Глава 15. Пятнадцатый день провокаций
Как и в прошлый раз, съёмочный PD и оператор приехали к каждому участнику домой, чтобы забрать их на площадки. Разница заключалась лишь в том, что на сей раз прямой эфир стартовал прямо у порога.
— Учитель Цзян, а вот и мы! — с привычной лёгкостью и даже где-то с радостным воодушевлением окликнул его через дверь съёмочный PD. — Прямой эфир запущен!
— Иду, — откликнулся из глубины квартиры Цзян Чэн.
[В первых рядах! Зашла проверить, сколько тут ещё любителей сочных сплетен собралось на стриме Цзян Чэна!]
[Ва-а-а, так вот как живут звёзды? Жду не дождусь!]
[Подъезд-то какой родной, прямо как в стареньком доме моей бабули, а-ха-ха.]
[Серьёзно? Дебютировавший артист ютится здесь? По-моему, у стажёров и то хоромы получше!]
[Вот-вот... Соседние трансляции на этом фоне — вообще другой мир, эй!]
Цзян Чэн был одет в простую чёрную быстросохнущую кофту и тёмные ветрозащитные брюки, утянутые шнуровкой на голенях. Такая деталь не только удерживала тепло, но и выгодно подчёркивала его длинные, безупречно прямые и сильные ноги.
Он отпер дверь и вышел на порог. Волосы оттенка льняного пепла были задорно стянуты на макушке в небольшой пучок. Завидев знакомого PD, Цзян Чэн чуть прищурился в тёплой улыбке:
— Заходите, присаживайтесь. Вы постоянно заявиться норовите ровно к обеду. Признавайтесь, перекусить за мой счёт решили?
[У-а-а, этот небрежный аутдор-стиль попал мне прямо в сердце! Обожаю!]
[Какой уютный домашний вайб! Когда камера направлена на него, кажется, будто он обращается лично ко мне!]
[Мать моя, откуда взялся этот спортивный красавчик? Даже этот хвостик на макушке до невозможности милый, у-у-у!]
[И снова день, когда личико Цзян Чэна застилает мне разум...]
[Я поняла! Каким бы тёмным ни было прошлое Цзян Чэна, пока с ним эта физиономия и пока он мелькает на экранах, не влюбиться просто невозможно!]
[Плюсую!]
PD в ответ на шутку лишь хихикнул:
— Учитель Цзян снова кулинарит? Нам не помешает зайти?
— Входите, только тут довольно тесно, так что оператору, пожалуй, придётся несладко, — отозвался Цзян Чэн. Вскинув взгляд на мужчину с камерой, он вдруг замешкался.
От нового оператора веяло знакомой, родственной жилкой. Неужели отставной боец народной вооружённой полиции?
— Оператора сменили? — Цзян Чэн посмотрел на PD.
— Ага, спонсоры настояли, что нужна группа покрепче да постатнее, ха-ха, — усмехнулся тот.
Цзян Чэн расспрашивать не стал, лишь уважительно кивнул новому оператору.
— Не хотите порцию? Сегодня у меня тушёная говядина с томатами и рисом. Налопаемся как следует перед тем, как отправляться в последний путь? — предложил он съёмочной группе.
Пока звучали эти слова, Цзян Чэн ловко счищал кожицу с обваренных томатов и за пару взмахов ножа распускал их на идеальные кубики. Его движения отличались отточенной выверенностью; белые, безупречно чистые пальцы красиво контрастировали с алой мякотью.
— В последний путь... — уголок губ PD нервно дёрнулся. Но, порассуждав секунду об условиях на острове, он быстро согласился: — Тогда спасибо, Учитель Цзян! Напросимся на обед без зазрения совести!
— Договорились, — улыбнулся Цзян Чэн.
[Ого, Цзян Чэн ещё и готовит! А в кухне-то какой порядок!! Перфекционист внутри меня ликует!]
[Да видно же, что всё ради кадра разложили! У тех, кто реально готовит, на кухне никогда не бывает такой идеальной чистоты!]
[Умираю с него, ха-ха-ха! Какое ещё «в последний путь»!]
[Бедный PD, наверное, через себя перешагивал, когда соглашался, а-ха-ха!]
Вскоре Цзян Чэн засыпал рис в кастрюлю с тушёной в томатах говядиной, накрыл крышкой и выставил таймер. Выйдя из кухни, он обратился к PD:
— Вы говорили, что нужно снять процесс сборки вещей, так что я пока ничего не упаковывал. Как раз успеем, пока блюдо доходит.
— А сколько тушиться рису? Успеете собраться за это время? — растерялся PD, едва поспевая за хозяином квартиры.
— Вполне.
Цзян Чэн ввёл их в небольшую спальню. На полу лежал распахнутый баул, а одеяло на кровати было сложено в ровный, идеально чёткий «кирпичик». Скромная комната поражала идеальным порядком, словно выверенная математическая формула.
— В эту сумку сложу вещи, а вот гардероб, — Цзян Чэн отодвинул дверцу шкафа.
PD тихо ахнул и спешно подал знак оператору взять крупный план:
— Ничего себе... Какая аккуратность...
— Так проще искать, — ухмыльнулся Цзян Чэн.
Прежний владелец тела накупил кучу джинсов и рубашек, которые сам Цзян Чэн почти не носил. Все они висели строго по градиенту — от светлых тонов к тёмным, а джинсы были аккуратно сложены равными квадратами.
Сам же Цзян Чэн предпочитал простые свободные майки чёрного, белого и серого цветов, аккуратными стопками убранные в выдвижные ящики.
Цзян Чэн достал одну быстросохнущую кофту, пару сменных маек и сменные брюки, отправив всё в сумку. Затем заглянул в ванную, захватил флакон солнцезащитного средства и бросил следом.
Вспыхнула молния, замкнулся замок — сбор окончен. На кухне даже рис не успел дойти.
— Готово. Пойдём сообразим, что там с обедом, — хлопнул в ладони Цзян Чэн.
PD обомлел. Учитель Цзян даже не трудился развернуть или рассмотреть вещи! Просто вытащил наугад три предмета и был таков!
[... Это самый пофигистичный способ сбора вещей, который я только видела! Хотя стоп, какая нафиг чемоданная эстетика, у него же просто дорожная сумка!]
[Да даже среди парней-знаменитостей никто не ездит в дальние поездки с одним только баулом!! Да что там артисты, даже обычные люди так не собираются!!]
[Кто-то ещё помнит, что на прошлый стрим Цзян Чэн вообще явился с одним туристическим рюкзаком... Так что в этот раз он ещё проявил изысканность!]
[Что за суровый мужицкий гардероб у Цзян Чэна? Это вообще лечится?]
[Да даже если он натянет на себя мешок, всё равно будет красавчиком... Вспомните, как он выглядит прямо сейчас! Отлично же!]
[Неужели только мне хочется орать во всё горло от вида шкафа Цзян Чэна?! Перфекционисты, мы спасены!!]
[+100500, спасите, это слишком кайфово! Готова отмотать назад и пересматривать бесконечно!]
[Девочки, я наделала скринов. Это реально полный отвал всего! Теперь я охотно верю, что на кухне у него не постановочный порядок.]
[Цзян Чэн — вождь всех перфекционистов, ха-ха-ха!]
Вернувшись на кухню вместе с оператором, Цзян Чэн поднял крышку кастрюли. В воздух тут же взвился густой, аппетитный аромат: кислинка томатного сока переплеталась с насыщенным запахом сочной говядины, заставляя истекать слюной.
— Как же вкусно пахнет, Учитель Цзян! — PD с удовольствием втянул воздух носом.
Цзян Чэн наложил три щедрые, полные до краёв пиалы. Пропитанные соусом рисинки блестели, словно жемчужины, а сверху возвышалась внушительная горка ломтиков мяса. От одного взгляда на эту красоту просыпался зверский аппетит.
— Угощайтесь, не стесняйтесь. В кастрюле ещё осталось, всё, что не доедим, упакую вам на ужин.
Установив камеру на штатив и направив объектив на Цзян Чэна, трое мужчин уселись за стол и с аппетитом принялись за еду.
— Божественно! Как же это вкусно! — запричитал PD после первого же куска, и глаза его вспыхнули от искреннего восторга. — Учитель Цзян, если вы решите сменить профессию и откроете ресторан, у вас от клиентов отбоя не будет!
Цзян Чэн слегка оживился:
— Правда? Стоит обдумать. Если останусь без контрактов, пойду в рестораторы.
PD от такой неожиданности потерял дар речи.
Цзян Чэн справлялся с едой стремительно, да и оператор от него не отставал. Пока PD накладывал себе вторую порцию, эти двое уже успели прикончить по две пиалы. Заразившись их аппетитом, PD и сам съел куда больше обычного.
[Спасите! Почему эфир внезапно превратился в мукбанг?! У меня аж в животе заурчало, у-у-у!]
[Пошла заваривать третью порцию лапши!]
[Неужели и вправду так вкусно? Не поверю, пока сама не попробую!]
Разделяя общую сытую леность, Цзян Чэн сладко зевал:
— Трогаемся?
— Ага-ага! — удовлетворённо отозвался PD. — Учитель Цзян, в кастрюле ещё осталась куча еды, я сейчас всё упакую и заберу с собой!
* * *
Сбор по традиции назначили на пристани. Впрочем, на сей раз участников, включая Цзян Чэна, было лишь четверо: из-за травмы ноги Цзян Синхао не смог продолжить съёмки, а замену ему съёмочная группа искать не стала.
— Заждались! Давно не виделись! — издалека поприветствовал его Хуан Дахэн.
— Учитель Хуан, — с улыбкой отозвался Цзян Чэн и обнял его.
Вскоре подтянулись Су Наньнань и Цзянь Суйчжи. Новая четвёрка отряда покорителей дикой природы была в сборе.
— Слушайте, а не пора ли нам создать общий чат в WeChat? — выступил с инициативой Цзянь Суйчжи.
У Цзян Чи, видите ли, уже был контакт Цзян Чэна, а они, коллеги, до сих пор обходились без прямой связи! Непорядок.
— Точно-точно, давным-давно пора! Все эти две недели даже перекинуться парой слов было не с кем, — пошутил Хуан Дахэн. — Всё-таки скреплённые боевой дружбой люди — это совсем другое дело.
Все четверо тут же создали группу через локальный поиск, даровав ей имя: «Отряд "В последний путь"».
[А-ха-ха-ха, «Отряд "В последний путь"»! Какой гений придумал это название?!]
[Ого, а Небесный король даже не пытается держаться от Цзян Чэна подальше? Это же странно!]
[+1! Чем больше я об этом думаю, тем сильнее кажется, что Небесный король и впрямь неравнодушен к Цзян Чэну! А иначе его команде замять слухи — раз плюнуть. С чего бы они позволяли Цзян Чэну постоянно пиариться за его счёт?]
[Всё, приехали... Теперь и мне кажется, что тут не всё так просто!]
[Бред. У Небесного короля куча конкурентов! Даже если команда Цзян Чэна не в состоянии продвигать слухи, соперники при желании утопили бы его без шума и пыли.]
[Совет всем шипперам: богатое воображение — это диагноз.]
— Всем привет! Вижу, все в сборе! Огромное спасибо нашим дорогим участникам за то, что прибыли вовремя! С вами снова ваш режиссёр Сяохай! Безмерно признателен, что вы сдержали своё обещание! — Режиссёр, как обычно, выставил перед собой мегафон. — Что касается несчастного случая с участниками во время прошлых съёмок, наша команда выражает искреннее сожаление и желает скорейшего выздоровления обоим пострадавшим!
— Наше реалити-шоу «Привет, дикая природа» оправдает ожидания зрителей! Мы гарантируем абсолютную безопасность на протяжении всего предстоящего маршрута! И от всей души выражаем надежду, что участники будут строго следовать указаниям нашего инструктора и профессионального командира! Ни в коем случае не игнорируйте предупреждения и не действуйте в одиночку!
[А? И это типа официальное извинение съёмочной группы? Нонсенс! Фанатский клуб Синхао категорически против!]
[Режиссёр намекает на Цзян Чэна, а-ха-ха-ха?]
[На Цзян Чэна? Вообще-то его пара выиграла приглашение на банкет в Мусе! Если бы намекали на него, приз давно бы аннулировали, да и разделить участников тогда тоже было идеей режиссёра.]
[Ржу не могу, вы серьёзно не поняли? Режиссёр же явно намекает на Цзян Синхао!]
[Если бы в травме артиста реально были виноваты организаторы, неужели команда Синхао так легко бы это спустила? Не смешите.]
[Согласна, стопудово сам Синхао где-то накосячил и травмировался. Иначе съёмки бы просто не возобновили.]
[...]
В чате трансляции разгорелись жаркие споры. Фанаты Цзян Синхао массово ринулись на защиту кумира, однако их голоса быстро утонули в потоке здравомыслящих комментариев.
Режиссёрская группа и съёмочная команда за кулисами пристально следили за реакцией зрителей, мысленно аплодируя спонсорам за предложенную ими тактику — заранее задействовать ботов для перехвата инициативы.
Вместо того чтобы терпеть шквал обвинений от фанатов Цзян Синхао, куда разумнее было с самого начала обрушить на аудиторию намёки, завуалированно приоткрывающие неудобную правду. Не называть вещей своими именами, но и не молчать вовсе — дать слухам созреть. Это помогло утихомирить поклонников и команду артиста, а заодно послужить предостережением: не стоит пытаться строчить жалобы и строить из себя невинную жертву за счёт шоу.
Заметив, что ассистент за кадром показал ему жест «ОК», режиссёр со спокойной душой продолжил:
— Поскольку во время прошлой экспедиции наш прошлый инструктор получил перелом при спасении участников, на этот раз мы направили официальное приглашение в штаб Особого района Цзянхань! Нам удалось заполучить бывшего главного командира отряда Особого района Цзянхань, а ныне инструктора в отставке — Цзянь Синцэ!
Цзян Чэн, уже готовый заклевать носом под эту дежурную речь, вдруг словно от резкого толчка очнулся. На него только что сбросили настоящую бомбу!
Он резко распахнул глаза и порывисто развернулся в сторону, куда указывал режиссёр. От его движения стоявший рядом чемодан с грохотом повалился набок.
Бывший главный командир отряда Особого района Цзянхань Цзянь Синцэ?!
Разве это не тот самый человек, который в его собственном мире считался живой легендой армейских спецслужб — и одновременно запретной темой, о которой не говорили вслух? Мужчина, установивший бесчисленное множество небьющихся рекордов!
Вот только в его родном мире этот человек сгинул без вести во время выполнения секретной операции и был официально признан погибшим.
С первых дней службы Цзян Чэн был наслышан о его подвигах, но так и не получил шанса встретиться с ним лично. Когда же объявили о гибели героя, всем подразделением пришлось стоять на мемориальной службе и отдавать честь пустой безымянной стеле без фотографии.
Цзян Чэн никак не ожидал, что столкнётся с ним в этой альтернативной реальности. Более того — живым и невредимым?!
Следя за жестом режиссёра, он увидел приближающегося мужчину. Высокий, под два метра ростом, с широким разворотом плеч и крепкой спиной. Короткие волосы — чуть длиннее уставного армейского ежа, — резкие, глубокие черты лица и заметный шрам толщиной в палец, тянущийся от уголка глаза к виску.
Цзян Чэн потрясённо ахнул: да ведь это же тот самый «поклонник», с которым он случайно пересёкся вчера!
Цзянь Синцэ подошёл ближе и остановился прямо перед ним. Его пронзительный взгляд задержался на Цзян Чэне, не упустив ни тени изумления, ни мелькнувшей в глубине глаз искренней радости.
Уголок губ Цзянь Синцэ едва заметно приподнялся:
«Всё-таки не удержался и сбросил маску? Выходит, он и впрямь невероятно рад моему приходу».