Желание у Нин Бувэня имелось, а вот решимости искренне не хватало.
Будь перед ним юный Чэн Юйсюэ — наивный, чистый очаровашка, — Бувэнь без лишних уговоров сам бы напросился помочь ему переодеться. Но нынешний Чэн Юйсюэ прошёл сквозь гибель и возрождение, и рисковать собственной шкурой Нин Бувэнь не отваживался.
Он не тешил себя нарциссическими иллюзиями, будто с первого взгляда покорил сердце Чэн Юйсюэ. Тот вообще с трудом подпускал кого-то к себе и уж тем более не разбрасывался чувствами. Даже в реальном мире он всегда с хладнокровной уверенностью утверждал: «Ты в меня влюблён», а вовсе не «Я тебя люблю».
Для Чэн Юйсюэ все люди делились строго на две категории: те, кто ему успел наскучить, и те, кто ещё вызывал любопытство. Нин Бувэню повезло попасть во вторую группу, но полагать, будто это даёт ему право на вольности, было бы смертельной ошибкой.
Что же до привязанности... она пришла позже. Какая уж там любовь с первого взгляда? За ней чаще всего кроется лишь банальное вожделение. А если сравнивать внешность Нин Бувэня и Чэн Юйсюэ, то вспыхнуть от одного только вида собеседника мог скорее сам Бувэнь. Впрочем, так оно и случилось.
С Чэн Юйсюэ из восемнадцатого поколения игроков у него сложилась понятная близость: они жили по соседству, постепенно сработались и сблизились. А вот с нынешним, из девятого поколения, никаких общих воспоминаний не имелось. Так что все его подколки и двусмысленные фразочки предназначались наполовину для проверки, а наполовину — от скуки.
Чэн Юйсюэ отлично знал силу собственного очарования и прекрасно видел, как жадно Нин Бувэнь следит за каждым его движением, потому и дразнил его без зазрения совести. Начни Бувэнь распускать руки — и ровно через год друзья поминали бы его на тризне.
Позови его так Чэн Юйсюэ из восемнадцатого поколения, Бувэнь, плюнув на стыд, с радостью бы согласился. С тем он успел сработаться и не больно-то страшился последствий. А вот этот... Этот тип из девятого поколения был безжалостным и опасным хищником, Нин Бувэнь готов был дать зуб.
— Там душ с сенсорным управлением, сам включится, — Нин Бувэнь поспешно отступил на шаг, пока разум окончательно не помутился от соблазна.
Святые угодники... В Лас-Вегасе не зря твердили, что похоть — это стальной нож, сдирающий мясо с костей. Истинная правда. Сколько великих мужей сгубила банальная красота?
Чэн Юйсюэ пристально посмотрел на него, чуть сощурившись:
— И чего ты так испугался?
— Опасаюсь, господин советник, как бы у вас случайно руки не зачесались, — с предельно честной миной отозвался Нин Бувэнь. — Жизнь у меня одна, лучше приберечь.
— С тобой не соскучишься, — рассмеялся Чэн Юйсюэ. — Ладно, иди. Мне нужно в душ. И да, того парня из Легиона Номер Шесть зовут Джамаль. Раз о его осколке прознал я, прознают и остальные.
Глаза Нин Бувэня мгновенно блеснули:
— Уже лечу!
Осколок, оставшийся у Чэн Юйсюэ, никуда не денется — забрать его у этого монстра всё равно пока нереально, время терпит. А вот артефакт Джамаля мог в любой момент уплыть в чужие руки. Решение созрело мгновенно: нужно спереть этот производный осколок раньше других!
Остановившись у порога, Нин Бувэнь обернулся к Чэн Юйсюэ:
— Найдётся напутствие перед вылазкой?
Спросить не зазорно. Чэн Юйсюэ почти никогда не лгал напрямую — разве что умалчивал половину правды.
— Берегись правительственных ищеек, — дал скупой совет Чэн Юйсюэ. — Из тех политиков, что дотянули до сегодняшнего дня, ни у одного не осталось ни капли совести.
Бувэнь понял намёк: чиновники тоже положили глаз на Джамаля. Промедление было смерти подобно, поэтому он не стал задерживаться и тут же направился к Легиону Номер Шесть.
Штаб шестого легиона располагался в Европе, а если точнее — на одном из крупных европейских полуостровов.
Как и в его родную эпоху, чем меньше был порядковый номер легиона, тем выше считались его статус и мощь. Конечно, у каждой группировки имелось и официальное название, но когда организаций перевалило за сотню, придумывать и запоминать громкие имена стало бессмысленно. Номера прижились сами собой: они отражали реальную силу куда точнее, чем поэтические вывески.
Активировав карту телепортации, Нин Бувэнь мгновенно перенёсся на полуостров. Вся его территория считалась единой безопасной зоной. До катастрофы здесь процветал знаменитый курорт, однако с приходом Пандоры былые преимущества превратились в уязвимость. Если бы не местная мафия, проявившая жёсткую хватку и выставившая на ранних этапах постапокалипсиса нескольких сильнейших игроков, Легион Номер Шесть никогда не смог бы удержать этот оплот.
Нин Бувэнь не проводил точных расчётов, но догадывался: шестой легион вряд ли уступал по мощи Легиону Ной из его времени. Восемнадцатое поколение, опираясь на наследие Древних мудрецов, сумело за три-четыре года выстроить прочную структуру, однако за столь короткий срок не накопишь колоссальных ресурсов. Девятое же поколение хоть и пробивалось на ощупь, за два десятка лет успело взрастить настоящих ветеранов. Даже самый бестолковый новичок за эти годы превратился бы в матёрого бойца.
Сил Нин Бувэня с лихвой хватило бы, чтобы блистать в легионе из второй сотни, но среди первой десятки он выглядел весьма середнячком.
Легион Номер Шесть сохранял независимость, хотя уцелевшие европейские власти упорно пытались прибрать его к рукам. Нин Бувэнь шёл по улице и чувствовал витающее в воздухе напряжение — прохожие смотрели волками. Похоже, слухи о находке Джамаля дошли и до правительственных агентов.
В отличие от пограничных секторов, безопасная зона шестого легиона благодаря мощному фундаменту выглядела почти процветающей. Здесь жили исключительно семьи бойцов, и за двадцать лет они умудрились превратить этот анклав в место, где обычный человек мог вести относительно сносную жизнь.
Архитектура напоминала кадры из старых фильмов двадцатого века. Крупных торговых центров не наблюдалось, но базовых удобств хватало с избытком. Бувэнь даже приметил несколько парикмахерских. Когда человек бьётся за кусок хлеба, ему не до причёсок; а раз салоны процветают, значит, жизнь тут вполне терпима.
Легион не блокировал въезд чужакам. Будь у них желание, они могли бы задействовать карту высокого ранга, запрещающую телепортацию и полёты, избавившись от лишних глаз. Однако любой рейд в испытание стоил жизней, и потери требовалось восполнять. Приток сильных игроков-одиночек оставался главным источником свежей крови.
Молодых наёмников вроде Нин Бувэня в округе хватало, так что он совершенно не выделялся из толпы. В землях Легиона Номер Сто Одиннадцать его лицо знали многие, но в этом регионе, где преобладало европеоидное население, он был лишь одним из тысяч безымянных скитальцев.
Оказавшись на месте, Бувэнь не стал сразу разыскивать Джамаля. Раз парень отважился утаить производный осколок от руководства, смелости и силы ему было не занимать. Жизнь его пока в безопасности, так что разумнее сначала разведать обстановку.
Вскоре Бувэнь заметил подозрительное оживление среди пришельцев. Расспросив парочку местных, он выяснил причину: через неделю Легион Номер Шесть открывал ежегодный набор. Отбор проводился строго раз в год, а число вакансий зависело от потерь за прошедший период и нехватки конкретных типов конституции.
В его родное время вступительный экзамен сводился к прохождению испытания. Здесь же отбор делился по категориям: для призывателей своя программа, для сверхлюдей — своя, для магов — третья. Впрочем, обладатели уникальных способностей вроде сбора информации, каковой владел Хань Синьбо, зачислялись без экзаменов. Такие кадры ценились везде.
«И до конца света, и после, в девятом поколении или в восемнадцатом, — усмехнулся про себя Нин Бувэнь, — путь наверх всегда лежит через экзаменационное сито».
Игрокам из первой пятисотки Глобального рейтинга достаточно было подписать контракт на верность, чтобы пройти без конкурса. Бувэнь заглянул в свой табель: восемьсот девяносто второе место. До заветной сотни не хватало как минимум одного закрытого S-рангового мира!
«Ладно, побудем скромнее, — подумал он. — Посмотрим на их отбор, а там видно будет».
Раздобыв брошюру, Бувэнь отыскал раздел «Сверхлюди».
Всего три места!
Обладателей конституции «Мастерство огнестрельного оружия» хватало с избытком. Сверхчеловеческий тип был слишком распространён, а подобные навыки на поздних этапах легко заменялись картами высокого ранга. Без редчайших артефактных стволов потенциал такой конституции быстро упирался в тупик.
Три вакансии — смех, да и только.
— Стрелкам вроде нас не тягаться с призывателями да магами, — раздался за спиной голосок.
Обернувшись, Нин Бувэнь увидел парня лет двадцати пяти с выраженными чертами метиса.
— Привет, я Дональд, — парень первым протянул руку. — Тоже пришёл на отбор. У тебя в руках была последняя брошюра, вот я и решился заглянуть через плечо. Надо же, у нас похожие конституции! Какое совпадение.
Бувэнь пожал протянутую ладонь, не питая наивных иллюзий. Навязчивое знакомство редко бывает случайным. И точно: обменявшись парой дежурных фраз, Дональд как бы невзначай заговорил об одной подпольной организации.
— Крупные легионы совсем зажрались! — с нескрываемой желчью зашептал Дональд. — На ранних этапах именно бойцы нашего типа проливали кровь, прокладывая дорогу и собирая опыт для будущих поколений! А теперь, когда дошло до высокоуровневых миров, нас списали со счетов. Другим типам выделяют десятки мест, а нам — жалкие крохи. Скоро вообще выживут отовсюду!
— А что поделаешь? — изобразил досаду Нин Бувэнь. — Конституцию не сменишь. Остаётся пробиваться в шестой легион и искать редкие артефакты, чтобы хоть как-то компенсировать отставание.
Бувэнь уже раскусил собеседника. Стоило жизни наладиться, как тут же появлялись недовольные. Видя, как одни богатеют, а другие опускаются на дно, завистники сбивались в подпольные группировки, пакостящие Легиону Номер Шесть. Без финансовой подпитки со стороны правительственных агентов тут явно не обошлось.
В голове Нин Бувэня созрел новый план. Зачем рваться в легион с его жёсткой дисциплиной? Подпольная ячейка куда удобнее: требования ниже, контроль слабее. Если сливать им информацию о Джамале и производном осколке, они с радостью возьмут на себя грязную работу. А там — пусть сцепятся! Бувэнь в одиночку не сдюжил бы против целого легиона, но чужими руками загребать уголь — милое дело.
— Есть у меня на примете одно местечко... — Дональд пригнулся ближе, понизив голос до шепота. — Условия отличные, плата высокая, да и способности твои оценят по достоинству.
— Ого? — улыбнулся Бувэнь. — Посмотреть бы.
— Идём за мной, — обрадовался Дональд, уже подсчитывая в уме премию за вербовку.
Оба получили желаемое, так что согласие было достигнуто за секунду.
В глазах прочих кандидатов это выглядело привычной картиной: очередной наивный простак клюнул на удочку вербовщика. Ну и отлично — одним конкурентом меньше.
Дональд привёл Нин Бувэня в неприметный трактир, где их ждал связной. По дороге он успел вкратце обрисовать правила игры.
Группировка принимала далеко не всех. Кандидат обязан был сжечь мосты, доказав верность делу и навсегда закрыв себе путь в легионы. Зато за проверку выплачивали щедрый подъёмный бонус — целую тысячу евро наличными!
В заведении уже толпились другие новички. Честно говоря, выглядели они как сброд, непригодный для серьёзных дел. Услышав о лёгких деньгах, они зашумели: тысяча евро позволяла ни в чём себе не отказывать пару месяцев. Даже в шестом легионе подъёмные выплачивали только после прохождения испытательного срока. Подполье в этом плане выглядело куда заманчивее.
Окинув присутствующих беглым взглядом, Бувэнь мгновенно оценил их убогий потенциал и потерял интерес.
— И как доказать преданность? — выкрикнул кто-то из толпы.
— Проще некуда, — улыбнулся связной. — У нашего брата стрелка взрывчатки хоть отбавляй. Подожжёте или взорвёте один из опорных пунктов Легиона Номер Шесть. Делов-то.
Затея казалась простой лишь на словах. Руководство подполья отнюдь не страдало глупостью: повязав новичков кровью и заставив угодить в чёрный список легиона, они лишали их пути к отступлению.
— И ради чего такие жертвы? — с виноватым недовольством вмешался Нин Бувэнь. — Чтобы потом пахать на вас рядовым шестёркой? Какой мне смысл марать руки ради низа иерархии?
— Чем громче будет твоя диверсия, тем выше окажется стартовый пост, — прищурился связной. — У нас имеется собственный отдел аттестации. Если ты действительно силен, мы обеспечим условия не хуже, чем у легионеров. Мы набираем лучших!
— Пойдёт, — кивнул Бувэнь. — Дайте мне немного времени, и вы оцените размах.
Вступить в легион честным путём требовало усилий, а вот устроить хаос — дело нехитрое.
Уверенность Бувэня озадачила Дональда и остальных: откуда такой апломб?
Экзамены шестого легиона были назначены на двадцать пятое число. Шло семнадцатое, а значит, на подготовку оставалось чуть больше недели. На площадках уже вовсю возводили испытательные полигоны, рассчитанные на отсев максимума участников.
Покинув трактир, Нин Бувэнь нагнал остальных новичков:
— Опорные пункты легиона охраняются на совесть, особенно сейчас. Напасть на них в лоб — чистейшее самоубийство.
— Мы и сами понимаем! — запричитал один из кандидатов. — Но лёгких денег не бывает. Безопасная зона легиона — рай по сравнению с нашими трущобами. Не проберусь сюда — придется возвращаться в свой восьмидесятый легион, а там всё по блату!
— А у нас командир вообще из обычных людей, представляешь мою боль? — подхватил второй.
Разговор мигом превратился в ярмарку жалоб.
— Вообще-то, есть один способ произвести впечатление на подполье и при этом не сгореть дотла, — прокашлявшись, забросил удочку Бувэнь. — Но без вашей помощи мне не справиться.
— Что за идея? Выкладывай!
— На совсем бредовую затею подписываться не стану...
— Нападение на штаб-квартиру обречено на провал, а вот разнести экзекуционные площадки — раз плюнуть, — со смыслом прищурился Нин Бувэнь. — Охрана ждёт удара по штабам. Зачем лезть на рожон? Полигонов около десяти, и нас ровно столько же. Сделайте одновременные подрывы на каждом месте! Легион Номер Шесть умоется позором, а подполье с руками вас оторвёт...
Бувэнь стелил так гладко, что глаза слушателей загорелись. Снести готовящиеся площадки и впрямь казалось куда проще, чем штурмовать укреплённые пункты.
— А ведь дело говорит!
— Отличный план!
— Рвануть и дать дёру — хрен поймают!
— Сразу собьём спесь с местных заносчивых индюков!
Одураченные новички мигом распределили роли и разбежались.
Сам Нин Бувэнь, разумеется, ни на какие площадки не пошёл. Во-первых, запасы взрывчатки он давно обменял на вспомогательные карты; во-вторых, начинать с низов он не собирался — если уходить в подполье, то с грандиозным треском.
Увязавшись за одним из легионеров, он поплёлся следом. Безо всяких карт и особых навыков — чистая маскировка, благодаря которой жертва ничего не замечала.
Игроки девятого поколения слишком уверовали в могущество предметов и способностей. И неудивительно. Сам Бувэнь усвоил этот урок лишь после кровавой бани в «Восемнадцати поездах». Пока жизнь не проучит, кто откажется от магии в пользу банальной выучки?
Слежка привела его к главному связному пункту шестого легиона. У входа дежурила группа патрульных в сопровождении свирепых демонических зверей. Прорвать такую оборону в лоб казалось немыслимым: бойцы шестого легиона отличались выучкой, и даже в былые времена Бувэню пришлось бы несладко, не говоря уж о его нынешнем положении.
Нин Бувэнь задумчиво почесал подбородок. Выход нашёлся быстро.
С наступлением темноты он подстерег в подворотне рекрута из резерва, оглушил его и переоделся в его форму. У новобранцев было преимущество: их ещё никто не знал в лицо, а отсутствие повышенных допусков избавляло от сложных проверок.
Убей он полноправного легионера и замаскируйся картой облика, защита штаба мгновенно засекла бы маскировочные чары — у каждого крупного объединения имелись детекторы магии.
Нацепив очки с простыми стёклами и прихватив кипу сфабрикованных отчётов, Бувэнь взволнованно бросился к дверям штаба.
— Стой! Проход воспрещён! — перегородили дорогу дежурные.
— Простите, у меня срочное дело к руководству! — Бувэнь вынырнул из-за бумаги. — Мы шли с капитаном, но его только что затянуло в испытание Пандоры! Пришлось бежать одному. Не верите — идите со мной, будете следить за каждым шагом!
Стражники переглянулись.
— С чем пришёл?
— По поводу вступительного отбора! — заторопился Нин Бувэнь. — Поступили сведения, что крысы из подполья планируют серию взрывов на экзаменационных полигонах. Наших сил для охраны не хватает, да и поднимать шум из-за мелких вредителей нецелесообразно. Руководство предлагает перенести экзамены на сутки, дать им рвануть пустые площадки, переловить всех до единого и уже потом спокойно начать отбор. Иначе позор на весь мир: каждая паршивая овца сможет безнаказанно пакостить у нас под носом! Нам нужно срочно дать сигнал об отсрочке!