Цзянь Суйчжи и Хуан Дахэн всё ещё беззаботно храпели на кровати в хвостовой части автодома, понятия не имея, что двое их спутников уже покинули машину.
Цзян Чэн устремился прямиком к трейлеру режиссёра. Без лишних прелюдий он распахнул дверь и ворвался внутрь:
— Подъём! Живо, поднимайтесь!
Орава мужиков, разбуженная среди ночи, отчаянно тупила спросонья. Завидев Цзян Чэна, они даже не сразу сообразили, в чём дело:
— Учитель Цзян?.. Доброе утро... Э-э... Что вы только что сказали?
— Живо вставайте! Собирайтесь, тут ЧП!
Разглядев, что четыре-пять человек в салоне лишь хлопают сонными глазами и даже не думают подниматься, Цзян Чэн решительно шагнул вглубь трейлера. Он буквально выдернул их из кроватей, всучив каждому в руки попавшиеся под пальцы вещи:
— Мы встали рядом с опасной зоной! Есть риск масштабного плывуна, нужно немедленно отходить!
Слово «плывун» подействовало мгновенно, будто ушат ледяной воды. Режиссёр первым выкатился из постели — ноги у него подкосились:
— Плывун?!
— Вероятно. Точно пока не знаем. Собирать вещи времени нет, пусть автоколонна немедленно отходит метров на триста! Материальную часть заберём по ситуации! — тараторил Цзян Чэн, уже спрыгивая на землю. — Предупредите остальные экипажи, а я к командиру Цзяню.
— Куда ушёл инструктор? — крикнул вслед режиссёр.
— Проверять песчаный провал, — донёсся с улицы голос Цзян Чэна. — На связи по рации!
— Чего?! Учитель Цзян, не ходите туда! — Режиссёр не успел заслонить проход и лишь закричал сотрудникам: — Живо, натягивайте штаны! Заводите мотор!
Шум и крики снаружи вырвали из сна Цзянь Суйчжи и Хуан Дахэна. Не успели они сообразить, что происходит, как в спальный отсек ворвалась женщина-водитель. Парни в панике цапнули штаны, прикрываясь на ходу.
— Небесный король Цзянь, Учитель Хуан, простите! Нам приказали срочно уходить, ждать некогда! — с порога выпалила молодая женщина лет тридцати.
Она юркнула на водительское место, привычным движением крутанула ключ, вбила передачу и ударила по газу.
Резкий рывок бросил Цзянь Суйчжи и Хуан Дахэна назад. По полу и кроватям с грохотом покатились незакреплённые вещи.
У Хуан Дахэна ёкнуло сердце. Оглядевшись, он с ужасом обнаружил, что Цзян Чэна и командира Цзяня в салоне нет.
— А где Учитель Цзян и инструктор?! — выкрикнул он.
— Не могу знать, сейчас запрошу по рации, — отрезала женщина, не отрываясь от руля.
Следуя указаниям из рации, она отогнала автодом в безопасный сектор, рванула стояночный тормоз и выскочила из кабины.
Цзянь Суйчжи и Хуан Дахэн переглянулись в полном ошеломлении, наспех натянули одежду и выбежали наружу.
— Да что за чёрт происходит?! — ввалившись в штабной трейлер режиссёра, выдохнул Суйчжи.
Внутри стояли режиссёр и Су Наньнань, вцепившись взглядами в мониторы наблюдения.
— Вы уже тут? — Наньнань мельком кивнула им. — Учитель Цзян предупредил: ночная стоянка находилась слишком близко к песчаному провалу. Есть угроза масштабного плывуна, поэтому нас срочно эвакуируют.
— Плывун?! — Хуан Дахэн ахнул и прильнул к экрану. На мониторе отчётливо виднелись фигуры Цзян Чэна и Цзянь Синцэ.
— Почему съёмка продолжается? — насупился Цзянь Суйчжи. — Там что, остались операторы?
— Это стационарная камера, — пояснил режиссёр. — Уходили в спешке, не успели демонтировать. Зато теперь мы видим, что там происходит.
— Учитель Цзян и командир запретили кому-либо приближаться, но взяли страховочные тросы, — добавила Су Наньнань. — Конец закрепили у нас. Если что-то пойдёт не так, мы вытянем их.
Цзянь Суйчжи кивнул, чувствуя, как сердце подступает к горлу.
— А там правда плывун? Вдруг Учитель Цзян ошибся? — тихо пробормотал ассистент режиссёра, глядя на экран. — В кадре всё выглядит вполне обычно.
— Да я бы молитвы возносил, окажись это ошибкой! — отрезал режиссёр, молитвенно сложив ладони. — Ждём сигнала от Цзян Чэна. Если всё чисто, быстро вернёмся за брошенным снаряжением. Иди скажи ребятам, пусть будут наготове.
— Понял, — ассистент кивнул.
Су Наньнань, кутаясь в тонкий пуховик и скрестив руки на груди, спросила:
— Как давно они спустились?
— Только что. Им пришлось дождаться, пока машины займут позиции, чтобы закрепить страховку, — ответил режиссёр. — Завершили только минуту назад.
— Хоть бы пронесло, — прошептала Наньнань.
Цзянь Суйчжи молчал, не сводя глаз с экрана.
* * *
Тем временем Цзян Чэн и Цзянь Синцэ один за другим спустились в песчаную лощину, где стояли накануне.
Спуск был необходимостью: требовалось оценить масштабы угрозы и вызволить брошенные внедорожники со снаряжением.
Масштабные плывуны не возникают мгновенно, в отличие от мелких песчаных воронок. Подземное движение разворачивается исподволь, исподтишка. Но когда процесс набирает силу, его скорость растёт по экспоненте.
Малейшее внешнее давление на истончившуюся корку плывуна — и песчаное месиво мгновенно затягивает жертву на дно. Для безопасного продвижения автоколонны нужно было досконально разведать территорию. Если худшие опасения подтвердятся, маршрут придётся менять кардинально.
— Командир Цзянь, что думаешь? — Цзян Чэн подошёл ближе. — На первый взгляд вроде бы тихо?
— Не спеши с выводами, — строго возразил Цзянь Синцэ. — Взгляни на дальний край лощины. Видишь, как там смещается песок? Это не ветер.
— Вчерашняя буря привела в движение весь песчаный пласт. Похоже, прямо под нашими ногами проходит русло подземной реки, ведущей к внутреннему озеру в глубине пустыни Тэнгэр. — Карта пустыни Тэнгэр отпечаталась у Синцэ в памяти, и он мгновенно восстановил картину происходящего. — Внедорожники не спасти. Нужно экстренно вытаскивать всё снаряжение. Зови своих операторов. Они ребята армейские, знают, как действовать.
Синцэ быстро подошёл к багажнику первого автомобиля и начал вытаскивать запасы питьевой воды и самое необходимое.
Цзян Чэн тут же передал сигнал режиссёрской группе. Меньше чем через минуту к ним подбежали четверо операторов-отставников:
— Командир!
— Вытаскивайте первоочередные запасы! Живо! Спасайте всё, что успеете! — отрывисто раздал приказы Цзянь Синцэ. Ребята принялись за дело без лишних вопросов.
На ночной стоянке осталась куча вещей. Вечером рассчитывали спокойно укомплектовать всё утром, не подозревая, чем обернётся рассвет.
Ящики с водой для всей группы из тридцати человек стояли прямо на земле — их вытащили первыми. Затем в ход пошёл провиант, личное снаряжение и съёмочная аппаратура. Благодаря слаженной работе операторы быстро переправили наверх большую часть груза.
Тем временем Цзян Чэн и Цзянь Синцэ пытались пробраться внутрь увязших внедорожников. Двери и багажники оказались заблокированы ушедшим вниз песком; оставался единственный путь — через оконные проёмы.
Будучи более гибким и щуплым, Цзян Чэн без лишних слов взял эту задачу на себя. Он забрался в салон и стал подавать вещи Синцэ, стоящему снаружи.
В машинах хранился весь жизнеобеспечивающий запас их пятёрки. За два захода Чэн не вытащил и десятой доли.
Забравшись внутрь в третий раз, Цзян Чэн заметил в дальнем углу багажника укомплектованный медицинский спецнабор. Из-за завалов вещей его раньше не разглядели.
— Командир! Тут аптечка первой помощи! Сейчас достану! — блеснув глазами, крикнул Чэн и рванулся вглубь салона.
Синцэ даже опомниться не успел.
Салон внедорожника и так был тесен, а из-за того, что корма увязла в песчаном провале, машина стояла под ощутимым наклоном: нос драл небо, корма уходила вглубь. Цзян Чэн протиснулся через окно водительской двери, что требовало немалой сноровки.
Вытянув руку, он ухватил ремень аптечки и развернулся в узком пространстве, карабкаясь к капоту.
Вскинув взгляд к задрайке лобового стекла, Чэн обомлел: огромный каменный валун, маячивший неподалёку, на глазах уходил под песок, словно погружался в жидкое месиво.
Зрачки Цзян Чэна сузились.
— Назад! Срочно уходим! — закричал он, с удвоенной силой рванувшись к окну.
Цзянь Синцэ мгновенно сориентировался, ухватил закреплённый на поясе Чэна страховочный трос и с силой потянул на себя. Цзян Чэн буквально вылетел из окна.
Без лишних слов они ринулись вверх по песчаному склону.
Синцэ рявкнул в рацию остававшимся на гребне операторам:
— Немедленный отход!
Ощущение под ногами изменилось. Внешне сухой песок вязнул, словно жидкая глина. Он лип к подошвам, непреодолимо увлекая людей вниз.
Тяга пока казалась слабой, но оба действовали на пределе инстинктов и лишь наддали ходу.
Песок под ногами осыпался, не давая опоры. Сделаешь два шага вверх — и тут же сползаешь назад на три.
Плывун набрал губительную скорость. Если ночью процесс шёл незаметно, то буквально за последний час песчаная ловушка активировалась на полную мощность.
Страховочный трос дёрнулся — сверху пришла мощная тяга. Цзян Чэн вцепился в канат, пытаясь выбраться на гребень дюны.
Однако вылазки за снаряжением и штурм увязавших машин истощили его силы. Ноги налились свинцом, из-за натяжения троса сбился ритм, и Чэн едва не уткнулся носом в осыпающийся песок.
В следующую секунду мощный толчок в спину буквально вытолкнул его на вершину склона.
Цзян Чэн взобрался на гребень и тут же оглянулся:
— Командир!
Закон физики неумолим: выталкивая Чэна вверх, Синцэ отлетел назад. В условиях плывуна лишние полметра отделяют жизнь от гибели.
Обернувшись, Цзян Чэн увидел, что Синцэ уже вылез из нижней части склона на половину корпуса.
Чэн упал на живот, протянул руку и мёртвой хваткой вцепился в ладонь командира. Рывок — и мужчина выскочил на ровное место.
Синцэ тут же перехватил запястье Цзян Чэна и потянул за собой:
— Бежим! Не оглядывайся!
Уши закладывал свист ветра. Синцэ увлекал его за собой к автоколонне, вслед за четырьмя выбравшимися операторами.
Сзади раздался глухой, шуршащий гул. Негромкий, но отвратительно осязаемый — глухое шуршание песка, поглощающего всё живое.
Они затормозили лишь тогда, когда под ногами оказалась твёрдая почва.
Цзян Чэн обернулся. Склон, по которому они только что карабкались, полностью обрушился. Тонны песка стекали со всех сторон в центр лощины, превратившейся в исполинскую воронку. За считаные секунды провал сровнялся с общей поверхностью, не оставив от машин и следа.
Задержайся они хоть на пару минут, ни одна страховка бы не спасла. Против такой стихии человек беспомощен.
Даже если бы их тянул грузовик, влажный песок зажал бы ноги словно застывающий бетон. Трос бы выдержал, а вот человек — нет: его просто разорвало бы пополам.
Цзян Чэн побледнел. Сердце колотилось в рёбра. Даже в прошлой жизни, проходя жёсткие спецназовские учения в пустыне, он не сталкивался с подобным армагеддоном. Пронесло по самой грани.
Прижав к груди спасённую аптечку, он тяжело осел на песок.
Синцэ подхватил его под локоть:
— Ты как? Где болит?
— Всё в порядке... — Чэн качнул головой, выжав кривую ухмылку. — Дух переведу. Чёртово тело, никуда не годится.
Он уселся прямиком на песок. Светлые волосы, собранные в небольшой хвост, растрёпались во время побега. Резинка слетела и, должно быть, погребена под завалами вместе с внедорожниками.
Чэн не стал убирать упавшие на лицо пряди и лишь устало обнял колени.
Этот рывок на износ истощил его сильнее, чем все испытания на острове.
Он с предельной ясностью ощутил физический потолок нового тела. Два месяца восстановительных тренировок — ничто. Да, боевой опыт и реакция компенсируют многое, но силу, взрывную скорость и выносливость нельзя обмануть. В экстремальный момент просадка характеристик вылезла боком.
Его захлестнула редкая для него горечь. Задержайся он хоть на секунду, окажись балластом — и погубил бы людей. Синцэ. И тех четверых парней-операторов.
При мысли об этом Цзян Чэн до крови прикусил щёку изнутри. Острая боль вернула ясность мыслям.
— Инструктор! Учитель Цзян! — послышались обеспокоенные возгласы.
К ним бежали ребята из съёмочной группы. Увидев, что все целы, Хуан Дахэн перевёл дух:
— Живы?! Господи! С экранов это выглядело как настоящий кошмар! Песок уходил из-под ваших ног! Мы даже отсюда слышали этот гул!
Режиссёр осмотрел Синцэ и операторов. Убедившись, что серьёзных травм нет, он повернулся к Цзян Чэну, всё ещё сидевшему на земле:
— Учитель Цзян, вы как?! Зову медиков!
— Не нужно, — остановил его Чэн. — Просто выдохся. Посижу немного и приду в себя.
Он потёр лицо, сгоняя остатки мрачных мыслей, и выдавил улыбку:
— За меня не переживайте. Посчитайте, что удалось вытащить. Запасов у нас немного, нужно понять, как быть дальше.
Режиссёр ещё раз переспросил, точно ли всё в порядке, и ушёл организовывать инвентаризацию — он даже не знал, не придётся ли опять сворачивать съёмки.
Су Наньнань присела перед Чэном на корточки, тревожно вглядываясь в его лицо.
— Чего ты на меня так смотришь? — улыбнулся Цзян Чэн. Поднявшись, он протянул ей руку и помог встать. — Всё нормально, правда.
Наньнань надула губы, но расспрашивать не стала. Она быстро обняла его:
— Ну смотри у меня. Я прямо обомлела, когда увидела, что ты помчался вниз! Сумасшедший. Чуть со страху не умерла!
— Да уж, не рассчитал силы, — усмехнулся Чэн.
Су Наньнань нахмурилась и слегка стукнула его кулачком по плечу:
— Что за глупости! Я же за вас переживала! Кабы не ваша с инструктором зоркость, мы б так и спали вповалку! Нас бы заживо похоронило, — призналась она, с содроганием глядя в сторону провала.
Цзян Чэн лишь улыбнулся.
— Ладно, принесу вам попить и перекусить, — сменила тему Наньнань.
— Спасибо.
Как только она ушла, Цзян Чэн прислонился к борту трейлера. Цзянь Синцэ опустился рядом. Спустя пару секунд молчания Синцэ произнёс:
— О чём ты думал? Даже Су Наньнань заметила, что ты сам не свой.
Цзян Чэн открыл рот, собираясь отнекаться, но Синцэ перебил:
— Только не ври, будто перепугался. Не в твоём это характере.
Цзян Чэн прикусил язык. Замолчав на миг, он расслабил сведённые плечи и откинулся на металлическую стенку автодома:
— Я просто думал... Случись мне замешкаться...
— Подставил бы меня и тех четырёх ребят? — прищурился Цзянь Синцэ, с лёгкостью прочитав его мысли.
Чэн замер. Он не ожидал такой прямой атаки.
Су Наньнань уже несла паёк и воду, но на выходе из трейлера её остановил Цзянь Суйчжи. Он кивнул на окно, за которым Цзян Чэн и Синцэ о чём-то тихо беседовали:
— Не мешай им. Пусть поговорят. Цзян Чэн сам не свой, после разговора с командиром ему полегчает.
Наньнань вздохнула:
— И то верно. Чудом уцелели... Жуткое дело, прямо на съёмках!
— У меня этот день возглавит топ самых диких переживаний в жизни, — вставил свои пять копеек Хуан Дахэн.
Пока в трейлере шушукалась команда, Синцэ на улице тихо вздохнул:
— У меня тоже бывали подобные мысли. Это естественный этап, — произнёс он. — Но подумай вот о чём: не будь тебя рядом, у меня бы не было настолько надежного напарника. Одному мне бы ни за что не спасти столько вещей. А главное... возникни непредвиденные осложнения — и мне бы понадобилась помощь. Твоя помощь.
Он посмотрел прямо в глаза Цзян Чэну:
— В конце концов, это ты вытащил меня наверх. Помнишь?
Цзян Чэн промолчал. В глубине души он знал: Синцэ выбрался бы и сам.
— Без тебя я потратил бы вдвое больше сил, спас бы вдвое меньше груза и едва ли сохранил бы дыхание для финального рывка, — с полной серьёзностью отрезал Синцэ, словно считывая сомнения Чэна. — Так что это ты нас спас.
Цзян Чэн поджал губы. Разумом он всё понимал, но разница была очевидна.
Сегодня он слишком доверился прошлым навыкам. Он решил, что прежний опыт сотворит чудо. Но реальность преподала урок: мастерство и рефлексы закрывают бреши, однако выносливость нарабатывается лишь со временем и потом.
Двухмесячные тренировки дали видимый результат, но экстремальная нагрузка сорвала глянцевую обложку.
«Нужно пахать дальше».
Цзян Чэн сжал кулаки. Увидев уязвимое место, он не собирался отступать.
— Я понял, командир. Не переживай, всё со мной в порядке. Просто нужно было переварить, — улыбнулся он. — Даже неловко, что заставил тебя работать моим психологом.
И добавил с лёгкой усмешкой:
— Да и вообще... Ты в любом случае выкарабкался бы. Без вариантов.
Синцэ хмыкнул, поражаясь этой иррациональной, слепой вере Чэна в его всемогущество.
Увидев, что напряжение спало, Су Наньнань и Цзянь Суйчжи вышли из трейлера с провизией:
— Держите, подкрепитесь!
— Спасибо, — Цзян Чэн забрал паёк. Утренняя встряска на голодный желудок дала о себе знать — в животе урчало от голода.
Он сделал несколько жадных глотков воды и принялся за еду. Выбившиеся пряди лезли в глаза. Чэн мотал головой, пытаясь смахнуть волосы в сторону, но те упорно возвращались на место.
Синцэ с улыбкой наблюдал за его мучениями, а затем поманил рукой:
— Повернись-ка спиной.
— Зачем? — с набитым ртом промямлил Цзян Чэн, но послушно развернулся.
— Завяжу тебе хвост, чтобы в рот не лезло.
Чэн проглотил кусок и попытался оглянуться:
— У тебя есть резинка? Давай сам завяжу.
— Ешь давай. Тоже мне проблема — хвост собрать! Кем ты меня считаешь? — Синцэ шутливо щёлкнул его по лбу и со всей серьёзностью принялся распутывать светлые пряди.
— Как скажешь... — сдался Чэн и продолжил жевать.
— Готово, — удовлетворённо произнёс Синцэ, окинув работу критическим взглядом. — Весьма задорно.
Цзян Чэн повёл головой: волосы были натянуты довольно ощутимо, но не больно.
Не успел он поблагодарить, как вышедший из автодома Хуан Дахэн прыснул от смеха:
— Ого, Учитель Цзян, сменили имидж? Пальмочку на макушке соорудили? Так... кхм, симпатичненько!
— Пальмочку? — Цзян Чэн опешил. Пощупав затылок, он с кривой миной воззрился на командира.
Синцэ с ледяным спокойствием уставился на Дахэна. Тот мгновенно закруглился и проглотил оставшиеся шуточки. Заметив взгляд Чэна, Синцэ как ни в чём не бывало перевёл взор на горизонт:
— По-моему, отлично получилось.
Цзян Чэн поднялся и подошёл к зеркальному окну трейлера. Из отражения на него смотрел парень с задорным коротеньким «хохолком» на макушке. Смотрелось это, может, и бодро... но откровенно комично.
Цзян Чэн: «... Лишь бы командир был доволен».