«А ведь и правда, будто стемнело?»
«Средь бела дня-то? Только что солнце жарило, с чего бы вдруг темнеть?»
«+1, у меня в кадре всё ещё синее небо и облака».
В чате прямого эфира споры разгорались с новой силой, пока Цзян Чэн настраивал спутниковую связь со съёмочной группой.
— Учитель Цзян! Мы как раз пытались с вами связаться! — донёсся из динамика взволнованный голос режиссёра. — Только что поступили сводки: в тридцати километрах к северу от вас резко сформировался песчаный шторм. Сила около трёх баллов, движется прямо на вас, скорость огромная! Немедленно ищите укрытие!
Худшие опасения подтвердились. Сердце Цзян Чэна опустилось.
— У нас машина увязла в песчаной ловушке, — ответил он режиссёру. — Быстро её не вытащить, уйдёт минимум полчаса.
Режиссёр на том конце провода попёрхнулся от неожиданности: надо же было так совпасть!
Цзян Чэн, впрочем, не считал это простой случайностью. Теперь становилось понятно, почему на спуске ни с того ни с сего заглох мотор: резкое изменение атмосферного давления и ветрового фронта запустило микросдвиги верхнего слоя песчинок, превращая твердь в зыбучую массу. Глазом этого не заметить, но колёса тяжёлого внедорожника моментально почувствовали слабину. Хуан Дахэну просто не хватило опыта, чтобы сразу распознать опасность и вовремя сманеврировать, потому машина и увязла.
— Мы недалеко... сейчас... приедем... — затрещал голос режиссёра.
Связь начала сбоить, слова тонули в помехах. Цзян Чэн нахмурился: ионизация воздуха и песчаная взвесь уже глушили радиосигнал. Буря подбиралась слишком быстро.
«Чёрт, песчаная буря?! Откуда она так резко?!»
«Блин-блин-блин, почему звук у группы пропал? Связь оборвалась? Они что, уже в самом эпицентре?!»
«Да просто сигнал глушит! Съёмочная группа шла позади них, а буря пёрла с севера, то есть со лба. Участники приняли удар первыми, ну и непруха!»
«Какое укрытие в этой голой низине?!»
«Хоть бы с ними ничего не случилось...»
Су Наньнань испуганно уставилась на Цзян Чэна:
— Режиссёр сказал, буря? Но ведь о таких вещах обычно предупреждают за двенадцать часов! Почему так внезапно? Что нам теперь делать?
— В пустыне песчаные бури возникают за считаные минуты, — спокойно ответил Цзян Чэн, стараясь твёрдым голосом сбить подступающую панику. — Это нормальное явление. Главное — без паники. Живо в машину, заберите рюкзаки с припасами и надевайте на себя.
Наньнань кивнула и вместе с Цзянь Суйчжи бросилась к внедорожнику.
Вернувшись с вещами, они увидели, что Цзянь Синцэ уже спустился с песчаного гребня и о чём-то вполголоса совещается с Цзян Чэном. Рядом растерянно стоял Хуан Дахэн, сжимая в руках бухту прочного каната.
— Какова обстановка? — Цзянь Суйчжи взглянул на дядю.
— Видимость упала до километра, скорость движения фронта колоссальная. Минут через пятнадцать буря будет здесь, уехать от неё мы не успеем. Готовимся к защите на месте, — чеканно произнёс Цзянь Синцэ и тут же отдал распоряжения: — Цзян Чэн обвяжет вас всех связочным канатом. Никому не разделяться, держитесь за верёвку мёртвой хваткой.
С этими словами он развернулся и бегом направился к оставленному неподалёку второму внедорожнику.
— Куда инструктор? — воскликнула Су Наньнань, видя, что тот собирается сесть за руль. Нарастающая тревога вновь сжала её сердце.
— Предупредить съёмочную группу. Телефон глушит, нормально не связаться, приходится передавать лично, — объяснил Цзян Чэн, ловко обвязывая канат вокруг талии каждого из участников и дополнительно фиксируя его за карабины рюкзаков. — Он вернётся за считаные минуты, не переживай.
Пока он говорил, ветер ощутимо набрал силу. Мелкая песчаная взвесь поднялась в воздух, забиваясь в дыхательные пути и заставляя кашлять.
Натянув воротник штормовки на нос, Цзян Чэн заставил остальных присесть у подветренного борта завязшей машины:
— Присядьте вплотную к борту! Если тяжело сидеть — ложитесь! Ни в коем случае не вставать!
Сам он мгновенно метнулся к корме внедорожника, забрал сапёрные лопаты — ту, что принёс Суйчжи, и запасную из багажника.
Не теряя ни секунды, он с силой вогнал штыки лопат глубоко в песок прямо возле участников, превратив их в импровизированные сваи.
— Держитесь! — перекрикивая шумящий ветер, выкрикнул Цзян Чэн. Он схватил руку Хуан Дахэна и мёртвой хваткой прижал её к черенку, показывая пример остальным.
Дахэн и остальные энергично кивнули, давая понять, что всё усвоили.
Цзян Чэн опустился на колено перед всей группой, приняв основной удар на себя. Всего за пару минут сила порывов в низине выросла в разы.
Его светлая куртка с капюшоном надулась от порывов, словно плащ, укрывавший сидящих сзади людей, даря им удивительное чувство защищённости.
Небосклон стремительно гас. Посреди дня вокруг стемнело так, будто наступили глубокие сумерки. Горизонт окрасился в тревожный грязно-оранжевый цвет, от которого сжималось сердце.
Сигнал трансляции не выдерживал напора стихии. Изображение на экранах зрителей рассыпалось на пиксели, звук пропадал, картинка регулярно замирала на чёрных кадрах, дёргая нервы миллионам людей.
Лишь поток комментариев летел с безумной скоростью. В соцсетях хештег #ПесчанаяБуряНаШоуВыживание моментально взлетел в тренды:
«Боже мой, да за что им это! Это шоу вообще бывает без происшествий?!»
«Вчера вечером они шашлыки жарили и на звёзды смотрели, а сегодня такой кошмар...»
«А-а-а-а, почему они в машину не сядут?! Внутри же безопаснее!!»
«Сестра, если залезть в машину, их занесёт песчаным барханом насмерть! Двери потом просто не выжать изнутри!»
«Чёрт, неужели всё так жутко?!»
Ревущий гул мощного двигателя разорвал шум ветра, и сквозь непроглядное песчаное марево пробились два ослепительных луча дальнего света.
Прищурившись, Цзян Чэн поднял голову. Тёмный внедорожник, словно стальное чудовище, пропорол песчаную завесу, на скорости зашёл в вираж и встал под углом в нескольких метрах перед ними.
Внедорожник Цзянь Синцэ образовал отличный щит от налетавшего ветра.
Цзян Чэн активно замахал рукой. Командир Цзянь выскочил из кабины — он успел разрезать свою тёмную футболку на полосы и обвязать ими лицо, защищая нос и рот.
Синцэ опустился на колено перед Цзян Чэном, укрывая его своим широким корпусом от летящего песка, и упёрся ладонью в кузов застрявшего авто.
— Буря накрывает! Держитесь! — крикнул он во весь голос, пытаясь перекрыть рёв стихии.
Шум был настолько оглушительным, что крик едва долетал до замыкающих. Заметив, что Суйчжи и Наньнань пытаются высунуться из-за спин, чтобы разглядеть, что происходит, Инструктор Цзянь рванулся к ним, преодолевая сопротивление ветра.
Он подхватил Су Наньнань и силовым движением вжал её в пространство между Цзян Чэном и Хуан Дахэном.
— Вцепитесь в лопаты! — Синцэ ощутимо хлопнул каждого по плечам, заставляя прижаться как можно ниже к земле.
Цзян Чэн тем временем быстро захлестнул свободный конец каната вокруг талии Цзянь Синцэ и намертво затянул узел, несколько раз дёрнув для проверки.
Пригнувшись, Командир Цзянь вернулся на позицию во главе группы. Его плечистый, мощный силуэт буквально закрыл собой Цзян Чэна от бесновавшейся пустыни.
Буря накрыла их с головой.
Экран трансляции окончательно потемнел. Последним кадром, запечатлённым объективом, осталась фигура Цзянь Синцэ, закрывающая собой Цзян Чэна и остальную команду.
Вокруг воцарилась непроглядная тьма. Гул вихря оглушал, словно сотни барабанов били прямо над ушными раковинами, заглушая любые мысли.
Цзян Чэн чуть приподнял голову: небо над песчаным гребнем словно затянуло непроницаемой свинцово-чёрной тучей.
Зрачки его сузились. Разум понимал, с чем придётся столкнуться, но реальный вид бушующей стихии выбивал почву из-под ног. Это были не тучи — на них надвигалась гигантская монолитная стена из песка.
Ладонь Цзянь Синцэ тут же жёстко опустила голову Цзян Чэна обратно к земле. Голос инструктора прозвучал у самого уха:
— Не смотри. Всё будет в порядке.
Цзян Чэн понял: Синцэ решил, будто он испугался. Объяснять, что это не так, не было ни сил, ни смысла.
Перед лицом первобытного гнева природы страх естественен для каждого — разница лишь в том, как ты себя ведёшь.
Плотная завеса не позволяла открыть глаза. Оставалось только уткнуться лицом в сгиб локтя и прижаться к земле, защищая лёгкие от мелкой пыли.
Буря рассекала воздух на двух уровнях. Внизу неслась крупная галька и мелкие камни, больно сшибающие кожу, словно крупнозернистая наждачка. Вверху же висела невесомая мелкая взвесь — внешне безвредная, но именно она забивала дыхательные пути и приводила к удушью.
Именно поэтому Цзян Чэн и Цзянь Синцэ неустанно контролировали, чтобы все лежали ничком, не поднимая голов.
Вихрь свирепствовал. Цзян Чэн чувствовал, как смещаются окружающие дюны: тонны песчаной массы накрывали их тела, угрожая погрести под собой заживо.
Даже у него на миг перехватило дыхание, а Су Наньнань и остальные и вовсе вжались друг в друга с зажмуренными глазами, не смея шевельнуться.
Сколько прошло времени — десять минут или вечность, — сказать было трудно. Постепенно непроглядный мрак начал рассеиваться. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь остаточную взвесь, преломлялись фантастическими красно-золотыми переливами, напоминавшими призрачный мираж.
Штыки лопат, вбитые в песок по самое основание, теперь ушли в твёрдь по середину черенков. Задние колёса застрявшего внедорожника Цзян Чэна оказались полностью скрыты, а пассажирская дверь засыпана почти до середины.
Почувствовав, что порывы ослабли, люди стали поднимать головы. Цзян Чэн и Цзянь Синцэ первыми поднялись на ноги, чтобы осмотреть команду.
— Все целы?! Никого не задело?! — кашляя и сплёвывая забившийся в рот песок, выкрикнул Цзян Чэн.
Кое-как поднявшись на ноги с помощью бортов машины, Суйчжи и остальные отряхивались. Долгое пребывание в фиксированной позе под песчаным обстрелом отзывалось ломотой во всём теле, но измятые и искусанные ветром участники один за другим отозвались:
— Живы! Всё в порядке!
Цзян Чэн и Командир Цзянь лично оглядели каждого, убедились в отсутствии травм и проблем с дыханием, и только после этого окончательно перевели дух.
Ссадины и мелкие царапины не в счёт — выбраться из такого катаклизма без серьёзных повреждений было огромной удачей.
Ветер по-прежнему гудел, но давящая стена песка ушла дальше. Впрочем, до полного затишья было ещё далеко.
— И что делаем дальше? — тяжело дыша, спросил Цзянь Суйчжи.
Все выбились из сил и бессильно прижались к кузову внедорожника. Стоило слегка встряхнуть куртку, как с одежды осыпались килограммы жёлтого песка.
— Пока не остаётся ничего, кроме как жутко отсиживаться на месте, — ответил Цзян Чэн, озираясь вокруг. Буря полностью перекроила рельеф: возвышавшиеся дюны по краям низины срезало и сгладило, словно ножом.
Видимость едва достигала сотни метров.
Хуан Дахэн удручённо опустил голову:
— Если бы я не заглушил мотор на спуске, мы бы не застряли в этой ловушке...
— Дело вовсе не в тебе, — похлопал его по плечу Цзян Чэн. — Даже на полном ходу уйти от такого фронта мы бы не успели. Наша машина слишком медлительна перед гневом стихии.
Дахэн вздохнул — он понимал, что Учитель Цзян просто пытается его успокоить.
Цзян Чэн перевёл взгляд на Цзянь Синцэ, глазами прося поддержать разговор.
— В таких условиях даже самый опытный штурман моментально теряет ориентиры, — веско произнёс Инструктор Цзянь. — Встретить бурю в укрытии с подветренной стороны и переждать — единственный разумный выбор.
Услышав авторитетное мнение Командира Цзяня, Учитель Хуан заметно повеселел:
— Вот оно как...
Цзян Чэн шутливо качнул головой и слегка стукнул Дахэна по плечу:
— Моим словам, значит, мы не верим, подавай авторитет Командира Цзяня? Ну спасибо, ранил в самое сердце!
— Да я не то имел в виду!.. — засуетился Хуан Дахэн.
— Да знаю я, шучу, — улыбнулся Цзян Чэн и повернулся к остальным: — Давайте передохнём.
Участники расселись прямо на сухой песок. Некоторое время в группе господствовала молчаливая пауза: пережить подобное всерьёз выбивало из колеи.
Достав из рюкзака бутылку воды, Цзян Чэн подошёл к Цзянь Синцэ, протянул её мужчине, а затем отпил сам.
— О чём размышляете, Командир? — тихо спросил он.
— Думаю о том, стоит ли вам продолжать участие в испытании, — ответил Синцэ. — Физически вы в порядке, а вот психологический фактор нужно оценить заново. Решать только вам. Когда съёмочная группа подтянется, режиссёру потребуется немедленное решение, чтобы понимать, вызывать спасательные отряды или нет.
Наступила пауза.
Лишь столкнувшись со стихией лицом к лицу, они по-настоящему осознали, насколько сурова и беспощадна пустыня.
Первым молчание нарушил Цзянь Суйчжи:
— А какова вообще вероятность снова угадать в такую бурю?
— Зависит от сезона. Сейчас шансы минимальны, — ответил Цзян Чэн и, переведя взгляд на Синцэ, уточнил: — Ведь если брать обычные рейды, попасть в шторм хотя бы раз из десяти считается крайней неудачей?
— Удача — плохой критерий, — строго произнёс Цзянь Синцэ, сузив глаза на племянника. — Тебе следует думать не об имеющихся шансах, а о том, хватит ли у тебя самого духу и выносливости пройти этот путь.
Суйчжи замялся на пару секунд. Наньнань и Дахэн переглянулись с ним. Наконец Небесный король выдохнул и улыбнулся:
— Ну не бежать же назад при первых соплях. Мы уже выстояли в песчаной буре, так с чего сдаваться в самом начале?
— Поддерживаю! — бодро отозвался Хуан Дахэн.
Су Наньнань уверенно кивнула.
Цзян Чэн с улыбкой посмотрел на Синцэ:
— Я тоже за продолжение.
Взгляд Командира Цзяня медленно скользнул по лицам участников, оценивая глубину их решимости. Остановив взор на племяннике, он твёрдо произнёс:
— В таком случае подготовьтесь к худшему раскладу. Когда мы углубимся в сердце Тэнгэра, включить заднюю уже не получится: эвакуация оттуда станет огромным бедствием и для вас, и для съёмочной группы.
Пронзительный взгляд дяди явно задел упрямство Суйчжи, и тот без колебаний чеканно ответил:
— Никаких уступок. Мы не сдадимся.
Цзян Чэн хмыкнул, а Дахэн и Наньнань тут же подхватили:
— Никого не бросаем и не отступаем! Наш авангард должен дойти до финиша в полном составе!
Цзян Чэн даже не знал, умиляться ему или опасаться подобного запала.
Суйчжи перевёл укоризненный взгляд на Цзян Чэна — единственный, кто ещё не озвучил девиз.
Получив этот молчаливый призыв, Цзян Чэн слегка откашлялся и небрежно поддакнул:
— Ага, именно так. Отличный тост.
На губах Цзянь Синцэ мелькнула редкая мимолётная улыбка:
— Похвальный настрой.
Пока они беседовали, видимость постепенно прояснилась, и к низине подтянулась долгожданная автоколонна проекта.
Больше десятка мощных фар прорезали плотную песчаную пелену. Машины окружили края низины плотным кольцом, бережно укрывая пострадавшую группу.
Режиссёр выскочил из головного джипа и закричал в рупор:
— Все целы?! Ребята, вы в порядке?!
Цзян Чэн облегчённо вздохнул: наконец-то!
Больше всего он опасался, что колонна во время шторма потеряет ориентиры и ринется на поиски — тогда аварий и потерявшихся машин было бы не избежать. К счастью, Цзянь Синцэ, вовремя успевший съездить к группе и предупредить об опасности, предотвратил фатальный хаос.
При поддержке сотрудников Суйчжи и остальные выбрались из ложбины. Медицинская бригада тут же провела первичный осмотр, удостоверившись, что серьёзных травм ни у кого нет.
После всех мытарств солнце окончательно клонилось к закату. Люди исчерпали силы и были истощены морально. Даже обычно не отличавшийся мягкосердечием режиссёр Лю проявил сострадание и распорядился отправить участников отдыхать в жилой кемпер.
Вопрос о дальнейшем продолжении съёмок режиссёр пока не поднимал, понимая, что людям необходимо прийти в себя. В этом отношении Лю оказался заметно деликатнее сурового Командира Цзяня.
К тому же съёмочное оборудование требовало ревизии: из-за забившегося песка несколько камер вышли из строя.
Операторы, вернувшись к технике, тщательно проверяли отснятые кадры — материал, несмотря ни на что, получился убойным. Экшен-камеры GoPro, выданные участникам ради развлечения, сослужили неоценимую службу: именно они запечатлели самые драматичные моменты выживания.
На ужин выдали сытные самогреющиеся пайковые наборы, а в дополнение — молоко и свежие фрукты.
Хуан Дахэн, уплетая еду за обе щеки, притворно вздохнул:
— Ох, беда... Нас искушают роскошью! К хорошему-то быстро привыкаешь, как мы потом снова вернёмся к подножному корму?!
— Не проблема, — хмыкнул Цзянь Суйчжи. — Отдай свою порцию мне, и баланс духовной чистоты восстановится.
Учитель Хуан ревниво прижал к груди горячий контейнер и беззвучно артикулировал губами: «Пошёл ты».
Жилой модуль кемпера был довольно тесным — его изначально готовили для персонала, поэтому для пяти участников удалось высвободить всего один вагончик.
Су Наньнань не могла ночевать в одной компании с четырьмя мужчинами, поэтому без проблем перебралась к девчонкам из съёмочной группы, оставив мужикам весь автодом.
Пространство в кемпере было рассчитано до сантиметра: боковые обеденные зоны превращались в узкие односпальные полки, где при неосторожном повороте легко можно было слететь на пол. В кормовой же части располагалась полноценная двуспальная кровать.
Окинув взглядом обстановку, Цзянь Синцэ и Цзян Чэн одновременно произнесли:
— Я лягу на боковую полку.
Дахэн и Суйчжи смешались:
— Да ну... вы же весь день за рулём выматывались, вам нормальный отдых нужен...
— Пустяки, я привык к узким спальным местам, — мягко отсёк возражения Цзян Чэн. — Сейчас главное — выспаться. Ложитесь.
Суйчжи озадаченно почесал затылок и взглянул на дядю. Тот уже молча и аккуратно застелил свою полку, улёгся и закрыл глаза, совершенно не собираясь вступать в дискуссии.
Цзянь Суйчжи промолчал.
— Всё, я тоже устраиваюсь, — добавил Цзян Чэн с лёгким смешком. — Хватит церемониться, а то я ещё подумаю, что вы набиваетесь ко мне в компаньоны под одно одеяло.
Цзянь Синцэ разом открыл глаза и перевёл пристальный взгляд на Цзян Чэна.
Суйчжи аж подскочил и, торопливо увлекая за собой Хуан Дахэна к двуспальной койке, поспешно открестился:
— Упаси бог! Ничего подобного! Учитель Хуан, идём спать!
Цзян Чэн не удержался от ироничной ухмылки. И надо же было так перепугать целомудренного Небесного короля! В бытность службы в армейских казармах после отбоя саблей резали такие фривольности, что у здешних звёзд уши бы увяли.
Он повернулся к своей койке, забрался на неё и, повернувшись на бок, столкнулся с пронзительным, испытывающим взглядом Командира Цзяня.
—... Что-то не так, Командир? — уточнил Цзян Чэн.
— Ничего, — невозмутимо отозвался Синцэ. Он отвернулся, лёг на спину, сложил руки на животе и произнёс: — Выключи свет, пожалуйста.
Цзян Чэн усмехнулся про себя. Загадочный мужчина, нечего сказать.
Он поднялся, щёлкнул выключателем, и тесный вагончик погрузился в тихий мрак.
Тихий мерный шум чужого дыхания в ограниченном пространстве дарил удивительное чувство спокойствия и защищённости.
Закрыв глаза, Цзян Чэн позволил своим натянутым, как струны, нервам наконец расслабиться.
* * *
Первый рассветный луч, пробившийся сквозь шторку, коснулся лица Цзян Чэна, и он мгновенно очнулся от сна.
Прищурившись и заслонив глаза ладонью, он взглянул на часы: четыре тридцать утра. Сегодня он проснулся даже раньше прежнего.
Солнце в пустыне вставало стремительно. Цзян Чэн сладко зевнул, собираясь уткнуться обратно в подушку.
Его случайный взгляд бросился в окно — и мгновенно застыл. Он рывком сел на постели.
— Что произошло? — донёсся хриплый сонный голос Цзянь Синцэ. Несмотря на тихие движения Цзян Чэна, чуткий армейский сон инструктора мгновенно прервался.
Синцэ моментально поднялся и прильнул к стеклу рядом с Цзян Чэном.
— Тебе не кажется, что высота бархана просела? А сам склон протянулся дальше? — тихим шёпотом спросил Цзян Чэн, указывая пальцем на песчаную низину, где до сих пор стояли два застрявших джипа. — Неужели наши машины изначально увязли настолько глубоко?
Поворачивая голову к Синцэ, Цзян Чэн не рассчитал расстояние в узком проёме: кончик его носа случайно скользнул по щеке мужчины. От неожиданности Цзян Чэн шарахнулся в сторону, потерял равновесие и едва не полетел с узкой полки вниз, но крепкая рука Цзянь Синцэ молниеносно подхватила его за талию.
Синцэ едва заметно нахмурился, удерживая его, но комментировать оговорку не стал. Его взгляд вернулся к ложбине. Выражение его лица мгновенно стало суровым.
— Я проверю, — отрезал Синцэ. — А ты срочно поднимай съёмочную группу. Пусть немедленно отводят всю колонну на триста метров дальше от низины.
— Понял, — чеканно кивнул Цзян Чэн.
Спрыгнув из кемпера, они одновременно бросились в разные стороны.