— Раз уж мы прошли ту комнату, то дальше нам не по пути, — сказал Ань Були товарищам по команде. — Вэйгуан тоже решил уйти.
На самом деле, превратив Ань Були в своего последователя, Нин Бувэнь получил сигнал о помощи от другого слуги и под предлогом неотложных дел ненадолго отлучился. Никто ничего не заподозрил: вполне естественно желать сохранить в тайне личные дела.
Однако мало кто ожидал, что Ань Були, капитан группы, только-только получившей улику о Владыке Демонов и находившейся на пике воодушевления, решит распустить отряд. Как это вообще понимать?
— Капитан, неужели ты... из-за гибели остальных? — не удержался Баньли. Вряд ли капитан грыз себя виной за то, что не смог всех спасти?
— Нет, — твердо ответил Ань Були. — В отряде осталось всего четыре человека, да и Вэйгуан ушел по своим делам. Мы втроем, если захотим исследовать новую комнату, всё равно вынуждены будем набирать людей. Не вижу смысла. Лучше поставить точку прямо сейчас.
Сказав это, Ань Були, не обращая внимания на потрясенные лица товарищей, вышел из состава отряда.
Став последователем Владыки Демонов, оставаться с простыми игроками значило лишь навредить и им, и себе.
Баньли и Байян переглянулись.
— Раз капитан так решил, пусть так и будет, — произнесла Байян. — В нашем нынешнем состоянии действительно лучше разойтись.
Двое из троих высказались «за», так что у Баньли просто не оставалось выбора, кроме как смириться.
Вскоре Байян незаметно проследовала за Ань Були.
— Капитан, а ведь я была уверена, что ты погибнешь, — нагнала его Байян. — А ты не просто выжил, но и вывел нас из испытания. И едва выбравшись из комнаты, заявляешь, что нам не по пути...
— Ты слишком много додумываешь, — перебил ее Ань Були. — Я просто не хочу больше так неэффективно проходить комнаты. У меня свои дела. Если тебе ничего не нужно, иди своей дорогой.
— Подожди, дослушай! — Байян схватила его за край одежды. — На самом деле мы ведь раньше были в одном отряде, верно? Хоть в моих воспоминаниях твоя внешность и отличается от нынешней, я чувствую: ты — тот самый человек, которого я знаю.
Ань Були замер:
— К тебе вернулась часть памяти? Но тот филиал, что мы прошли, не должен был вернуть так много...
— Ты ведь и сам догадался, да? При таких раскладах я смогла вытащить Баньли живым, пока остальные гибли. Ты должен был понять, что со мной что-то не так. Но тебя явно одолевали собственные проблемы, вот ты и упустил это из виду.
Байян сделала небольшую паузу. На ее лице проступила беспомощность — точь-в-точь как у Ань Були.
— Ты ведь тоже стал последователем Владыки Демонов, да?
Ань Були лишь тяжело и болезненно вздохнул. Байян знала, что на ее собственном лице сейчас красуется точно такая же мина.
Один отряд — и сразу двое последователей Владыки Демонов!
— Вэйгуан так спешно сбежал под глупым предлогом... Вдруг и он тоже?..
— Этот Владыка Демонов что, оптом их закупает? — спустя долгое время сквозь зубы процедил Ань Були. — Почему каждый первый в моем окружении превращается в его последователя?!
* * *
— Ачхи-и-и! — громко чихнул Нин Бувэнь.
— Ничего страшного, чих заключению договора не помеха, — он потёр нос. — Если возражений нет, давай начнём.
— Хорошо, — Соломон с сомнением смерил Нин Бувэня взглядом. Этот парень казался каким-то странным, не таким, как раньше. Неужели за его спиной появился какой-то умелый покровитель, дающий тайные указания?
Задавив сомнения, Соломон приступил к ритуалу. Суть договора заключалась в обмене имеющимися уликами о Владыке Демонов, причём сама магия контракта гарантировала подлинность сведений.
Оба записали свои зацепки на бумаге и обменялись листами. Если бы чья-то улика оказалась ложью, контракт бы просто не сработал.
Соломон сам не знал, чего хочет больше — успеха или провала. С одной стороны, сорвись сделка, появился бы отличный повод прикончить сидевшего напротив типа. С другой — в случае успеха он на шару получит еще одну улику.
Сложный выбор.
— Я готов, — Нин Бувэнь отложил ручку. — Ты, полагаю, тоже?
Соломон закончил писать.
Они обменялись записками.
Контракт вступил в силу! Сведения были подлинными.
Соломон спешно вчитался в то, что написал Нин Бувэнь:
«Владыка Демонов способен один раз в течение семи дней принимать облик любого человека».
Он умеет менять облик?!
Соломон тут же вскинул глаза на Нин Бувэня. Неужели сидевший перед ним?.. Нет, бред. Будь он сам Владыкой Демонов, ни за что не стал бы сливать настолько очевидную улику против себя, это бессмысленно.
Нин Бувэнь в это время изучал записку Соломона:
«Когда последователи объединяют усилия, у них появляется шанс победить Владыку Демонов».
«Чёрт. А почему я об этом не знал?!»
В душе Нин Бувэнь обматерил Пандору на чём свет стоит.
Выходит, Пандора выдаёт и игрокам, и Владыке Демонов лишь обрывки информации, и чтобы составить полную картину, приходится суетиться самому!
Если бы Нин Бувэнь не пошел лично вербовать последователей, а остался сидеть в сторонке, его бы подло урыли, а он бы даже не понял, за что.
Внешне Владыка Демонов обладает абсолютным превосходством, но стоит игрокам проявить хоть немного сплочённости и постепенно исследовать комнаты замка, они шаг за шагом раскроют его истинную личность.
И эта единственная улика уже давала конкретный способ его уничтожения.
Нин Бувэнь не сомневался: дальше всплывёт ещё куча зацепок, указывающих прямо на него.
Если в самом конце он так глупо сфейлит — вот это будет номер.
— Что ж, раз контракт сработал, значит, мне можно доверять, — пока в его душе бушевал шторм, внешне Нин Бувэнь сохранял абсолютное хладнокровие, будто расщепившись на двух разных людей. Один разум судорожно соображал, как скрыть свою личность и завербовать побольше слуг, а второй бдел, чтобы эти самые слуги не всадили ему нож в спину. В конце концов, набранные им последователи — далеко не подарочки.
Соломон молчал, всё ещё гипнотизируя взглядом полученную записку.
— Будь я Владыкой Демонов или его приспешником, я бы тебе эту улику в жизни не отдал, — Нин Бувэнь пожал плечами. — Любое, даже малейшее подозрение здесь смертельно.
— А может, ты просто хочешь заставить меня подозревать собственное окружение? — Соломон наконец поднял голову.
Если Владыка Демонов способен принять вид кого угодно, выходит, никому из близких верить нельзя? Это же прямая провокация, чтобы заставить игроков перегрызть друг другу глотки!
— Подозревать? — Нин Бувэнь ухмыльнулся. — В этом замке почти все лишились памяти и сил. Кто в здравом уме станет верить тем, кто рядом? Для любого выжившего вполне естественно подозревать каждого встречного.
Те, кто слепо верит каждому встречному, до этого момента просто не доживают.
Грубо, зато правдиво. Соломону нечего было возразить.
— Ладно. Идём со мной, я перед остальными за тебя поручусь, — Соломон пристально посмотрел на него. — Но ты всё равно под подозрением, так что будешь действовать исключительно у меня на виду. Замечу хоть один неверный шаг — не обессудь.
— Покорно повинуюсь, — Нин Бувэнь шутливо поднял руки. — Главное, когда пойдёте совершать самоубийство, меня с собой не прихватывайте.
* * *
— Выходит, объединившись, последователи могут дать отпор Владыке Демонов. А я-то думал, Пандора не станет создавать абсолютное подчинение, — Сяо Чунь, вытянувший эту улику из полумёртвого игрока, расплылся в довольной улыбке.
— Спаси...
— Тебе лучше поскорее сдохнуть, — Сяо Чунь равнодушно глянул на несчастного. — Улику ты сдал, больше от тебя никакого толку.
Игрок, не желая смиряться со смертью, широко зажмурился и испустил последний вздох.
«В замке осталось едва ли процентов двадцать выживших», — Сяо Чунь почесал подбородок, раздумывая, что выгоднее: перебить остальных, оставив лишь пару человек, или сперва восстать против Владыки Демонов.
Впрочем, оставшиеся игроки становились всё более коварными. Да и игровые комнаты с правилами в замке уже почти все изучили вдоль и поперёк.
Едва люди перестанут заходить в эти комнаты, замок запретит драки, и устраивать резню станет невозможно.
Похоже, сам мир подталкивал последователей к бунту против своего господина.
Забавно.
Что ж, стоит подготовить запасной план.
Сяо Чунь решил действовать наверняка: сперва устранить путающихся под ногами игроков, а затем объединиться с другими последователями и свергнуть Владыку Демонов.
Быть у кого-то на привязи — удовольствие ниже среднего.
* * *
Тем временем Ань Були и Сяо Лю, открыв друг другу свои статусы последователей и всё обсудив, почувствовали прежнее взаимное доверие.
Вот только вернувшиеся к ним воспоминания почти не пересекались.
Ань Були помнил в основном всё, что происходило с ним до вступления в Легион Номер Два, а Сяо Лю помнила события после вступления в отряд «Микро-свет».
К слову, Сяо Лю чувствовала себя весьма своеобразно: осознавать себя семнадцатилетней девушкой, находясь в туше дюжего мужика — удовольствие то ещё.
— И что нам делать теперь? — спросила Сяо Лю. — Игроков почти не осталось. Если их станет ещё меньше, победа в испытании достанется Владыке Демонов. Но ведь мы — его последователи, и по идее должны помогать ему победить.
Их нынешняя задача вступала в прямое противоречие с миссией Пандоры. Не говоря уже о том, что оба пришли сюда ради производного осколка.
Этот замок умудрялся вмещать в себя огромное количество комнат, а те, в свою очередь, содержали испытания самых разных рангов. Подобный вложенный мир-матрёшка в Пандоре — колоссальная редкость. Без силы производного осколка существование такого места просто невозможно.
В чём-то это напоминало испытание «Виртуальная реальность», где тоже была своя Пандора и множество филиалов.
Там для поддержания структуры потребовалось целых четыре осколка! А значит, в этом замке просто обязан быть как минимум один.
— Не торопись, — Ань Були, став последователем, на удивление остепенился. Прежняя глупая неосторожность превратила его в пешку Владыки Демонов, но теперь, найдя соратника, следовало действовать с холодной головой.
Снова лезть напролом — значит не просто совершить самоубийство, но и утащить за собой невиновных.
— Для начала скажи: сколько всего у нас соратников в отряде? — Ань Були решил, что разумнее всего использовать вернувшуюся к Сяо Лю память, чтобы отыскать остальных и всё обсудить.
Сил двоих явно недостаточно.
К тому же, раз уж выживших так мало, если кто-то из их соратников погиб, нужно хотя бы узнать причину и отомстить.
— Если я правильно помню, шестеро, — уверенно ответила Сяо Лю. — Помимо нас шестерых, тут есть ещё и Оставшиеся.
— Оставшиеся — действительно проблема, — Ань Були вспомнил парня по имени Сяо Чунь, который с высокой вероятностью как раз и был Оставшимся. Из-за собственного самоуверенного торжества он сам же и вляпался по уши.
— Сначала найдём остальных товарищей по отряду и других последователей, — рассудил Ань Були. — Если наших выжило много, попробуем помочь им добыть осколок. Хоть мы и последователи, если наша жертва поможет отряду — так тому и быть. А если остальные погибли... что ж, тогда соберём силы последователей и попробуем свергнуть Владыку Демонов. Только так у нас появится шанс забрать осколок.
— Идет! — без колебаний согласилась Сяо Лю. — Сделаем, как ты сказал.
* * *
На другом конце замка Сяо Чунь навестил Хань Синьбо — свежеиспечённого последователя Владыки Демонов.
— С чего ты решил, будто я захочу вместе с тобой восстать против Владыки Демонов? Если я буду сидеть тихо в качестве его слуги, то спокойно пройду испытание, — Хань Синьбо отличался крайней осторожностью и умел замечать детали, ускользавшие от других. Именно поэтому он был непревзойдённым специалистом по сбору информации.
Можно сказать, капитан отряда «Микро-свет» мог меняться хоть каждый день, но на позиции разведчика всегда должен был оставаться Хань Синьбо.
— Ты явно не из тех, кто довольствуется малым, — Сяо Чунь считал, что неплохо разбирается в людях. В отличие от трудноуправляемых типов вроде Соломона или Ань Були, скрупулёзный и внимательный Хань Синьбо казался идеальным партнером.
Впрочем, нельзя не признать: вкус у Владыки Демонов был отменный.
Наглые, жестокие, въедливые, непредсказуемые — он умудрился завербовать самых ярких и опасных игроков.
Поистине пугающее чутье.
Даже Сяо Чуню, будь он трижды Оставшимся, отобрать настолько элитных кандидатов среди игроков было бы ох как непросто. Неужели у этого Владыки Демонов есть какая-то особая способность для поиска кадров?
Вполне вероятно. Для босса испытания, владеющего производным осколком, отсутствие убойного чита было бы даже странным.
— Разумеется, став последователями, мы гарантированно выживем к концу этого мира, — продолжил уламывать его Сяо Чунь. — Но поражение есть поражение. Впереди нас ждут пять штрафных филиалов, и никто не даст гарантии, что мы там не сдохнем. К тому же, неужели тебе не нужен производный осколок?
Они, Оставшиеся, пробрались в этот филиал не только ради резни, но и ради осколка.
И он видел, что стоящий перед ним мужчина преследует ту же цель.
Если бы его интересовало что-то другое, он бы не стал рыть землю в поисках улик о Владыке Демонов. Ведь чем меньше знаешь, тем целее будешь, верно?
— Ты ведь ещё не знаешь? Я раздобыл улику: если последователи объединятся, они смогут дать отпор Владыке Демонов, — Сяо Чунь выложил козырь. Чтобы убедить такого человека, как Хань Синьбо, одних речей мало — нужны железобетонные факты.
— И сколько у него сейчас последователей, ты в курсе? — спросил Хань Синьбо.
— На данный момент — около шести-семи, — Сяо Чунь не мог знать наверняка, прибавилось ли слуг у Владыки Демонов в последнее время, но с его разборчивостью процесс вряд ли идет быстро.
— А моя улика гласит: у Владыки Демонов может быть максимум тринадцать последователей, — Хань Синьбо пристально наблюдал за реакцией Сяо Чуня. — Иными словами, если он наберёт полный комплект из тринадцати слуг, то даже после его свержения испытание не завершится. Нам, тринадцати последователям, всё равно придётся устроить бойню между собой и сократить численность, прежде чем замок выпустит нас наружу с производным осколком.
Это испытание пропитано лютой ненавистью ко всем — и к Владыке Демонов, и к игрокам. Даже временный союз обернётся взаимоистреблением, а статус последователя вовсе не гарантирует спасения.
Сяо Чунь слышал эту улику впервые и на мгновение опешил.
Если информация просочится наружу, желающих встать под его знамена поубавится в разы.
Это плохо.
— Можешь не пытаться заставить меня замолчать, об этой улике пока знаю только я один, — Хань Синьбо, похоже, прочитал нужную информацию по лицу собеседника. — Вижу, ты действительно жаждешь прикончить Владыку Демонов. Что ж, идет. Пока мы его не одолеем, я никому ничего не скажу и готов с тобой сотрудничать.
— Почему ты согласился, узнав, насколько невыгоден союз? — на этот раз растерялся Сяо Чунь.
— Потому что в сложившейся ситуации мне нужен партнер, который продолжит идти до конца, даже сознавая всю невыгодность затеи. Напарники, бросающие дело на полпути, несут куда большую угрозу, — у Хань Синьбо имелись свои незыблемые принципы.
— Ладно, на этот раз я тебе поверю, — Сяо Чунь оценил подход Хань Синьбо. Если тот проявит себя с лучшей стороны, можно будет подумать о том, чтобы сделать его Оставшимся до конца текущей эпохи.
Им, Оставшимся, давно пора расширять свои ряды, а то в следующей эпохе игроки снова задавят их числом так, что вздохнуть будет негде.
* * *
Будучи Владыкой Демонов, Нин Бувэнь не обладал способностью следить за своими последователями. Впрочем, он и не стремился быть "настоящим" боссом — его целью было спасение товарищей. Так что отыгрыш роли правителя его волновал мало.
А вот чтобы превратить Соломона в последователя, помощь местной челяди из числа NPC оказалась как нельзя кстати.
Глубокая ночь.
— Владыка Демонов, — находящиеся в комнате NPC пали перед Нин Бувэнем на колени. — Каковы будут ваши приказания?
— Слушайте внимательно. Насчёт тех нескольких игроков в этой комнате...
Нин Бувэнь успешно раздал указания.
Пришлось идти на крайности.
Соломон пас его слишком усердно — даже в туалет без него не сходишь! Что оставалось делать? Только подставить парочку подозрительных игроков, чтобы переключить внимание ищейки.
В вопросах подстав и фабрикации улик Нин Бувэнь являлся признанным мастером высшего класса.
К тому же, руками NPC он обеспечивал себе алиби.
— Вместо того чтобы пасти меня, присмотрелся бы лучше к своим соратникам, — как бы между прочим заметил Нин Бувэнь. — Раньше всё было гладко, а теперь, когда ты таскаешься за мной, твои ребята явно замыслили недоброе. Впрочем, их можно понять: много ли игроков осталось в этом замке?
— Говори прямо, без своих загадок, — Соломон чувствовал, что собеседник на что-то намекает.
— Извини, дорогой, я люблю недоговаривать, — Нин Бувэнь лукаво подмигнул. — Хочешь узнать — ищи сам. А надеяться на мои подсказки — много чести.
— Ах ты!.. — Соломон едва не подавился желчью.
«До чего же приятно!» — подумал Нин Бувэнь. Теперь понятно, почему Чэн Юйсюэ так обожает подобные выкрутасы.
* * *
В это время Чэн Юйсюэ прибыл в лагерь Оставшихся.
Те свято верили, будто надежно укрыли свое пристанище, хотя их давно раскусили. Просто опасаясь, что Оставшиеся сбегут при первой же утечке, их до поры до времени не трогали.
Эти старые монстры прожили слишком долго, и мышление у них стало закостенелым, под стать древним ископаемым. Стоило разгадать их логику, как отыскать логово не составило труда.
— Господин Чэн, — перед Чэн Юйсюэ взмыло небольшое облачко чёрного дыма, издавшее вполне человеческий голос.
Это проявился эффект конституции — способность передавать сообщения на расстоянии с помощью крошечного объёма газа.
— И как тебе живётся среди Оставшихся? — с улыбкой спросил Чэн Юйсюэ.
Чёрный дым колыхнулся:
— Вполне терпимо.
Затем, будто вспомнив что-то, дымок добавил:
— Слышал, вы нашли человека, с которым готовы провести всю жизнь. Примите мои поздравления.
— Поздравления? — Чэн Юйсюэ наигранно вздохнул. — А я-то думал, ты рванёшь сводить счёты с Нин Бувэнем. Ты ведь раньше утверждал, что влюблён в меня?
Чёрный дым от ужаса чуть не рассеялся без остатка.
Тогда произошло чудовищное недоразумение!
Те слова предназначались вообще не Чэн Юйсюэ, но тот всё неправильно понял.
А когда ошибка вскрылась, этот псих разозлился ещё сильнее! Докатиться до нынешней жизни из-за такой глупости — врагу не пожелаешь.
Будучи наследником конституции «Древних мудрецов», он был вынужден ломать собственную природу и притворяться Оставшимся — сплошная беспросветная боль.
Впрочем, быть Оставшимся всё же лучше, чем находиться рядом с Чэн Юйсюэ. Узнав, что сердце этого монстра занято молодым и выносливым парнем, способным выдержать его заскоки, бедняга готов был воздвигнуть Нин Бувэню памятник при жизни.
Главный командир Легиона Номер Два — поистине невероятной храбрости человек!