Главный командир — дерево?
Нин Бувэнь отказывался верить своим ушам.
Вокруг простиралась мёртвая, выжженная пустыня — ни души, ни признака жизни. И превратиться здесь в растение? От одной лишь мысли об этом по коже пробегал мороз. Проведи в подобном одиночестве пару лет — и рассудок не выдержит, сойдёшь с ума.
— Но... разве Главный командир... всё ещё... — Нин Бувэнь так и не решился закончить мысль.
Разве можно назвать жизнью существование в облике растения?
— О, он вполне себе бегает и прыгает! Весь этот мир для него — игровая площадка, так что живётся ему расчудесно. Вернее, он отлично умеет развлекать сам себя, — Чэн Юйсюэ лениво зевнул. — Объяснять всё на пальцах слишком муторно. Сам увидишь.
Сам увидит?
— Цзи Син! Это мой возлюбленный и рекрут Легиона Паньгу, так что лови его крепче!
Чего? Лови?
Нин Бувэнь смутно почувствовал подвох, но Чэн Юйсюэ уже подхватил его на руки, как невесту.
Нин Бувэнь поджал ноги, сгорая от неловкости. Неборзо ли? Он ведь уже взрослый человек, да ещё и замкомандира. Если кто увидит в таком виде — прощай, авторитет.
Смущение и трогательность момента продлились от силы секунд десять. Чэн Юйсюэ с наисладшей улыбкой на лице размахнулся и с силой запустил Нин Бувэня в воздух.
Простите, но Нин Бувэню вовсе не хотелось описывать происходящее словом «швырнул». Звучало так, будто из него сделали чугунное ядро для метания на дальность. Но, увы, иного слова для его текущего положения подобрать не удавалось.
Суровая реальность иногда бывает чертовски паршивой штукой.
И ведь в свободный полёт его отправил не кто иной, как собственный возлюбленный, с которым они только-только поднялись с постели! Опиши такое на форуме — заклевали бы до смерти, а в романе за подобные сюжетные повороты забросали бы гнилыми помидорами.
Впрочем, если вспомнить, что перед ним Чэн Юйсюэ... всё сразу становилось на свои места.
Сделать по правде, в последнее время Чэн Юйсюэ вёл себя слишком уж смирно, из-за чего Нин Бувэнь подсознательно ждал подвоха, чувствуя затишье перед бурей. Теперь же, когда безумный выкид всё-таки состоялся, отяжелевшее от предчувствий сердце наконец отлегло.
«Неужели я и вправду превращаюсь в законченного мазохиста под его чутким руководством?»
Все эти мысли пронеслись в голове Нин Бувэня буквально за какие-то пять секунд. Чэн Юйсюэ вложил в бросок недюжинную силу, поэтому скорость полёта была бешеной. Насколько — Нин Бувэнь оценить не успел: свист ветра в ушах прекратился так же внезапно, как и начался, едва он мягко опустился на что-то упругое и податливое.
Полёт прервался.
Оглянувшись, Нин Бувэнь обнаружил, что лежит на исполинской ветви. Густая, сочная листва сплелась под ним вроде живого зелёного ковра, заботливо подхватив его со всех сторон. А сама ветвь тянулась от ствола огромного дерева, стоявшего по меньшей мере в сотне метров отсюда.
Погодите-ка.
Сколько времени прошло с момента броска? И за какую долю секунды эта ветвь успела вытянуться, чтобы перехватить его?
Всё произошло мгновенно. А ведь до самого дерева оставалось внушительное расстояние!
— Строго говоря, когда оказываешься здесь, пешком ходить больше не обязательно, — Чэн Юйсюэ уже непринуждённо стоял на соседней ветке, с прищуром глядя на Нин Бувэня. — Весело? Твоя траектория полёта выглядела просто заглядение.
— Давай я тоже заставлю тебя полетать, — сладко улыбнулся Нин Бувэнь.
Когда он зашвырнёт Чэн Юйсюэ в небеса, дуга полёта выйдет куда живописнее.
— Ладно, ближе к делу. Ты ведь хотел увидеть Цзи Сина? — Чэн Юйсюэ легко сменил тему. — Он там, под деревом.
— Но ты же сам только что сказал, что он стал деревом, — уточнил Нин Бувэнь, уверенный в своей памяти.
— Цзи Син действительно превратился в дерево. Его личную конституцию вообще правильнее называть не «Алхимией», а «Созидательной силой». В самый первый раз, когда он применил способность, он превратил свою лишнюю руку в крыло, — в голосе Чэн Юйсюэ проскользнули нотки искреннего восхищения. — Именно тогда я и подумал, что этот новичок весьма любопытен, и решил заговорить с ним. Легиона тогда ещё и в проекте не было. Он лежал в спецклинике, а я — в дурке, так что мы, можно сказать, товарищи по несчастью.
«Ого, так инициатором был ты?» — мысленно ухмыльнулся Нин Бувэнь. Чэн Юйсюэ явно взялся за старое: увидав забавного новичка, сразу решил подкатить.
— И что потом?
— А ничего, — Чэн Юйсюэ беззаботно пожал плечами. — Он был пациентом, я — пациентом. К тому же я тогда только начинал всё заново, былой силы не имелось, да и от вездесущих Оставшихся приходилось прятаться. Когда мы встретились в следующий раз, его уже завербовали Оставшиеся, сделав членом Легиона Паньгу. А потом я просто сказал ему: «Оставшиеся в легионе только глаза мозолят. Не очистить ли нам от них заведение, сделав этот мир чуточку лучше?»
— Кто это говорит? — Нин Бувэнь резко обернулся, но никого не увидел.
В ту же секунду кто-то лёгенько похлопал его по плечу:
— Я здесь, млáдый преемник.
Две ветви, державшие Нин Бувэня и Чэн Юйсюэ, незаметно сплелись воедино. Стыковочный узел на глазах уплотнился, принимая форму человеческого тела, и спустя мгновение превратился в чистенького, изящного юношу лет пятнадцати-шестнадцати на вид.
Вот только размером он был с человеческую руку — настоящий коллекционный фарфоровый пупс. За спиной у него белело единственное крылышко, смотревшееся весьма эффектно.
— Прошу прощения, я сейчас слишком далеко от основного ствола, так что смог наскрести дерева лишь на такое тельце, — Цзи Син виновато молитвенно сложил ладошки.
Нин Бувэнь опешил.
Пресвятые угодники, отчего Главный командир выглядит настолько юным?
— В твои-то годы всё ещё корчишь из себя сопляка, дуря людям головы? — безжалостно сдал его Чэн Юйсюэ. — Слишком много сил уходит на омоложение, а?
— Этот мир и так разрушен. Я — последнее живое существо здесь, так что обязан выглядеть эстетично, дабы не посрамить ресурсы, потраченные миром на моё содержание, — ни капли не смутился Цзи Син. — Ну да ладно. Раз уж Чэн Юйсюэ привёл гостя, да ещё и бойца из моего легиона, давайте присядем и спокойно потолкуем.
С этими словами Цзи Син щёлкнул пальцами. Ветви мгновенно превратились в исполинские крылья и подхватили их, стремительно устремившись к гигантскому дереву.
Лишь приближаясь к нему, Нин Бувэнь осознал свою ошибку.
Между ними было не пара сотен метров. А несколько километров!
Благодаря улучшениям Пандоры его восприятие и зрение давно превосходили человеческие. И то, что издали казалось просто большим кронистым исполином, на самом деле поражало воображение.
Оно было колоссальным. Точь-в-точь Древо Мира из древних мифов.
— Это ветвь Иггдрасиля, Древа Мира, — улыбнулся Цзи Син.
Он выдернул из своего крыла перо, и оно тут же превратилось в изящный прутик. Цзи Син протянул его Нин Бувэню:
— Держи, поиграй. Подумай, в какое оружие ты хочешь его превратить, про себя мысленно пожелай — и всё готово. Прочная штука. Вообще, жителей этого испытательного мира искренне жаль. В основе локации — обычные люди из мира, пережившего мировую войну. Их дом был разрушен, повсюду руины. И даже выжив, они были обречены доживать век прикованными к постели инвалидами. В итоге они собрались вместе — числом несметные тысячи — и устроив массовое жертвоприношение, вознесли молитву о том, чтобы обрести новый мир.
А задачей игроков в том испытании как раз и была помеха ритуалу.
Игроки Легиона Паньгу поначалу отлично справлялись — это был масштабный командный квест с производными осколками и особыми предметами. Они были в шаге от победы... если бы не вмешательство Оставшихся.
— Их отчаянная воля переписать судьбу слилась с душевными порывами павших воинов. А поскольку Древо Мира в легендах способно пересоздавать миры, эта мольба притянула к ним ветвь мирового древа. В тот момент слияние с ней оставалось единственным способом выжить под ударом ядерной бомбы, — буднично проговорил Цзи Син с ноткой гордости. — К счастью, у меня была «Алхимия», так что мы доказали: наш час ещё не пришёл, ха-ха!
Нин Бувэнь одарил его весьма странным взглядом.
Как бы то ни было, Главный командир вовсе не казался слабым. Напротив, в глобальном рейтинге он стоял даже выше Чэн Юйсюэ.
В реальном бою ещё неизвестно, кто кого — «Бессмертие» Чэн Юйсюэ гарантировало, что в войне на истощение тот не проиграет. Но если говорить об ужасе и мощи, Главный командир внушал куда больший трепет.
Выдержать ядерный удар — это нечеловеческий уровень.
— Позвольте спросить, командир... каково ваше место в глобальном рейтинге Пандоры? — набравшись смелости, поинтересовался Нин Бувэнь.
— Хм, кажется, третье, — немного подумав, ответил Цзи Син.
Всего лишь третье?
— А кто на первом и втором?
— Полуживые трупы, — Цзи Син подлетел к Нин Бувэню и наставительно произнёс: — Позиция Чэн Юйсюэ — в районе восьмого-девятого места — самое то. Всё, что выше первой семёрки, — сплошная ловушка. Пандора не позволяет игрокам с такой силищей разгуливать на свободе. Я на третьем, так что ещё могу худо-бедно наслаждаться относительно свободной жизнью. А вот те двое с первого и второго мест слишком гнались за абсолютом. Теперь один стал горным хрящом, второй — океанской бездной. Короче, им пришлось куда хуже моего. Они даже в роли NPC не могут очнуться — лежат в вечном анабиозе, просто чтобы не рассыпаться.
Значит, числясь третьим, Главный командир фактически был первым!
Нин Бувэнь почувствовал, как за спиной Легиона Паньгу выросла ещё более сокрушительная стена надежности.
— Кстати, не хотите перекусить? — Цзи Син сотворил из воздуха шикарный стол, ломящийся от деликатесов. — Всё, что я хотя бы раз видел в жизни, я могу воссоздать.
Глядя на изобилие аппетитных блюд, Нин Бувэнь сглотнул слюну. Пахло изумительно.
Он бросил вопросительный взгляд на Чэн Юйсюэ, беззвучно спрашивая: «Это вообще съедобно?»
— Съедобно, — неспешно ответил Чэн Юйсюэ.
Нин Бувэнь тут же умыкнул пару кусочков.
—... Вот только вкус у всего один.
Закинув еду в рот, Нин Бувэнь понял, что абсолютно все блюда можно описать двумя словами: «сочно и свежо». Словно он жевал не жареное мясо, а какой-то экзотический фрукт.
— Сделано из древесных корней, так что и вкус тут исключительно древесных корней! Хотя я честно пытался сделать их самыми вкусными корнями в мире, — сокрушённо вздохнул Цзи Син. — Сяо Нин, ты ведь не в обиде?
«Сяо Нин? Это он обо мне?»
Нин Бувэнь растерянно моргнул. К нему впервые обращались с такой свойской нежностью.
— Корни тоже весьма нерассудительно вкусны, с чего бы мне обижаться, — улыбнулся Нин Бувэнь и сжевал ещё кусочек. Вкус действительно был однообразным, но вполне приятным. —... А эти ветви... это части вашего тела, командир?
— Да ну, бог с тобой! — всплеснул ручонками Цзи Син. — Мои плоть и кости слишком твёрдые, они годятся разве что на оружие или в приданое невесте. А эти корешки выросли под действием моей силы.
«Постойте-ка. Я не ослышался?»
Нин Бувэнь выпал в осадок. Командир, с эдаким несовершеннолетним личиком гнать пошлые шуточки — это ли не урон суровому облику лидера?
— А вы как раз вовремя, — Цзи Син внезапно вскинул голову к небу. — Попали аккурат на ярмарку. Хм, Чэн Юйсюэ, ты ведь специально подгадывал время?
Чэн Юйсюэ извлёк из пространственного хранилища кучу вещей:
— А на что мне ещё тут смотреть? Конечно, я пришёл ради ярмарки.
— Какая ещё ярмарка? — Нин Бувэнь поймал себя на мысли, что с момента прибытия только и делает, что задаёт вопросы. До чего же мало он знает о здешнем мире! Ему казалось, что он уже тёртый калач, но чем дальше, тем понятнее становилось: океан неведомого безграничен.
— Эх, ты совсем не слушаешь, что я говорю, — со вздохом покачал головой Чэн Юйсюэ. — Я же с самого начала предупреждал: он обожает развлекать себя сам. Как видишь, парень он болтливый, а живых душ кругом нет. Вот и пришлось ему придумывать способы, чтобы народ сам к нему заглядывал.
— Но ведь в этом мире нет людей? — на автомате ляпнул Нин Бувэнь и тут же осёкся, сообразив: — Погоди... Это что, съезд NPC?!
Он и раньше слышал краем уха о масштабных сходках NPC, но и в мысли не допускал, что всю эту лавочку организует Главный командир!
— Растёшь на глазах, — довольный Чэн Юйсюэ расплылся в улыбке. — Ярмарка NPC — штука жутко любопытная, там можно отрыть самые невероятные вещички. И те наряды, что я тебе дарил, на добрую половину куплены именно здесь. Цзи Син, может, в чём другом и сплоховал, но в умении заводить знакомства ему равных нет. Будь то NPC или обычные игроки, он для всех...
Дальнейшие речи Чэн Юйсюэ пролетели мимо ушей Нин Бувэня.
Вся его мыслительная деятельность застопорилась на фразе: «Те наряды, что я тебе дарил».
Чего?!
ЧЕГО?!
Так вся эта безумная коллекция кошачьих ушек, хвостов и прочей бесовщины — отсюда?!
Чэн Юйсюэ подаренное добро даром не спускал: они перемерили абсолютно всё! И кто бы мог подумать, что, наряжаясь в эти костюмы, человек обретает анатомические свойства их прототипов? До жути достоверно и страшно!
Стоило Нин Бувэню натянуть, к примеру, костюм демонического зверя с хвостом, как прикосновения Чэн Юйсюэ к этому самому хвосту отзывались в теле самыми настоящими, болезненно-острыми ощущениями!
Их ночные «развлечения» стали донельзя экзотичными именно благодаря этой одёжке!
И всё это добро — отсюда?!
В груди у Нин Бувэня закипела глухая злоба. Он, конечно, не прочь был потешиться в постели, но ненавидел то чувство беспомощности, когда собственное тело выходило из-под контроля из-за внезапно появившихся гиперчувствительных зон!
Пока они переговаривались, под сенью гигантского дерева начали появляться гости.
Первым из разверзшейся пустоты вышагнул исполинский лев. Он превосходил размерами Золотого льва из Легиона Свободы, да и аура его была куда смертоноснее — они находились на совершенно разных уровнях.
Гордо задрав гривастую голову, зверь чинно улёгся на траву и с глухим рыком выплюнул целую гору добра: скипетры, артефакты, оружие, редкие плоды и даже причудливые гладкие камушки.
— Это Король львов из S-рангового испытания «Цирк львов», притом его бешеный вариант, — негромко пояснил Цзи Син. — В первую треть времени испытания он кроток и пушист, точно домашний котик. Но за каждого погибшего игрока его туша увеличивается вдвое. К последней трети квеста он превращается в машину для убийства. Выживаемость игроков в этой локации обычно ниже одного процента. Помнится, А-Чжи специально ходил туда с ним помериться силами и одолел-таки.
Цзи Син явно знал каждого из своих посетителей как облупленного.
Вслед за львом из пространственной прорези вышли трое остроухих гуманоидов — NPC-эльфы. В руках они держали изящные плетёные корзины, доверху набитые сверкающими жемчужинами и самоцветами.
— Тёмные эльфы из А-рангового испытания «Лес бездны», — прокомментировал Цзи Син. — В отличие от светлых родичей, эти обожают драгоценные камни. К слову, то, что у них в корзинах — сорт так себе, истинные сокровища они на торги не выставят. Хотя их жемчуг — лучшая панацея от ран, по эффекту сопоставимое с картами исцеления высшего ранга, материал для этих камней добывается из людей. И из таких же NPC, как они сами.
Нин Бувэнь слегка вздрогнул и торопливо отвёл взгляд от эльфов.
— Ты ведь владеешь конституцией причинно-следственного типа? — внезапно обратился к нему Цзи Син. — Ты только что вошёл в топ-50 глобального рейтинга Пандоры, на тебя сейчас устремлена куча глаз. Настоятельно рекомендую в ближайшее время в испытания не спускаться. А лучше пойди к Гуай У и выменяй у него Зеркало истинного облика. Вон к тому мохнатому коротышке. Он пятый ребёнок в семье, вот и зовётся Гуай У — Пятым братом-монстром.
Нин Бувэнь проследил за указанием Цзи Сина и увидал... пушистый комок?
Если присмотреться, в этой куче меха угадывался человек, наглухо закутанный в белоснежную шубу, из-под которой торчали лишь блестящие глаза.
— Испытание S-ранга «Шёпот братьев-монстров», — пояснил Цзи Син. — Вся их семейка способна принимать облик кого угодно, а также превращать игрока в случайную тварь. Не зная этой особенности, в том мире легко сложить голову. Но если раздобыть у них Зеркало истинного облика, можно мгновенно вернуть себе изначальный вид. В будущем, если отправишься спасать кого-то из игроков, эта вещь не раз спасёт тебе жизнь и защитит от проклятий, превращающих людей в кошек или собак. NPC терпеть не могут игроков, тайно проникающих в их миры.
— Вот, держи мои листья. Они сойдут за местную валюту, — Цзи Син вручил Нин Бувэню пригоршню изумрудных листочков, тёплая улыбка не сходила с его юного лица. — Прости, что Главный командир предстал перед тобой в таком вот виде. Увы, ничего другого я тебе дать не могу.
Нин Бувэнь сжал листки в ладони, почувствовав неожиданную тяжесть.
Главный командир держался так свободно и непринуждённо, словно ничуть не тяготился своей судьбой. Но каково это — из человека превратиться в дерево и коротать века в выжженной пустыне? Разве можно привыкнуть к такому без боли?
— Спасибо, Главный командир, — искренне поблагодарил Нин Бувэнь и, сжимая листья, отправился к Гуай У торговаться за зеркало.
Чэн Юйсюэ подошёл к Цзи Сину и с затаенным гордым удовольствием посмотрел вслед Нин Бувэню:
— Ну как? У меня отменный вкус.
— Ты впервые за столько лет присмотрел себе кого-то, так что вкус и впрямь неплох, — согласился Цзи Син. — Сынань тоже молодец, вовремя сориентировался и переманил его в наш легион. У парня уникальная конституция, недивно, что она привлекла внимание Свободного консультанта Пандоры.
— Свободного консультанта? Похоже, за последнее время ты разжился свежими сведениями, — утвердительно сказал Чэн Юйсюэ.
Очевидно, Цзи Син устраивал ярмарку NPC не только ради того, чтобы разогнать тоску. Это место служило крупнейшим узлом обмена информацией между обитателями испытаний.
— Не упомяни ты того самого Босса Таня, я бы и не вспомнил, — Цзи Син склонил голову набок, задумавшись.
Затем его крылья снова превратились в руки. В одной из них материализовалось перо, которым он начертал в воздухе пару знаков. В тот же миг из ниоткуда выскользнул листок бумаги.
Даже будучи лишь отделенной ветвью, сила Древа Мира превосходила пределы человеческого разумения. И Цзи Син заключил ядро этой мощи в свою третью, «лишнюю» руку.
— Похоже, давным-давно я встречал одного странного типа. Он не был ни обычным NPC, ни Оставшимся. Но его ужасно заинтересовала моя третья рука — он предлагал за неё ценнейший редкий предмет.
Цзи Син усмехнулся:
— Я тогда чуть было не согласился. Но потом подумал: раз уж эта лапа так дорога, значит, у неё есть куда более важное предназначение. И отказал. Кто ж знал, что при слиянии с Древом Мира именно она спасёт мне жизнь? Не будь её, я бы давно кости сложил.
В повседневности эта рука казалась обузой, но в мирах испытаний превратилась в идеальный сосуд для изоляции колоссальных энергий.
На бумаге в руках Цзи Сина проявился искусно нарисованный портрет. Человек на нём внешне ничуть не походил на Босса Таня, но от самой его фигуры веяло той же непостижимой аурой — словно они были вылеплены из одного теста.
— Говорят, в семи финальных испытаниях Пандоры есть по одному Свободному консультанту — всего их семеро. Они исполняют свои обязанности только тогда, когда открывается соответствующее финальное испытание. Всё остальное время они вольны жить где угодно и в каком угодно облике. Об их существовании знают лишь древнейшие игроки, давно перебравшиеся в Пандору или решившие стать NPC.
— И этот человек — один из тех Свободных консультантов, что выходили на тебя?
— Да, — кивнул Цзи Син. — Он называл себя Господином Нанем.