Дверь захлопнулась, засов со щелчком встал на место.
Нин Бувэня бесцеремонно впихнули в служебную кабину отдыха, где едва хватало места, чтобы развернуться.
«Сплоховал».
Кто бы мог подумать, что проводник действуёт настолько влобовую? Стоило только зазеваться, как тот без лишних слов затолкнул его внутрь. А ведь до этого проводница не выдала себя ни единым жестом или взглядом.
Нин Бувэнь держал в уме угрозу от пассажиров первого вагона, приглядывался к женщинам во втором, а опасности со стороны этого мужика попросту не учёл. Излишняя наивность дорого обходится. На этом поезде каждый шаг смертелен, и за единственную оплошность теперь придётся расплачиваться морем сил и нервов.
Впрочем, панике он не поддавался. Смерть в ближайшие минуты ему точно не грозила — иначе его кончили бы на месте. Раз уж проводник оговорился про «ужин», значит, до назначенного часа парень продержится в относительно целом виде.
Грызла совсем другая загадка: с какой стати этот мужик швырнул его сюда? Был на сто процентов уверен, что из каюты не выбраться, или за этим кроется нечто большее?
Вопросов немерено, да только время для разгадок ещё не пришло. Перво-наперво требовалось выбраться из этой мышеловки.
Сложить руки и смиренно ждать развязки — не в правилах Нин Бувэня. Запертый в четырёх стенах, он, наоборот, окончательно остыл и собрался с мыслями. То ли замкнутое пространство отгородило его от морока, царившего в вагоне, то ли сыграл роль простой холодный расчёт, но голова прояснилась.
Простейший способ отпереть дверь — сдёрнуть ключи с пояса проводника, однако сейчас этот трюк не пройдёт. Почти сразу после того, как за ним захлопнулась створка, снаружи послышались удаляющиеся шаги.
Обстучав перегородки, Нин Бувэнь убедился в их прочности: выбить стены плечом или сокрушить силой мышц не выйдет. Ни вентиляционных люков, ни скрытых лазов — глухой бункер.
И что теперь делать?
Нин Бувэнь со злости прикусил губу. И ведь во всём виноват Чэн Юйсюэ! На кой чёрт тот сдал ему то кольцо? Малюсенькая безделушка, хрен найдёшь в такой кутерьме! И итог: искал украшение, а оказался в заточении. Выберется из испытания — выставит этому гаду счёт по всей строгости.
* * *
А в реальном мире Чэн Юйсюэ внезапно чихнул.
Бойцы отряда охраны тут же сбились в кучу, изобразив на лицах предельную тревогу.
— Великий князь, вы не простудились?
— Может, приляжете отдохнуть? Я могу массаж сделать!
— Похолодало, Великий князь, берегите себя!
— Пустяки, — Чэн Юйсюэ небрежно отмахнулся. — Просто кое-кто срывает на мне злобу.
— Ха-ха, да вы шутите, Великий князь! Кто осмелится на вас злиться? — льстиво расплылся один из охранников. — Вы мудры и бесстрашны, все до единого вам только благодарны. У кого вообще мозгов хватит молоть языком за вашей спиной?
Лесть вырвалась настолько стремительно и естественно, что остальные бойцы даже сориентироваться не успели. Надо же, и когда только этот проныра успел так навостриться? До чего точный и выверенный подхалимаж!
— И то правда, — с видимым удовольствием отозвался Чэн Юйсюэ. — Я не ошибаюсь. Просто один упрямец неверно меня понял.
* * *
«Апчхи! Апчхи! Апчхи!»
Нин Бувэнь выдал три оглушительных чиха подряд, окончательно пав духом. Да ладно, неужели успел подхватить простуду за пару минут? Одежонка на нём и правда тонковата, а кондиционер в вагоне молотит как сумасшедший... Но почему стало настолько холодно?
Он зябко потеребил собственное запястье. Кожа стремительно леденела.
Дело дрянь.
До Нин Бувэня быстро дошла суть: если температура продолжит падать, организм просто впадёт в анабиоз. С ним поступали точно так же, как люди поступают с куском мяса, отправляя его в морозилку до ужина.
«Значит, меня просто замораживают, чтоб не испортился?»
Он стиснул зубы и тут же отбросил панические мысли. Нечего раньше времени хоронить себя и тешить чужое самолюбие. Выход непременно найдётся.
Он пару раз со всей дури сокрушил кулаком дверь — на металле не осталось даже вмятины, только костяшки налились багровым.
Оставалось два пути.
Первый — разнести препятствие собственными силами. Если разрядить «Кольцо вероятностей» сериями, выйдет удар, сопоставимый с атакой демонического зверя ранга B. Дверь от такого разлетится в щепки. Но разбазаривать козыри раньше времени Нин Бувэнь не хотел. Число использований ограничено, да и гарантировать непрерывную серию в условиях холода никто не мог. Потратишь заряд зря — потом локти кусать будешь. Это вариант на крайний случай, когда терять станет совсем нечего.
Второй путь — заставить кого-то снаружи вызволить его. Но Вэнь Дуодо со своими людьми не придут: Нин Бувэнь сам велел им ждать полчаса. Значит, выбивать дверь должен кто-то другой. А поскольку служебная кабина выходила прямо во второй вагон, кандидаты на роль тарана напрашивались сами собой — здешние пассажирки.
В голове созрел дерзкий замысел.
Придётся рисковать. Эх, всё-таки как важна предварительная подготовка!
Нин Бувэнь запустил пальцы в карман и извлёк оттуда изящное перстневое кольцо с крупным драгоценным камнем.
Трофей, похищенный у той самой бабёнки во время невинного флирта. Пассажирка оказалась дурой: пару комплиментов — и у той уже голова кругом. Разговоры про мессенджеры и номер телефона служили лишь ширмой, чтобы подобраться вплотную. Украшение явно предназначалось для мужского пальца и болталось на женской ручке, так что сдёрнуть его с помощью карты кражи не составило ни малейшего труда.
Карта «Кража» вытягивала случайный предмет из инвентаря жертвы, а у этой женщины ничего другого при себе и не водилось. Игровые персонажи никогда не травят байки просто так. Раз уж украшение принадлежало её покойному мужу, то с высокой вероятностью это ключевой квестовый артефакт. Нин Бувэнь вовремя приметил: абсолютно у всех пассажирок на пальцах красовались точно такие же перстни.
Разве такое бывает случайностью? Однозначно важная деталь!
При привычке Нин Бувэня просчитывать всё на несколько ходов вперёд потратить одну-единственную карту было вовсе не жалко. Даже если б вещь оказалась бесполезным мусором, он бы не расстроился. А тут такой шанс!
— Ну что, милое моё, спасай, — он ласково погладил гранёный камень, будто держал величайшее сокровище.
Хм. У местных персонажей перстни с роскошными каменьями, а Чэн Юйсюэ всучил ему какую-то простую железку! И откуда такая несправедливость?
Впрочем, разиня снаружи явно ещё не заметила пропажи.
Быстро обшарив кабину, Нин Бувэнь выдрал прочную нить из стёганого одеяла, наглухо привязал её к перстню, а второй конец крепко намотал на кулак. Закончив с приготовлениями, он осторожно вытолкнул драгоценность через щель под дверью наружу.
Оставалось ждать.
За дверью пассажирка всё ещё предавалась воспоминаниям в компании соседки по купе, и обе самозабвенно обливались слезами. Но вот женщина опустила взгляд на руки...
— Где кольцо? Куда делось моё кольцо?! — в её голосе вспыхнула паника. — Вы не видели моё кольцо?
Остальные пассажиры, разумеется, хранили гробовое молчание.
— Это... это тот мужик! — наконец сообразила она и бросилась к служебному купе. Перстень лежал прямо на полу у самой двери.
Едва на её лице мелькнула радость и рука метнулась к драгоценности, как кольцо вдруг живо скользнуло назад по полу и юркнуло в щель под дверью.
— Хочешь вернуть драгоценность — отпирай дверь, — небрежно бросил Нин Бувэнь, сжав перстень в кулаке. На душе сразу потеплело: клюнула! Всё-таки прозорливость и богатый арсенал карт — лучшая защита.
Лицо женщины снаружи исказилось от ярости:
— Отдай кольцо! Дверь не заперта изнутри, её не открыть, и не надейся!
— Такой номер не пройдёт, — Нин Бувэнь даже не подумал поддаваться на дешёвый блеф. — У всех тут есть перстни, а ты осталась ни с чем. Думаешь, со временем это не аукнется?
— Я могу подождать до ужина, — огрызнулась пассажирка, показав зубки. — Дождусь, пока ты сдохнешь, и заберу своё! Отдай кольцо сейчас, и я упрошу остальных, чтобы тебя прикончили быстро и без мучений.
— Раз не договорились, придётся расплющить камень в крошку, — неторопливо потянул Нин Бувэнь. — Мне-то терять нечего, всё равно крышка. Так хоть захвачу тебя с собой. Подумай хорошенько, что важнее: остаться без обеда или лишиться кольца? Посчитай, выгодно ли тебе это.
За дверью воцарилась тишина. Видимо, у твари заскрипели мозги.
Нин Бувэнь принялся пристально рассматривать кольцо. Раз эта баба так трясётся над украшением, в нём точно кроется секрет. Во втором побочном испытании женщина считалась частью утерянного наследства, а этот мужской перстень — тем более. Тогда новичок просто забрал бабёнку с собой из поезда, а кольцо отправилось вслед за ней.
Но что на самом деле являлось «наследством» — сама женщина или украшение у неё на пальце? Вопрос весьма спорный.
Развивая мысль, Нин Бувэнь решил подлить масла в огонь:
— Это же памятная вещь твоего мужа, да? — Он наигранно вздохнул. — Жаль беднягу. Ты его сожрала, а теперь ещё и единственную память о нём разнесут в пыль. Сопли размазывала, твердила, как любила и как хотела родить от него, а сама даже кольцо уберечь не в состоянии.
Дыхание за дверью мгновенно стало тяжёлым и прерывистым.
Вслед за этим раздался оглушительный скрежет: что-то острое и невероятно прочное со всей дури сокрушило перегородку.
Бум! Бум! Бум!
Металлическая створка изогнулась дугой, но пока держалась.
Ого! Неужто монстр начинает трансформироваться, как и предупреждал Вэнь Дуодо? Ужасно хотелось взглянуть на эту так называемую женщину-богомола — живьём он таких тварей ещё не видел.
Неужели она решила обойтись без ключей и тупо выбить дверь, чтобы силой отнять украшение? Вполне реальный расклад.
Нин Бувэнь проворно отскочил в самый дальний угол спального места, подальше от зоны поражения. Вдруг эта тварь проломит проём и сразу устроит рубку?
«Атака с порога — это мой фирменный трюк против НИП, не хватало ещё самому на него нарваться!»
Дверь готова была рухнуть в любой момент. Дикий грохот, разумеется, привлёк внимание поездной бригады.
— Сударыня, что вы вытворяете?! — мужчина-проводник, затолкнувший сюда Нин Бувэня, попытался оттащить беснующуюся пассажирку.
— Твоё кольцо у меня! Ломай дверь быстро! — заорал Нин Бувэнь, чувствуя, как холод в кабине становится невтерпёж.
— Прочь! — рыкнула женщина.
Она мощным толчком отбросила проводника в сторону и с размаху впечатала тяжёлый каблук в остатки перегородки. Створка с треском слетела с петель.