На следующий день публикация Цзян Синхао в Вэйбо спровоцировала настоящую бурю. Поначалу фанаты лишь выражали сочувствие своему кумиру, желая ему скорейшего выздоровления после травмы и спокойного ухода из шоу, но вскоре тональность комментариев непонятным образом резко изменилась.
Кое-кто уцепился за фразу «это никак не связано ни с организаторами, ни с кем-либо из участников» и с видом экспертов принялся разбирать текст буквально по буквам:
— Кто-нибудь, поймите меня! У меня просто сердце разрывается! Синсину досталось ни за что! Если бы съёмочная группа и кое-кто ещё не придумали это дурацкое разделение на команды, ничего бы не произошло!
— Вот именно! Шоу изначально задумывалось как командное, а кое-кто решил выпендриться, устроил раскол и в итоге подставил нашего мальчика!
— Хватит уже этого «кое-кого», вы ему слишком много чести оказываете! Скажу прямо: Цзян Чэн хотел хайпануть? Ну так получи! На съёмках ведёт себя как звезда, качает права, хамски огрызается на инструктора и коллег, сливает в сеть неотфотошопленные снимки участников, чтобы выставить их в дурном свете... Мерзкий, невоспитанный тип! Вон из шоу-бизнеса!
* * *
Цзянь Суйчжи заметил эту шумиху лишь полдня спустя — и то лишь потому, что поклонники Цзян Синхао приплели к делу его имя. Они заявили, будто именно он подлил масла в огонь, предоставив проходки на банкет в Мусе. Это мгновенно разозлило фанатов Небесного короля. Завязалась перепалка, на которую наконец обратила внимание служба PR-мониторинга Цзянь Суйчжи.
Он сбросил ссылку на интернет-побоище в общий рабочий чат съёмочной группы, тегнул режиссёра с главой PR-отдела и поинтересовался, как они собираются это улаживать.
Руководитель PR-службы к тому моменту уже рвал на себе волосы. Увидев сообщение от Цзянь Суйчжи, он и вовсе обомлел: неужели скандал докатился до самого Небесного короля?! Даже если бы им позвонил его менеджер, это вызвало бы панику, а тут сам артист!
Пиарщик тут же набрал номер главной звезды:
— Учитель Цзянь, простите, простите великодушно! Не думали, что это заденет вас. Не волнуйтесь, мы уже в срочном порядке готовим официальное заявление и ни в коем случае вас не подставим!
— Что там у Цзян Синхао? Как долго этот хештег висит в топе? И почему команда Цзян Чэна молчит? Они что, просто пустили всё на самотёк? — нахмурился Цзянь Суйчжи.
— Тема вылезла в тренды сегодня после обеда, — бессильно вздохнул пиарщик. — Мы сразу связались с менеджером обоих артистов, но там наотрез стоят на своём: мол, это неуправляемая инициатива пользователей сети, сам артист ни при чём. Мы бессильны, остаётся только выкатить общее заявление от шоу.
Цзянь Суйчжи всё понял. Не став тратить попусту слова, он положил трубку и набрал своего агента, У Юна.
— У Цзян Синхао и Цзян Чэна один и тот же менеджер, — произнёс У Юн. — Компания пытается выжать из Цзян Чэна последние капли выгоды, так что подобный ход вполне предсказуем. Хотя, по моим сведениям, отпускать его и расторгать контракт они тоже не горят особым желанием.
Цзянь Суйчжи нахмурился ещё сильнее.
— Насколько я знаю, в ближайшие дни они планируют поговорить с Цзян Чэном о продлении контракта и, вероятнее всего, пообещают кое-какие коврижки, — продолжил агент. — Всё зависит от его решения. Если он решит остаться — что ж, его право. Если откажется — я лично помогу ему закрыть этот вопрос без потерь.
Цзянь Суйчжи ненадолго задумался. Исходя из интересов их студии, влезать с официальными заявлениями до того, как Цзян Чэн сделает выбор, действительно не стоило. К тому же контракт парня ещё действовал, и формально всё происходящее оставалось внутренними разборками двух артистов одного агентства.
— Впрочем, — переменил тон У Юн, мягко намекая, — официально вмешиваться не может именно команда. Это вовсе не означает, что отдельные лица должны сидеть сложа руки.
Глаза Цзянь Суйчжи блеснули. Быстро сообразив, к чему клонит агент, он кивнул:
— Я тебя понял. Договорились.
Завершив разговор, он тут же кликнул в общем чате Хуан Дахэна и Су Наньнань. Так и родилась идея всем вместе приехать к больнице и забрать Цзян Чэна после выписки.
Сеть гудит, что Цзян Чэн строит из себя звезду, раскалывает коллектив и держится особняком? Что ж, пусть публика увидит, насколько «расколот» их состав на самом деле. Найдётся немало людей, которые зададутся логичным вопросом: почему три признанных ветерана шоу-бизнеса с удовольствием общаются с Цзян Чэном, а Цзян Синхао оказался не у дел? На всё ведь есть причина, верно?
* * *
На следующее утро Хуан Дахэн ровно в назначенное время прибыл в больницу.
— Учитель Цзян, а вот и я! — с широкой улыбкой Хуан Дахэн крепко обнял Цзян Чэна. — День не виделись, а кажется, вечность прошла! Пойдём, Небесный король Цзянь и богиня Су уже ждут в машине на подземной парковке. Сначала перекусим, а потом отвезём тебя домой.
Цзян Чэн кивнул:
— Хорошо, спасибо вам.
— Да брось, к чему эти формальности! Мы же ещё рассчитываем выведать у тебя подробности вчерашнего стрима, — хохотнул Хуан Дахэн.
Цзян Чэн слегка прищурился, в уголках его глаз мелькнула тёплая ирония:
— Вот оно что... Значит, забрать меня из больницы — лишь предлог, а на самом деле вам просто не терпится послушать байки?
Перешучиваясь, они спустились на подземную парковку. Цзян Чэн уже протянул руку к дверце автомобиля, как вдруг на глянцевой поверхности ручки мелькнул быстрый блик света, и одновременно с этим раздался едва слышный щелчок затвора.
Цзян Чэн резко замер. Вместо того чтобы открыть машину, он развернулся и устремился к бетонной колонне в метрах пятнадцати от них.
— Ты чего? — удивился Хуан Дахэн и поспешил за ним.
Через мгновение Цзян Чэн уже вытащил из-за колонны щуплого мужчину, экипированного по полной программе — с мощным профессиональным объективом в руках. Типичный папарацци.
Цзянь Суйчжи и Су Наньнань быстро вышли из машины. Увидев пойманного соглядатая, они переглянулись.
— Это тот, кого ты направил? — вполголоса спросила Су Наньнань.
— Нет, мой пакует вещи у ресторана, — так же тихо ответил Цзянь Суйчжи.
Они планировали использовать прессу, чтобы публично поддержать Цзян Чэна, и даже заранее слили информацию нужным людям. Но никто не ожидал, что «дикий» фотограф начнёт слежку прямо от больницы.
И уж тем более никто не рассчитывал на такую феноменальную реакцию Цзян Чэна.
Попавшийся репортёр проклинал всё на свете. Он был тёртым калачом и прятался безупречно — как его вообще умудрились засечь?!
— Дай-ка глянуть, что ты там понаснимал, — Цзянь Суйчжи протянул руку.
Папарацци нехотя передал камеру.
— Хм, вполне прилично. Не уродливо. Хотите взглянуть? — Цзянь Суйчжи быстро пролистал кадры на дисплее и передал устройство коллегам.
Су Наньнань забраковала парочку:
— Вот эта не пойдёт, с этого ракурса нос выглядит плоским, удаляю. Остальное сойдёт. Учитель Хуан, Учитель Цзян, посмотрите?
— Ого, сразу видно работу мастера, специализирующегося на съёмках звёзд. Даже я вырос красавцем! А Учитель Цзян вообще со всех ракурсов хорош, почти все снимки в дело годятся, — бегло оценил кадры Хуан Дахэн.
В замешательстве остался лишь сам Цзян Чэн да пойманный с поличным фотограф. Это вообще адекватная реакция знаменитостей на тайную съёмку?!
— Я думал, медийные личности трепетно относятся к защите личной жизни, — заметил Цзян Чэн.
Папарацци машинально кивнул, но тут же осёкся. Стоп... Что значит «медийные личности»? Цзян Чэн, хоть ты и на дне рейтинга, но ты же тоже, чёрт возьми, артист!
— В этот раз можно сделать исключение, — улыбнулась Су Наньнань. Словно сказочная фея — как-никак топовая актриса поколения «85+». От её ослепительной улыбки мрачная подземная парковка, казалось, озарилась светом. Она повернулась к репортёру: — Можешь публиковать. Только выбирай выражения, ладно?
Поняв, что флешку не отберут и снимки не заставят удалить, фотограф опешил. Конечно, он предпочёл бы продать эксклюзив за кругленькую сумму... но выкатить такой жирный материал первым — тоже отличная добыча.
— Понял! Всё сделаю в лучшем виде, Учителя! Напишу как надо... Э-э, я могу идти?
— Свободен, — кивнул Цзянь Суйчжи.
Репортёр спешно упаковал технику и припустил прочь, на ходу переваривая увиденное. Это ведь был Небесный король Цзянь, верно?! Небесный король мирно общается с Цзян Чэном?! Слухи в сети действительно полная чушь!
— Ладно, по машинам, — сказал Цзянь Суйчжи. — Едем в одно проверенное место, там подают отличные блюда домашней кухни.
Цзян Чэн отозвался, но любопытство взяло верх. Усевшись в салон, он обратился к Су Наньнань:
— Почему в этот раз сделано исключение?
— Ты правда вчера не заходил в Вэйбо? — удивилась актриса.
— Вы же сами говорили меньше сидеть в телефоне, — ответил Цзян Чэн. — Вчера вымотался до предела, поговорил с вами и сразу отключился. А что там смотреть? Дай гляну.
Хуан Дахэн потерял дар речи.
Цзянь Суйчжи, сидевший на переднем пассажирском сиденье, опустил солнцезащитный козырёк и посмотрел в зеркало на Су Наньнань. Та виновато прикусила губу, а он лишь усмехнулся с ехидным превосходством.
«И кто тут из нас болтливое решето?» — читалось в его взгляде.
Су Наньнань промолчала, густо покраснев.
Цзян Чэн открыл приложение. На его аккаунте не было ни одной подписки — точнее, раньше прежний владелец тела был подписан на Цзян Синхао и официальный аккаунт своего агентства, но потом отписался от всех. Лента была стерильно чистой, не считая стандартных новостных рекомендаций.
— «Падение фондового рынка: крах человечности или падение морали?» — зачитал вслух Цзян Чэн.
— Чего? — переспросил Хуан Дахэн.
— Кажется, не то... «Трёхлетнюю девочку утащила дикая обезьяна прямо от порога дома»?
— А? — вытаращилась Су Наньнань.
— «Лапша быстрого приготовления с маринованной капустой...»
Цзянь Суйчжи прервал его:
— Введи своё имя в поиске.
— А, вот как... — протянул Цзян Чэн. — Постой, почему первая строчка выдаёт Цзян Синхао? Разве там не должен быть я?
Су Наньнань смущённо потёрла кончик носа. Объяснять подобные вещи было неловко.
Цзян Чэн мгновенно всё понял: просто у него нулевая популярность. Он пролистал ленту ниже и увидел кучу комментариев о том, какой он выскочка и как пытается выехать за чужой счёт.
— Теперь понятно, почему Ван Чэнь вызывает меня завтра на ковёр, — нахмурился Цзян Чэн. Похоже, менеджер крайне недоволен его работой. Хотя с другой стороны, деньги за съёмки ему перевели... Неужели его хотят снять со следующих выпусков? Но это же прямое нарушение условий: контракт подписан на три блока подряд. В таком случае им придётся выплатить неустойку?
Размыслив об этом, Цзян Чэн полностью успокоился. В конце концов, платит здесь не он, а ему. Если шоу-бизнес ему не подходит — не беда, руки и ноги целы, устроится в охрану и без куска хлеба не останется.
Су Наньнань, услышав его слова, тут же забеспокоилась:
— Твой менеджер? По-моему, он держит тебя за пустое место. В этот раз явно позволил Цзян Синхао выехать на твоём имени и выбить жалость у публики. Если он увидит, что после вчерашнего стрима ты взлетел в трендах, и захочет продлить контракт — как поступишь?
Цзян Чэн удивлённо взглянул на неё. Ван Чэнь — и продление контракта? Такой вариант даже не пришёл ему в голову, учитывая, насколько откровенное отвращение питал к нему этот человек.
— Взлетел в трендах? — переспросил Цзян Чэн, снова глядя на экран. — Если я так популярен, почему при поиске вылезают совершенно другие люди?
Су Наньнань смущённо замялась. И это объяснить было непросто.
— То есть продлевать договор ты не намерен? — уловил суть Цзянь Суйчжи, подав голос с переднего сиденья.
— Нет, конечно, — ответил Цзян Чэн. — Ван Чэнь — человек нечистоплотный. Лучше уж я уйду из индустрии и пойду работать охранником, чем останусь под его началом.
Су Наньнань прыснула со смеху:
— Уйти из шоу-бизнеса в охранники?! Учитель Цзян, ну и чувство юмора у тебя!
Цзян Чэн лишь легко прикоснулся к кончику носа. Он говорил абсолютно искренне. В его прошлой жизни многие комиссованные по ранению бойцы отправлялись работать в службы безопасности, охраняя государственные объекты, и получали весьма достойную оплату.
Цзянь Суйчжи тоже слегка улыбнулся. Намерения Цзян Чэна были предельно ясны, остальное возьмёт на себя У Юн.
* * *
Пообедав, они довезли Цзян Чэна до дома.
Осмотрев обшарпанный жилой комплекс, где тот снимал квартиру, Су Наньнань ахнула:
— Здесь же никакой конфиденциальности! Если фанаты проведают адрес, тебя заблокируют в собственном подъезде, даже выскочить не успеешь!
— Учитель Цзян, не недооценивай фанатичность публики, — поддержал её Хуан Дахэн. — Поверь, они способны отыскать любой адрес. Безумные поклонники и не на такое способны. Не веришь — спроси Небесного короля, его в своё время облепляли со всех сторон, он постоянно в заголовки новостей попадал.
Цзянь Суйчжи промолчал.
Цзян Чэн перевёл взгляд на артиста:
— Неужели всё так сурово?
— Поверь мне... — сквозь зубы процедил Цзянь Суйчжи. — Когда перейдёшь под крыло брата У, сам со временем всё прочувствуешь.
Цзян Чэн сдержанно усмехнулся. С его навыками и рефлексами подловить его никому не удастся. Впрочем, спорить он не стал и лишь неопределенно кивнул:
— Что ж, звучит заманчиво.
Су Наньнань издала удивленный звук и уставилась на Цзянь Суйчжи:
— Твой менеджер берет Цзян Чэна?! Вы двое вообще не пытаетесь развеять слухи?!
Цзянь Суйчжи поморщился и глянул на Цзян Чэна. К чему поднимать подобные темы при самом герое обсуждений?
— Вся эта муть — типичные методы Ван Чэна, — кашлянул Цзянь Суйчжи, а затем обратился к Цзян Чэну: — Не переживай, У Юн не станет принуждать тебя к тому, что тебе не по душе. И подобных грязных спекуляций он не допустит.
Цзян Чэн понимающе кивнул. Раз «бывший жених» так интерпретирует ситуацию — тем лучше. Возрождать старые связи он в любом случае не собирался, так что вдаваться в излишние объяснения не было смысла.
Су Наньнань нахмурилась:
— Твой менеджер — редкостная дрянь. Из-за таких типов и без того мутная вода в шоу-бизнесе превращается в болото.
Цзян Чэн пожал плечами:
— Нам с ним всё равно разговаривать не о чем. Дождусь окончания контракта и уеду, осталось каких-то полмесяца.
— Если при разрыве он начнёт вставлять палки в колёса, скажи — я посоветую отличных юристов, — предложила Су Наньнань. — У меня в этом деле богатый опыт.
В начале карьеры её первое агентство поступало точно так же, и лишь благодаря поддержке старших коллег ей удалось вырваться из лап кровопийц. Если Цзян Чэну потребуется помощь, она с радостью передаст эстафету.
Цзян Чэн искренне улыбнулся:
— Спасибо, я запомню.
— Ладно, не будем тебя утомлять. Завтра тебе предстоит непростая встреча с менеджером, так что набирайся сил, — сказал Хуан Дахэн.
— Я провожу вас.
— Не стоит, машина у подъезда. Не стесняйся нас, увидимся через пару дней!
— Через пару дней? — переспросил Цзян Чэн.
— Ну да! Торжественный банкет в Мусе, забыл? Тебе менеджер ничего не говорил?.. А, впрочем, про этого типа лучше вообще не вспоминать, — Хуан Дахэн поморщился, сжав губы.
Напоминание о банкете заставило его вспомнить вчерашний разговор с Цзянь Суйчжи: сторона Цзян Синхао потребовала пригласительный билет на мероприятие, иначе историю с травмой на съёмках обещали не спускать на тормозах. Без выполнения этого условия съёмки шоу не удалось бы возобновить так быстро.
Су Наньнань указала на Цзянь Суйчжи:
— Наша пропускная способность — в руках Небесного короля. Ты хоть когда их отдашь? А то останемся у закрытых дверей, я такого позора не переживу!
— Забыл взять сегодня, завтра ассистент привезёт, — ответил Цзянь Суйчжи, после чего повернулся к Цзян Чэну: — Кстати, на вечер у тебя есть подходящий костюм? Боюсь, твой агент о наряде не позаботился.
Цзян Чэн на мгновение заколебался:
— К одежде есть особые требования?
— Там куча нюансов... — Су Наньнань осеклась, понимая, что рассказ затянется до вечера, и умоляюще посмотрела на Цзянь Суйчжи.
— Накануне банкета мой помощник свяжется с тобой и привезёт готовый комплект, — предложил Цзянь Суйчжи. — Если найдёшь что-то своё — отлично, если нет — наденешь то, что подготовим мы.
— Благодарю, — кивнул Цзян Чэн.
— Не за что. На самом вечере, если не будешь знать, куда себя деть, держись рядом с Учителем Хуаном. У меня в тот день будет много дел, за всеми не услежу.
— Не переживай, Цзян Чэна я беру на себя, — подмигнул Хуан Дахэн.
— Ну всё, мы поехали, пиши в чат, если что, — попрощался Цзянь Суйчжи. — Отдыхай.
* * *
Цзян Чэн кивнул и проводил гостей.
Вернувшись в спальню, он первым делом распахнул окно, чтобы проветрить комнату, а затем упал на кровать, чувствуя приятную расслабленность.
Социальное взаимодействие отнимало немало сил — главным образом потому, что это тело было катастрофически слабым и изнеженным.
Прикрыв глаза, он ощутил, как комнатное пространство наполняет прохладный свежий ветерок. Навалилась приятная дремота. Цзян Чэн уткнулся лицом в подушку и быстро погрузился в сон.
Когда он проснулся, солнце уже зашло за горизонт. Вечерний ветер сменился сырой прохладой — неудивительно, что во сне его пробрал знобящий холод.
Накинув куртку, он закрыл окно и отправился на кухню, где раздобыл какой-то быстрый перекус.
Взяв телефон, Цзян Чэн проверил сообщения. Его сводная сестра, судя по всему, разозлилась всерьёз и больше ничего не писала. Зато Цзян Синхао час назад прислал два коротких уведомления:
«Я жду тебя здесь. Ты ведь понимаешь, о чём я?»
«[Геолокация в реальном времени]»
Цзян Чэн бросил взгляд на геометку: ночной клуб «Гибрид». Он изогнул бровь, и в его памяти неожиданно всплыли смутные, отрывочные фрагменты.
Первый эпизод: «его» вытащили в шумный бар, накачали алкоголем до полубессознательного состояния, а кто-то склонился над ухом и непрерывно что-то шептал. В воспоминаниях прежний Цзян Чэн вдруг с испугом и неверием схватил этого человека за руку.
Собрать из этих осколков целостную картину Цзян Чэн не мог.
Вслед за первым мгновенно пронёсся второй кадр: лицо Цзян Синхао, прижавшееся к другому мужчине среди клубов сигаретного дыма и вспышек цветомузыки.
И третий: «он» сидит на корточках перед лужей рвоты, беспомощно мотая головой, пока мужчина, только что обнимавший Цзян Синхао, снимает всё происходящее на видеокамеру.
Три вспышки прошлых воспоминаний пронеслись в голове. Цзян Чэн попытался вдуматься глубже, но память словно наткнулась на глухую стену. Впрочем, судя по одежде мужчины с камерой, все три эпизода происходили в разное время.
И, насколько помнил Цзян Чэн, именно после рокового визита в бар прежний владелец тела окончательно замкнулся в себе и угас. Раньше он списывал это на тяжёлый психологический удар, но теперь, сопоставив факты, заподозрил нечто куда более скверное.
Опираясь на свой многолетний опыт, Цзян Чэн был почти уверен: густой дым, висевший в VIP-кабинке, явно не являлся обычным табаком или безобидной ароматической смесью.
Потрясши головой, Цзян Чэн ощутил, как в висках застучала тупая боль — сказывалось то, что его продуло у открытого окна.
Смахнув сообщение, он набрал короткий ответ:
«Не интересно.»
Цзян Синхао не способен на благородные поступки. Зовёт в ночной клуб в такое время — очевидно, замышляет очередную пакость.
Ответ прилетел буквально через пару минут. Цзян Синхао от злости терял контроль над собой:
«Цзян Чэн ты совсем обнаглел думаешь раз одурачил Цзянь Суйчжи и остальных то стал неприкосновенным да они просто используют тебя как коврик ты думаешь я не знаю про твои грязные делишки с режиссёром Лю предупреждаю не доводи меня до крайности!»
Цзян Чэн бегло глянул на длинное полотно текста без единого знака препинания, явно надиктованное голосом.
Много букв, читать лень.
Он просто заблокировал экран и отбросил телефон в сторону.
Потерев гудящий лоб, Цзян Чэн решил приняться за лечение: изнеженное тело с трудом переносило элементарную простуду. Он выдвинул верхний ящик прикроватной тумбочки, где привык держать базовую аптечку.
Перерыв всё внутри и не найдя ни одной таблетки, он с ироничной ухмылкой хлопнул себя по лбу. Какая аптечка? Он же в чужом доме.
Он уже собрался задвинуть ящик, как его взгляд зацепился за прозрачный пакетик с зиплоком, завалившийся в самый дальний угол.
Внутри лежала цепочка.
Дыхание Цзян Чэна на мгновение перехватило. Он осторожно извлёк пакетик и положил украшение на ладонь.
Это был браслет, до боли похожий на тот кулон, что когда-то принадлежал ему самому. Свою детскую подвеску он перерос очень давно, поэтому бережно хранил её вместе со своими боевыми наградами и орденами.
Этот же предмет отличался лишь формой — его явно переделали в браслет. Цзян Чэн словно под воздействием невидимого импульса примерил его на запястье: размер подошёл идеально.
Он мгновенно понял — это то самое украшение из оригинального романа, которое когда-то одолжил Цзян Синхао, а затем выкупил за огромные деньги.
Вот только теперь сюжет книги переплёлся с его реальностью. И когда Цзян Синхао попытался выкупить вещь, Цзян Чэн ответил отказом.
Он никогда не искал этот браслет — с одной стороны, из-за вечной суеты, с другой — считая его чужой вещью, к которой он не имеет отношения.
И вот теперь они столкнулись случайно.
Цзян Чэн долго вглядывался в переплетение металла, но в итоге расстегнул замок и убрал браслет обратно в глубину ящика.
«Это не моё», — подумал он, ощутив, как в глубине души поднимается волна липкой, щемящей пустоты.