Выбравшись из ванной, Цзян Чэн чувствовал себя настолько неловко, что готов был запереться обратно.
Что за идиотский дизайнерский изыск?..
Впрочем, сам виден: заскочил внутрь на автопилоте, даже не соизволив оглядеться.
С той стороны донёсся лёгкий стук в дверь:
— Ты чего там застрял? Доставка остынет.
Цзян Чэн, всё ещё пытавшийся выиграть время, от неожиданности вздрогнул. Перепугавшись, он засуетился, схватил белое полотенце и принялся судорожно сушить волосы. От этой спешки рука соскользнула, задев стеклянный стакан на раковине. Тот с оглушительным дребезгом покатился по столешнице.
Пулевые краснея, Цзян Чэн выскочил из ванной и виновато улыбнулся:
— Да я... фен долго искал.
Цзянь Синцэ скользнул взглядом за его плечо — фен висел на самом видном месте, справа от зеркала.
Не заметил?
Командир лишь слегка улыбнулся, не дав виновнику окончательно сгореть от стыда:
— Понятно. Иди ешь, с волосами потом разберёшься.
Цзян Чэн уселся за стол. Цзянь Синцэ раскладывал контейнеры с едой, но взгляд Цзян Чэна против воли всё равно косился на стеклянную перегородку ванной.
Будь проклято это матовое стекло.
Едва они покончили с ужином, в ванную отправился Цзянь Синцэ. Зашумела вода, и Цзян Чэн вновь уставился на перегородку.
Командир Цзянь хотя бы догадался задернуть внутреннюю шторку. Вот только всплыла другая пикантная деталь: шторка-то тоже отлично просвечивала.
Разумеется, сквозь матовую стену и слой полупрозрачной ткани разглядеть подробности было невозможно. Но это напоминало разглядывание силуэтов в густом тумане — размытые контурные линии лишь распаляли человеческое воображение.
Цзян Чэн судорожно перевёл дыхание. Единственным утешением служило то, что по центру матового стекла проходили две широкие непрозрачные полосы декора, надёжно скрывавшие самые интимные зоны.
Цзян Чэн с трудом отвёл взгляд. Подняв руку, он согнул локоть, с тоской разглядывая собственный рельеф, а затем тяжело вздохнул.
А ведь когда-то и у него имелась столь же внушительная, сухая мускулатура. На фоне же нынешнего Цзянь Синцэ он выглядел едва ли не ощипанным цыплёнком.
И ладно бы просто выглядел — командир ведь всё это видел! Позор, да и только.
Не дожидаясь, пока Цзянь Синцэ закончит мыться, Цзян Чэн забрался под одеяло, решив спать до утра, лишь бы сбежать от этой неловкости.
Однако спустя минуту он снова сел, напряжённо уставившись на двуспальное ложе. Встал вопрос: как им укладываться? Один спит головой к изголовью, а другой валетом? Или оба головой к изголовью?
Спать валетом — странно. А вплотную друг к другу... Хотя, положа руку на сердце, бывало и такое.
В полевых условиях они не раз ночевали, прижавшись спальниками.
Вот только походный быт не имел ничего общего с атмосферой огромной кровати для влюблённых. Особенно когда над изголовьем свисали две пышные охапки алых роз, а на тумбочке красовались две коробочки «Дюрекс».
«Мать вашу...»
Заметив этот деликатный предмет, Цзян Чэн в панике сгреб упаковки и затолкал их на самое дно выдвижного ящика.
Затем глубоко вдохнул. Задача, как разместиться на ночлег, превращалась в головоломку.
Он остался сидеть на кровати, подложив подушку под спину, и уткнулся в телефон.
Пальцы быстро забегали по экрану, вбивая в поисковик:
«Как спать с другом одного пола на одной двуспальной кровати в номере для влюбленных»
Результаты выдачи Байда:
«Как избежать неловкости однополой паре в отеле? / Чжиху»
«Как исполнить супружеский долг однополой паре»
«Пять советов, как разделить постель с партнером своего пола...»
Цзян Чэн на секунду зажмурился. Умный алгоритм Байда вообще соображает? Как можно выдавать рекомендации, выдернув пару слов из контекста?!
Сжав губы, Цзян Чэн перешёл по ссылке на один из форумов и создал анонимный тред, вынеся свой поисковый запрос в заголовок.
Ответы посыпались мгновенно. Уведомления замигали одно за другим: «+1», «+1», «+1». Он поспешно кликнул на тему.
— Во-первых, я бы ни за что не лег в одну кровать с парнем. Проще снять второй номер.
— Можно спать на диване или сдвинуть пару кресел, в чём проблема-то?
— Да ладно вам, к чему эти ширмы? Заехали в номер для влюблённых — тут и без слов всё ясно, шито-крыто.
«Да чтоб вас...»
Цзян Чэн тут же бросился писать ответ комментатору, поясняя, что ассистент перепутал бронь, а свободных номеров в отеле просто не осталось.
— Ха-ха, классическая отмазка! В каждом втором посте от латентных геев такая история.
— Автор, милый, советую сразу уволить такого ассистента!
— Слушайте, а в чём вообще проблема? Вы просто не привыкли друг к другу и поэтому стесняетесь?
Цзян Чэн задумался и набрал:
«Да нет, мы как раз слишком хорошо знакомы, оттого и не по себе. Нам и раньше приходилось спать в обнимку, но то было по необходимости, из-за суровых условий. А тут антураж слишком дурацкий».
Задавший вопрос пользователь молчал, зато подтянулись остальные:
— Расходимся, народ. Опять история про парня, который сам не понимает своих чувств.
— Настоящему гетеро побоку любой антураж: лег и уснул. А если обстановку в номере принимаешь близко к сердцу — значит, у самого рыльце в пушку.
— Поддерживаю предыдущего оратора!
— Плюсую.
— Вот именно, заморачиваются только те, кому не всё равно. А если чувств нет — какая разница, что вокруг накручено?
Цзян Чэн попытался вступить в дискуссию и всё объяснить, но вышло только хуже: с каждым новым комментарием он путался всё сильнее, пока сам чуть не уверовал в то, что пишут незнакомцы.
В этот момент из ванной вышел Цзянь Синцэ. Увидев Цзян Чэна, сидевшего на кровати с невероятно мрачным и сосредоточенным лицом, словно тот решал судьбу важного проекта, командир вытер волосы полотенцем и подошёл ближе:
— Что-то стряслось?
Цзян Чэн настолько ушёл в баталий с комментаторами, что даже не услышал, как выключилась вода. От неожиданности он вздрогнул, чуть не выронив смартфон.
Сцапав гаджет на лету, Цзян Чэн мгновенно погасил экран и с виноватым видом выпрямился:
— Да нет... Просто в чате переписывался.
— А со стороны казалось, будто ты с кем-то насмерть ругаешься, — легко усмехнулся Цзянь Синцэ. — Вид был такой, словно тебе задолжали крупную сумму.
Цзян Чэн неловко коснулся щеки. Неужели всё было настолько написано у него на лице?
Цзянь Синцэ досушил волосы и поинтересовался:
— Каковы наши планы на завтра?
На этот вопрос Цзян Чэн ответил без промедления:
— Днем прогуляемся по ресторанной улочке возле университетского городка. Позавтракаем там, заодно и пообедаем. Оттуда рукой подать до старого квартала. Днем и вечером он выглядит совершенно по-разному. Поужинаем на старой улице, полюбуемся ночным городом, а если проголодаемся, перекусим на ночном рынке — там на каждом шагу лотки с едой.
Улочка у университета была его излюбленным местом в школьные годы. Уезд Линчэн небольшой, все старшие школы и институты ютились на одном пятачке, что подтолкнуло развитие всей округи. Местечко вышло крайне колоритным.
Вдоль улицы тянулись не только закусочные, но и залы с игровыми автоматами. Цзян Чэн часто проходил мимо них в прошлом, но зайти так и не решился. Ему хотелось проверить, сохранилось ли хоть что-то. И если заведения ещё открыты — затащить туда командира Цзяня и оторваться по полной.
— Командир Цзянь, а вы когда-нибудь играли в игровые автоматы? — спросил Цзян Чэн.
Цзянь Синцэ на мгновение задумался:
— В какие именно?
Цзян Чэн и сам толком не знал.
— Завтра увидим. Если работают — зайдем, поиграем, — предложил он.
Цзянь Синцэ без колебаний согласился.
Закончив с волосами, он откинул одеяло и лёг на свою половину кровати, повернув голову к Цзян Чэну:
— Ещё посидишь в телефоне или уже спать?
— Спать, конечно спать! — поспешно воскликнул Цзян Чэн и тут же юркнул под одеяло.
Цзянь Синцэ кивнул и, вытянув руку, выключил свет.
В темноте раздался лёгкий шорох, а затем Цзян Чэн почувствовал, как матрас рядом слегка просел.
Командир Цзянь совершенно не ломал голову над тем, как им спать.
Цзян Чэн против воли снова вспомнил комментарии из темы.
Нащупав телефон под одеялом, он тихонько разблокировал экран. Страница темы так и осталась открытой. За те пару минут, что он отвлёкся, внизу успели вырасти еще три десятка сообщений. Народец на форуме вовсю допрашивал, куда делся автор, каков его друг собой и хороша ли у того фигура.
Отключив звук, Цзян Чэн тайком набрал сообщение:
«Свет выключили, спать легли. Друг вообще не парился, просто лег рядом... И да, он очень красивый, высокий, и фигура у него... отличная».
Ответ прилетел секундой позже:
— Ну всё понятно... Сочувствую автору, друг — стопроцентный железобетонный гетеро.
— Пытаться переделать натурала — дохлый номер. Автор, бросай эту затею, пока не поздно.
— По описанию видно, что затянуло парня по уши. Прими мои соболезнования, +1.
— Влюбленному и коза красотка. Тут многие на форуме расписывают своих "парней" как супермоделей, а выложат фото — обычный прохожий. Расходимся, нас надули.
Цзян Чэн насупился. Прочие реплики он мог проигнорировать, но утверждение, будто командир Цзянь — «обычный прохожий»?! Да Цзянь Синцэ по всем параметрам превосходит абсолютное большинство мужчин!
Задетый за живое, Цзян Чэн уже собрался отстучать яростный ответ, как вдруг одеяло резко взлетело вверх.
Над ним в темноте раздался голос Цзянь Синцэ:
— Совсем в детство впал? Под одеялом с телефоном сидишь?
Сердце Цзян Чэна ухнуло в пятки. Подняв глаза, он увидел нависшего над ним Цзянь Синцэ. Ощущение было точь-и-точь как в армии, когда тебя застают за нарушением дисциплины.
Пальцы мгновенно заблокировали экран. Цзян Чэн сдавленно замялся:
— Да я... просто на сообщение ответил. Не хотел свет включать, чтобы тебя не будить...
— На одно сообщение — и так долго? — Цзянь Синцэ едва заметно изогнул бровь. — Всё ещё нужно отвечать?
— Нет-нет, всё! — Цзян Чэн закрутил головой и покрепче замотался в одеяло. — Я сплю! Доброй ночи, командир Цзянь.
Цзянь Синцэ тихо хмыкнул, глядя на свернувшийся под одеялом бугорок. Ему безумно захотелось ткнуть в него пальцем.
Но он сдержался, опустился на подушку и, слушая мерное дыхание рядом, чуть заметно улыбнулся.
Цзянь Синцэ казалось, что ему будет непривычно делить кровать с кем-то еще. Одно дело — полевые условия, совсем другое — обычная комната. На заданиях организм привыкает к чуткому сну, готовый реагировать на любую угрозу. А в безопасности заснуть рядом с другим человеком бывает непросто.
Однако сейчас, слушая спокойное дыхание Цзян Чэна, он ощутил удивительное умиротворение. Сон накатил быстро и мягко.
Повернув голову к затылку Цзян Чэна, Цзянь Синцэ тихо произнес:
— Доброй ночи.
Цзян Чэн похлопал глазами и мысленно отозвался: «Доброй ночи».
Утром оба проснулись почти одновременно — сказалась привычка к армейскому распорядку. Спали они аккуратно: за ночь положение тел практически не изменилось, да и одеяла остались сложенными с двух сторон.
— Утро доброе, — Цзян Чэн потянулся, прогоняя остатки сна.
— Доброе, — отозвался Цзянь Синцэ. Его голос звучал с хрипотцой. Встав с кровати, он повернулся спиной к Цзян Чэну: — Я первый в ванную?
— Ага, — легко согласился Цзян Чэн и решил еще пару минут полежать.
Он прищурился, глядя, как командир Цзянь быстрыми шагами направляется к ванной, словно за ним гналась стая хищников.
Цзян Чэн взял телефон. Экран разблокировался на вчерашней странице.
Утренний пыл угас, и Цзян Чэн просто стёр не отправленный ответ, решив просмотреть свежие комментарии.
За ночь тема разрослась ещё на сотню сообщений. Посетители форума проявляли к его жизни куда больше интереса, чем он сам.
Цзян Чэн со вздохом качнул головой. С выводом, что «друг — стопроцентный гетеро», он был полностью согласен. Если уж командир Цзянь натурал, то остальные мужчины вообще должны свернуться в бараний рог. Но ведь и сам он нормальный парень... Почему в глазах этих людей он выглядит безнадежно влюбленным?
Какая еще односторонняя страсть? Цзян Чэн этого искренне не понимал.
К командиру Цзяню он питал разве что глубокое уважение и восхищение. Ну, может, ещё немного радости от того, что недосягаемый прежде человек оказался рядом, в обычной жизни. Ну и самую малость...
Цзян Чэн вовремя остановил поток мыслей. Если анализировать дальше, то и впрямь выйдет глупость.
— Я закончил, — Цзянь Синцэ вышел из ванной.
Цзян Чэн заметил, что тот успел принять душ, сменить одежду и теперь вытирался полотенцем.
У некоторых есть привычка принимать душ по утрам, и командир Цзянь явно относился к их числу. Цзян Чэн отвлеченно подумал об этом, сгреб приготовленные вещи и отправился умываться.
Спустя десять минут, уже переодетый, он вышел в комнату:
— Сегодня покажу тебе, как живут обычные студенты.
Они вызвали такси и направились к университетскому городку. Несмотря на выходной день, на улицах уже было людно.
Цзян Чэн хотел привести Цзянь Синцэ к маленькому лотку с тофу, где любил перекусывать в юности. В своей прошлой жизни, даже спустя годы, он находил эту палатку на том же месте. Интересно, сохранилась ли она здесь?
Уверенности не было, поэтому на вопрос Цзянь Синцэ он ответил туманно:
— Писали в сети, что тут делают отличный тофу. Не знаю только, работает ли еще...
Он крутил головой по сторонам и неожиданно наткнулся взглядом на знакомую тележку.
Цзян Чэн осекся, схватил Цзянь Синцэ за рукав и увлек за собой:
— На месте, на месте! Вот она! Бабушка, мне стаканчик солёного тофу-хуа и две жареные пышки юйтяо. Командир Цзянь, тебе сладкий или солёный?
Цзянь Синцэ взглянул на Цзян Чэна и выбрал то же самое:
— Давай солёный, как у тебя.
— Тогда два солёных! — попросил Цзян Чэн пожилую женщину.
— Сейчас сделаю, милок.
Цзянь Синцэ огляделся по сторонам:
— А присесть тут негде?
Цзян Чэн улыбнулся:
— Самый смак — есть на ходу.
Забрав две порции и расплатившись, он протянул один стакан Цзянь Синцэ:
— Их подают в стаканчиках с трубочкой. Тофу очень нежный, легко тянется, только осторожно — горячо.
Цзян Чэн сделал отхлебнул и с удовольствием зажмурился. Вкус остался точно таким же, как в его воспоминаниях.
— Когда учился, сидеть некогда было, — продолжал он, шагая вперед. — Все заглатывали на бегу, по дороге в класс. Вкусно и быстро.
Цзянь Синцэ кивнул и последовал его примеру, потягивая горячий тофу через соломинку.
Цзян Чэн с улыбкой косился на спутника. Прежде он и представить не мог командира Цзяня с пластиковым стаканчиком тофу в руках. Но вот он, идет рядом.
— Всё так изменилось... — Цзян Чэн разглядывал улицы, а потом добавил: — Я видел старые снимки выпускников: раньше тут стояла парикмахерская, а теперь какой-то магазинчик с сувенирами.
Цзянь Синцэ улыбнулся:
— Город растет, всё меняется.
— И становится только лучше, — согласился Цзян Чэн. — Пойдём, найдем игровой зал. Он должен быть в переулке за углом, довольно неприметное место.
Он быстро расправился с пышкой, допил тофу и отправил пустой стаканчик в мусорный бак.
Цзянь Синцэ поспешил доесть свою порцию и прибавил шаг.
Цзян Чэн уверенно шел впереди, точно знал этот маршрут до мельчайших деталей.
Цзянь Синцэ точно знал: Цзян Чэн никогда не бывал в этих местах. И всё же в его поведении то и дело проскальзывала странная, но неуловимая уверенность.
Задавать вопросы было рано. Придет время, и Цзян Чэн сам обо всем расскажет.
— Кажется, здесь... — Цзян Чэн остановился перед вывеской современного игрового клуба.
Выглядело заведение совсем не так, как в его памяти. Впрочем, за столько лет игровой зал обязан был обновиться, чтобы удержаться на плаву.
Цзян Чэн обернулся к Цзянь Синцэ:
— Зайдем?
— Пошли, — кивнул тот.
Оба вошли внутрь, мгновенно выбиваясь из общей массы.
Цзян Чэн, хоть и был одет в свободную одежду, совершенно не походил на любителя видеоигр. А Цзянь Синцэ и подавно выгладел как строгого вида родитель, явившийся вытаскивать прогульщика за ухо.
Цзян Чэн подошел к кассе, обменял купюру на увесистый мешочек с жетонами и звякнул им перед носом Цзянь Синцэ:
— Пока всё не потратим, не уйдем.
Чтобы командир не сбежал раньше времени.
Автоматов в зале было предостаточно. Они опробовали баскетбол и симулятор уличных боев, но быстро потеряли интерес. Когда освободились два гоночных мотоцикла, Цзян Чэн тут же потянул Цзянь Синцэ к ним.
— Помнишь, Цзянь Суйчжи предлагал тебе надеть байкерскую куртку? — Цзян Чэн хохотнул, глядя, как Цзянь Синцэ усаживается на стилизованный байк. — Сиди ровно, я тебя сфотографирую и отправлю Суйчжи!
Цзянь Синцэ изогнул бровь, но возражать не стал и посмотрел в камеру:
— Позу принять?
Цзян Чэн перебрал в голове известные ему жесты — ни сердечки, ни пальцы «виктория» жесткому командиру не подходили.
— Не надо, просто сиди!
Цзян Чэн даже слез со своего автомата и присел ниже, чтобы захватить в кадр длинные ноги Цзянь Синцэ. Кадр вышел мощным и эффектным.
Довольный результатом, Цзян Чэн отправил фото в общий чат и отметил Цзянь Суйчжи.
«J.sz:???????????????»
«Мать твою, это реально мой дядя?!»
Он помнил единственный случай, когда дядя заходил в игровой зал — чтобы вытащить его за шкирку в старших классах. Владелец заведения, узнав, что перед ним военный, потом внес Суйчжи в чёрный список.
Воспоминания, полные слёз.
И теперь дядя сам сидит за автоматом?!
Цзян Чэн отправил в ответ пару хохочущих смайликов и опустил жетон в приёмник:
— Всё, я готов! Как тут рулить?
Цзянь Синцэ лишь качнул головой.
Первый заезд ушёл на ознакомление с управлением. Жетонов хватало на три попытки, и ко второму кругу они освоились. Симулятор передавал ощущения весьма правдоподобно: наклоны на поворотах, ускорение и торможение казались почти настоящими.
Вскоре вокруг них собралась стайка старшеклассников, принявшихся наперебой болеть за колоритную пару:
— Вот это круто!
— Эта трасса самая сложная! Я там постоянно вылетаю!
— Прошёл! Ну ты и мастер!
Цзян Чэн входит во вкус, но, заглянув в мешочек, решил сменить дисциплину.
— О, там стрелялки есть! — с азартом произнес Цзян Чэн.
Ему давно не приходилось держать в руках оружие, пусть даже и игрушечное.
Цзянь Синцэ не возражал — он пришёл ради Цзян Чэна:
— Я займу очередь.
— А я сбегаю за жетонами! Там вроде по восемь штук на запуск надо, наших не хватит.
Получив кивок Цзянь Синцэ, Цзян Чэн припустил к автомату обмена.
Цзянь Синцэ подошел к симулятору отстрела зомби.
То ли ему показалось, то ли двое парней, игравших в этот момент, резко сбавили темп, а потом и вовсе бросили пластиковые пистолеты и поспешно ретировались.
— Блин, ну и вид у него... Я уж подумал, он меня за незаконное ношение оружия сейчас повяжет.
— Да ты псих, чего испугался-то? Я даже доиграть не успел!
— А ты чего за мной побежал?
—... Да у него выражение лица такое, будто он щас врежет кому-нибудь.
— Сам ты псих.
Цзян Чэн, возвращавшийся с жетонами, пересёкся с этой парочкой и услышал их шепоток. Веки его нервно дернулись: сомнений не оставалось, они обсуждали командира Цзяня.
Подойдя к автомату, он увидел Цзянь Синцэ, уже занявшего место внутри кабинки, и сдержал смешок:
— Ты прямо силой авторитета очередь разогнал.
Цзянь Синцэ поднял бровки, и Цзян Чэн пересказал ему суть подслушанного разговора.
— Профессиональное излучение, — резюмировал Цзян Чэн.
Цзянь Синцэ только качнул головой. Он указал на панель автомата:
— Тут написано, можно подключить второй экран. Вдвоём выходит шестнадцать жетонов за раунд, зато полный эффект погружения.
— Играем по максимуму! Я менял с запасом, ещё и бонус дали.
Зазвучала стартовая музыка, и Цзян Чэн подхватил игрушечный автомат, напоминающий «Томпсон». Пластик оказался приятным на ощупь, с ощутимым весом — легче настоящего, но сделан на совесть: затвор, предохранитель и прицел были воссозданы весьма достоверно.
Пока шла загрузка, Цзян Чэн сделал пару пробных вскидок. Перезарядка имитировалась простым движением ствола вниз — датчики автомата фиксировали жест автоматически.
Они быстро усвоили механику. Первые три волны монстров двигались медленно. Ориентируясь по звуку в наушниках, они прошли стартовые уровни без единой ошибки, даже не переговариваясь.
Школьники, только что наблюдавшие за их гонками, косяком потянулись к стрелковому симулятору. Жетоны у них кончились, оставалось лишь глазеть на чужую игру.
— Вау! Двойной режим! Вот это богато!
— На двух экранах вообще тема! Надо будет тоже сброситься как-нибудь!
— С твоей косоглазостью вы и второй уровень не пройдете! Только жетоны спустите.
— Пошёл ты!
— Ого, да они вообще не тормозят! Неужели рекорды побьют?!
— Этот автомат же просто вымогатель! Последние уровни вообще нереальные!
— Да они точно до финала дойдут! Посмотрите на счет!
— Тут же вечность никто финал не закрывал! Чёрт, я это на видео сниму!
Цзян Чэн и Цзянь Синцэ не обращали внимания на гул вокруг. В наушниках звучали их голоса и игровые спецэффекты. Сложность нарастала с каждым этапом, но реакция и меткость у обоих были доведены до автоматизма.
Короткие команды, лаконичные ориентиры — их сыгранность не требовала лишних слов.
Двойной режим заставлял постоянно крутиться, отстреливая врагов со всех сторон. Когда сверху посыпались твари, Цзян Чэн ловко уклонился, сделав подсечку корпусом, и срезал монстра в воздухе.
Они без задержек пробились к финальному боссу, и вскоре на экране вспыхнула надпись: «GLORY / ПОБЕДА». Цзян Чэн перевёл дыхание и взглянул на таймер — прохождение заняло меньше десяти минут.
— А это весело, — Цзян Чэн сдвинул наушники и улыбнулся Цзянь Синцэ.
— Если понравилось, в следующий раз сыграем в лазертаг или пейнтбол, — предложил Цзянь Синцэ.
Глаза Цзян Чэна вспыхнули. И как он сам не додумался?!
— Отличная идея!
Это же мечта — повоевать плечом к плечу! Пейнтбол станет прекрасной заменой настоящему бою.
Тут Цзян Чэн заметил, что вокруг автомата яблоку негде упасть. Толпа перекрыла выходы.
Он с облегчением пощупал маску на лице — хорошо, что не снял, иначе узнали бы мгновенно.
Цзянь Синцэ слегка нахмурился и потянул Цзян Чэна за собой — с его стороны народ расступался охотнее.
Выбравшись из окружения, Цзян Чэн не рискнул тратить оставшиеся жетоны. Он сдал их в кассу и, зажав сдачу в кулаке, вместе с Цзянь Синцэ поспешно покинул игровой зал.
— Эй, а вы куда?! Не будете больше играть? — раздался разочарованный возглас.
— Мать моя! Девять минут и девять секунд! Что за дикий рекорд?! — кто-то подскочил к экрану и замер в изумлении.
Толпа взорвалась:
— Девять минут?! Вот это да-а-а!
— Эй, кто на видео снимал?! Всё записал?!
— Да, да! На Билибили выложу, ищите «Игровой Лао Ван»! Не забудьте лайки поставить!
— Офигеть, Лао Ван, ну ты даешь!
* * *
Цзян Чэн и Цзянь Синцэ быстро удалялись от игрового клуба. Одежда после давки мялась, выглядели они слегка встрёпанными, но довольными.
— Слышал, что они кричали? Мы еще и рекорд поставили, — с улыбкой произнес Цзян Чэн.
Цзянь Синцэ хмыкнул и слегка стукнулся кулаком о кулак Цзян Чэна:
— Отличная работа.
Цзян Чэн доволен прищурился:
— Что-то я проголодался. Пойдем поедем, а потом на старую улицу?
— Пошли.
Цзян Чэн привел Цзянь Синцэ в заведение с острой лапшой и шашлычками малабань, где любил бывать в школьные годы.
Там подавали не только сухую лапшу, но и варёные чуаньчуань — ингредиенты на бамбуковых шпажках. Эдакие мини-шашлычки: один ваучер — три цзяо, овощи — на одной палочке, мясо — на двух-четырех. После еды официант просто считал палочки и выставлял счёт. В юности Цзян Чэн часто ужинал здесь: дёшево, сытно и невероятно вкусно.
Он помнил дорогу назубок. Заведение прошло через косметический ремонт, но оставалось всё таким же простым и чистым.
Цены, конечно, подросли — теперь палочка стоила юань, но место всё равно оставалось самым выгодным на всей улице.
Был самый разгар обеда, народа набилось полно. Цзян Чэн быстро заметил освободившийся столик в углу и увлек Цзянь Синцэ за собой.
— Я схожу за едой. У тебя есть ограничения? — спросил Цзян Чэн, проталкиваясь сквозь толпу, как сельдь в банке.
Цзянь Синцэ нахмурился, глядя на эту толкотню:
— Давай я схожу, а ты посиди.
— Не надо, ты тут ничего не знаешь, не разберешься. Я сам, — Цзян Чэн мягко вернул его на место. — Значит, ешь всё?
— Всё, — кивнул Цзянь Синцэ.
Цзян Чэн кивнул и исчез в толпе.
В час пик хозяин не успевал пополнять лотки. Бывалые клиенты знали, что запасы лежат в нижних ящиках холодильника, и доставали всё сами. Новички же беспомощно топтались рядом.
Цзянь Синцэ вытянул шею, наблюдая за Цзян Чэном. Тот действовал профессионально: как саранча, налетел на холодильник, вытащил большой металлический таз и принялся грести шпажки охапками. Набрал столько, сколько не всякая парочка съест.
Цзянь Синцэ улыбнулся: теперь понятно, почему Цзян Чэн не доверил ему выбор.
Цзян Чэн встал в очередь на оплату, и стоящая рядом парочка удивленно зашепталась:
— Ничего себе, сколько он набрал... Вот это аппетит!
— Да тут больше, чем у нас двоих!
Цзян Чэн хмыкнул про себя: «Кому вы тут удивляетесь? Я вообще-то тоже на двоих беру».
Заказ выдавали быстро. Когда подошла очередь Цзян Чэна, ему вручили здоровенный, дышащий паром таз. Выглядело это так внушительно, что соседние столики дружно повернули головы.
Что ж, аппетит у них с командиром Цзянем действительно был чуть выше среднего.
Увидев приближающегося Цзян Чэна с огромным подносом, Цзянь Синцэ поднялся и перехватил тяжелую ношу.
Цзян Чэн опустился на стул и выдохнул:
— Налетай!
Сочное мясо и овощи плавали в густом, ароматном красном масле. Аромат перечного жира и специй ударил в нос. Цзян Чэн, разумеется, набрал в основном мясных палочек.
— Ну как? — спросил Цзян Чэн, отправив в рот щедрый кусок мяса.
Цзянь Синцэ посмотрел на него: Цзян Чэн ждал оценки с видом питомца, рассчитывающего на похвалу.
— Вкусно, очень насыщенный соус. И продукты свежие, — ответил Цзянь Синцэ.
— А то! — Цзян Чэн довольно отправил в рот еще порцию, а потом вдруг поднялся: — Погоди, тут нужен главный ингредиент.
Цзянь Синцэ удивленно поднял бровь. Спустя минуту Цзян Чэн вернулся с двумя чашками риса.
— Перемешать соус с рисом — в этом вся суть! Будешь?
Цзянь Синцэ кивнул. Цзян Чэн тут же высыпал оба колобка риса прямо в таз. Белые зерна мгновенно пропитались алым острым маслом.
Ели они быстро, без лишних разговоров — размеренно, но с впечатляющей скоростью.
Соседи по залу, глядя на них, не удержались и тоже затребовали по чашке риса.
Расправившись с обедом, они вышли на улицу. В трех кварталах отсюда начиналась историческая часть города. Десять минут на такси или полчаса пешком. После обильной трапезы неспешная прогулка была как нельзя кстати.
На светофоре Цзян Чэн обернулся, глядя на уходящую вдаль улицу.
Этим путем он ходил каждый день после уроков. Приятно было вернуться сюда вновь.
В той жизни, став взрослым, он редко навещал детский дом, а если и приезжал, то не заглядывал на эту улочку — всё откладывал на потом.
А теперь он не просто прошёл прошлым маршрутом, но и привёл с собой командира Цзяня. Ему безумно хотелось рассказать, что вот у той бабушки он покупал тофу перед уроками, а в этой закусочной подтягивал дочку хозяина по математике за бесплатные обеды.
Пусть эти воспоминания оставались при нем, на душе было тепло и легко.
Зимнее солнце приятно грело, умытые улицы обрамляли подстриженные платаны.
Они шли рядом, молча наслаждаясь понятной им одним гармонией.
Проходя мимо очередного кафе, они заметили вспышку. Цзянь Синцэ и Цзян Чэн одновременно повернулись на звук — к ним через дорогу шел человек с фотоаппаратом.
— Извините, пожалуйста! — смущенно произнес фотограф. — Просто кадр выходил потрясающий, свет так красиво лежал... Вот, взгляните. Если против — я сразу удалю.
Цзян Чэн наклонился к экрану.
На снимке они шли бок о бок на фоне золотистой листвы и мягкого света. Цзянь Синцэ, чуть более высокий, держался с внешнего края дороги, чуть отставая на полушаг. Композиция выглядела живой, а контраст в одежде придавал кадру глубину.
Снимок Цзян Чэну понравился, но тут его взгляд зацепился за витраж кафе на заднем плане: сквозь узор четко читалось слово «LOVER».
Цзян Чэн мысленно мотнул головой: «Чёртов форум, совсем мне мозги затуманил...»
— Не нравится? Я удалю, без проблем, — фотограф заметил его замешательство.
Цзян Чэн тут же вскинул руку:
— Нет-нет, что вы! Мне очень нравится! А можно мне копию?
С фотограф словно спал груз, он просиял:
— Конечно! Давайте сброшу в мессенджер? Перекину на ПК и отправлю.
— Давайте, — Цзян Чэн уже потянулся за телефоном, но Цзянь Синцэ перехватил его руку.
Командир повернулся к фотографу:
— Запишите мой контакт.
Цзян Чэн растерялся. Цзянь Синцэ посмотрел на него и беззвучно проартикулировал: «У Юн».
Цзян Чэн мгновенно всё понял: у него ведь был только личный аккаунт, и делиться им с незнакомцами не стоило. Он признательно улыбнулся командиру — тот, как всегда, просчитал всё на шаг вперед.
Фотограф понимающе хмыкнул, переводя взгляд с одного на другого:
— Без проблем, давайте ваш.
«Ишь ты, приревновал, — подумал про себя фотограф с легкой усмешкой. — Бывает».