С лёгкой руки первого Оставшегося Нин Бувэнь на одном дыхании обратил ещё двоих.
Один другого хитрее, один другого бесстыднее.
Отлично. Судя по всему, полное устранение остальных игроков — лишь вопрос времени.
Прежде Нин Бувэнь полагал, будто у Владыки Демонов, кроме вербовки последователей, нет никаких особых козырей. Однако, стоило его новообращённым начать выбивать из игры прочих участников, как сила в его теле хлынула устремлённым потоком.
Этот прирост отличался от привычного усиления игрока. Он ощущался куда нагляднее, словно из самых глубин естества бил неиссякаемый источник.
И если уж искать сравнение, то Нин Бувэнь больше всего напоминал себе того древнего дьявола из испытания «Дыхание дьявола».
Вдобавок обнаружилось, что ему открылась способность изменения облика.
Настоящий читерский навык.
Пусть способность изменения облика применялась лишь раз в десять дней, для маскировки этого хватало с лихвой.
Даже если кто-то из игроков потянет за ниточку, нападёт на след и уверится, что Нин Бувэнь — и есть Владыка Демонов, тот в мгновение ока сменит личину и растворится в толпе.
Бедняги. Ну и изощрённый же кукловод эта Пандора.
Нин Бувэнь не сдержал вздоха.
Участники с самого начала упустили инициативу: не раскусили ключевую секретную механику яруса, лишились памяти и способностей, позабыв даже собственные имена.
А затем им «повезло» столкнуться с ним — тем, кто пришёл на выручку, но был безжалостно мобилизован Пандорой в качестве подневольной рабочей силы.
Выбор, оставленный Пандорой, отличался предельной простотой: спасти соратников по отряду — или остальных игроков.
Нин Бувэнь даже секунды не раздумывал. Конечно же, соратников. Кто-то иной, быть может, посомневался бы, но для него не существовало ничего ценнее своих. Прочие же люди являлись скорее абстрактными единицами: даже протяни им руку сейчас, обделённые силой всё равно сгинут в следующем испытании. Бездне нет дела до сантиментов.
Впрочем, всё это лишь удобные оправдания.
Нин Бувэнь никогда не отличался всеобъемлющим милосердием. В их суровое время альтруисты вымерли как вид.
Окажись на его месте главный командир Легиона Паньгу Цзи Син, тот не задумываясь предпочёл бы собственных бойцов чужакам из прочих легионов.
Суровая реальность.
Пандора, просчитав подобный расклад, без лишних реверансов превратила явившегося на помощь Нин Бувэня во Владыку Демонов.
С этого мгновения любые мечты вытащить отсюда прочих игроков превратились в пыль.
Так на свет появился Владыка Демонов, способный утянуть за собой на дно абсолютно всех участников.
От этих мыслей у Нин Бувэня невольно пробежал мороз по коже.
К счастью, обычно Пандора избегала подобных выкрутасов.
Устрой она командный турнир на выбывание и стравь его с Чэн Юйсюэ или Цзи Сином — дело дрянь.
Но ближе к делу. Недавно Нин Бувэнь приметил игрока, подозрительно похожего на его соратницу, Сяо Лю.
Сяо Лю отличалась чистой, незамысловатой душой. Лиши её воспоминаний и целого арсенала причудливых умений — обыкновенная девчушка.
Впрочем, имелась одна существенная деталь: раздвоение личности.
Расщепление сознания выступало её главным фирменным знаком.
Честно говоря, среди полчищ участников с изменённой внешностью и стёртой памятью отыскать своего человека — задача почти невыполнимая. Нин Бувэнь мог лишь присматриваться к тем, кто хоть отдалённо выбивался из общей массы.
Винить оставалось лишь блёклость чужих индивидуальных черт.
Будь они все законченными психопатами вроде Чэн Юйсюэ, поиски упростились бы в разы.
К счастью, особенность Сяо Лю слишком бросалась в глаза.
В обычной обстановке — милая девчушка, а чуть прижмёт — наружу вырывается вторая личность. Весьма яркий отыгрыш.
Так что Нин Бувэнь довольно быстро вычислил нужную фигуру.
Работать с Сяо Лю прежними методами, которыми он обвёл вокруг пальца Оставшихся, не выйдет — нужен тонкий подход.
Впрочем, к чему громкие слова про «обман»? Это всего лишь вынужденный ход!
С этой мыслью на губах Нин Бувэня заиграла предвкушающая ухмылка. Заметь её кто-нибудь из отряда охраны, непременно брякнул бы: «Бувэнь, ты когда так лыбишься, вылитый Великий князь, чисто семейная парочка!»
Но то дела будущих дней.
Сяо Лю в этих декорациях превратилась в верзилу под два метра ростом.
Статный, крепкий, с виду — сплошная надёжность и опора.
По правде говоря, сперва Нин Бувэнь не обратил на здоровяка никакого внимания. Ровно до тех пор, пока не заметил, что этот детина обожает розовый цвет, таскает с собой кукол, иногда с восторженным вздохом заглядывается на красавчиков, а на чужие выкрики «Извращенец!» отрезает с такой безупречной, уничтожающей логикой, что спорить бесполезно.
Не пробовал свинину, так хоть видел, как свинья бегает.
Пусть Сяо Лю и не числилась аналитическим центром отряда «Микро-свет», всё её взросление прошло внутри испытательных миров. Несмотря на юный возраст, багаж опыта за плечами накопился внушительный — всё же семнадцатилетняя девушка.
Попадая в комнаты с правилами, она после короткого замешательства молниеносно находила ключ к разгадке.
Вот только какая из её личностей брала верх во время прохождения — вопрос отдельный.
Наблюдая за повадками подозрительного гиганта, Нин Бувэнь окончательно утвердился в догадке.
Если это не Сяо Лю, то он готов задом наперёд писать собственное имя.
Получив способность изменения облика, Нин Бувэнь просто не мог им не воспользоваться.
Сяо Лю — юная девушка в самом расцвете сил, чистая и наивная. Пусть играть на её чувствах не совсем красиво, но ведь это ради её же блага! Стимул к взрослению, чтобы в будущем какой-нибудь мерзавец не обвёл её вокруг пальца.
Нин Бувэнь пораскинул мозгами и превратился из женщины в статного, привлекательного юношу.
Если присмотреться, его брови и глаза были точно вылитый Чэн Юйсюэ. Однако овал лица и черты перекликались с внешностью самого Нин Бувэня — со стороны казалось, будто перед глазами плод их совместной любви.
Ничего не поделаешь: сотворить лицо из ничего невозможно, вот и пришлось лепить образ из тех деталей, что врезались в память сильнее всего.
В принципе, можно было скопировать Чэн Юйсюэ один в один, но, помня о завербованном Оставшемся, который вполне мог сохранить воспоминания о генерале Сюэ, Нин Бувэнь с сожалением отбросил столь соблазнительную затею.
Эх, повезло Чэн Юйсюэ, выкрутился.
Что ж, все приготовления окончены, пора начинать представление.
* * *
Байян вместе с несколькими спутниками исследовал замок.
Впрочем, назвать их соратниками язык не поворачивался: так, сброд, собранный на скорую руку и едва-едва превосходящий бессистемную толпу.
В этой группе Байян держался особняком — остальные откровенно его избегали.
Самого Байяна подобное отчуждение ничуть не заботило. В этом даже имелись свои плюсы: по крайней мере, никто не лез с расспросами.
Любопытные типы. Стоило покинуть игровые комнаты с правилами и оказаться в коридорах замка или помещениях улик, как они шарахались от него как от чумного. Но стоило по неосторожности угодить в очередное испытание, как вся компания тут же начинала жаться к его плечу.
Байян хоть и не принимал эти мелочи близко к сердцу, но двуличие попутчиков вызывало у него лёгкое раздражение.
И как только умудряются так быстро переобуваться? Совсем не похожи на настоящих соратников — те-то относились к нему с искренней теплотой.
Стоп.
Байян постучал себя по лбу: как ни старался, воспоминания об истинных товарищах никак не давались.
Но наверняка то были прекрасные, сильные и добрые люди.
И вот один из таких «выдающихся и добрых» — израненный Нин Бувэнь — растянулся на полу неподалёку, где его тут же засекли.
— Смотрите, тут кто-то лежит! Живой! — один из спутников бегом ринулся на разведку.
— С чего бы ему тут валяться? — нахмурился другой. — По-моему, проще оттащить его в помещение улик, пусть отлежится.
— Нечего время терять. Подозрительный он какой-то, лучше бы...
— Ой, очнулся!
Нин Бувэнь со слабым стоном открыл глаза и медленно приподнял голову.
Глядя на смутно знакомые черты, Байян ощутил невольный прилив тепла.
— Как ты? — шагнуть вперёд и спросить вышло само собой. — Как тебя сюда занесло?
— Мы с товарищами угодили в комнату с правилами... Едва ноги унесли, пробившись сквозь испытание, — с ходу наплёл Нин Бувэнь. — Не думал, что выживу. Будь добр, помоги подняться...
Нин Бувэнь протянул руку.
Байян тут же подскочил и подставил плечо, заставив спутников замереть в глубоком шоке.
Отродясь за ним подобной прыти и отзывчивости не водилось!
Неужто опять запал на очередную симпатичную мордашку? Ну, собой-то новенький и впрямь хорош.
— Спасибо, — Нин Бувэнь едва заметно кивнул. — Впереди комнаты восемьдесят восемь, сто двадцать три и двести двенадцать... Все они — игровые с правилами. В каждой из них сгинули мои спутники. Лучше держитесь от них подальше.
С этими словами он заходился кашлем, сплёвывая кровь; выглядел он весьма плачевно.
— У меня есть карта лечения, — Байяну при виде чужой слабости стало совсем не по себе. — Может, применишь...
— Благодарю, но я не могу принять такую щедрость, — твёрдо возразил Нин Бувэнь. — Мы едва знакомы, я не вправе тратить твою карточку предмета.
— Вот именно! — тут же вклинился один из спутников. — У тебя эта карта исцеления едва ли не последняя! Нам ещё кучу помещений обходить. Пока никто на тот свет не собирается, нечего разбазаривать добро!
Карты лечения считались редчайшим ресурсом, беречь который следовало на самый крайний случай. Во всей их группе подобным сокровищем владел один лишь Байян, а это, по сути, дополнительная жизнь. Потому, как бы попутчиков ни раздражали его заскоки, уходить из отряда никто не спешил.
И вдруг Байян намеревается спустить бесценный артефакт на первого встречного! Разумеется, они встали грудью.
— Сам не знаю почему, но при виде тебя мне становится так тепло... Будто мы знали друг друга до того, как лишились памяти, — Байян пристально всматривался в юношу. — А у тебя... есть похожее чувство?
— Есть немного, — Нин Бувэнь изобразил сомнение. — Вот только вряд ли ты выглядел именно так. Какая-то фальшь чувствуется...
— Да уж явно не так! — Байян оглядел свою двухметровую тушу. — Зови меня Байян. Это позывной. А к тебе как обращаться?
— Вэйгуан, — ответил Нин Бувэнь, окончательно убедившись: перед ним Сяо Лю. Девушка и раньше бурчала, что её имя звучит слишком блёкло, и мечтала обзавестись чем-то более звучным и жизнеутверждающим. Вот и сейчас, потеряв память, выдумала себе псевдоним «Байян» — Тополь.
— Вэйгуан... Вэйгуан... — пробормотал Байян, смакуя слово. — Какое знакомое сочетание.
— Не настоящее моё имя, но почему-то именно оно всплывает в голове, — пожал плечами Нин Бувэнь.
— Точно! Мы наверняка были знакомы! — Байян в возбуждении сжал ладонь Нин Бувэня. — Я тоже припоминаю это имя! Какая удача, я ведь пока не отыскал ни единой знакомой души. Пойдём со мной, станем искать остальных вместе!
— Идёт, — Нин Бувэнь о лучшем и не мечтал.
Они сошлись мгновенно, не оставив остальным ни единого шанса вмешаться.
Попутчики переглянулись, сдерживая недовольство и просчитывая варианты.
Нин Бувэнь подмечал каждую мелочь, и на душе у него становилось всё веселее.
Похоже, обращение Сяо Лю в верную последовательницу пройдёт без сучка и задоринки.
От карты исцеления Нин Бувэнь в итоге отказался. Переведя дух, он присел у стены и принялся делиться сведениями.
Замок хоть и впечатлял размахом, безграничным не являлся.
Разобравшись по парам или в одиночку, участники разбредались по комнатам, а после, обмениваясь данными, по крупицам восстанавливали карту.
Байян извлёк листок бумаги, разбитый на ровные квадраты с номерами от единицы до двухсот девяноста девяти, выведенными красными и чёрными чернилами.
— Красный цвет — это игровые комнаты с правилами, а чёрный — помещения улик, — пояснил Байян, тыча пальцем в схему. — Пересекаясь с другими группами, мы выпытываем всё, что им известно. Смотри, больше половины красных комнат уже разведано, да и чёрные отработаны почти на пятьдесят процентов. Ещё пару дней — и на карте не останется белых пятен.
Нин Бувэнь вгляделся в таблицы, и у него внутри всё перевернулось.
Надо же, а участники-то времени не теряли — организовали подпольную сеть обмена данными!
— Надо же, до такой простой вещи я бы и не додумался, — с неопределённой интонацией проронил Нин Бувэнь.
Ход лежал на поверхности, потому-то он его и упустил.
Нин Бувэнь полагал, будто стёртые воспоминания помешают игрокам выстроить доверие, но Сяо Лю умудрилась в одиночку собрать целую картотеку!
— Да там ничего сложного: пару вопросов задашь — и люди охотно делятся. К тому же я с ними тоже информацией делился, — Байян сиял от гордости, будто его только что осыпали похвалами.
И ведь что удивительно: подобная сияющая мина на роже двухметрового детины смотрится вполне органично.
— Правда, замысел не мой, — хвастливо прибавил Байян. — Это вторая моя ипостась придумала, пока я в отключке находился. Пусть народ друг другу не верит, но если задействовать всех, прочесать крепость — дело техники. Жаль только, Владыку Демонов до сих пор не выследили.
— Едва ли его так просто сыщешь, — с лёгким уколом совести отозвался Нин Бувэнь и тут же перевёл тему: — И куда вы намерены двинуться дальше?
— Собираемся на третий этаж, — без утайки выложил Байян. — Смотри, по третьему ярусу данных меньше всего. Уверен, там найдутся и ценные карты предметов, и улик побольше. Раздобуду ещё одну карту исцеления — и подниму тебя на ноги!
— Спасибо тебе за заботу, — смущённо кашлянул Нин Бувэнь.
— Пустяки! Свои же люди! — Байян ударил себя кулачищем в грудь. — Ну что, выдвигаемся?
Нин Бувэнь с невольным уважением осознал: маленькая Сяо Лю давно выросла. Пока он не видел, девчонка успела заматереть.
А что же Соломон и остальные?
— На третий этаж я не пойду. Охота вам рисковать — скатертью дорога!
— Ни памяти, ни сил! Лезть наверх сейчас — чистое самоубийство!
— Вот именно, не гоните лошадей!
Остальные игроки наотрез отказывались соваться на третий этаж.
Оно и понятно: если им требовался Байян, чтобы миновать испытания, умственными способностями или боевой мощью в своих прошлых отрядах они явно не блестали. Слыша про третий ярус, они поджимали хвосты.
Далеко не каждый способен с голыми руками и чистой памятью лезть на рожон.
— Только на третьем этаже можно быстро вернуть воспоминания! — насупился Байян. — Вы же сами карту видели: на первых двух ярусах почти все комнаты пройдены, поживиться там нечем. К тому же я не учитывал тех, кто проходит испытания прямо сейчас. Мы и так плетёмся в хвосте. Если не рискнуть, к финалу нас первыми пустят в расход!
Пусть Байян и не помнил подлинной природы замка, одно он знал наверняка: вырваться отсюда не удастся, остаётся лишь шагать дальше.
Амнезия не стирала знание механик артефактов и главной цели — пройти игру. А раз замок — это гигантское испытание, к финальной развязке без солидного запаса сил лучше даже не подходить.
Именно поэтому, признав в Нин Бувэне соратника, Байян укрепился в решении идти напролом.
Вдвоём с соратником они сработаются куда лучше, чем с этой оравой.
— Рассуждаешь ты здраво, — принялся заходить сбоку один из спутников, переведя взгляд на Нин Бувэня, — вот только приятель твой едва ноги волочит. Потянешь его за собой — сгубишь парня!
— Пустяки, — Нин Бувэнь состряпал тяжёлую мину, будто после долгих колебаний, и выудил карточку предмета.
— Эта карта временно возвращает тело в пиковую форму. Действует три дня, я берёг её на крайний случай. Но раз мы с Байяном, похоже, из одного отряда, я пойду с ним.
И, не дав спутникам опомниться, применил карточку на себе.
Нин Бувэнь мгновенно преобразился, вернув прежнюю свежесть и силу.
Байян смотрел на него с нескрываемым восторгом.
Вот она, хватка настоящего товарища!
Остальные игроки окончательно опешили: противопоставить столь железной решимости им было нечего.
Настал момент прощания.
Не явись Нин Бувэнь, они бы и дальше цеплялись за Байяна. Но тот явно отдал предпочтение новому знакомому, перечеркнув их влияние.
Разойтись миром — лучший исход.
После скупого прощания группа застыла у подножия лестницы.
Останься Байян в одиночку, они бы попытались вымучить или отжать у него карту исцеления. Но против двоих крепких бойцов шансы стремились к нулю. Оставалось лишь утереться и отступить.
Нин Бувэнь и Байян устремились на третий этаж.
Опасная слава закрепилась за верхним ярусом после того, как одна из групп едва не легла там в полном составе. Нумерация комнат в замке царила хаотичная: рядом с комнатой № 122 спокойно соседствовала № 5, а за ней сразу № 11.
Но как бы то ни было, третий этаж славился куда более суровыми правилами, чем детские забавы снизу.
Едва пролилась первая кровь, участники начали обходить верхний ярус десятой дорогой.
Впрочем, высокое назначение рисков сулило соответствующий куш.
Из той разгромленной группы уцелел лишь один человек, но зато он загреб целую охапку редчайших карт предметов и восстановил добрую половину памяти. Правда, куда он сгинул потом — загадка.
Тот выживший объявился ещё до того, как Нин Бувэнь стал Владыкой Демонов. Имелись все основания полагать, что то был кто-то из своих: будь он Оставшимся, хрен бы поделился уликами, а скорее с удовольствием утянул всех на дно.
Впрочем, гадать бессмысленно. Встретить Сяо Лю — уже несказанный подарок судьбы.
Нин Бувэнь остался доволен раскладом.
— Похоже, остались только мы вдвоём, — с улыбкой заговорил Нин Бувэнь. — Надеюсь, тебя это не смущает?
— Без этих обуз даже дышится легче, — беззаботно отозвался Байян. — Они давно хотели соскочить, просто силёнок не хватало, да и защита моя требовалась. А с твоим приходом баланс сместился. Всё к лучшему.
«Подумать только, Сяо Лю теперь насквозь видит человеческую гниль», — тихо вздохнул про себя Нин Бувэнь.
Суровый век не оставляет места для детской наивности.
— Ну что, какую дверь выберем? — Байян мгновенно позабыл о бывших спутниках и уже горел предвкушением.
Быстрее пройдёшь — быстрее вернёшь память и вспомнишь, кто же такой этот Вэйгуан.
— Да хоть эту, — Нин Бувэнь небрежно указал пальцем на ближайшую створку. — Всё равно мы тут впервые, разницы никакой.
— Ха-ха, и то верно! — хохотнул Байян.
Они разом направились к двери с табличкой «Комната № 201».
— Постойте!
Едва они взялись за дверную ручку, со спины окликнули.
— Вы тоже собрались испытать удачу на третьем этаже? — к ним приблизилась компания из трёх мужчин и одной женщины. Заговорила та, что шагала впереди.
— Раз уж поднялись сюда, вывод напрашивается сам собой, — пожал плечами Байян.
— Тогда возьмите и нас, — с вежливой улыбкой предложил круглолицый парень с детскими чертами лица. — Мы тоже давно целимся на третий ярус, да всё не могли набрать команду.
— Глядите не тяните нас на дно! — презрительно фыркнул мужчина с творческой бородкой и хвостом на затылке, свысока окинув Нин Бувэня взглядом. — Особенно ты!
Это ощущение...
Точно кто-то из своих!