Цзян Чэн понятия не имел, что за каждым его шагом пристально и тайком наблюдает всё семейство Цзян. Закончив экипироваться, он повернулся к инструктору:
— Какую трассу выберем?
Сюй Ли смерил его холодным взглядом.
С того самого мгновения, как этот парень появился в группе, Сюй Ли проникся к нему неприязнью. Взять хотя бы длинные волосы — по мнению инструктора, мужественности они мужчине явно не добавляли. Но главное, от Цзян Чэня веяло той отточенной, въевшейся в кровь уверенностью человека, привыкшего держать всё под контролем. Внешне это ничем не проявлялось, но Сюй Ли чуял подобное нутром.
Инструктор терпеть не мог таких типов. Особенно на собственной территории.
— Думаю, вы в состоянии решить сами, — с едва уловимым вызовом отозвался он.
Раз уж тот позволил себе прогулять вводные теоретические занятия, значит, база у него «железобетонная» и в чужих советах он не нуждается.
Скрестив руки на груди, Сюй Ли добавил:
— Какую бы трассу вы ни выбрали, по обеим сторонам уложены маты безопасности. Я буду страховать рядом, так что травм не получите.
Он был практически уверен: этот выскочка эффектно посчитает собой весь склон. Ни один новичок на искусственном снежном рельефе не обходился без ошибок, да и бывалые любители экстрима на подобных тренажёрах регулярно вылетали с трассы.
Впрочем, профессиональный долг не позволял Сюй Ли допустить настоящих травм. А вот дать недоучке слегка набить синяков — дело полезное: пусть на собственной шкуре прочувствует, насколько коварен и опасен реальный горный склон.
Цзян Чэн лишь тихо усмехнулся. Он прекрасно уловил скрытый подтекст: инструктор не просто сомневался в его силах, а откровенно ждал провала — чтобы устроить показательный урок для остальных.
Вступать в перепалку Цзян Чэн не стал.
— Что ж, спасибо на добром слове, — непринуждённо ответил он. — Тогда возьмём среднюю трассу.
Сюй Ли насупился. Слово «спасибо» из уст этого парня прозвучало настолько небрежно, будто тот хотел сказать: «Я оценил твою заботу, но обойдусь без неё».
Хмыкнув, инструктор развернулся и повёл Цзян Чэня к стартовой линии сорокапятиградусного склона.
Хуан Дахэн посмотрел на крутую кручу и обеспокоенно пробормотал:
— Учитель Цзян прямо с места в карьер берёт такой крутой склон? А инструктор хоть бы слово в ответ сказал, предупредил об опасностях... Как-то это неправильно.
Су Наньнань хмуро согласилась:
— Вот именно, хоть бы основные нюансы напомнил! Я только что отзубрила всю теорию, а смотрю на этот угол — и в голове полная каша, хоть плачь.
Она приложила ладони к губам и крикнула Цзян Чэню:
— Может, перейдёшь на пятнадцать градусов? Этот же совсем крутой!
Цзян Чэн уже поднялся на верхнюю площадку. Трасса представляла собой извилистую «эску» — спуск, подъём и снова спуск, усложнённые тремя искусственными барьерами, которые требовалось обходить или преодолевать с помощью ледорубов. Настоящая проверка мастерства для любого альпиниста.
Услышав окрик Су Наньнань, Цзян Чэн не успел даже открыть рот, как вмешался Сюй Ли:
— Если струсили, можете спуститься на пятнадцатиградусный тренажёр. Вот только на реальном леднике такие склоны мимо не обойдёшь. Были бы вы на лекциях — знали бы, что...
Инструктор снова завёл свою любимую пластинку про пропущенные занятия. Цзян Чэн едва удержался от смеха: ну что за маниакальное упорство?
— Менять ничего не буду, — перебил он эти пространные поучения. — Нормальная трасса.
Сюй Ли застыл на полуслове, точно утка, которой пережали горло. Он был убеждён, что Цзян Чэн с радостью воспользуется предлогом, предоставленным девушкой, и переберётся на пологую горку.
Спустя мгновение инструктор саркастически хмыкнул:
— «Нормальная»? Что ж, милости прошу. Проверьте себя.
Больше всего на свете он любил смотреть, как самоуверенные новички разбивают свои иллюзии о суровую реальность.
— Скажете, когда будете готовы, — бросил Сюй Ли.
— Уже готов, — не задерживаясь ни на секунду, отозвался Цзян Чэн. Пока инструктор разглагольствовал, он успел размять суставы и проверить снаряжение.
Сюй Ли поперхнулся воздухом. Непробиваемое спокойствие парня начинало его откровенно бесить. Сжав ледоруб, он встал на параллельную линию страховки. Насмотришься на таких: в восьми случаях из десяти подобные выкрутасы устраиваются ради девчонок. Чем пафоснее старт, тем больнее и позорнее падение.
Инструктор косо взглянул в сторону Су Наньнань — та как раз с нескрываемым волнением следила за происходящим.
«Ну точно, всё с ним понятно», — мысленно усмехнулся Сюй Ли.
— Каким бы умельцем ни был Учитель Цзян, на снежный рельеф он выходит впервые, — сокрушённо вздохнул Хуан Дахэн. — Безопаснее было бы начать с малого.
Су Наньнань активно закивала.
Цзянь Суйчжи перевёл взгляд с коллег на Цзян Чэня и невзначай спросил:
— А с чего вы взяли, что он здесь в первый раз?
— А кто в здравом уме станет тренироваться на ледорубах в обычной жизни? — удивлённо выгнула бровь Су Наньнань.
— А кто в здравом уме водит внедорожник по барханам Тэнгэр? — парировал Цзянь Суйчжи.
Су Наньнань и Хуан Дахэн лишились дара речи.
А ведь верно.
Тем временем на дорожке бегового тренажёра госпожа Цзян с тревогой вглядывалась в дальний конец зала:
— Ох, этот юноша забрался так высоко... Почему инструктор не начал с небольшого уклона, чтобы всё шло поэтапно? Разве так можно?
Цзян Цзинь успокаивающе произнесла:
— Наверняка у инструктора свои соображения, мамуля. Там работают профессионалы, не переживай.
Фан Цзунъюй лишь вздохнула и кивнула.
— Да вроде ничего сложного, никакой особой опасности, — лениво отозвался Цзян Чи, подперев подбородок и даже не пытаясь делать вид, что тренируется.
Отец Цзян бросил взгляд на лодыря-сына, подошёл и решительно нажал пару кнопок на консоли тренажёра, добавив скорости и уклона. Цзян Чи пришлось судорожно перебирать ногами.
«Ленив как тюлень», — промелькнуло в мыслях отца.
Цзян Чи мысленно возроптал: да у него идеально подтянутая фигура! Встать ни свет ни заря, лишиться законного сна, да ещё и впахивать на дорожке — за что ему всё это?
Увеличив нагрузку сыну, Цзян Кай пояснил:
— Преодоление искусственного склона с ледорубами — стандартный элемент подгонки при работе на ледниках. Здесь требуется идеальная координация глаз и рук, молниеносная реакция и непреклонная решительность. Это только со стороны кажется забавой.
Он продолжил наблюдать за Цзян Чэнем:
— Поверхность искусственного наста даёт иной отклик с каждым шагом. Нужно мгновенно подстраивать баланс тела. Для новичка, знающего лишь теорию, подобная адаптация — суровое испытание.
Несмотря на расстояние, безупречная пластика и собранность Цзян Чэня выдавали уверенность человека, чувствующего себя в своей стихии.
Цзян Кай с лёгким удивлением отметил:
— Впрочем, твой приятель явно не из новичков. За его плечами наверняка не один настоящий восход на ледники.
— Э-э? — Цзян Чи опешил. Сам он деталей не знал, но не ожидал от отца столь высокой оценки.
— В первую пару секунд его движения казались слегка скованными, — продолжал Цзян Кай. — Однако он мгновенно вошёл в раж и перестроил механику тела. Такое возможно только при колоссальном практическом опыте.
Он перевёл взгляд на инструктора, двигавшегося по соседней линии:
— Посмотрите на Сюй Ли. Его техника безупречна, как по учебнику. Он выдаёт максимум с первого же шага, потому что отрабатывает эти элементы в зальном комплексе изо дня в день. А вот твой знакомый поначалу двигался немного шероховато, но уже через треть дистанции вышел на профессиональный уровень. Это значит, что он долго не бывал на подобных тренажёрах, однако закалка у него въелась в кости. Да и природный талант очевиден.
Цзян Цзинь и Цзян Чи изумлённо переглянулись. За всю жизнь они едва ли помнили, чтобы отец осыпал кого-то подобными похвалами. (Впрочем, возможно, дело было в том, что ни сын, ни дочь не унаследовали его спортивных талантов).
— Профессиональный уровень... А если сравнить его с инструктором? — полюбопытствовал Цзян Чи.
— Один тренируется ежедневно, второй растерял былую сноровку — сравнение пока не в пользу второго, — ответил Цзян Кай. — Но стоит ему окончательно размяться, и кто кого обойдёт — ещё вопрос. Инструктор движется строго по методичке, а вот твой товарищ...
— Самоучка-экстремал? — подхватил Цзян Чи.
Фан Цзунъюй тут же шутливо шлёпнула сына по плечу:
— Что за выражения!
— Да я просто продолжение папиной мысли подсказал! — ойкнул Цзян Чи. — Это же не оскорбление!
— Я имел в виду другое, — продолжил Цзян Кай. — В его движениях чувствуется опыт прохождения экстремальных немаркированных зон. Каждое смещение центра тяжести, выбор точек опоры для ледоруба, инстинктивная готовность к срыву... Этот парень штурмовал настоящие вершины. И я говорю вовсе не об освоенных туристических маршрутах.
Фан Цзунъюй изумлённо посмотрела на мужа. Она поняла намёк: Цзян Кай имел в виду дикие, высокогорные зоны вроде тех, что встречаются на дальних пограничных заставах.
Цзян Кай тоже на мгновение задумался, вглядываясь в фигуру Цзян Чэня:
— А у инструктора при всей безупречности техники отсутствует нечто важное. Экскурсионные альпинистские маршруты хоть и несут в себе риски, но всё же оборудованы и подготовлены. Инструктор закалялся именно в таких условиях. Если сравнивать их мастерство, прямого ответа не дать. Но в одном я уверен точно: твой приятель и этот тренер формировались в совершенно разных весовых категориях.
Прищурившись, Цзян Кай наблюдал за Цзян Чэнем, который с каждой секундой набирал темп, двигаясь всё быстрее и увереннее. Отец лишь качнул головой: достойный молодой человек. Иметь в таком возрасте столь колоссальный практический багаж — поистине поразительно.
Цзян Чи моргнул и снова перевёл взгляд на трассу. За эти пару мгновений Цзян Чэн уже миновал первый участок и подбирался ко второму искусственному барьеру.
Движения парня завораживали своей лёгкостью. Прежде Цзян Чи казалось, будто подъём с ледорубами — зрелище неуклюжее и тяжёлое, но Цзян Чэн опровергал это представление.
В отличие от глубокомысленного анализа отца, Цзян Чи просто наслаждался эстетикой.
Цзян Чэн филигранно цеплялся ледорубом, используя его как рычаг для импульсного взмаха тела. Препятствие он преодолел за считанные секунды, не потратив лишних сил. Внизу Су Наньнань и остальные стояли с открытыми ртами: увиденное не имело ничего общего с сухопарыми правилами из учебников.
— Потрясающе, Учитель Цзян! — выдохнула восхищённая Су Наньнань.
Хуан Дахэн сложил ладони рупором:
— Красавец, Учитель Цзян! Выше всяких похвал!
Цзянь Суйчжи усердно снимал происходящее на видео. Едва Цзян Чэн закончил фрагмент, как певец тут же переслал запись дяде.
Дело в том, что ещё во время перерыва Цзянь Синцэ неожиданно прислал ему сообщение с расспросами. Цзянь Суйчжи сначала обомлел от такой заботы, а потом до него дошло: похоже, дядя интересовался вовсе не его успехами...
«Сейчас Цзян Чэн первым проходит дистанцию, за ним сразу я! [стикер: взлетающий гусь]»
«Чуть позже скину ролик со своим прохождением».
Надо обязательно попросить Хуан Дахэна заснять и его заезд — нельзя огорчать дядю!
Ответ от Цзянь Синцэ пришёл мгновенно:
«Вы в «Синъе»? Я тут неподалёку по делам, заскочу за тобой. Как закончите, поедем обедать в старую усадьбу».
Цзянь Суйчжи снова почувствовал себя на седьмом небе от счастья.
Отправив эмодзи с оттопыренным большим пальцем, он поднял голову: Цзян Чэн преодолевал последние метры дистанции. Без малейших помарок он ступил на финишную площадку.
Хуан Дахэн и Су Наньнань тут же облепили его, словно чемпиона Олимпийских игр:
— Невероятно, Учитель Цзян! Да вы работаете ничуть не хуже профи! А мы-то, дураки, извелись все!
Цзян Чэн прищурился от улыбки:
— Я сто лет не тренировался на искусственном снегу, толком не знал, на что способен. Вот и взял горку попроще, чтобы восстановить навыки. Если бы оплошал — хоть не так обидно было бы.
— Да где вы, а где оплошность! Кто угодно может вылететь с трассы, только не вы! — с убеждённостью истинного фанатика воскликнул Хуан Дахэн.
Цзян Чэн со смехом качнул головой. Окружившие его коллеги ликовали с таким размахом, словно уже покорили Эверест.
Фан Цзунъюй, наблюдавшая за ними издалека, по-доброму улыбнулась:
— У юного господина Цзяня замечательные отношения с коллегами. Душа радуется смотреть.
— Угу, — кивнул Цзян Кай. Стоило теме сместиться со спорта, как он вновь стал скупым на слова.
Тем временем Сюй Ли стоял чуть в стороне, ошеломлённо разглядывая Цзян Чэня. Однако, услышав, что парень уже имел опыт работы на снежных тренажёрах, он понимающе прищурился.
Так вот почему тот позволил себе прогулять лекцию! Вот почему с ходу рванул на сорокапятиградусный склон! Тёртый калач.
Правда, Сюй Ли приметил, как пару раз у Цзян Чэня сбивался центр тяжести — техника всё-таки хромала, тренироваться ему ещё и тренироваться. И чего эти фанатики так восторгаются, вознося его чуть ли не до небес?
Сюй Ли мысленно хмыкнул. Лизоблюдство и слепой восторг он презирал всей душой.
Цзян Чэн действительно оказался крепче, чем думалось поначалу, но заявлять, будто «все упадут, а он выстоит» — это уже перебор.
Они что, профессиональных инструкторов вообще за людей не считают? Будто какой-то любитель может заткнуть за пояс квалифицированного мастера! Ну и бахвальство.
— Кто следующий? — резковато перебил празднующих Сюй Ли.
Су Наньнань и Хуан Дахэн переглянулись и хором уставились на Цзянь Суйчжи.
Тот дёрнул уголком рта:
— Я.
Сюй Ли сдержанно кивнул. Цзянь Суйчжи производил на него приятное впечатление — хорошая физическая форма, не то что у некоторых.
— Какую трассу выберешь? Тоже замахнёшься на сорок пять градусов?
Певец замялся и посмотрел на Цзян Чэня:
— Ты как думаешь?
— Я бы посоветовал начать с пятнадцати градусов, — не задумываясь, ответил Цзян Чэн. — С непривычки легко запутаться в координации. А сорок пять подождут, успеешь ещё натренироваться.
Цзянь Суйчжи кивнул и повернулся к тренеру:
— Я пойду на пятнадцать.
Сюй Ли перекосило. Для этого парня слова Цзян Чэня — святыня, что ли?
— Вперёд, — сухо отрезал инструктор.
Цзянь Суйчжи развернулся к тренажёру и вдруг застыл, глядя на вход в зал. Его глаза расширились:
— Инструктор... Сун?!
Ранее в сообщении тот писал, что заберёт его после занятий... Неужели уже приехал?
Какое там «по делам неподалёку» — он явным образом ехал именно в клуб «Синъе», а дела выдумал для отвода глаз!
Цзян Чэн мгновенно обернулся и действительно увидел у дверей Цзянь Синцэ.
Позвякивая снаряжением, он радостно подошёл к нему:
— Командир Цзянь! Вы тоже здесь? Нас вместе тренировать будут?
Цзянь Синцэ смерил взглядом Цзян Чэня, облачённого в чёрно-белый термокостюм и похожего на упитанного пингвина. Губы мужчины непроизвольно тронула тёплая улыбка.
— Да, — кивнул он. — В ближайшие дни я буду заниматься вместе с вами.
Цзянь Суйчжи удивлённо похлопал ресницами: а Режиссёр Хай в курсе? За ещё одного участника тренировок вообще-то платят отдельно!
— Надо же, и младший из рода Цзянь прибыл, — удивилась Фан Цзунъюй.
Цзян Кай прищурился:
— Даже ему необходима разминка перед выходом в реальные горы. Лишней тренировка не бывает.
— А юноша Цзянь, похоже, с ним в особых отношениях? — шепнула Фан Цзунъюй сыну.
— С чего ты взяла? — изумился Цзян Чи. Матушка вроде бы ещё не успела посмотреть их шоу?
Фан Цзунъюй мягко улыбнулась:
— Заметила, как заметно расслабился юноша, едва тот появился.
Цзян Чи присмотрелся и похвалил мать за феноменальную наблюдательность.
В зале тем временем продолжались прогоны на учебном склоне. Цзян Цзинь, увидав, что очереди ждут только Хуан Дахэн и Су Наньнань, потеряла интерес к зрелищу:
— Я пойду переоденусь, пора в офис. Вас подбросить?
— Я на машине, сам довезу родителей, — отозвался Цзян Чи.
Цзян Цзинь кивнула и бросила финальный взгляд в сторону тренажёров. Цзян Чэн в своём объёмном костюме с комфортом примостился прямо на полу, опёршись спиной о ногу Цзянь Синцэ. Уютный, круглый и абсолютно расслабленный. Девушка невольно улыбнулась.
Матушка была права: Цзян Чэн и дядя Цзянь общались куда доверительнее обычного.
Удивительное дело: нашёлся человек, не трепещущий перед суровым дядей Цзянем, да и сам инструктор, похоже, ничуть не возражал. Редчайшая картина.
Захватив спортивную сумку, Цзян Цзинь отправилась в душевую. Приняв душ и уложив волосы, она нанесла лёгкий макияж и переоделась в строгий деловой костюм. Превратившись в элегантного топ-менеджера, девушка вернулась к родителям, чтобы попрощаться.
Однако за полчаса её отсутствия полупустой зал преобразился: у дверей секции, где занималась группа Цзян Чэня, столпилось с десяток человек. Все они наперебой снимали происходящее на смартфоны и что-то оживлённо выкрикивали.
Цзян Цзинь в недоумении огляделась в поисках брата и родителей.
— Цзинь-эр, милая, мы здесь! — донёсся из толпы голос Фан Цзунъюй.
Цзян Цзинь обернулась и не смогла сдержать ироничной улыбки: её матушка, обычно эталон выдержки и утончённости, с энтузиазмом толкалась в самой гуще зевак!
Присмотревшись, она увидела отца и брата: те с двух сторон опекали маму, оберегая её от давки.
Цзян Цзинь пришлось протискиваться к родным:
— Что тут произошло? Откуда столько народу? Вроде раньше в «Синъе» толпы не наблюдалось... На что они смотрят?
— Да тут почти все — местный тренерский состав, — пояснил Цзян Чи. — Инструктор вздумал соревноваться с Цзян Чэнем, вот ребята и сбежались поснимать шоу.
— Соревноваться с участниками? — Цзян Цзинь нахмурилась. — Что за глупости? С чего вдруг?
Цзян Чи лишь развёл руками. Они уже собирались уходить, как вдруг ситуация развернулась на сто восемьдесят градусов.
— Может, у Суйчжи узнать? — Цзян Чи сделал шаг вперёд.
Фан Цзунъюй остановила его:
— Не надо, сынок. Мы ведь приехали негласно, не стоит попадаться ему на глаза.
Цзян Чи рассудил, что мать права, и вернулся на место:
— Посмотрим отсюда. Народу много, нас не заметят.
Впрочем, разузнать подробности можно было и у окружающих. Цзян Чи повернулся к крепко сбитому мужчине в спортивной форме:
— Дружище, что за ажиотаж? Чего все сбежались?
— Да Сюй Ли опять закусился, — ухмыльнулся тот. — Вспыхивает как порох. Хотя цепляться к клиенту — это уже чересчур, несолидно.
— Да ты глянь, кто рядом стоит! — подмигнул второй тренер. — Мечта его сердца! Тут хочешь не хочешь, а авторитет отстаивать придётся.
— Су Наньнань, что ли? — удивился Цзян Чи.
— Да ну, бери выше! Наша методистка, что им теорию читала. Вон, вишь, спорят стоят.
Семья Цзян перевела взгляд на площадку: Сюй Ли с пунцовым лицом о чём-то горячо переругивался с молодой женщиной.
— Я просто предложил обычную дружескую дуэль, без всякой задней мысли! — буркнул багровый Сюй Ли.
Цзян Чэн тем временем неспешно проверял застёжки на экипировке и ледоруб.
Су Наньнань с досадой прошептала ему:
— Подумаешь, сказала, что Учитель Цзян выглядит на склоне куда эффектнее! Чего так кипятиться-то? Вы вообще не обязаны соглашаться на его вызовы. Мы за это деньги платим — не нравится тренер, так требуем замену!
Минутой ранее вся группа кое-как одолела пятнадцатиградусный уклон. Собираясь показать класс на сорокапятиградусной стенке, Сюй Ли вышел на наглядную демонстрацию. В этот момент Су Наньнань приметила за стеклом преподавательницу теории и помахала ей рукой. Та вошла, и Су Наньнань вскользь обронила роковую фразу, распалив любопытство методистки.
Преподавательница прекрасно помнила Цзян Чэня: прогульщик, блестяще сдавший её тесты. За обедом она не раз упоминала его в разговорах с Сюй Ли, предполагая, что парень — опытный энтузиаст и потенциальный VIP-клиент.
Поэтому на слова Су Наньнань она шутливо ответила, что с удовольствием взглянет на его работу: красивому парню и ледоруб к лицу.
Сюй Ли эти слова подпалили мгновенно. Он тут же буркнул, что показуха без реальных навыков — пустой пшик.
Цзян Чэн оказался крайним абсолютно на ровном месте, хотя теперь мотивы неприязни инструктора стали кристально понятны.
— Менять тренера — лишняя волокита, — спокойно ответил Цзян Чэн. — СМИ раздуют скандал о наших капризах. Зачем добавлять головной боли У Юну?
Су Наньнань вздохнула: логично. Публичным людям любой чих выливается в заголовки жёлтой прессы, а «Дикая природа» сейчас на пике популярности. Хейтеры только и ждут повода.
Цзян Чэн улыбнулся:
— Проще всего решить всё на месте.
Как утихомирить задиру? Уложить на лопатки.
Откажись он от поединка сейчас, инструктор изведёт его придирками за следующие два дня. На такую ерунду у Цзян Чэня не было ни времени, ни желания.
— Сыграем вот на этом? — Цзян Чэн указующе вскинул руку, указывая на самую высокую и неприступную вертикаль в зале.
Почти девяностоградусный отвесный срез высотой под самый потолок — от одного взгляда на эту ледяную стену перехватывало дыхание.
Толпа тренеров у входа ахнула и разразилась гулом.
Эта трасса была настоящим монстром. За восемь месяцев с момента постройки даже среди профессиональных инструкторов лишь единицы смогли преодолеть её от подножия до вершины, а уж о клиентах и речи не шло!
Сюй Ли ошеломлённо застыл, и лицо его заметно побледнело.