Изначально У Юн собирался отправить Цзян Чэна с личным водителем, но тот, как назло, сломал ногу. У остальных сотрудников студии график был забит до отказа — никто не мог выкроить пару дней на поездку, поэтому пришлось покупать билеты на скоростной поезд.
Вот только предновогодняя пора — время горячее, достать билеты на поезд было той ещё задачей. В уезде Линчэн, где располагался детский дом, аэропорта не имелось, так что без поезда оставался лишь один вариант — междугородний автобус.
К счастью, Да Шэн дежурил у компьютера круглые сутки и всё-таки умудрился урвать два билета в первый класс в обе стороны. Правда, места достались не рядом, так что договариваться о пересадке пришлось бы уже в вагоне.
Цзян Чэн не пробыл в Линду и двух дней, как снова отправился в путь. Цзянь Синцэ, разумеется, поехал с ним; договорились встретиться прямо на вокзале.
Старейшина Цзянь, никак не ожидавший, что внук снова выпорхнет из дома, едва переступив порог, разворчался: мол, вырос сокол — в гнезде не удержишь, всё тянет на волю! Неужто снаружи мир слаще? Или за очередной порхающей бабочкой погнался?
Цзянь Синцэ с дорожной сумкой в руках замер, повернулся к старику и скупо уронил:
— Угу. Именно.
Как всегда, предельно лаконично.
Старейшина Цзянь даже опомниться не успел, а тот уже широким шагом вышел за дверь.
— Эй, постой-ка... — Старик озадаченно пожёвал губами и с нескрываемым любопытством обратился к дворецкому: — На что это он ответил «именно»? На то, что мир снаружи интересный, или на то, что за красоткой увязался?
Дворецкий лишь уголок рта поджал, не успев и слова вставить, как старейшина Цзянь уже сам себе воодушевлённо закивал:
— Я его с самого детства знаю. Кроме службы в армии он ни к чему такого рвения не проявлял! Точно говорю, в голове наконец просветлело!
Довольный своими выводами, старик, мурлыча под нос, отправился в сад — с удовольствием покрутить фигуры тайцзичуань.
* * *
Когда Цзян Чэн прибыл на вокзал, Цзянь Синцэ уже ждал его. Вымахав под метр девяносто, этот мужчина выделялся даже в плотной, бурлящей людской массе.
Цзян Чэн выхватил его взглядом мгновенно. Но, вспомнив строгие напутствия У Юна — тот перед отъездом прожужжал все уши, умоляя не привлекать внимания в людных местах и уж тем более не орать во весь голос, чтобы не выдать себя, — сдержал порыв окликнуть командира и просто прибавил шагу, пробиваясь сквозь толпу.
На Цзянь Синцэ сегодня было длинное чёрное пальто. Высокий и статный, в этом строгом одеянии он выглядел словно модель с подиума. Образ дополняли облегающие чёрные джинсы, темно-коричневые высокие ботинки и лаконичная белая футболка. Вроде бы ничего лишнего, а выглядел — глаз не оторвать.
Если бы не его ледяная, отпугивающая аура, к нему наверняка давно бы сбежалась толпа зевак, а не держалась на почтительном расстоянии, оставляя вокруг свободное пространство.
Цзян Чэн, в отличие от спутника, выглядел совершенно иначе. Его наряд подбирал личный стилист; даже в небольшой чемодан одежду упаковали готовыми комплектами, каждый в отдельном чехле. Команда до смерти боялась, что фанаты сфотографируют артиста исподтишка, поэтому образ должен был оставаться безупречным в любых обстоятельствах.
Как-никак, Цзян Чэн успел стать довольно популярным участником реалити-шоу, и позволить кому-то усомниться в его чувстве стиля было никак нельзя.
Едва получив сообщение о том, что Цзян Чэн вышел из машины, Цзянь Синцэ стал оглядываться по сторонам. Вскоре он заметил юношу в светло-бирюзовом тренче: завязав короткие волосы в забавный хвостик на затылке и засучив рукава по локоть, тот пробирался сквозь поток пассажиров и рысцой бежал к нему.
Цзянь Синцэ сделал несколько широких шагов навстречу и привычным движением подхватил чемодан Цзян Чэна. Окинув взглядом его слегка помятую одежду и растрепавшиеся волосы, он с невольной улыбкой качнул головой:
— Мог бы и не спешить. Посадку ещё не объявили.
— Командир Цзянь, вы так рано! — хихикнул Цзян Чэн, оглядываясь. — А где ваши вещи?
Цзянь Синцэ слегка повернулся, показывая дорожную сумку через плечо:
— Вот.
— Эх, завидная практичность... — вздохнул юноша. — А мне приходится таскать за собой этот громоздкий чемодан. Стилист заявил, что моя камуфляжная сумка — верх убожества, и наотрез запретил с ней появляться. Знай я заранее, тоже купил бы простую чёрную — универсальная вещь. Тебе, кстати, очень идет.
Цзянь Синцэ тихо усмехнулся.
Незаметно для них вокруг образовался небольшой круг из прохожих. Людям казалось, что леденящая аура мужчины как будто смягчилась — подбежавший юноша словно растворил её своим присутствием.
Один — сдержанный, в строгом чёрном, другой — яркий, излучающий энергию. Контраст выглядел удивительно гармонично.
На Цзян Чэне была чёрная маска и белая спортивная кепка, из-под которых виднелись лишь выразительные глаза, так что даже вблизи узнать его было непросто.
Однако Цзянь Синцэ, уловив повышенное внимание прохожих, без колебаний подхватил юношу за локоть и увлек к турникетам, заслоняя его широкой спиной от любопытных взглядов.
— Придётся ещё договариваться о пересадке. Надеюсь, попутчик попадется сговорчивый, — негромко шепнул Цзян Чэн, прикладывая билет к сканеру.
Цзянь Синцэ лишь молча кивнул.
Место Цзян Чэна располагалось у окна, а вот сиденье Цзянь Синцэ находилось в самом хвосте вагона, да ещё и в ряду без окна. Цзян Чэн предложил своё удобное место соседу командира — к счастью, им оказался сговорчивый мужчина средних лет, который без лишних разговоров согласился поменяться.
Довольный Цзян Чэн плюхнулся на кресло и первым делом отписался в рабочем чате команды.
Путь от Линду до уезда Линчэн на скоростном поезде занимал около трёх часов. В подлокотник каждого кресла был встроен откидной экран, где можно было выбрать фильм или сериал.
Цзян Чэн посоветовался с Цзянь Синцэ, и они решили посмотреть что-нибудь вместе. Он достал комплектные наушники, протянул один вкладыш спутнику, и вскоре две темные макушки склонились друг к другу.
Выбор пал на хоррор. Цзян Чэн посчитал, что смотреть ужастики в людном поезде — идея отличная: так травму для психики точно не получишь. Тогда Цзянь Синцэ запустил фильм под названием «Ужас в поезде».
Вообще-то трусом Цзян Чэн не был: в одиночку покорял снежные вершины, пробирался сквозь топи и штурмовал тропические джунгли. Но вот к мистике и всякой нечисти питал неизъяснимую слабость — не переносил их органически.
При этом боялся, но страстно хотел смотреть! Цзян Чэн решил, что момент идеальный: рядом сидит невозмутимый командир Цзянь, за окном день, да и кругом полно людей.
Кто же знал, что командир выберет именно «Ужас в поезде»!
Пассажиры, проходящие по проходу в уборную, то и дело бросали взгляды на их ряд. Они наблюдали любопытную картину: двоих мужчин, сидевших вплотную друг к другу над одним экраном, причём тот, что с хвостиком, вел себя чрезвычайно комично.
Слушая тревожную музыку в наушниках, Цзян Чэн сгорал от любопытства и одновременно замирал от страха. Ему было жалко и наушник вытащить, и глаза закрыть, поэтому в самые жуткие моменты он просто натягивал маску снизу вверх, закрывая ею глаза.
Цзянь Синцэ не удержался от смешка и сдёрнул маску обратно на подбородок:
— Не проще ли надвинуть кепку?
— Кепка слишком плотная, а сквозь ткань маски я хоть что-то силуэтом вижу, — возразил Цзян Чэн.
Судорожно сглотнув, он вновь прижался головой к плечу Цзянь Синцэ. Настоящие боевые товарищи: плечом к плечу, макушка к макушке — так куда спокойнее!
Фильм длился добрых два часа. Когда побежали титры, Цзян Чэн с облегчением перевёл дух, чувствуя приятное расслабление.
И хотя духу у него для хорроров хватало с трудом, выдержка у парня была отменная: даже от испуга он не издал ни звука. Если бы Цзянь Синцэ не заметил, как тот маскируется маской, никогда бы не догадался, насколько юноше жутко.
— В кинотеатре звук и картинка получше, — предложил Цзянь Синцэ. — Если тебе нравится, в следующий раз сможем сходить в кино.
Цзян Чэн молча воззрился на него. С одной стороны — только что пережитый ужас, с другой — непреодолимое желание повторить. Борьба длилась от силы три секунды.
— Идёт, — кивнул он.
* * *
Цзян Чэн и не подозревал, что его манипуляции с маской успели снять на телефон и выложить в сеть под заголовком: «Мой друг — уморительный придурок, когда смотрит ужасы».
К счастью, на снимке маска полностью закрывала лицо, так что опознать в нем известного артиста было невозможно.
Цзянь Синцэ в поезде тоже надел чёрную маску, оставив открытыми лишь выразительные глаза и густые брови. В комментариях под постом уже требовали: «Даю три секунды, чтобы выложили всю инфу про красавчика в чёрном!», но ответа пока никто не дал.
[Комментарии в сети:]
[- Сос, один — чистый комедийный кадр, а второй выглядит таким холодным и недоступным!! Противоположности и впрямь притягиваются!]
[- Спасите, этот крутой парень выглядит сурово, но почему от него веет такой нежностью?!]
[- Плюсую! Ужасно любопытно, кто там под маской. Если симпатичный, я зашипперю их без колебаний!]
[- У красавчика и друг обязан быть красавчиком! Я уже шипперю: солнечный дурачок х ледяной красавец!]
[- Троп из древних романов, но в реальной жизни заходит просто на ура!]
[- Полностью согласна!!]
* * *
Сойдя с поезда, Цзян Чэн и Цзянь Синцэ первым делом отправились в отель, чтобы сбросить багаж.
Да Шэн забронировал номер в популярной гостинице прямо в центре уезда Линчэн: отсюда до любой достопримечательности можно было дойти пешком минут за двадцать.
К тому же наступал Новый год, а на старинной улице как раз полностью покраснели клёны — самое живописное время в году. Туристов понаехало немерено, свободные места в отелях мгновенно раскупили, и лишь благодаря тому, что Да Шэн оформил бронь заранее, им достался последний номер.
На стойке регистрации администратор пристально оглядела обоих гостей, сверила документы и протянула ключ-карту от номера с двуспальной кроватью.
Цзян Чэн на мгновение опешил:
— Постойте, а разве у нас не двухместный с отдельными кроватями?
Девушка за стойкой не узнала ни его, ни Цзянь Синцэ. В этот сезон наплыв клиентов был колоссальным, за спиной Цзян Чэна уже выстроилась очередь из трех-четырех человек, поэтому администратор поторопила его:
— Всё верно, номер с одной большой кроватью. Вы же сами бронировали, неужели не помните?
Цзян Чэн смутился и пробормотал:
— Бронировал мой приятель... Должно быть, ошибся. Нельзя ли поменять на номер с двумя кроватями?
— Никак не получится, всё забито под завязку. В это время года в любой отель нужно заезжать по брони за пару дней, иначе места не найти, — отчеканила девушка. — Есть ещё вопросы? Если нет, можете подниматься, другие гости ждут.
Цзян Чэн неосознанно оглянулся: за ним действительно выросла внушительная очередь. Смущённо улыбнувшись, он подхватил чемодан и поспешил отойти от стойки.
— Делать нечего, придётся пару ночей перебиться так, — неловко проговорил Цзян Чэн, глядя на Цзянь Синцэ. — И как только Да Шэн так умудрился...
— Ничего страшного, — спокойно отозвался тот.
И хотя Цзянь Синцэ сам предпочёл бы номер с двумя отдельными кроватями, отказываться от такого подарка судьбы он не собирался.
Чуть заметно улыбнувшись, он заметил, что юноша увлечён перепиской в телефоне, и мягко забрал у него чемодан:
— Отвечай спокойно, я понесу.
— Спасибо, — кивнул Цзян Чэн, не став церемониться.
В рабочем чате он тут же упомянул ассистента:
[Цзян Чэн: Мы в отеле. Но почему номер с одной кроватью?!...]
[У Юн:?]
[Сяо Тун:?]
[Игуйцзы: Ух ты!]
[Цзян Чэн: @Да Шэн]
[Да Шэн:... Ах, когда я бронировал, оставались только такие! Мне прислали фото — кровать огромная, двоим мужчинам места за глаза хватит!]
[Да Шэн: Учитель Цзян, просто попросите на стойке второе одеяло, всё будет в порядке! Только лучше поторопиться, а то и одеяла могут закончиться...]
Прочитав это, Цзян Чэн замер на месте, тут же развернулся и рванул обратно к стойке, успев перехватить дополнительное одеяло.
[Цзян Чэн: Раздобыл]
[Да Шэн: [Картинка: Спит спокойно.jpg]]
Поднявшись на лифте на третий этаж, они отперли дверь номера. Перед ними предстала романтическая обитель для влюблённых, оформленная в сказочных бело-розово-голубых тонах. На столике у входа стояла розовая роза, перевязанная лентой, с прикреплённой запиской: «Дорогой хозяйке номера».
Цзян Чэн потерял дар речи:
* * *
Цзянь Синцэ подхватил розу, бегло прочитал надпись и сдержанно усмехнулся:
— Здесь только два хозяина. А у твоего ассистента неплохой вкус на оригинальные места.
Цзян Чэн потёр переносицу, не зная, смеяться ему или плакать, и безнадёжно вздохнул:
— Командир Цзянь, вы, я смотрю, отнеслись к этому вполне философски?
— Приходилось ночевать и в джунглях, и в пустыне. Эта комната — не дикий зверь, с чего бы мне отказываться? — спокойным тоном отозвался Цзянь Синцэ.
Поразмыслив, Цзян Чэн понял: и то верно. По крайней мере, переживать о том, что командиру будет неловко, больше не придётся. Раз Цзянь Синцэ всё устраивает, то и ему волноваться не о чем.
— Ну и ладно. Оставим вещи здесь. Детский дом находится далеко от центра, так что если выедем сейчас, то как раз успеем к концу тихого часа, — сверившись с часами, произнёс Цзян Чэн.
Цзянь Синцэ бросил на него короткий взгляд и слегка приподнял бровь:
— А ты отлично помнишь их распорядок.