таки коллеги, — с мягкой улыбкой проговорил Нин Бувэнь. — Навещу раненых, нанесу визит вежливости.
Упустить подобный случай и не вытрясти из подбитых коллег пару-тройку ценных артефактов было бы непростительным транжирством. Прежде чем отправляться на поклон к Виконту, Нин Бувэнь решил заглянуть к покалеченным игрокам.
Предметных карт много не бывает.
В его арсенале как раз пылилась карта группового исцеления. Тратить такой ресурс исключительно на себя — чистейшая расточительность, к тому же для собственных нужд у него имелась индивидуальная карточка лечения. А вот то, что все пострадавшие участники оказались собраны в одном месте, упрощало задачу до предела.
Судя по всему, ранения они получили катастрофические. Будь у них в запасе целебные карты, они бы давно привели себя в норму, а не валялись на койках, балансируя на грани вылета.
В Легионах Ной и Свобода, по слухам, карты лечения ценились на вес золота и служили твёрдой валютой. В отличие от их собственного легиона, где хождение артефактов было относительно свободным, там верхушка монополизировала лечебный ресурс. Высокоуровневые карты изымались под чистую, превращаясь в инструмент жёсткого контроля над строптивыми игроками.
В то время как Легион Паньгу опирался на коллективизм и взаимовыручку, иностранные легионы продвигали культ крайнего индивидуализма. А чтобы держать этих «героев-одиночек» в узде, удержание дефицитных целебных карт подходило как нельзя лучше.
Что же, для Нин Бувэня это открывало блестящие перспективы подзаработать.
В конце концов, шанс обменяться картами с представителями чужих легионов выпадал только в таких специфических призовых испытаниях. А помощь, оказанная в критический момент, ценится вдвое дороже.
Будь на его месте кто-то другой, он бы искренне радовался сокращению числа конкурентов. В обычных условиях Нин Бувэнь и сам был бы не прочь устранить соперников, но в текущем испытании стандартные шаблоны не работали.
На весь Город греха имелось лишь одно медицинское учреждение, хотя назвать эту захудалую клинику больницей можно было разве что с очень большим преувеличением.
Местный эскулап считался в Сасиме фигурой неприкосновенной: желающих портить отношения с единственным врачом на весь мегаполис среди бандитов не находилось.
Когда Нин Бувэнь в форме инспектора полиции переступил порог клиники, он мгновенно приковал к себе десятки враждебных взглядов. В палатах, помимо игроков-копов, хватало и местных головорезов. Увидев заявившегося без приглашения полицейского, они мрачно насупились, глядя на него как на лютого врага.
Врач, повинуясь какому-то подобию профессиональной этики, попытался было преградить путь непрошеному гостю, но Нин Бувэнь с барского плеча отстегнул ему несколько тяжёлых золотых слитков. Преграда тут же испарилась.
«Главное — чтобы обошлось без трупов», — уяснил для себя доктор и отошёл в сторону.
Демонстративное поведение Нин Бувэня вызвало бурную реакцию. А уж когда тяжелораненые игроки увидели перед собой улыбающегося коллегу, их лица и вовсе потемнели.
Заявиться к беспомощным людям прямо перед их дисквалификацией... Не пришёл ли он решительно добить конкурентов?
Лежавшие на носилках игроки подлечились лишь базовыми или средними картами — ровно настолько, чтобы не испустить дух. Даже те, у кого в запасе оставалось что-то получше, были не в том состоянии, чтобы дать Нин Бувэню полноценный отпор. И хотя все они являлись выходцами с Земли, в мире Пандоры хватало законченных психопатов, так что терять бдительность никто не собирался.
— Выглядите, прямо скажем, паршиво, — Нин Бувэнь придвинул табурет, уселся поудобнее и с дружелюбной ухмылкой оглядел собравшихся.
— Из какого ты легиона?
— Мы и так выбываем. Но если вздумаешь нас прикончить — поверь, у нас хватит сил прихватить тебя с собой на тот свет!
— Парень, знай меру. Не стоит загонять зверей в угол.
Игроки не блефовали. Если дело дойдёт до смертельной схватки, у каждого в рукаве найдётся пара отчаянных козырей. Просто редкие артефактные карты добываются с таким трудом, что пускать их в ход без крайней нужды никто не хотел.
Призовые испытания редко заканчивались гибелью участников. Рассудив так, многие предпочитали не выкладывать все козыри на стол ради сомнительного шанса удержаться в игре.
Именно этой слабостью Нин Бувэнь и вознамерился воспользоваться.
Окинув палату быстрым взглядом, Нин Бувэнь отметил про себя отсутствие Риты. Впрочем, чему удивляться? Будучи высокоуровневым оборотнем, она наверняка владела мощными картами регенерации. Зря штаны на каталках здесь просиживали лишь середняки, не сумевшие скопить приличного арсенала.
— Кажется, между нами возникла некоторая неловкость, — Нин Бувэнь блекло улыбнулся, блеснув ровным рядом белых зубов. — Я пришёл не убивать вас. Я пришёл вас спасти.
Насмешливые слова заставили раненых замереть. Слабоумных среди попавших в призовой филиал не было — каждый отлично понимал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
— Чего ты хочешь? — подал голос игрок, лишившийся левой ноги по самое колено.
— Скорее, вопрос в том, что есть у вас, — Нин Бувэнь подпёр подбородок ладонью. — У меня при себе высокоуровневая карта группового исцеления ранга A. Она способна поднять вас на ноги и вернуть в строй абсолютно невредимыми. Самые ценные сокровища из ваших сумок мне не нужны. Но неужели вам не обидно? Вы с таким трудом пробились в призовое испытание, а теперь готовы так просто сдаться и вылететь?
Нин Бувэнь сейчас был гол как сокол, поэтому упускать возможность набить карманы не собирался. Что поделать — в систему Пандоры он попал позже остальных и за плечами имел от силы пару-тройку миров. Кабы не стабильные оценки не ниже ранга B за прохождение, он бы до сих пор перебивался с хлеба на воду без единой стоящей карты.
—... И каковы твои условия? — наконец спросил один из покалеченных.
Нин Бувэнь попал в точку. Попасть в призовой филиал — огромная удача, и уходить ни с чем, когда есть хоть малейшая зацепка, никому не хотелось.
— Моя карточка — честного ранга A. Так что я не прошу невозможного: с каждого по одной предметной карте ранга A и парочке ранга B. И мы в расчёте.
«Не прошу невозможного?!»
Будь у раненых способность убивать взглядом, Нин Бувэнь уже превратился бы в горстку пепла.
— Ты за одну-единственную карту хочешь содрать с нас целое состояние?! — с возмущением выкрикнул кто-то. — Нас тут семеро!
Обменять одну групповую лечилку на семь артефактов ранга A и четырнадцать ранга B?! Это же грабёж средь бела дня!
— Карточка действительно всего лишь ранга A, но ведь ни у кого из вас альтернативы нет, верно? — Нин Бувэнь невинно похлопал ресницами. — Посудите сами: я ведь не ставлю условий по типу и свойствам карт. Главное — соответствие рангу. У каждого из вас наверняка валяются отличные, но бесполезные лично для вас вещицы. Отдайте их мне. Зато вы останетесь в игре! И даже если не поймаете ни одного преступника, финальные бонусы с лихвой перекроют стоимость одной A-карты и пары B-карт, разве не так?
Реши он обменять эту карту внутри своего легиона, максимум, на что мог рассчитывать — три карты ранга A. Сейчас же он откровенно занимался мародёрством и вымогательством.
Впрочем, какая разница? Наглость — второе счастье. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского.
— Даю вам пять минут на размышления, — с мягким нажимом произнёс Нин Бувэнь. — На рассвете вас автоматом дисквалифицируют. Проделать такой путь и вылететь из-за глупого упрямства... согласитесь, обидно.
Сложив руки на груди, он умолк, предоставив игрокам возможность переварить предложение. Искусством психологического давления и точечных пауз он владел в совершенстве.
Как и следовало ожидать, не прошло и пяти минут, как пострадавшие пришли к согласию. Запросы Нин Бувэня кусались, но ради спасения карьеры в испытании пришлось сжать зубы. У каждого действительно завалялся хлам высокого ранга, который и выбросить жалко, и применить некуда.
— Ладно, мы согласны, — высказал общую мысль один из участников. — Но где гарантия, что ты не заберёшь карты и не сбежишь?
Если дело дошло до обсуждения гарантий — сделка считай в кармане. В жёстком мире Пандоры предательство было обычным делом, поэтому опасения игроков выглядели вполне обоснованно.
— Не волнуйтесь, — улыбнулся Нин Бувэнь. — Я приведу авторитетного поручителя. Обождите пару секунд.
Поручителя? Игроки переглянулись в замешательстве.
Спустя минуту Нин Бувэнь вернулся, таща за собой местного врача.
— Доктор, мы тут с господами проводим сделку. Они мне не доверяют, так что не согласитесь ли вы выступить гарантом? Если я нарушу слово и не вылечу их — можете прикончить меня на месте.
Спокойный тон, которым были произнесены эти слова, поверг в шок как игроков, так и самого эскулапа.
Игроки с самого начала нутром чуяли, что этот доктор — непростой персонаж. Но чтобы вот так запросто притащить ключевого NPC в качестве арбитра? Такого никто не ожидал!
Опытные участники знали: в высокоуровневых мирах Пандоры NPC обладают полноценным разумом. Руководители легионов всегда вдалбливали новичкам: выстроить хорошие отношения с местными — залог выживания. Но проворачивать такие трюки, привлекая важного персонажа к шкурным делам, не имеющим отношения к главному квесту... На такую наглость мало кто способен. Вдруг NPC выйдет из себя? Никакой выгоды для прохождения в этом не просматривалось, так зачем так рисковать?
Однако врач ответил на авантюру Нин Бувэня с удивительным спокойствием.
— Отчего же, согласен, — кивнул он.
— Вот видите! — расплылся в улыбке Нин Бувэнь. — Теперь-то вы мне верите?
Сомнений не оставалось. Игроки один за другим потянулись к своим инвентарям и извлекли требуемые карты.
Нин Бувэнь методично принимал оплату:
«О, отличная атакующе-боевая... Эта на защиту, тоже пригодится... Ого, ядовитое проклятие с массовым уроном? Забавная штуковина!»
Колода Нин Бувэня, доселе выглядевшая довольно скромно, на глазах разрасталась и наливалась силой. Вот уж поистине: хочешь разбогатеть — не жди милостей от судьбы, бери всё сам.
Спрятав добычу, Нин Бувэнь активировал заветный артефакт:
— [Активация: Групповое исцеление].
По палате разлилось мягкое сияние, окутавшее всех покалеченных участников.
— Процесс займёт около десяти минут. Я побуду здесь, чтобы никто не помешал вашей регенерации, — проявил заботу о клиентах Нин Бувэнь. Сервис должен быть на высоте — как-никак, перед ним сидели солидные спонсоры.
Целебный поток мягко баюкал раны. Игроки быстро оценили высокое качество карты: даже среди ранга A далеко не каждый артефакт обладал подобной мощью и такой глубокой регенерацией.
— Как тебя зовут? — поднявшись с носилок полностью здоровым, спросил первый из исцелённых.
— Нин Бувэнь. Из дочерней гильдии Легиона Паньгу, — ответил тот, не делая тайны из своего имени. — Если в будущем разживётесь интересными картами — милости прошу, обращайтесь в первую очередь ко мне.
— Договорились, — пристально посмотрев на него, произнёс игрок и спешно покинул клинику.
За ним последовал второй, третий... Вскоре палата опустела.
— Что ж, мне тоже пора. Благодарю за содействие, доктор, — Нин Бувэнь поднялся и слегка поклонился врачу.
— А ты любопытный малый, — заговорил тот, внимательно вглядываясь в Нин Бувэня. — Похоже, у тебя есть все шансы стать тем самым копом, который заберёт весь куш в этом городе.
— Спасибо на добром слове, — Нин Бувэнь не торопился уходить. — Раз уж вы считаете меня толковым парнем, не окажете ли ещё одну услугу? Мне требуется аудиенция у господина Виконта. Не могли бы вы черкнуть мне рекомендательное письмо?
— С какой стати мне тебе помогать?
— С той, что если моя сделка с Виконтом выгорит, я гарантирую: ваша клиника будет забита клиентами до отказа каждый день, а цены вы сможете ломить абсолютно любые, — Нин Бувэнь лучезарно улыбнулся. — Для вас это всего лишь пара строк на бумаге.
Доктор всматривался в него несколько секунд, словно взвешивая риски, после чего скупо кивнул:
— Идёт.
— Премного благодарен, — улыбка Нин Бувэня стала ещё искреннее. — А то я уж ломал голову, как подступиться к этому господину.
— И что бы ты сделал, если бы я отказал? — полюбопытствовал доктор.
— Ну... пожалуй, прошёлся бы по всем его игорным заведениям, — не задумываясь выдал Нин Бувэнь. — Оголял бы его кассы до тех пор, пока он сам не приполз бы со мной знакомиться.
— Тоже вариант, — хмыкнул врач. — Держи рекомендацию. Но учти: она не бесплатная.
— Вот как?
— Выиграешь в его казино десять миллионов. И все эти деньги отдашь мне.
— Давайте пятьдесят на пятьдесят, — тут же предложил Нин Бувэнь. — Если выигрыш окажется меньше десяти миллионов — заберёте всё. Если больше — делим чистый доход пополам.
Эскулап явно не ожидал такой наглости, но лишь качнул головой:
— Идёт.
Получив заветную записку, Нин Бувэнь остался доволен. Собственно, местная валюта сама по себе его не интересовала, но реакция доктора была показательной: раз NPC жаждет денег, значит, капитал в этом мире обладает реальным весом. Заиметь солидную сумму на карманные расходы явно не помешает.
Попрощавшись с врачом, Нин Бувэнь направился к ближайшему казино.
Спустя некоторое время в клинику ворвался ещё один игрок.
— А где раненые? Их же не должны были вывезти так рано!
— Опоздал ты, парень, — пожала плечами медсестра. — Пришёл тут один полицейский и всех разом вылечил.
— Что?.. Чёрт! — игрок стиснул зубы. Похоже, кто-то опередил его в игре по вербовке сторонников и завоеванию авторитета.
Нин Бувэнь даже не подозревал о метаниях конкурента — все его мысли были заняты предстоящим визитом в игорный дом.
Вообще-то, он давно завязал с азартными играми. Игромания — опасная трясина; стоит оступиться, и выкарабкаться будет невероятно трудно, особенно если ты вырос в городе, где рулетка и кости звенят на каждом углу. К счастью, наступивший апокалипсис быстро выбил из него дурь. Тот, кто не умеет обуздывать свои пороки, в новом мире долго не живёт.
Перед тем как шагнуть за порог, Нин Бувэнь мысленно одёрнул себя: расслабляться нельзя, даже если кажется, что полностью контролируешь ситуацию.
Казино Сасима мало чем отличалось от роскошных заведений докризисного мира. Глядя на позолоченный интерьер, можно было на миг забыть, что планета лежит в руинах. Однако лица посетителей мгновенно возвращали к реальности: здесь предавались пороку с особым, отчаянным остервенением.
На кону стояли не только хрустящие купюры: в ход шли армейские стволы, редкие драгоценные камни и даже собственные жизни. В городе, где не было законов, человеческая алчность расцветала во всей своей уродливой красе.
Обменяв небольшой золотой слиток на пару фишек, Нин Бувэнь подошёл к первому попавшемуся столу. Немного понаблюдав за движениями крупье, он небрежно бросил фишку на выбранный сектор.
«А дилеры здесь знающие. До катастрофы такой малый легко стал бы звездой крупнейших казино Вегаса. Впрочем, до моего уровня ему всё равно далековато».
Нин Бувэнь чуял математику игры нутром, да и госпожа Удача явно благоволила ему. Не прошло и десяти минут, как скромная горстка фишек в его руках превратилась в увесистую стопку.
Перебравшись за стол для покера, Нин Бувэнь сыграл буквально пару партий и удвоил свой капитал. Затем в ход пошли кости, игровые автоматы, маджонг, блэкджек...
Его выигрыш рос как на дрожжах. Внимание публики постепенно смещалось в его сторону: этот парень практически не проигрывал! А редкие неудачи тут же перекрывал крупными ставками в следующих раундах, возвращая своё с лихвой.
«Настоящая акула!» — пронеслось в головах крупье. Один из них незаметно подал знак помощнику, чтобы тот срочно вызвал управляющего заведением.
Вокруг стола Нин Бувэня собралась внушительная толпа.
— Слышь, парень, ты не из местных?
— Неужто копам разрешено просаживать деньги за рулеткой?
— В моём участке не запрещают развлечься в нерабочее время, — с мягкой улыбкой ответил Нин Бувэнь. — К тому же, пока у клиента есть деньги, хоть собаку сажайте за стол — вы ведь всё равно примете ставку?
— Золотые слова, сэр, — вежливо отозвался крупье. — Вы демонстрируете потрясающее мастерство. Далее игру с вами продолжит наш управляющий.
— Мне без разницы, — Нин Бувэнь пожал плечами. — Кстати, сколько тут накопилось?
— В общей сложности около ста шестидесяти миллионов, господин инспектор, — пересчитав фишки, сообщил крупье.
— Отлично. А за какую сумму здесь согласятся выследить и сдать мне Бруно? — вдруг громко спросил Нин Бувэнь. — Есть желающие взять этот заказ?
— Голова Бруно стоит восемьдесят миллионов! — выкрикнули из толпы.
— Всего восемьдесят? — расхохотался Нин Бувэнь. — Что же, придётся поднять ещё немного денег!