В день аукциона У Дэн из Легиона Номер Тридцать Один действительно прибыл на торги. Вслед за ним, едва пронырливые агенты разнесли весть, подтянулись и представительные члены других военных фракций.
Нин Бувэню даже стало не по себе. Неужели карты призовых испытаний — такая редкая ценность в эту эпоху? Что ж, когда представится случай вернуться и разжиться ими снова, нужно будет скопить приличный запас на продажу.
В этом и заключался разительный контраст двух эпох.
Во времена Восемнадцатого поколения механизмы Пандоры и тактика прохождения испытаний были отточены до совершенства десятками предшественников. Как заполучить призовую карту, как ею распорядиться, как выжать из неё предельно возможную выгоду — всё это превратилось в отлаженный алгоритм.
Сейчас же, в эпоху Девятого поколения, подобные механики едва проходили становление. Заполучить заветный трофей оказывалось невероятной удачей. К тому же правящие верхушки, стремясь удержать контроль над игроками, сознательно сдерживали их рост. На торговых площадках призовые карты практически не появлялись: едва кто-то выставлял излишки, их мгновенно перекупали доверенные лица политиков.
Обычным игрокам доставались лишь крохи — если только они не рисковали шкурой в испытаниях самостоятельно, надеясь на благосклонность удачи. Однако предметы, способные улучшить личную конституцию, всегда остаются в жесточайшем дефиците. Неудивительно, что ажиотаж вокруг аукциона превзошёл скромные ожидания Нин Бувэня.
Впрочем, позволительно ли дать молотку аукциониста опуститься без лишнего шума? Разумеется, нет. Иначе к чему Нин Бувэню требовалось затевать весь этот спектакль?
Шум, поднятый им накануне, являлся лишь запалом к пороховой бочке. Его подлинный замысел крылся гораздо глубже: воспользовавшись торгами, вбить клиновидный кол между У Дэном и руководством Легиона Номер Тридцать Один, а затем извлечь из чужого разлада максимальную пользу.
Чем стремительнее поднимался У Дэн, тем больше недоброжелателей оскаливали зубы за его спиной. Навязываться с предложениями к самодостаточному мастеру бесполезно. Совсем другое дело — протянуть руку помощи, когда тот окажется на самом дне. Это не просто эффективно, но и создаёт благородный флёр великодушия.
Всё-таки Нин Бувэнь не терял бдительности в отношении У Дэна. Неизвестно, сколько ещё времени придётся пробыть в этом испытании. Действуй он слишком топорно или оставь явные следы — и в будущем этот парень легко всадит нож в спину.
В обычных условиях карта призового испытания оценивалась в пределах от восьмисот тысяч до миллиона двухсот тысяч кредитов. Всё, что превышало миллион, считалось явным оверпрайсом и случалось редко. Для рядового игрока подобная сумма требовала месяцев непрерывного риска.
Однако на этих торгах призовая карта Нин Бувэня ушла с молотка за сумасшедшие два миллиона!
Здесь сыграли роль не только искусственные взвинчивания ставок, организованные Нин Бувэнем назло У Дэну, но и тонкие намёки, вовремя подброшенные соперникам. Нин Бувэнь невзначай шепнул нужным людям, почему У Дэн столь отчаянно цепляется за этот предмет.
Параллельно Нин Бувэнь закинул удочку и самому У Дэну: дескать, командир Легиона Номер Тридцать Один действительно приглядел его в зятья, вот только его дочурка уже давно безоглядно влюблена в другого, и замуж её выдают насильно. А все палки в колёса на торгах — не что иное, как месть того самого отвергнутого ухажёра.
"Эх, слабаки", — сокрушался Нин Бувэнь, взяв пару дней отгула, чтобы насладиться зрелищем со стороны.
Штука-то была шита белыми нитками, но ни У Дэн, ни люди из Легиона Номер Тридцать Один не сумели разглядеть подвоха. А вернее — даже если кто-то и раскусил интригу, предпочитал держать язык за зубами.
В мире, где власть военных спуталась с политическим корыстолюбием, а пропасть между силой игроков и беспомощностью обывателей глубока как бездна, малейший шорох способен спровоцировать кровавый передел. Что уж говорить о тонко расставленной мышеловке?
Способность У Дэна внушала животный страх.
Убить человека, превратить его в послушную марионетку и забрать себе все его навыки... В качестве союзника такой игрок дарует чувство абсолютной защиты. Но как враг? Кто поручится, что завтра У Дэн не позарится на твою уникальную силу и не пустит на расходный материал?
Чем разрушительнее и чужероднее дар, тем сильнее паника среди серых середняков. Это естественный закон. Сколько бы волк ни уверял овец, что он вегетарианец, те всё равно будут оглядываться на его клыки.
Посеянное зерно сомнения дало пышные всходы. Стоило У Дэну попасть под подозрение, как представители сторонних легионов тут же подлили масла в огонь. Ситуация окончательно вышла из-под контроля, превратившись в бурлящий хаос.
Затейливые повороты сюжета и масштаб грызни доставили Нин Бувэню искреннее удовольствие. Он едва сам не забыл, кто запустил весь этот механизм.
"Стоит мне теперь протянуть ему ветвь мира, и У Дэн кротко приплетётся под моё крыло, — мысленно ухмыльнулся Нин Бувэнь. — Вышло даже проще, чем я рассчитывал."
Лиха беда начало.
Раз уж У Дэн так легко проглотил наживку, не прибрать ли к рукам и других перспективных умельцев, чьи способности вызывали у него аппетит?
Сомнения терзали Нин Бувэня не дольше полуминуты.
В конце концов, во всём виновата проклятая Пандора. Зачем было разбрасывать его соратников по разным углам? Раз так, приходится добиваться цели любыми доступными средствами. Собрать под своим началом сильнейших — единственный способ пройти этот испытательный мир. Не начинать же, в самом деле, унылое плетение с самого дна карьеры?
Это уж слишком долго.
Замыслив дело, Нин Бувэнь сразу перешёл к действиям. Вернувшись в расположение отряда, он начал скрытно плести сетку новых комбинаций.
— Командир, вы в порядке? — Личный секретарь с любопытством оглядела Нин Бувэня. — Вы выглядите... взволнованным.
— Сам не пойму, — вздохнул Нин Бувэнь. — Не оставляет ощущение, будто за мной кто-то пристально следит.
— Я немедленно распоряжусь провести проверку территории! — тут же подтянулась секретарь.
— Не горит, — качнул головой Нин Бувэнь. — Скажи лучше: рапорт У Дэна о переводе в наш отряд уже поступил?
— Процедура почти завершена! — с восторгом откликнулась девушка. — И не только его! Ещё несколько заметных игроков из рейтинга новичков изъявили желание присоединиться к нашему легиону. Командир, вы просто невероятны!
— Рядовые рабочие моменты, — сдержанно улыбнулся Нин Бувэнь, хотя в душе был весьма доволен. — Ребята они своенравные, с высокими показателями. Когда переведутся, им потребуется время на адаптацию. Без крайней необходимости не досаждайте им.
— Не беспокойтесь, командир, всё сделаем в лучшем виде.
— Хорошо.
— Ах да, чуть не забыла, — секретарь мгновенно изменилась в лице. — Опять одолевают влиятельные персоны. Просят, чтобы вы лично взяли их протеже в следующий испытательный мир — помочь с пробуждением конституции.
Система Пандоры определяла итоговый ранг игрока по степени его личного вклада и роли в ключевых поворотах сюжета. Если ветераны оказывают новичку чрезмерную опеку, тот рискует получить низкую оценку и остаться без личной конституции. А если оставить его без присмотра — он просто сгинет.
Согласно официальной статистике, около сорока процентов игроков — почти половина! — погибали именно на этапе пробуждения силы.
Выживет ли игрок после пробуждения — вопрос открытый, но вот без конституции шансы пережить следующий виток испытаний стремятся к нулю. Это правило усвоили все. Поэтому высокопоставленные чиновники и богачи из кожи вон лезли, пытаясь обеспечить своим отпрыскам безопасное прохождение.
Статистика выживаемости и стабильно высокие ранги, которые выдавал Нин Бувэнь, привлекали к нему пристальное внимание. Найти столь умелого проводника было огромной удачей, и политики стремились привязать его к себе, не желая тратить целые состояния на сдерживающие карты задержки испытаний.
— Ладно, оставь бумаги на столе, позже просмотрю, — Нин Бувэнь вовсе не собирался изображать из себя бескомпромиссного праведника и отказываться от связей. В большинстве случаев он шел навстречу. Если же кто-то из заносчивых сынков переступал черту, Нин Бувэнь быстро укрощал их спесь.
Влияние Нин Бувэня разрасталось с пугающей скоростью.
Даже когда он находился в очередном испытательном мире, поток прошений о переводе в его отряд не иссякал. Правительственные структуры уже готовили документы: стоило Нин Бувэню завершить период новичка и войти в глобальный рейтинг — неважно, на какую позицию, — его отряд немедленно реорганизовали бы в самостоятельный Легион, а самого Нин Бувэня утвердили в должности командира.
С приходом У Дэна и других сильных игроков слава об отряде загремела по всему миру.
В различных военных фракциях только и говорили о дерзком восходящем лидере, который не просто закрывает испытания за считаные дни с феноменально высокими баллами, но и удерживает выживаемость подчинённых на невероятном уровне.
Но больше всего удивления вызывал его альтруизм: Нин Бувэнь систематизировал типовые ловушки и механизмы пройденных миров и выпустил подробнейшее руководство, доступное абсолютно каждому игроку.
В этом пособии не было ни капли пустой болтовни — только концентрированный опыт и практические схемы. Благодаря ему даже совсем неопытные новички начинали понимать законы Пандоры, учились защищать свою жизнь и грамотно разворачивать сюжет ради высоких оценок.
Авторитет Нин Бувэня вырос до небес. Все новички, впервые попавшие в жернова Пандоры, мечтательно взирали на его фракцию.
Главным козырем Нин Бувэня являлось глубокое знание военной структуры будущего: отлаженной системы управления и методик подготовки, которые он щедро внедрял в нынешнюю эпоху.
— Командир... то есть Господин Командир, у нас ранг «S»!
Несколько бойцов едва не рыдали от захлестнувших эмоций.
Ранг «S»!
О таких оценках они прежде слышали лишь в легендах! Подобных высот достигали только игроки из первой сотни глобального рейтинга. С таким результатом Нин Бувэнь должен был с ходу ворваться в элиту Пандоры!
— Точно! Теперь вы признанный мастер высшей лиги, и никаким завистникам больше не вылить на вас грязь!
И хотя этот рейд стоил жизни двоим соратникам, шок от полученного ранга заставлял забыть о потерях. А главное — их отряд наконец обретал независимость, и больше не придётся терпеть самодурство вышестоящих чинов.
Создать собственный Легион сразу по выходе из статуса новичка — случай небывалый. Но Нин Бувэнь сделал немыслимое реальным.
Сражённые этим фактом, бойцы принялись наперебой гадать, какую строчку в глобальном рейтинге займёт их командир.
Сам Нин Бувэнь ждал итогов с не меньшим трепетом. Попадание в глобальный рейтинг давало надежду найти следы Чэн Юйсюэ.
— Ладно, идите отдыхать, — произнес Нин Бувэнь. Выбить ранг «S» оказалось нечеловечески трудно. В какой-то момент он всерьёз решил, что оставит кости в том мире, но богатый колоссальный опыт и предельное напряжение сил позволили вырвать победу.
— Слушаемся!
— Отдыхайте, командир! Послезавтра наш легион официально вступит в силу!
— Ох, да я до завтрашнего утра уснуть не смогу от волнения!
Нин Бувэнь усмехнулся:
— Что будет послезавтра — решим послезавтра. А сейчас — всем спать и восстанавливать силы.
Спор затих, не успев начаться. Подчинённые беспрекословно распрощались и отправились по домам.
"Надо же, — подумал Нин Бувэнь. — В реальности я едва дослужился до капитана отряда, а здесь уже вовсю командую целым Легионом. Вернусь — обязательно утру нос Сынаню. Из меня командир вышел куда толковее."
И снова это ощущение...
Нин Бувэнь резко обернулся, но позади оказалась лишь звенящая пустота.
Это липкое чувство чужого взгляда накатывало не впервые, однако мгновенно испарялось, не оставляя следов.
Неужели, стоит ему набрать силу, как первыми его выследят не соратники, а враги из Легиона Ной или Легиона Свободы?
— Кто здесь? Выходи! — Нин Бувэнь незаметно сжал в ладони карточку. — Если не покажешься сам, не обижайся!
[Негде скрыть облик]
Карта вспыхнула, активируя способность.
— Надо же, заметил, — донёсся равнодушный, тихий голос.
Нин Бувэнь вскинул голову и встретился взглядом с глазами — знакомыми и одновременно чужими.
А в следующее мгновение мир перед ним погрузился в непроглядную тьму.