Пробуждение игроков из первой семёрки Пандоры прошлых эпох — тех, кто давно должен был покоиться с миром, — означало лишь одно: отряды НПС сокрушительно провалили свою миссию по охране. Впрочем, здесь, на просторах финального испытания, этот провал мало кого заботил. Максимум, что им грозило, — чисто символическое наказание от Пандоры.
Конечно, наиболее горячие головы порывались увязаться за бывшими легендами, сгорая от любопытства: кто же сумел раскопать ключ к разгадке этого мира? Однако большинство предпочло отсидеться в стороне, спасая собственную шкуру.
В конце концов, они оставались лишь неписями, а не людьми. И то, что ты прожил в человеческом облике пару-тройку лет, вовсе не делало тебя человеком.
— И тебе даже не любопытно взглянуть? — подал голос один из НПС, поглядывая на Начальника поезда. — Своими глазами увидеть игрока, подобравшего ключ к этому миру? Судя по твоему виду, ты уже догадываешься, о ком речь.
— По крайней мере, с этим человеком я знаком, — Начальник поезда медленно выпустил из рта сизое колечко дыма. — Я попал в финальное испытание позже большинства из вас, но игроков перевидал не меньше. И среди них есть парочка безумцев, чьи выходки меня уже ничем не удивят.
— О как? — НПС оживился. — И кто же они? Вдруг я тоже пересекался?
— Одного зовут Чэн Юйсюэ, второго — Нин Бувэнь, — Начальник поезда щёлкнул пальцами, соткав из воздуха их отчётливые силуэты. — Особенно Юйсюэ... Думаю, если кто и способен забрать ключ, то именно он. Среди сотен прошедших через меня игроков находились ребята и талантливее, и удачливее, и намного сильнее его. Но вот по несгибаемой воле ему не было равных. Я до сих пор не встретил никого, кто мог бы с ним сравняться.
Собеседник внимательно всмотрелся в образ Чэн Юйсюэ и озадаченно нахмурился:
— Стой... А этот парень разве не слабак?
— Хм? — Начальник поезда удивился. — Узнал его?
— Есть немного. Запомнился тем, что его чертовски трудно было прикончить, — НПС на мгновение задумался. — Из тех, кого я встречал, мало кто врезался в память, но он сумел. Правда, когда я видел его в последний раз, особым могуществом от него и не пахло. Зато живучесть была поистине дикой.
Начальник поезда тихо усмехнулся:
— Да уж... Уж чем-чем, а неукротимой жаждой жизни этот дьявол заставлял себя и любить, и ненавидеть...
* * *
Тем временем за пределами финального испытания...
— Чэн Юйсюэ отрыл ключ к прохождению? Отличная работа, — Зависть с ехидной ухмылкой перевёл взгляд на Жадность. — Кажется, в твоих гениальных расчётах произошёл сбой? Вместо того чтобы погибнуть от рук игрока второго поколения, этот парень с его же помощью вышел на разгадку. Как говорится, человек предполагает, а судьба располагает.
— Всего лишь незначительная погрешность, которую я вполне допускал, — невозмутимо отозвался Жадность. — Никто не способен просчитать абсолютно всё. На такое способен Бог, а мы всего лишь люди, пусть и прожившие немного дольше остальных. То, что Чэн Юйсюэ добыл ключевые сведения, играет мне на руку. Я в любом случае ничего не теряю.
«Чёртов лис!» — Зависть едва сдержал досаду, стиснув зубы.
— Если у Чэн Юйсюэ действительно способность «Бессмертие», — задумчиво произнёс Лень, — то с его возвращением появится реальный шанс закрыть этот финальный мир. Однако, судя по твоему спокойствию, Жадность, ты на него особенно не ставишь.
— Найти ключ — не значит пройти испытание. А «Бессмертие» — далеко не гарантия от гибели, — сухо отрезал Жадность. — Эта способность звучит грандиозно, но имеет смертельные ограничения. Так что сидите спокойно и смотрите. Спектакль, который я готовил долгие годы, только вступает в свою кульминацию.
— Это уж точно, — подал голос Чревоугодие, подливая масла в огонь. — На их фоне тот парень по имени Цзи Син ради спасения подчинённых уже одной ногой в могиле — ещё немного, и окончательно превратится в Мировое древо. Да и у остальных игроков в разных мирах дела дрянь.
Сынань и А-Чжи попали в лапы к заклинателям, которые готовились учинить над ними расправу как над «демоническими практиками».
Соломона схватил сильный маг из цивилизации руин и держал на цепи, сцеживая из него кровь для подпитки и ускоренного роста демонических растений — бедняга едва дышал.
Вэнь Дуодо люди бросили за решётку как шпиона, а в клане летучих мышей уже вовсю делили его тушу, истекая слюной по вампирской крови в его жилах.
Что же касается Ань Були и Сяо Лю, то из-за редких способностей они попали под прицел бандитской группировки, и их жизни теперь висели на волоске, полностью завися от чужой милости.
Все они слишком недооценили финальное испытание.
В обычных мирах игроки были хищниками, а НПС — жертвами. Но здесь, на вершине пищевой цепи, именно игроки оказались на самом дне. Одно неверное движение — и ты труп.
На общем фоне положение Нин Бувэня и Чэн Юйсюэ выглядело едва ли не самым завидным.
* * *
Для Мо Юйцюна и Ци Мина погружение в финальный мир мало чем отличалось от смерти. Почти все игроки их поколения давно сгинули, а те редкие единицы, что уцелели, давно перестали быть теми, кого они знали.
И всё же они не предполагали, что им придётся столкнуться со своими бывшими соратниками вновь — при столь жутких обстоятельствах.
Нин Бувэнь быстро оценил обстановку.
Если на них обрушится первая семёрка сильнейших игроков прошлых эпох Пандоры, у них не останется ни единого шанса. Оборону держать нечем, тем более сейчас, когда Чэн Юйсюэ лежит без сознания и к нему даже прикоснуться нельзя, не сорвав процесс.
Опасность надвигалась гораздо быстрее, чем они рассчитывали.
— Что застыли? — Мо Юйцюн, заметив оцепенение Нин Бувэня и так называемого игрока второго поколения, перевёл взгляд на распростёртого Чэн Юйсюэ, чей пульс едва прощупывался. Вся картина мгновенно сложилась у него в голове.
Сбежать не получится. Напротив, им придётся защищать его ценой собственных жизней.
— Раз отступить нельзя, остаётся только принять бой, — Мо Юйцюн мгновенно собрался. — Но сразу предупреждаю: долго мы не продержимся. В своё время я едва дотянул до девятого места в рейтинге и против второго номера нашей эпохи у меня нет ни единого шанса!
Ци Мин молчал, но по его мрачному виду было ясно: со своими ровесниками-топами ему тоже не сладить.
Вообще, игроки из первой семёрки Пандоры были практически монстрами, неспособными покинуть испытания. И если бы восемнадцатое поколение не открыло финальный мир так рано, у того же Цзи Сина просто не хватило бы времени сюда добраться.
Впрочем, жалеть о прошлом не имело смысла. Всё решат минуты: сколько они смогут простоять и успеет ли Чэн Юйсюэ вернуться.
— Это же отличная новость! — подал голос Каменная красавица. До этого он хранил молчание, но теперь в его тоне звучали нескрываемый восторг и азарт. — Раз эти игроки окончательно слились с миром испытания, они не стали бы срываться с места без причины. Раз они мчатся прямо к нам, значит, Чэн Юйсюэ действительно отыскал ключ в первозданном филиале!! Нам нужно лишь дождаться его возвращения!
Его слова подействовали на команду как мощнейший разряд адреналина.
— Чёрт возьми! Этот скрытный паршивец всё-таки провернул нечто грандиозное! — отдуваясь, проворчал Мо Юйцюн, хотя широкая радостная ухмылка выдавала его с головой.
Финальный мир, казавшийся абсолютно непроходимым, наконец приоткрыл дверцу. Надежда засияла прямо перед ними.
Может ли быть что-то прекраснее? Даже если придётся костьми лечь на этом поле, умереть, зная, что общая цель близка, — совсем не то же самое, что сгинуть с горечью поражения.
Ци Мин без лишних слов призвал целую свору демонических зверей, укрывая союзников плотным заслоном.
— Они близко, — вокруг Каменной красавицы закружилась туча острых каменных осколков, готовых сорваться с места.
Едва слова слетели с его губ, как на поляне появились первые фигуры. Бывшие легенды Пандоры одна за другой возникали перед Нин Бувэнем и его спутниками.
В этот момент ни красота, ни выправка, ни статус не имели никакого значения.
Нин Бувэню было плевать, кем они были при жизни. Он знал одно: перед ними смертельные враги, с которыми не может быть никаких переговоров.
— У них не осталось собственного сознания, — тихо вздохнул Мо Юйцюн. — Я пытался окликнуть одного из своего времени... Он даже не повернул головы. Теперь это лишь пустые оболочки, заточенные под убийство.
А ведь когда-то каждый из них вёл отчаянную борьбу с Пандорой ради спасения своего поколения, проходя через адские пекла. Но время стёрло память о них, и даже они сами забыли, кем являлись.
Ирония это или трагедия?
— Запасёмся терпением. Нас ждёт кровавая бойня, — Нин Бувэнь глубоко выдохнул, превращая кости-кубики в боевой артефакт.
Кольцо вероятностей набрало силу. Теперь один его концентрированный удар мог нанести тяжелейшие увечья даже демоническому зверю S-ранга. По чистой разрушительной мощи Нин Бувэнь уже встал в один ряд с элитой Легиона Паньгу.
— Их пятнадцать человек, — холодно произнёс Каменная красавица. — Заберите по три на брата, остальные мои. Я уже не помню, как выглядело то первозданное испытание... Но раз он нашёл способ вытащить нас отсюда, я сделаю всё, чтобы он вернулся живым!
* * *
Тем временем Чэн Юйсюэ очнулся в глубинах Первозданного филиала.
Время в этом месте текло по совершенно иным законам — гораздо медленнее, чем во внешнем мире. Целый год, прожитый здесь, приравнивался лишь к одному часу снаружи.
Шаг за шагом он пробирался к истокам мироздания, по крупицам собирая древние тайны, пока не остановился перед величественным, угрюмым дворцом.
Сокрушив последние иллюзии и сдёрнув пелену обмана, Чэн Юйсюэ всмотрелся в то, что скрывалось внутри, — и не выдержал. Заливистый, безудержный хохот эхом разнёсся по мрачным сводам.
Всё оказалось совершенно не таким, каким представлялось! Ни один человек в здравом уме не мог бы предположить, что истинная причина кроется в этом.
Теперь становилось понятно, за что игрок второго поколения так люто ненавидел первенцев. И почему Пандора жестоко карала первое поколение игроков, стирая их личности и превращая в бессмысленных консультантов службы поддержки... Это было вполне заслуженно.
Когда человечество дерзает вторгнуться в обитель богов, с лёгкостью отбрасывая цивилизацию, мораль и достоинство, оно падает ниже диких зверей.
Так чьи же грехи они пытаются искупить? Грехи древних предков или низость первых игроков?
Выходит, ключ к прохождению финального испытания с самого начала находился здесь? И всё оказалось до смешного просто?
В голове Чэн Юйсюэ фрагменты мозаики наконец сложились в единую картину. Он осознал, почему Жадность так вцепился в Нин Бувэня, и в чём заключалась главная, смертоносная ловушка «способности исполнять желания»...
Каждый из них считал себя великим гроссмейстером.
Человеческая природа действительно невероятно любопытна.
Интересно, каково Пандоре наблюдать за этими непрерывными, отчаянными копошениями? Должно быть, безумно весело?
— Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха-ха!..