Кавауэ обустроил временное укрытие прямо на месте, приспособив бамбуковые обрезки и прочий строительный мусор, оставленный Цзян Чэном и Цзянь Синцэ. Постройка не заняла много времени.
Очаг Цзян Чэн, конечно, затоптал, превратив в непригодную груду земли, но тлевшие неделями угли под слоем золы всё ещё хранили глубокий жар. Восстановить пламя не составило ни малейшего труда.
На всё про всё у Кавауэ и Мориты ушло чуть больше часа. Сложенный шалаш не уступал бы и полноценному бамбуковому домику с дверью, каковой возвели их предшественники, но лёгкий навес от дождя и приподнятый над землёй настил у них имелись. А главное — костёр. Готовое пристанище досталось им даром.
В японском эфире зрители разразились бурным восторгом. Одни утверждали, будто китайская пара сбежала, испугавшись авторитета Кавауэ — ветерана, прозванного «шестиугольным воином» за универсальность. Другие пели дифирамбы юному Морите, сравнивая его с диким тигром. Нахваливали на все лады — безудержно и гиперболизированно.
Восхищались и их находчивостью: шутка ли — заполучить готовую базу без малейших усилий! А что же соперники из Китая? Испугались рядовой разведки и сразу дать дёру. Совершенная незрелость духа.
Участники и сами поглядывали в чат трансляции. Читая хвалебные комментарии, Кавауэ с Моритой буквально расплывались от удовольствия. Даже отправляясь в чащу за сухостоем, они вышагивали с расправленными плечами и гордо поднятой головой.
Впрочем, триумф длился недолго. Опустился вечер. Погревшись у костра, оба уже намеревались устроиться в шалаше, как вдруг одновременно замерли, ошеломлённые нахлынувшим оцепенением.
Зрители в чате недоумевали, сыпля вопросами, однако ни Кавауэ Таниити, ни Морите Когоро было уже не до эфира.
Липкий ужас сковал их до мозга костей. Прямо напротив них, в непроглядной тьме кустарника, выросла пара фосфоресцирующих зелёных глаз. Хищный взгляд въелся в них пристально, не мигая.
— Кавауэ-кун… — едва выдавил из себя Морита.
Едва он успел вымолвить слово, как зелёные огоньки пришли в движение. Тень плавно скользила сквозь густые заросли, и лишь благодаря отблескам костра удавалось угадать её очертания.
Из ветвей неторопливо выступил крупный койотоподобный волк с грязновато-жёлтой шерстью. Огромная оскаленная пасть захлёбывалась слюной, тягуче капавшей на землю, а из ноздрей со свистом вырывалось тяжёлое дыхание.
Волосы у обоих встали дыбом: перед ними стоял настоящий хищник!
— Что… что нам делать?.. — задрожал голос Мориты.
До зверя оставалось от силы шагов десять. До них уже долетала отвратительная псино-звериная вонь.
Зрители онлайн-трансляции замерли от шока. Камера дрона крупным планом запечатлела искромсанную шкуру зверя, покрытую застарелыми шрамами от жестоких схваток. От всей фигуры веяло дикой, необузданной свирепостью. Впервые аудитория наблюдала настоящего лесного хищника настолько близко.
Волк оказался куда внушительнее, чем можно было представить: даже не поднимаясь на задние лапы, холкой он доставал участникам аккурат до груди — и дело было вовсе не в скромном росте японских бойцов. Зрелище внушало подлинный ужас.
Кавауэ Таниити прежде не приходилось сталкиваться с подобным зверем. Одного взгляда на эту тварь хватило, чтобы понять: перед ними — хладнокровная, бесчувственная машина для убийства.
Сглотнув подступивший к горлу ком, Кавауэ процедил:
— Не показывай страха. Не беги и ни в коем случае не поворачивайся спиной. Стоит дать слабину — и он бросится. Нас двое, он не станет нападать бездумно.
Морита судорожно кивнул, до белизны в костяшках сжав рукоять армейского ножа — единственного оружия, выданного организаторами.
Тем временем в штаб-палатке оргкомитета воцарился переполох. Регламент на случай столкновения с хищниками имелся, однако воплощать его на практике пришлось в спешном порядке.
— Участники не подавали сигнала о выбывании, так что держим группу наготове у границы зоны, — отдавал распоряжения Чжоу Чжи. — Ради сохранения спортивного принципа Кавауэ с Моритой не должны знать о нашем присутствии. Спасателям действовать максимально скрытно.
Екатерина возражать не стала, а мнение Дэвиса уже ничего не решало — большинством голосов спасательную группу отправили на позицию.
Дэвис промолчал. Чжоу Чжи рассуждал здраво, однако представителя Страны А не покидало смутное ощущение, будто китайский офицер намеренно подталкивает японцев к сдаче. Ведь если бы те знали, что подмога под боком, то наверняка продержались бы дольше.
Впрочем, взглянув на непроницаемое и полное благородства лицо Чжоу Чжи, Дэвис счёл за благо отбросить подозрения. Ему искренне не хотелось ранней дисквалификации команд: зона ведь ещё даже не начала сужаться, всё самое интересное было впереди. Чем больше стран останется в строю, тем азартнее зрелище.
Поглядывая на мониторы, Дэвис от всей души надеялся, что японская пара проявит стойкость.
Однако надежды его не оправдались. Не прошло и получаса с момента прибытия отряда, как психологическое напряжение и ужас сломали дух Кавауэ и Мориты: не выдержав игры на нервах, они запустили сигнальную ракету.
Чжоу Чжи едва заметно усмехнулся.
Противостояние с волками выжало из дуэта все силы. Они здраво рассудили: если тянуть до последнего, пока хищник не перейдёт в нападение, помощь просто не успеет прибыть, и тогда отступать будет поздно. К тому же сказалась ночёвка под проливным дождём: измотанные и замёрзшие, они заведомо уступали в выносливости прочим участникам. Угроза со стороны зверя стала последней каплей.
Волна яркого пламени от выстрела испугала хищника, заставив того отступить в чащу, но едва ли навсегда.
Когда бойцы спасательного отряда объявились на поляне спустя буквально пару минут, обессиленные японцы онемели от изумления.
— Как… как вы так быстро?..
— Мы находились поблизости и вели наблюдение, — ровным тоном отчеканил старший группы. — Безопасность участников — наш главный приоритет.
Кавауэ потерял дар речи.
На лоб выскочили раздувшиеся вены, кулаки сжались до хруста. Его не покидало ощущение, что их бессовестно провели вокруг пальца, хотя формально придраться было не к чему. Знай он заранее, что поддержка дежурит в шаговой доступности, у него хватило бы выдержки продолжить борьбу.
В связи с выбыванием сборной Японии эфир с их участием мгновенно отключили. Разъярённые фанаты ринулись на международные форумы, засыпая платформы проклятиями.
* * *
Вспышка багрового сигнального огня разорвала ночную тьму, заставив вздрогнуть Цзян Чэна и Цзянь Синцэ, устроившихся на ночлег в найденном гроте.
— Судя по зачистке небес… это над нашей прежней стоянкой, — удивленно пробормотал Цзян Чэн, всматриваясь в зарево. — Надо же, кто-то выбыл в первый же день.
Это произошло даже раньше, чем в его прошлой жизни, когда первой сошла с дистанции группа «Малая панда».
— Вероятно, Кавауэ и Морита, — прищурился Цзянь Синцэ. — Заняли чужое место и сочли это удачей, а в итоге наткнулись на волка-разведчика, вернувшегося к старой лежке.
— Волк-разведчик обычно слабее прочих в стае, — пробормотал Цзян Чэн. — Неужели испугались единственного зверя?
— Кто знает, — пожал плечами Цзянь Синцэ, ничуть не чувствуя своей вины в произошедшем. — Может, им он показался монстром. А может, им «повезло» сойтись со всей стаей.
Цзян Чэн поёжился: встретить целую стаю — врагу не пожелаешь.
— Повезло, что мы вовремя снялись с места, — добавил он.
Иначе нос к носу со зверьём пришлось бы столкнуться им самим.
Цзянь Синцэ лишь хмыкнул. Вряд ли одинокий хищник стал бы для них помехой — до бессмысленного оцепенения дело бы точно не дошло.
Но едва они собрались вернуться под сень пещеры, как густой столп дыма взвился к небесам, окрасив горизонт в багровые тона.
— Сигнальный дым! — одновременно воскликнули они. — Обозначили границу безопасной зоны. И, кажется, это совсем неподалёку!
Совпадение ли, намеренный ли ход организаторов после первой же дисквалификации — так или иначе, у остальных команд появился чёткий ориентир.
А вот у Кавауэ с Моритой, наблюдавших за алеющим небом с борта эвакуационного вертолёта, глаза просто налились кровью от бессильной ярости.