Рабочий чат Цзян Чэня напоминал растревоженный улей.
Вчерашние сплетни о сотрудничестве с брендом ST еще не успели утихнуть, как с утра подоспела новая сенсация — на этот раз о «тайной возлюбленной». Две скандальные новости наложились одна на другую, мгновенно взломав топ поисковых трендов. Скорость, с которой раздували тему, поражала.
У Юна разбудили непрерывные уведомления. Открыв чат и увидев громкие заголовки желтой прессы, он едва не схватился за голову: неужели конкуренты опять строят козни?
Однако, развернув снимки, директор лишь усмехнулся. На первом кадре Цзян Чэн запечатлен со своим старшим братом, на втором — с сестрой. Семейная идиллия, да и только! Где тут компромат? Ни единого намека.
Сотрудники в чате между тем рвали и метали. Кроме У Юна, никто в команде не знал о настоящем происхождении Цзян Чэня и его родстве с этой влиятельной четой. Все наперебой допытывались, что происходит и какое заявление готовить.
Более того, заботливые коллеги даже успели тайком создать отдельную беседу — без участия Цзянь Синцэ. Поступать так за спиной было не совсем корректно, но ради спокойствия в «горящем гареме» шефа они решили пока уберечь главного командира от лишних потрясений.
У Юн, осознав, что его обвели вокруг пальца с новым чатом, лишь сдержанно ухмыльнулся. Он отправил в рабочую группу голосовое сообщение:
— Для начала выясните, какие именно папарацци слили снимки, и подготовьте официальный иск о клевете. Память у этих дельцов короткая — видимо, прошлые штрафы за фейки успели забыться, раз они снова напрашиваются.
— И еще: проверьте, каким компаниям принадлежат боты и рекламные аккаунты, разгоняющие новость. Такое стремительное продвижение не бывает случайным — наверняка кто-то из конкурентов проплатил хейт.
— А теперь марш обратно в общий чат, развели тут подполье! — У Юн качнул головой. — Учителю Цзяню нечего скрывать, перед совестью он чист. На эти фотографии пока не реагируем. Я сначала уточню у него самого, как он хочет с этим поступить.
В основном чате тут же посыпались ответы: «Понял, босс!», «Принято, шеф!», «Главное, что наша парочка не распалась!».
* * *
Получив от У Юна отмашку, Да Шэн опубликовал короткую запись на своей странице:
«@Малыш_ассистент_Шэншэн: Если влюбленных, которые каждый день висят на видеозвонках и даже в самый загруженный день выкраивают минутку, чтобы просто посмотреть друг на друга, называют “расставшимися”, то настоящей любви в этом мире больше нет QAQ».
Поскольку Да Шэн работал личным ассистентом Цзян Чэня, за его аккаунтом пристально следили тысячи поклонников. Публикация мгновенно вызвала шквал комментариев:
— Брат Шэн, вы ведь намекаете, что все эти фото — голимый фейк?!
— Фу-у-х, выдохнула! А то я чуть с ума не сошла от страха!
— Кадры, конечно, выглядели убедительно, но я знала, что Учитель Цзянь не такой!
— Судя по тону Да Шэня, перед нами типичный одинокий холостяк, до отвала накормленный чужой романтикой, ха-ха! Не думала, что Учитель Цзянь и Командир в жизни такие липучки!
— Хе-хе, точно! Я-то считала Командира суровым кремнем, а он, оказывается, часами висит в видеочатах!
— Да он за полтора дня отыскал Цзян Чэня в гигантской Долине Дикарей! С такой хваткой и упрямством он своего точно не упустит!
Да Шэн просмотрел ветку и ответил на пару вопросов плачущими собачьими эмодзи, наглядно демонстрируя всю глубину страданий бедного одинокого ассистента.
После его слов фанаты окончательно перевели дух и ринулись очищать комментарии под скандальным хештегом от грязи. Впрочем, скептики не сдавались, пытаясь выудить из Да Шэня новые подробности.
— Я пролистала старые посты Да Шэня и нашла кучу пасхалок!
— На позавчерашнем селфи в углу виден экран телефона Учителя Цзяня! Он как раз разговаривал по видеосвязи с Командиром! Присмотритесь!
— Ну все, Шэншэн, тебе конец! Слил личную жизнь босса! (Но продолжай в том же духе!)
— Ха-ха, попробуйте теперь сказать, что это не любовь!
— Сладкая парочка, ничего не скажешь! А Учитель Цзянь сидит дома и даже не подозревает, какая буря бушует вокруг его имени.
Хейтеры, однако, подливали масла в огонь:
— Ну и чему вы верите? Текстовый пост ничерта не доказывает! Я таких историй за пять минут сотню сочиню!
— Вот именно! Снимки куда убедительнее слов, их в фотошопе за пару минут не нарисуешь!
— Пусть сначала объяснят, что за дамочка на фото! Совместные обеды, один отель на двоих, а теперь еще и встреча в аэропорту ни свет ни заря! Посмотрим, как они от этого открутятся.
— На видео из аэропорта Цзян Чэн кричит толпе не толпиться и выглядит ужасно обеспокоенным. На форуме уже сравнили ракурсы: он смотрел ровно в сторону той богатой красотки! Такую тревогу в глазах не сыграешь!
Споры в сети разгорались с новой силой. Глядя на это, Да Шэн обеспокоенно уточнил у У Юна, не испортил ли он все своей публикацией.
— Все идет как надо, — усмехнулся У Юн. — Мне как раз и нужно, чтобы пламя разгорелось посильнее.
Только что он получил сообщение от Цзян Цзинь: в эту субботу, ровно через три дня, семья Цзянь устраивает грандиозный прием в банкетном комплексе Мусе, чтобы официально представить публике родного сына, потерянного двадцать четыре года назад.
А чуть позже сегодня вечером Промышленная группа «Циань», официальный аккаунт ST, личные страницы ST и Цзян Цзинь одновременно опубликуют анонс. После этого не только соцсети, но и телевидение с радио подхватят эту новость.
Все слухи о «тайных покровительницах» и «новых ухажерах» разлетятся в прах. И чем громче шумиха сейчас, тем оглушительнее бабахнет вечерний анонс.
* * *
Сам Цзян Чэн относился к сетевой суматохе с легкой обреченностью. Участь публичного человека такова: любой обыденный жест обрастает домыслами. Даже если бы они с Цзян Чи были просто друзьями, что зазорного в совместном обеде или проживании в одной гостинице?
Он со вздохом повернулся к Цзян Цзинь:
— Прости, что втянул тебя в эту грязь.
Цзян Цзинь с улыбкой вскинула брови и покрутила перед ним экраном смартфона. Подруги уже завалили ее сообщениями, допытываясь, где она откопала такого красавчика, и умоляя достать автограф. Даже деловые партнеры присылали эмодзи с попкорном, ненавязчиво зондируя почву на предмет совместных проектов с Цзян Чэнем.
— Наш А-Чэн — нарасхват, — рассмеялась она. — И какая же это грязь? Я, считай, греюсь в лучах твоей славы.
Цзян Чэн качнул головой:
— За автографами дело не станет, попрошу У Юна приготовить целую стопку. А вот по поводу сотрудничества — это все к нему. Я в бизнес не вмешиваюсь.
— Не бери в голову, я умею разделять личное и работу, — улыбнулась Цзян Цзинь.
Будь на его месте Цзян Чи, тот бы давно отшутился или попытался выкрутить ситуацию с выгодой для себя. А Цзян Чэн воспринимал все предельно серьезно и искренне — такой чистый и правильный, что его невольно хотелось опекать.
Она с теплотой посмотрела на брата:
— Каким ты вырос... Если бы не У Юн, тебя в шоу-бизнесе сожрали бы с потрохами?
Цзян Чэн прищурился, и перед глазами на миг всплыло лицо Ван Чэня.
— Зависит от того, кто попытался бы сожрать, — спокойно ответил он.
Не будь тогда рядом У Юна, он разобрался бы с Ван Чэнем своими методами. Впрочем, вряд ли это получилось бы так же бескровно и элегантно, да и задержался бы он после такого в индустрии — большой вопрос.
Цзян Цзинь поняла его без слов. Она мягко кивнула:
— И то правда. Забыла, что ты без колебаний урыл того мерзавца ради меня. Тебя так просто не обидишь. Куда тебя подбросить?
Цзян Чэн назвал адрес — совсем рядом с офисным центром Цзянь Синцэ. Цзян Цзинь тут же одарила его многозначительным взглядом.
— По работе, — счел нужным уточнить Цзян Чэн. — Исключительно по работе.
— Понимаю-понимаю. Делу время, а любви — минутный перерыв, — с улыбкой поддевала его сестра. — А то фанаты совсем извелись, оплакивая ваш «разрыв».
Цзян Чэн хмыкнул и шутливо задумался:
— Может, мне стоит нанять папарацци, чтобы они «случайно» сняли, как мы с Командиром Цзянем обедаем вместе?
— Зачем платить? За твоими перемещениями и так следит десяток фотографов. Где собираетесь обедать?
— В закрытом ресторанчике в километре от его офиса. Туда пускают только по брони, так что зевак не будет.
— Отлично, — Цзян Цзинь взяла ключи от машины. — Поехали, отвезу.
* * *
Оставив брата у съемочного павильона, Цзян Цзинь направилась в главный офис «Циань». Их компании располагались в одном деловом квартале, совсем неподалеку от высотки семьи Цзянь.
Стоило ей переступить порог своего холдинга, как сотрудники на ресепшене и в холле стали бросать на нее украдкой любопытные взгляды. Новости действительно распространялись со скоростью лесного пожара.
Цзян Цзинь изогнула бровь и окинула холл пристальным взором. Под ее строгим взглядом подчиненные мгновенно сжались и уткнулись в мониторы.
Удовлетворенная произведенным эффектом, она подошла к стойке администратора и постучала ногтем по столешнице:
— Закажи сегодня дневной чай на весь офис. За мой счет.
Девушка на ресепшене набралась смелости и тихо спросила:
— Госпожа Цзянь, у нас какой-то особый повод?
— Угу, — на губах Цзян Цзинь скользнула непривычно мягкая улыбка. — Выполни распоряжение.
— Будет сделано!
То, что обычно железная леди холдинга улыбается так тепло и открыто, моментально стало главной темой рабочих чатов. Вскоре в сети появился новый «инсайд»:
«Народ, это полный ахтунг! Вся информация с горячих трендов — чистая правда! Пишу прямо из офиса “Циань”! Наша генеральная еще никогда не была такой сияющей и доброй! Она лично подтвердила, что скоро объявит потрясающие новости, и заказала полдник на весь холдинг — а это больше восьмисот человек! Вот это я понимаю — масштабы властной красотки! Настоящая роскошь!»
«Неужели нас ждет официальный анонс?!»
«Боже, они ведь только в начале года объявили о своих отношениях с Командиром! И уже все?! Так быстро?!»
«Не верю! На трансляциях между ними искры летали!»
«В жизни всякое бывает. Может, переругались во время съемок? Или Командиру не понравилась такая публичность?»
«Логично... Цзян Чэн — звезда, его жизнь всегда под прицелом. Это тупик для серьезного парня из военных».
«Ну точно, расстались...»
Диванные аналитики мгновенно скроили из разрозненных слухов драматичную историю любви и расставания, которая со скоростью звука разошлась по пабликам.
У Юн вместе с командой наблюдал за этим сетевым творчеством. Полет фантазии публики вызывал у них искреннее восхищение. Такому сценарию завидные драматурги поаплодировали бы.
* * *
Пока в сети бушевали страсти, Цзян Чэн уже сидел в гримерке. Время текло незаметно: стилисты и гримеры колдовали над его образом, готовые к съемке. Впереди маячил обед с Цзянь Синцэ, так что настроение у Цзян Чэня было прекрасным, а глупые сплетни нисколько его не трогали.
Съемка прошла на одном дыхании. Цзян Чэн тепло попрощался с площадкой и налегке вышел из студии.
— Учитель Цзянь сегодня просто выложился на все сто! — обсуждали операторы, собирая оборудование. — А мне говорили, что он не любит работать в павильонах. Нагло врут.
— В нашей сфере половина слухов — происки конкурентов. К тому же, когда в личной жизни порядок, и работа спорится. Видели утренние новости? Похоже, все правда.
— Ага, светится весь, как майская роза. Сразу видно — влюблен по уши. Наверняка побежал на свидание.
— Кстати, тут же офис той богатой леди неподалеку?
— Эх, бедный Командир... Остался за бортом.
— Да ладно тебе, это уже перевернутая страница.
* * *
Цзян Чэн пешком дошел до делового центра, где располагался офис Цзянь Синцэ, и черкнул ему короткое сообщение: «Я освободился».
Едва прочитав уведомление, Цзянь Синцэ отложил бумаги, подхватил пальто и вышел из кабинета.
Они не виделись целых восемь дней. Больше недели.
Цзян Чэн ждал его в уютной кофейне на первом этаже высотки. Он как раз забрал два стаканчика, когда из лифтового холла показался Цзянь Синцэ.
На нем был тонкий кашемировый джемпер с невысоким воротником и элегантное верблюжье пальто прямого кроя. Строгие темные брюки и кожаные ботинки подчеркивали подтянутую фигуру, широкие плечи и длинные ноги.
При виде его у Цзян Чэня сладко сжалось сердце. Кажется, к нему навстречу шел главный герой какого-то романтического фильма. Хотя он знал это тело до мельчайших деталей, пульс все равно предательски участился.
Цзян Чэн расплылся в улыбке и приподнял стаканчики:
— Держи. До ресторана как раз согреешь руки.
Цзянь Синцэ взял кофе и, шагнув ближе, уловил тонкий, едва уловимый аромат парфюма — той самой индивидуальной композиции, которую для Цзян Чэня создала Цзинь.
— Долго же мы не виделись, — тихо произнес Цзянь Синцэ.
Цзян Чэн поднял взгляд. В голосе мужчины проскользнула едва заметная затаенная тоска, хотя лицо оставалось бесстрастным.
— Вообще-то с момента нашего ночного видеозвонка прошло всего двенадцать часов, — с улыбкой напомнил он.
— Разве экран может заменить живого человека? — Цзянь Синцэ посмотрел на него предельно серьезно.
От этого тона кончики ушей Цзян Чэня вспыхнули. Чтобы скрыть смущение, он сделал быстрый глоток.
Горячий напиток обжег губы и язык. Цзян Чэн сдавленно шикнул, высунув обожженный кончик языка.
Цзянь Синцэ тихо усмехнулся, повернулся к стойке и попросил у бариста несколько кубиков льда в отдельный стаканчик.
— Подержи во рту, полегчает, — протянул он лед Цзян Чэню.
Цзян Чэн отправил небольшой кубик в рот и шутливо ткнул мужчину локтём в бок: сам виноват, а теперь заботливого из себя изображает!
Говорить со льдом во рту было неудобно, поэтому он сунул свой горячий кофе обратно в руки Цзянь Синцэ, а сам, сжимая стаканчик со льдом, ускорил шаг к выходу. Было невыносимо стыдно под подшучивающим взглядом бариста.
Цзянь Синцэ легко догнал его на улице. Цзян Чэн стоял у входа, забавно надув щеку, в которой таял лед. Вид у него был одновременно взъерошенный, трогательный и ужасно милый. Цзянь Синцэ с трудом подавил улыбку.
Он вернул Цзян Чэню кофе, забрав лед:
— Стаканчик холодный, руки замерзнут.
— И кто же в этом виноват? — пробурчал Цзян Чэн и со скрежетом раскусил кубик льда.
В глазах Цзянь Синцэ заплясали веселые искры:
— Признаю свою вину.
Цзян Чэн великодушно сменил гнев на милость, забрал тёплый стакан, и они не спеша пошли по улице.
— Видел сегодняшние сводки новостей? — поинтересовался Цзян Чэн.
Цзянь Синцэ на мгновение замер и повернулся к нему. Молодой человек улыбался хитро, словно лис.
Мужчина с легким вздохом слегка сжал его щеку:
— Ты про те сплетни, где меня официально бросили, а мой парень ушел к другой?
Цзян Чэн чуть не поперхнулся со смеху. Ситуация и так казалась бредовой, но из уст самого «пострадавшего» звучала просто комично.
Он прикрыл рот ладонью и покашлял, пытаясь вернуть серьезность:
— Похоже, ты в рабочее время занимаешься не совсем тем, чем надо.
— Когда твой секретарь, ассистент и начальники отделов целый день смотрят на тебя с нескрываемым сочувствием и жалостью, трудно оставаться в неведении, — сухо заметил Цзянь Синцэ.
Цзян Чэн хохотнул:
— Выпусти указ: запретить сотрудникам читать желтую прессу в рабочие часы.
— Не выйдет, — качнул головой Цзянь Синцэ.
— Почему? — Цзян Чэн удивленно вскинул брови.
Цзянь Синцэ посмотрел на него и тепло произнес:
— Во-первых, я сам не смогу его соблюдать.
Цзян Чэн замер на секунду, а затем искренне, заразительно расхохотался.
— В сети пишут, будто ты слишком сухой, правильный и совершенно не умеешь красиво говорить, потому мы и разбежались. Они тебя совсем не знают! Или ты просто умело притворяешься?
Цзянь Синцэ прижал палец к его губам. За сегодня он наслушался слова «разбежались» на год вперед.
Обеденный перерыв давно закончился, так что улицы заметно опустели. Лишь изредка мимо спешили редкие прохожие.
На Цзян Чэне была лишь черная кепка с изогнутым козырьком, а маска спущена на подбородок — дышать свежим воздухом было приятнее. Но никто из редких прохожих его не узнал.
За непринужденной беседой они быстро добрались до заведения. Заказ был сделан, оставалось дождаться блюд.
— Сегодня домой приедешь? — спросил Цзянь Синцэ.
Цзян Чэн запнулся и смущенно кашлянул:
— Сегодня не получится. В три часа рейс в соседний город: там фан-встреча, организованная брендом, а потом еще эксклюзивное интервью для «Глобуса».
Цзянь Синцэ нахмурился:
— Столько перелетов за неделю... У Юн тебя за двужильного держит?
— Что поделать, я у него в долгу. Отрабатывать надо, — Цзян Чэн пожал плечами, а затем улыбнулся: — Зато послезавтра во второй половине дня я возвращаюсь! И у меня целых два выходных!
— Уже лучше, — Цзянь Синцэ качнул головой. — Ты заметно исхудал. Родители ничего не говорят?
— Ты заметил, а они тем более, — Цзян Чэн вспомнил горку еды на завтрак и улыбнулся. — Если бы дворецкий не напомнил госпоже Фан, что переедать с утра вредно, я бы сегодня вообще без обеда остался.
Цзянь Синцэ бархатисто рассмеялся.
Телефон Цзян Чэня, лежавший на столе, коротко звякнул, экран вспыхнул от нового уведомления.
Они одновременно взглянули на дисплей. Еще одна новость, и снова о Цзян Чэне.
Цзянь Синцэ вопросительно вскинул бровь. Цзян Чэн почесал кончик носа:
— Ну-ка, почитаем...
Читать сплетни о себе вместе со своим парнем — довольно специфическое удовольствие.
Цзян Чэн кликнул по заголовку. На экране высветился новый хештег: `#Цзян Чэн возобновил близкие отношения с бывшим#`.
Лицо Цзянь Синцэ моментально помрачнело:
— Я уже в бывшие записан?
Цзян Чэн от смеха едва не сполз под стол. Под новостью висела целая пачка сопутствующих тегов:
`#Цзян Чэн подозревается в воссоединении с экс-возлюбленным#`
`#Цзян Чэн: экспресс-роман на бегу#`
`#Цзян Чэн — мастер тайм-менеджмента#`
`#Цзян Чэн раскладывает яйца по разным корзинам#`
— Судя по тегам, я отъявленный мерзавец, — усмехнулся Цзян Чэн.
— А меня, похоже, окончательно списали со счетов, — подытожил Цзянь Синцэ.
Цзян Чэн тихо рассмеялся, подался вперед и мягко коснулся губ Цзянь Синцэ коротким поцелуем:
— Взгляни на это с другой стороны: я-то тебя со счетов не сбрасывал.
Цзянь Синцэ прищурился. В его темных глазах блеснул опасный огонек. Он перехватил Цзян Чэня за затылок, не давая отстраниться, и властно, глубоко накрыл его губы своими, слегка прикусив нижнюю.
— Значит, мне придется постараться, чтобы удержать позиции, — тихим, бархатным шепотом проговорил он прямо в губы.
По спине Цзян Чэня пробежала волна горячего тока, отозвавшаяся где-то внизу живота. Он сдавленно вздохнул и невольно сжал пальцами ткань его пальто на талии.
Лишь когда Цзянь Синцэ мягко погладил его тыльную сторону ладони, Цзян Чэн опомнился. Щеки обдало жарким румянцем.
Обед закончили в приятном полузабытьи. Сверившись с часами и рассчитав время до вылета, Цзян Чэн тихо проговорил:
— Послезавтра днем я буду в городе. Не задерживайся на работе.
Цзянь Синцэ тепло улыбнулся, погладив его по затылку:
— Я приеду встретить тебя в аэропорт.
И, не давая Цзян Чэню возразить, добавил:
— Дай мне шанс проявить себя, а то еще выставишь за дверь.
Цзян Чэн сморщил нос и шутливо прикусил его за кончик носа:
— Я же пошутил!
— А я абсолютно серьезен. Хочу встретить тебя, — тихо повторил Цзянь Синцэ.
Уши Цзян Чэня вспыхнули. Губы сами собой растянулись в счастливой улыбке:
— Ладно. Скину тебе номер рейса.
— Договорились, — Цзянь Синцэ поцеловал его в лоб.
К ресторану как раз подкатил минивэн. Да Шэн опустил стекло:
— Командир, Учитель Цзянь, поехали вместе?
— Не стоит, — ответил Цзянь Синцэ. Он придержал дверцу, уберегая Цзян Чэня от удара о крышу, и помог ему сесть в салон. — Летите спокойно.
— Не переживайте! — Да Шэн стукнул себя кулаком в грудь. — Учитель Цзянь в надежных руках!
Цзян Чэн высунулся из окна и ярко улыбнулся Цзянь Синцэ:
— Сегодня вечером я верну тебе честное имя законного и единственного!