На следующую, вторую по счёту ночь погибли ещё двое участников.
На третью ночь замковый мрак поглотил ещё четверых.
Если в самый первый день людям с трудом, но удавалось сохранять подобие хладнокровия, то к наступлению четвёртых суток паника охватила каждого. Выживших бил калотун от малейшего шороха.
Ведь теперь погибнуть можно было, вовсе ничего не предпринимая. Те четверо, что испустили дух на третью ночь, за весь день не обронили ни единого слова.
Правила смерти в этом проклятом замке менялись каждые сутки.
Впрочем, игроки тоже не топтались на месте. Им удалось вычислить ещё одного последователя Владыки Демонов — Цзюйцзы.
Вообще-то Нин Бувэнь выбрал его исключительно ради количества. Цзюйцзы отличался беспрецедентной наглостью и чёрным, подлым сердцем. Для испытаний с жёстким сводом правил подобные качества годились как нельзя лучше, но здесь, когда все выжившие сбились в кучу в главном зале, его натура сыграла с ним злую шутку.
К тому же кто-то из присутствующих узнал его.
Оказавшись на краю гибели, Цзюйцзы вновь возопил о помощи к своему тёмному покровителю, однако Нин Бувэнь оставил его стенания без ответа.
В этом просто не было смысла. Глупо рисковать собственным прикрытием ради никчёмной пешки.
— Ха-ха-ха! Вы правда думаете, что, прикончив меня, сумеете пройти испытание?! — перед самой смертью Цзюйцзы окончательно съехал с глузда, зайдясь безумным хохотом. — Мечтайте! Ничего у вас не выйдет, слышите?! Ни за что!
Почему именно он?
Вокруг ведь полно других последователей! За что жребий пал именно на него?!
Впрочем, стенать было поздно.
Единственное, что оставалось предателю перед гибелью, — отрубить надежду тем, кто приговорил его к смерти.
В этом испытании победа достанется лишь Владыке Демонов, но никак не этим палачам!
Предсмертный визг Цзюйцзы посеял среди игроков глубокое смятение.
— Откуда у этих сектантов такая слепая уверенность?
— Неужели они и впрямь считают, что нам крышка?
— Да бросьте, обычные предсмертные бредни, он просто пытался нагнать страху...
Слова-то правильные, вот только как тут не паниковать?
Благодаря своему подвешенному языку Цзюйцзы успел втереться в доверие ко многим, а на поверку оказался верным псом Владыки Демонов.
А раз так... можно ли верить тем, кто сейчас стоит плечом к плечу с тобой? Вдруг твой товарищ — такой же засланный казачок?
Гарантий не давал никто.
Да уж, кризис разразился знатный.
Нин Бувэню даже показалось, будто победа сама плывёт к нему в руки.
Хотя он и догадывался, что Вэнь Дуодо с Соломоном практически раскусили его, у них не имелось неопровержимых улик. А значит, это испытание должно было завершиться триумфом демонической стороны.
Шёл четвёртый день. Нынешней ночью замковые стены заберут жизни ещё восьмерых.
Иными словами, если до рассвета Владыку Демонов не разоблачат, испытание официально закроется безоговорочной победой тёмного властелина. А игроки даже не успеют узреть его истинный лик.
Настал вечер четвёртого дня.
Светильники в зале один за другим погружались во тьму.
Немногие уцелевшие находились на грани психоза. Каждое утро они просыпались рядом с остывшими трупами — и это при том, что перед сном связывали свои руки верёвками с руками соседей! И всё равно ни единой зацепки, люди гибли бесшумно, будто растворяясь во тьме.
Слуги Демонов перед смертью хохотали в лицо, обещая, что живым из замка не выйдет никто.
Игроки перепробовали всё: пытались разнести замок, пробить стены, использовать любые уловки — выходы оставались запечатаны.
Казалось, спасения нет, и им остаётся лишь покорно ждать развязки. Когда количество живых сократится до семи, барьер спадёт сам собой.
Разумеется, находились и те, кто поддался искушению вырезать остальных, чтобы искусственно ужать число выживших до заветной семёрки. Вот только таких умников толпа забивала до смерти ещё до того, как они успевали обнажить клинки.
В итоге установилось хрупкое, зловещее равновесие.
Вопрос заключался лишь в том, когда и обо что оно разобьётся.
Нин Бувэнь сидел в одиночестве в отдалённом углу зала, лениво наблюдая за обстановкой. Ему было любопытно, какой следующий шаг предпримут Вэнь Дуодо и его компания.
Ждать долго не пришлось.
Вэнь Дуодо и Соломон приближались, вот только перед собой они тащили крепко связанных товарищей.
Ань Були, Сяо Лю, Хань Синьбо и Касо — все четверо были скручены по рукам и ногам.
Нин Бувэнь мгновенно поднялся на ноги.
— Что здесь происходит? — изобразил испуг и недоумение Нин Бувэнь. — Вы же были не разлей вода! Или решили сегодня пустить на заклание собственных друзей?
— Они мне не друзья, — ледяным тоном отозвался Вэнь Дуодо. — Мы с Фердинандом давным-давно заподозрили эту четвёрку. Нам пришлось притворяться их соратниками, чтобы усыпить бдительность.
— О чём ты говоришь? — выкрикнул кто-то из толпы.
— Все четверо — последователи Владыки Демонов! — во всеуслышание объявил Вэнь Дуодо. — За последние дни мы собрали исчерпывающие доказательства. Это последние прислужники тёмного властелина. Если прикончить их, Владыка Демонов неизбежно выдаст себя, и мы сможем завершить испытание. А если он и не дернётся... что ж, прихватить с собой на тот свет его псов — тоже неплохая сделка!
Его слова подействовали на измождённых людей подобно искре в пороховом погребе.
В самом деле! Если смертный час всё равно близок, почему бы не забрать с собой предателей?
— Постойте! — Нин Бувэнь, естественное дело, не мог допустить бессмысленной гибели Ань Були и остальных. — Вы точно ничего не путаете? Даже если среди них есть предатели, сгрести сразу четверых — какова вероятность такого совпадения?
— Ошибки быть не может, — Вэнь Дуодо пристально посмотрел на Нин Бувэня. — Потому что эти твари пытались склонить нас с Фердинандом на сторону Демона! Мы отказались служить этой твари, и именно тогда осознали их истинную суть.
Нин Бувэнь на мгновение даже усомнился в адекватности Вэнь Дуодо и Соломона. Нашли время для сказок!
— Есть кое-что, о чём я до сих пор молчал, — Вэнь Дуодо отвесил низкий, исполненный горечи поклон. — Я, Фердинанд и эти четверо изначально были одной командой. Вернее... я считал их своими соратниками, но жестоко ошибался.
Толпа ахнула. Из одного отряда?!
В это трудно было поверить. В таком суровом испытании сохранить отряд почти целиком — немыслимая удача! Обычно выживало максимум двое, а чаще всего гибли все.
— Вы утверждаете, что они вам не соратники?
— Именно, — глаза Вэнь Дуодо налились кровью, голос задрожал от подступающей ярости. — Они не просто чужие люди... Высока вероятность, что они жестоко убили наших настоящих друзей, а затем приняли их облик, чтобы обмануть нас! Я никогда им этого не прощу!
— Будь они настоящими членами нашего отряда, они ни за что не стали бы прислужничать Владыке Демонов! — с чувством подхватил стоящий рядом Соломон. — Я до последнего сгиба знаю характер своих братьев! Но эти монстры не просто продали душу, они пытались втянуть нас с Бэтом в эту грязь! Именно это окончательно раскрыло нам глаза: перед нами не наши товарищи, а мерзкие твари в их обличье!
Логика Соломона звучала безупречно. По его мнению, настоящие друзья не способны на предательство.
И в этом была доля истины. Если бы речь шла об обычных условиях, вероятность того, что Ань Були и остальные добровольно переметнутся к Владыке Демонов, стремилась бы к нулю.
Вот только роль Владыки Демонов исполнял Нин Бувэнь.
Он насквозь знал слабости каждого из них и сумел подобрать ключик, заставив принести клятву верности по доброй воле.
— Служение Владыке Демонов требует добровольного согласия, — Вэнь Дуодо сменил привычный мягкий тон на сухую жёсткость. — Мои настоящие товарищи никогда бы на такое не пошли.
— Да! Пускай, став последователями, мы могли бы сохранить жизни... но раз наши братья погибли, у нас с Фердинандом нет права возвращаться с пустыми руками, — в глазах Вэнь Дуодо угасал последний лучик жизни, уступая место беспросветной пустоте.
— Лучше прикончить их прямо сейчас и заставить Владыку Демонов вылезти из норы! — добавил Соломон. — Если удастся одолеть тварь и забрать производный осколок, мы хотя бы сможем без стыда смотреть в глаза погибшим. Но у нас есть одна просьба.
— Какая ещё просьба?
— Когда будете расправляться с ними... пожалуйста, сделайте это подальше от нас. Боюсь, я не сдержусь и брошусь их спасать, — лицо Соломона исказилось от нечеловеческой муки. Ему явно нелегко далось это решение.
Ань Були, связанный и беспомощный, лишь тяжело вздохнул, переглянувшись с Соломоном и Вэнь Дуодо.
— Что ж... вы правы, подозревать нас у вас имелись все основания. Да, скрывать бессмысленно: мы действительно последователи Владыки Демонов.
Признался?!
Нин Бувэнь едва удерживал порыв приложить руку к лицу. Ань Були что, окончательно лишился разума?!
Нашёл время для душевных откровений! Откровенность в такой момент гарантирует моментальный проигрыш!
— Они сами во всём признались! Тут и обсуждать нечего! — один из игроков грубо отпихнул Нин Бувэня с дороги. — Если продолжишь за них заступаться, мы решим, что ты тоже из их шайки!
— Пойдём с нами, — Соломон и Вэнь Дуодо подошли к Нин Бувэню с двух сторон. — Подержимся в стороне. Тогда никто не заподозрит тебя. Из слуг Демона остались только эти четверо.
— Вы... вы совсем...
Нин Бувэнь хотел было возразить, но замер, встретившись взглядом с опухшими, покрасневшими глазами Вэнь Дуодо и Соломона.
Они плакали?
Возможно, где-то в глубине души они понимали, что перед ними — их настоящие соратники. Вот только добыть производный осколок и сразить Владыку Демонов для них было куда важнее собственной боли.
Именно поэтому Ань Були и остальные так легко взяли вину на себя.
Нин Бувэнь почувствовал горькую иронию.
— Вы правда не пожалеете? — Нин Бувэнь предпринял последнюю попытку. — Даже если они последователи Демона, они всё ещё могут оставаться вашими друзьями!
— Замолчи! Всю эту чушь мы передумали тысячу раз! — сдавленно прорычал Соломон. — У нас просто нет другого выхода!
Нин Бувэнь заставил себя умолкнуть.
— Начинается... Я чувствую запах крови, — Вэнь Дуодо в муке опустился на корточки, обхватив голову руками. — Фердинанд, выруби меня, умоляю. Я не хочу слышать, как они будут умирать!
— Хорошо, — Соломон шагнул к Вэнь Дуодо и занёс руку.
Соломон кулем рухнул на пол, так и не успев опустить ладонь. Нин Бувэнь сработал на опережение, точным ударом отправив его в глухой нокаут.
— Ты...
— Прости, — Нин Бувэнь мгновенно огрел и Вэнь Дуодо, заставив того отключиться. — Я не могу позволить им умереть у меня на глазах!
«Это моя вина. Не нужно было втягивать их в это и превращать в последователей. Мечта спасти весь отряд таким образом изначально была несбыточной уловкой».
Нин Бувэнь обязан был вытащить Ань Були и остальных. А значит, Вэнь Дуодо и Соломону пока лучше побыть без сознания.
В одно мгновение Нин Бувэнь пересёк зал.
На другом конце помещения разбушевавшаяся толпа уже вовсю истязала Ань Були и его товарищей. Удары сыпались один за другим.
Гнев закипел в жилах Нин Бувэня.
Эти люди не просто проводили казнь — они срывали накопившийся животный страх, теша собственную жестокость. Если уж приговорили к смерти — убейте сразу, к чему эти пытки?!
Ань Були и остальные, пусть и стали последователями, никому из игроков зла не причинили.
Нин Бувэнь выхватил карточку.
[Туман]
Весь замок в мгновение ока заволокло непроницаемой белёсой пеленой. Лишь Нин Бувэнь мог беспрепятственно ориентироваться в этой густой молочной взвеси.
— Откуда взялся этот туман?!
— Чёрт! Кто-то пытается отбить прислужников Демона!
— Среди нас осталась ещё одна крыса!
Ловко лавируя между сбитыми с толку, ослепшими игроками, Нин Бувэнь пробрался к избитой четвёрке и рывком поднял Ань Були на ноги.
— Вставай, уходим!
— Ты кто такой?..
— Не время для расспросов! — огрызнулся Нин Бувэнь, увлекая его за собой.
— Вытаскивать нас в такой момент станет только один человек... — тихо произнёс Ань Були. — Ты — Владыка Демонов.
— Ты...
Внезапно по залу пронёсся мощный порыв ветра, развеявший туман без остатка.
Нин Бувэнь, держащий за руку Ань Були, оказался прямо на виду у всех выживших.
А перед ним, с абсолютно ясными взглядами, стояли Соломон и Вэнь Дуодо. Никаких следов недавней потери сознания на их лицах не было и в помине.
Вся эта сцена — от начала и до конца — была разыграна как по нотам, дабы заставить Владыку Демонов выдать себя.
Нин Бувэнь невольно усмехнулся.
— Что ж... похоже, я проиграл.
* * *
А ведь всё началось с простого умозаключения.
«Этот Фэйняо явно и есть Владыка Демонов. Проблема в том, что у нас нет прямых улик. Даже если мы укажем на него пальцем, пока он сам не признается, система не засчитает победу».
Чтобы разоблачить Владыку Демонов, требовалось неопровержимое доказательство.
Изначально план заключался в том, чтобы вычислить последователей и схватить игрока с поличным в момент, когда он явится их спасать.
Вот только когда погибли первые два последователя, Владыка Демонов даже бровью не повёл.
— Возможно, дело в количестве, — задумчиво произнёс Ань Були, глядя на своих товарищей. — Владыка Демонов — это живой игрок, а значит, у него есть человеческие привязанности. Скорее всего, погибшие двое были ему безразличны, вот он и не стал рисковать.
НПС и люди кардинально отличаются наличием эмоциональной избирательности. НПС-Демону могло быть либо всё равно на всех, либо одинаково важны все. Но игрок всегда будет действовать избирательно.
Раз Владыка Демонов проигнорировал гибель первых последователей, значит, либо ему плевать на квест, либо именно эти двое не представляли для него ценности.
Но если бы последователи не имели значения, система вообще не стала бы вводить эту роль. Связь между Демоном и его псами явно влияла на конечные условия.
— Я смею предположить, что количество живых последователей напрямую влияет на его финальную награду, — продолжал анализировать Ань Були. — Для нас, игроков, победа зависит от разоблачения Демона, а чем больше людей выживет к этому моменту, тем щедрее награда. Для Демона-игрока действует аналогичная логика: чем больше его слуг дотянет до конца, тем куш больше. Это объясняет его хладнокровие.
Эта догадка коренным образом меняла тактику противостояния.
— Но последователей осталось всего ничего, — нахмурился Вэнь Дуодо. — Только вы четверо.
Ань Були, Сяо Лю, Хань Синьбо и Касо.
Больше никого. Проверка прошлых ночей показала, что новых слуг Демон не вербовал.
— А значит, если смертельная опасность угрожает сразу всем четырём оставшимся последователям, Владыка Демонов будет вынужден вмешаться, — убеждённо произнёс Ань Були. — Я привык рисковать. Осторожностью это испытание нам не пройти. Если вы верите мне — давайте сыграем ва-банк.
— Исключено! Если Демон не клюнет, вы погибнете! — категорически воспротивился Соломон. — Зачем так рисковать? Мы вшестером легко сможем продержаться и войти в семёрку выживших!
Игроков осталось совсем мало. Объединённая группа из шести сильных бойцов без труда раздавила бы разрозненную толпу.
— Но тогда мы лишимся шанса получить производный осколок, — твёрдо возразил Ань Були. — Наша команда создавалась ради осколков. Нам не хватает всего двух штук, чтобы открыть доступ к Финальному испытанию! Ради этого стоит пожертвовать чем угодно.
— Осколки можно найти в других мирах, а жизнь у нас одна! — Соломон схватил Ань Були за плечи и обернулся к Сяо Лю и остальным. — Да скажите вы ему!
— А по-моему, он прав, — неторопливо подал голос Хань Синьбо. — Это оправданный риск. Я за.
— Поддерживаю, — кивнула Сяо Лю. — Это последний день. Я не хочу возвращаться с пустыми руками.
— Вы в своём Легионе Паньгу все сумасшедшие, — проворчал раздосадованный Соломон и взглянул на Касо. — Касо, ну а ты что молчишь?
— Мы теперь тоже часть Легиона Паньгу, — спокойно ответил Касо. — А значит, пора менять мышление.
Легион Паньгу славился своей несокрушимостью именно потому, что их вера превосходила идеи двух других легионов.
Ради великой цели — выкупа Земли — бойцы Паньгу готовы были принести в жертву всё. Включая собственную жизнь.
В глазах представителей других фракций подобный альтруизм выглядел полнейшим безумием.
Разница в культурном коде и мировоззрении создавала пропасть между организациями. В старом мире страны конфликтовали из-за разницы между коллективизмом и индивидуализмом, и в эпоху Пандоры ничего не изменилось.
Соломон и Касо воспитывались в совершенно иной среде. Раньше они могли с уважением относиться к идеалам Паньгу со стороны, но, оказавшись в одной сбруе, не могли так просто смириться с готовностью друзей идти на смерть.
— Я тоже готов попытаться, — Касо решительно шагнул к Ань Були. — Делаем.
— У нас говорят: «Загнать себя в угол, чтобы обрести спасение». Одолеть Демона впрямую нам не под силу. Наше единственное преимущество — мы готовы идти до конца. И если Демон дрогнет — мы победим!
* * *
[Игрок Нин Бувэнь провалил спасательную операцию]
В ушах Нин Бувэня прозвучал знакомый бесстрастный голос системы.
Поскольку его личность была раскрыта и доказана, игра засчитала ему поражение в роли Владыки Демонов.
Как нелегальный участник, он не претендовал на награды за победу, зато за провал операции его ждало стандартное системное наказание в пространстве Пандоры.
Впрочем, в пределах допустимого.
Главное — Ань Були и остальные прошли испытание.
Перед Нин Бувэнем снова предстала Рыба-консультант.
— Игрок мог легко перевернуть ход игры в свою пользу, — проговорила Рыба-консультант, глядя на Нин Бувэня. — Последователи не имели права разоблачить Владыку. Тебе достаточно было задействовать полномочия Демона и мгновенно умертвить их, оформив техническую победу.
— Я пришёл туда, чтобы спасти их, а не убивать. Выигрыш или проигрыш для меня дело десятое, — Нин Бувэнь весело усмехнулся. — Зато без меня они растут куда быстрее. У меня даже чувства смешанные...
Конечно, когда Ань Були вывели на сцену, Нин Бувэнь раскусил ловушку.
Но всё равно прыгнул в неё с открытыми глазами.
Потому что его товарищи поставили на кон собственные жизни.
Они не помнили Нин Бувэня, и его появление выглядело крайне подозрительно. Слепо довериться незнакомцу было бы предательством всего, чему их учили в Легионе Паньгу.
То, как изящно и дерзко Ань Були обставил его в последний день, вызвало у Нин Бувэня не обиду, а бурный восторг и гордость.
Ловушка? Да. Но Нин Бувэнь шагнул в неё с гордо поднятой головой.
А в замке тем временем испытание ещё не завершилось.
Как только Нин Бувэнь испарился, во всём замке разом погас свет.
Лишившись сдерживающей силы Владыки Демонов, затаившиеся в темноте монстры и НПС пришли в движение.
Ань Були и остальным предстояло преодолеть последнюю, самую кровавую волну безумия, дабы вырваться из этого ада и получить долгожданный производный осколок...
* * *
— Слушайте... а Владыка Демонов и впрямь был злодеем? — уже после того, как все страхи остались позади, а в руках заветно заблестел производный осколок, Соломон озвучил мысль, терзавшую его душу.
Он ведь мог победить. Ему достаточно было умыть руки и смотреть, как погибают его слуги. Но он рисковал всем и раскрыл себя ради их спасения.
Бывают ли на свете настолько глупые Владыки Демонов?