Ань Були всё-таки удалось сбежать.
Всё это время он терпимо выжидал и притворялся покорным лишь ради одного-единственного момента. В Легионе Номер Один решили, будто его глубокое погружение в учебники для будущих матерей означало согласие выскочить замуж и родить ребёнка. Охрана подсознательно ослабила бдительность: первоначальная владелица этого тела славилась кротостью и безобидностью, и никому из конвоиров даже в голову не пришло, что внутри хрупкой оболочки давным-давно расположился дерзкий и бесстрашный игрок.
«Да пошло оно всё к чёрту! С какой стати я, опытный высокоуровневый игрок, должен разыгрывать перед ними семейную идиллию с деторождением? На дворе чёрт знает какой век, а они всё грезят средневековыми догмами!»
Оказавшись на свободе, Ань Були столкнулся с новой проблемой: куда податься? Разумеется, первой мыслью было отыскать соратников. Вот только в этом огромном мире, где все изменились до неузнаваемости, найти своих казалось задачей почти невыполнимой. К тому же ищейки Легиона Номер Один наверняка уже подмяли под себя все окрестности. Рассекать по улицам в нынешнем облике было равносильно самоубийству.
Не имея иного выхода, он решил пройти парочку испытаний Пандоры, надеясь выбить хоть какую-нибудь карту изменения облика — его личный арсенал предметов был плачевно мал. Прежняя хозяйка тела оказалась невероятно беспомощной, хотя её личная конституция — «Сверхшестое чувство» — заслуживала наивысшей похвалы. Достанься эта способность Ань Були изначально, он бы уже давно собрал вокруг себя целую армию сильных эсперов.
«Сверхшестое чувство» давало колоссальное преимущество: при входе в мир испытания игрок куда быстрее остальных распознавал ловушки NPC, безошибочно ощущал чужие намерения и загодя чувствовал приближение босса. Эта способность будто создавалась специально для прохождения испытаний, в разы повышая шансы на выживание. Неудивительно, что согильдийцы берегли девушку как зеницу ока, закрывая её со всех сторон в три слоя брони. Кто же мог предвидеть, что после смены души этот ценнейший актив просто удерёт?
Ань Були без колебаний прошёл два испытания подряд, выбив долгожданную карту маскировки и кучу полезных вспомогательных карт.
Следует признать, «Сверхшестое чувство» работало безупречно. Прохождение локаций превратилось в сущую прогулку, принёсшую ему два высших ранга А подряд. От подобного триумфа у Ань Були едва не кружилась голова. По правде говоря, если не считать превращения в девицу, эта ролевая личность обладала одними плюсами.
Он даже начал входить во вкус. Жаль только, что способность останется с ним лишь временно. Да и попадаться на глаза Нин Бувэню в таком виде категорически воспрещалось — иначе тот целый год не упустит случая съязвить, что Ань Були в испытании стал бабой, которую едва не заставили рожать. Уровню благородства Нин Бувэня он не доверял ни на грош.
Вернувшись из мира испытаний, Ань Були обнаружил, что ищейки Легиона Номер Один рыщут повсюду. И их можно было понять: получи они в распоряжение столь редкого специалиста, тоже не выпустили бы из рук. К тому же влияние Легиона Номер Один оказалось куда шире, чем он предполагал.
— Чёрт, мой рейтинг подскочил! — пробормотал Ань Були, с досадой заметив, что имя прежней владелицы тела взлетело в Глобальном рейтинге на приличный кусок вверх.
Раньше девушка еле удерживалась в хвосте списка благодаря поддержке союза, а теперь, когда Ань Були пронёсся по испытаниям соло и с высокими оценками, Глобальный рейтинг автоматически пересчитал показатели. Легион Номер Один мгновенно поймёт, что на руках беглянки появился солидный арсенал карт, и усилит группу захвата.
Не рискуя медлить ни секунды, Ань Були бросился в бега. Важность этой девицы для легиона превышала все его ожидания, и если не принять меры, поимка останется лишь вопросом времени. Но не сидеть же вечно в мире Пандоры? Проходить испытания ради укрытия — пустая трата сил, лучше потратить ресурс на поиски своих.
Прячась от ищеек несколько дней подряд, Ань Були понял: нужен радикальный шаг. Самое безопасное место — прямо под носом у врага! И он отправился в главную усадьбу того самого клана, куда Легион Номер Один так упорно пытался сдать его замуж. В конце концов, там вполне можно было разжиться чем-нибудь интересным.
* * *
Соломон вместе с капитаном своего отряда скрытно проник на территорию усадьбы.
— В этом клане стоит опасаться одного человека — Госпожи главы клана, — шепнул капитан, проявляя предельную осторожность. — Нельзя подбираться к ней близко, а главное — нельзя излучать ни капли жажды крови. Она способна почувствовать эмоциональный всплеск за целый километр. К счастью, сегодня ночью её нет в поместье, иначе нас засекли бы в первую же секунду, несмотря на карты невидимости.
— Настолько опасна? — с любопытством спросил Соломон. — Какой у неё ранг в Пандоре?
Подобный навык открывал невероятные возможности в прохождении локаций — при правильном подходе он превращался в идеальный чит-код.
— Она занимает лишь место в седьмом десятке, но убить её никому не под силу, — насупившись, ответил капитан. — В своё время Легион Номер Один едва не ликвидировал её, но операция сорвалась, и эта женщина лишь укрепила свои позиции. Хоть формально она и зовётся супругой главы, реального брака там нет — клан крайне закрыт, и пробраться внутрь она смогла лишь через фиктивный союз. Однако в роду её слово — закон. Настоящий вождь здесь именно она. Впрочем, Производный осколок хранится у формального главы, благодаря чему тот ещё удерживает хоть какое-то влияние.
Соломон кивнул, показывая, что всё понял:
— Забираем осколок и уходим.
— Именно. Начинаем по плану.
Тотчас же фигуры членов группы рассредоточились по тенистым аллеям.
* * *
Касо благодаря рассудительному характеру и выдающимся навыкам быстро продвигался по службе.
Легион, в котором он состоял, находился под полным контролем правительства и отличался редким отсутствием самостоятельности. Но в этом имелся свой плюс: бойцам не приходилось отвлекаться на организационную рутину — требовалось лишь проходить испытания и наращивать боевую мощь, пока чиновники улаживали остальные вопросы. Отбирая кандидатов, правительство целенаправленно искало людей спокойных и лишённых амбиций. Из-за этого общая сила легиона находилась в самом низу списка.
Касо стал исключением. Его сдержанный нрав перекликался с характером первоначального владельца тела, а многолетний опыт прошлых лет позволил выделиться ещё на первых этапах. Теперь его включили в состав делегации, отвечающей за безопасность Премьер-министра страны М.
Однако ситуация казалась Касо странной. Премьер-министр — обычный человек. Неужели для его защиты требовалось привлекать элиту всего легиона? Здесь явно кролось что-то ещё.
— От безопасности господина Премьер-министра зависит авторитет нашего легиона, — произнёс командир с трибуны, потчуя бойцов громкими речами. — Вы — наша опора, и это поручение — знак особого доверия.
Окончив выступление, командир отозвал Касо в сторону и покровительственно похлопал по плечу:
— Я вижу в тебе огромный потенциал. С сегодняшнего дня ты назначаешься личным телохранителем Премьер-министра. Будешь подле него, пока тот не обретёт способность защищаться самостоятельно.
— Разве Премьер-министр в ближайшее время получит приглашение в Пандору? — удивлённо спросил Касо.
— Нет, он давно использовал карту выхода и больше никогда не станет игроком, — покачал головой командир. — Я говорю о другом. Нужный предмет ещё не прибыл, но когда его доставят, ты всё поймёшь. Твоей главной задачей станет охрана этой вещи. А Премьер-министр — лишь приложение к ней.
Касо нахмурился:
— Командир, вещь, о которой вы говорите... это ведь Производный осколок?
— Тс-с, — командир предостерегающе качнул головой. — Не произноси это вслух.
— Но ведь Премьер-министр — обычный человек! — не удержался Касо, видя, что тот не отрицает. — Доверять столь ценный артефакт смертному?
— А ты думаешь, наш легион смог бы удержать его своими силами? — доверительно вздохнул командир. — Никому и в голову не придёт искать его у обычного чиновника. Если убережём артефакт хоть на год — уже победа. Мы отличаемся от остальных легионов, и если разразится катастрофа, этот предмет станет нашим спасительным щитом.
«Или смертным приговором», — мысленно возразил Касо.
Завладеть Производным осколком — полдела, удержать его при слабой общей силе легиона практически невозможно. Однако в этой ситуации кролся и редкий шанс. Касо давил в себе волнение: если осколок окажется в руках Премьер-министра, у него появится реальная возможность перехватить артефакт! А что, если Производный осколок сохраняет свои свойства и за пределами испытания?
* * *
Нин Бувэнь успешно переселился в дом Джамаля. Чэн Юйсюэ обосновался по соседству.
Капитан отряда «Микро-свет» выглядел гораздо более воодушевлённым, чем сам Нин Бувэнь: он питал слепую веру в Чэн Юйсюэ, а точнее — в командира Вэнь Дуодо. Всё, что говорил командир, априори считалось истиной.
— Расскажи-ка мне поподробнее о вашем командире, — предложил Нин Бувэнь. Хотя встретиться с Вэнь Дуодо лично пока не удалось, разузнать детали следовало без промедления.
Все трое заместителей командира являлись Оставшимися, а самого Вэнь Дуодо обманом затолкнули в испытание. Очевидно, его рассекретили, но не решились ликвидировать в открытую, предпочитая сбыть в мир сверхвысокой сложности. Это был излюбленный приём среди верхушки: убить опытного игрока с кучей защитных карт и карт лечения крайне сложно и рискованно, а вот запереть в смертельной локации Пандоры — куда надёжнее.
— С чего это вдруг такой интерес к нашему командиру? — Джамаль смерил гостя недоверчивым взглядом. Стоило Нин Бувэню выложить сведения о Производном осколке, как прежняя вежливость хозяина дома мгновенно улетучилась.
— Да потому что отношения между вашим командиром и его заместителями вызывают слишком много вопросов, — с мягкой улыбкой отозвался Нин Бувэнь. — Он предпочёл сделать специальным советником постороннего человека, вместо того чтобы передать весть своим замам. А те, узнав, что командир застрял в испытании, даже не попытались его вызволить. Тебе не кажется это странным? Ты ведь и сам им не доверяешь, но сделать ничего не можешь. Выложи всё, что знаешь — авось я и подскажу дельное решение.
Джамаль колебался, с подозрением разглядывая собеседника.
— Что не так? — прищурился Нин Бувэнь.
— Ты... совсем не похож на себя прежнего, — медленно проговорил Джамаль. — Раньше ты вёл себя иначе.
— Прежде я казался трусливым и бездарным, верно? — Нин Бувэнь усмехнулся. — Просто на мне висел слишком тяжкий секрет, приходилось осторожничать. Теперь, когда я выложил карты на стол, груз с души упал, и я могу позволить себе немного своенравия. Тебе ведь это тоже знакомо?
— Не понимаю, о чём ты, — Джамаль попытался развернуться и уйти.
— Кабы ты мог вызволить своего командира самостоятельно, тебя бы не сослали в инспекторы-смотрители, — небрежно бросил ему в спину Нин Бувэнь. — Ты воюешь в одиночку, да ещё и повязан по рукам и ногам кучей опасений. Какое там спасение командира — ты и себя-то защитить едва способен. Или рассчитываешь доверить свою тайну специальному советнику?
Джамаль замер на месте.
Он верил Чэн Юйсюэ, ведь тому доверял сам Вэнь Дуодо. Но выложить свой артефакт не решался. Чэн Юйсюэ был верен только себе. Сведения об осколке Хань Синьбо озвучил при заместителях и Чэн Юйсюэ одновременно, так что при попытке завладеть добычей любой из них оглядывался бы на соперников. А вот осколок в руках Джамаля оставался ничейным. Появись у Чэн Юйсюэ соблазн — или поддайся он на уговоры заместителей — и дело дрянь. Надёжнее всего полагаться только на себя.
Но в итоге он попал в тупик, о котором говорил Нин Бувэнь: слишком много страхов, слишком много секретов, и ни шагу на пути к освобождению командира.
— Ты правда можешь помочь? — выдохнул Джамаль. Голова его трещала от наплыва противоречивых мыслей, разобраться с которыми в одиночку не хватало сил.
— Для начала выложи всё о вашем командире — с самого основания легиона, если помнишь, — Нин Бувэнь вздохнул с облегчением: упрямец наконец пошёл на контакт. Ему самому до зареза требовалось узнать, что стряслось с Дуодо.
— У командира изначально было много соратников, вместе они и создали Легион Номер Шесть. Но по мере того как Вэнь Дуодо завоевывал авторитет, эти люди один за другим куда-то исчезали. Сначала мы думали, что они погибли, но позже выяснилось: они живы.
— Их имена светились в Глобальном рейтинге Пандоры? — перебил Нин Бувэнь.
— Не знаю, — качнул головой Джамаль. — Дела давние, лет десять-пятнадцать назад было, я сам лишь со слов старших знаю.
— Ладно, продолжай, — Нин Бувэнь кивнул, не став углубляться.
С вероятностью в восемьдесят процентов Вэнь Дуодо связался с Оставшимися. Создать легион с нуля — задача не из лёгких. Даже Легион Паньгу вставал на ноги при поддержке «Древних мудрецов» и «Оставшихся». Это объясняло, как Вэнь Дуодо сходу встал во главе структуры, и почему его заместители оказались Оставшимися.
— Командир был невероятно талантлив, благодаря ему мы отыскали немало Производных осколков, — вздохнул Джамаль. — Наш легион числился под шестым номером, но по боевой мощи не уступал Первому. Какое-то время Вэнь Дуодо упорно кого-то искал, но на расспросы отвечать отказывался. А потом резко бросил это дело, лишь буркнул как-то, мол, время ещё не пришло.
«Значит, Дуодо тоже раскусил подвох этого испытания», — подумал Нин Бувэнь.
— А потом он что-нибудь говорил?
— Да, — кивнул Джамаль. — Он предупредил: если однажды он назначит кого-то специальным советником, этим людям можно будет доверять, но не до конца. Некоторые вещи им знать не следует.
Разумный ход. Дуодо рассчитывал собрать участников своего испытания для совместного прохождения «Виртуальной реальности», но не был уверен в преданности игроков из Легиона Ной и Легиона Свободы. В одиночку этот мир не одолеть, требовались общие усилия. К несчастью, Вэнь Дуодо загремел в штрафное испытание раньше, чем Нин Бувэнь появился на этой временной линии.
— С историей вашего командира всё ясно. А откуда взялся твой Производный осколок? — Нин Бувэнь в упор поглядел на собеседника. — Если весь твой отряд погиб, как выжил ты один? И кто шепнул тебе, что заместителям верить нельзя?
Джамаль рассказывал всё гладко, но Нин Бувэнь цеплялся за каждую мелочь. Случаи, когда из гибельной локации возвращается единственный выживший, редки — обычно им оказывается либо самый юный член отряда, либо обладатель мощнейшей защиты. Джамаль же, будучи капитаном, обязан был идти первым, а не смиренно ждать спасения за чужими спинами.
Главное — кто-то слил ему информацию о заместителях-Оставшихся. Внутри легиона это наверняка считалось строжайшим секретом. Сообщить подобное мог только посторонний, но Джамаль почему-то безоговорочно поверил чужаку и теперь упорно скрывал его существование.
Поймав на себе пристальный взгляд Нин Бувэня, Джамаль понял: выкрутиться не удастся.
— Что ты ещё хочешь выведать? — Джамаль мгновенно пришёл в состояние боевой готовности, осознав, что перед ним под видом Хань Синьбо сидит далеко не простой игрок. Простые бойцы не обладают столь давящей, проницательной аурой.
«Неужели я сам впустил волка в дом?» — пронеслась паническая мысль. Но давать задний ход было поздно.
— Я могу не отвечать на этот вопрос?
— Разумеется, нет, — улыбнулся Нин Бувэнь. — Специальный советник Чэн сидит за стеной. Ты выложишь всё либо мне, либо ему. Выбирай.
Нин Бувэнь не привык давать спуску, когда дело касалось нужной информации. Он подсознательно чувствовал: Чэн Юйсюэ не тронул Джамаля и не отнял осколок именно из-за этой утаённой детали.
Чэн Юйсюэ тем временем лениво прислонился к дверному косяку в соседней комнате, с интересом прислушиваясь к допросу. Этот парень оказался чертовски сообразительным и мигом раскусил Джамаля. По наблюдениям Чэн Юйсюэ, капитан отряда «Микро-свет» до рейда был дерзким и уверенным, а вернулся сломленным и пугливым. Были ли причиной только погибшие товарищи? Чэн Юйсюэ пытался навести справки, но зашёл в тупик, а этот чужак распутывал узел за считанные минуты.
— Если я не ошибаюсь, в том испытании тебя кто-то спас, — нанёс Нин Бувэнь финальный точечный удар.
Судя по тому, как побледнел Джамаль, догадка попала в самую точку. Нин Бувэнь мысленно похвалил себя за проницательность — вполне возможно, этим спасителем был кто-то из их группы, заброшенный в более ранний временной отрезок!
Джамаль бессильно опустился на стул, осознав полное поражение:
— Ты прав. Про заместителей мне сказал тот, кто вытащил меня с того света.
— Кто это был? — немедленно спросил Нин Бувэнь.
Джамаль погрузился в воспоминания, замешкавшись с ответом. Нин Бувэнь не торопил его, хотя про себя досадовал на чужую нерешительность.
Джамаль поднял глаза и тихо спросил:
— А тебе... доводилось по-настоящему умирать хоть раз?