Цзян Чэн поспешно поднялся на ноги и с изумлением уставился на пришельца.
— Как ты здесь оказался?! — Он распахнул глаза и в несколько стремительных шагов подскочил к Цзянь Синцэ, не пытаясь скрыть радостного шока.
Встретив этот неверующий, сияющий восторгом взгляд, Цзянь Синцэ мгновенно понял: каждый сделанный шаг и каждый риск окупились сполна. Он поймал устремившегося к нему юношу и тепло улыбнулся.
— Как ты добрался? А остальные где? — Цзян Чэн принялся цепким взглядом осматривать мужчину с головы до ног, сыпля вопросами ещё до того, как тот успел разомкнуть губы.
Даже при максимальной скорости преодолеть столь гигантское расстояние за пару мгновений было невозможно. Цзян Чэн прекрасно понимал: Синцэ снова пошёл на риск и воспользовался каким-то безумным обходным маршрутом.
— Я отправил остальных дальше, к конечной точке, — пояснил Цзянь Синцэ. — У вас раненый, так что передвигаться сложно. Вот я и решил вас разыскать.
Он говорил о помощи группе Бо Фэна, однако его взгляд был прикован исключительно к Цзян Чэну.
Цзян Чэн расплылся в широкой улыбке, отлично понимая, что история про «раненых» — лишь удобный предлог.
Бо Фэн и Ду Ма шокированно переглянулись. Ранее они уже просчитывали, сколько времени потребуется обоим отрядам для соединения, и знали: встретиться так быстро попросту нереально. Появление Цзянь Синцэ казалось настоящим чудом.
Ду Ма посмотрела на Цзян Чэна — её всё ещё поражало, что брошенная им ранее фраза про «желание» сбылась с такой пугающей точностью.
Тем временем Цзян Чэн вкратце обрисовал ситуацию иностранным бойцам, точно переведя слова Синцэ.
Выслушав его, Бо Фэн тут же искренне произнёс:
— Мы и впрямь оказались в тяжелейшем положении. Огромное спасибо за помощь.
Ду Ма быстро кивнула, соглашаясь.
Она снова взглянула на Цзян Чэна: у того чуть приподнялись уголки губ, а во всём облике проступила непринуждённая расслабленность.
Прежде Цзян Чэн казался ей удивительно невозмутимым. Сколько бы опасных неожиданностей ни выпадало на их долю, какую бы смертельную гонку со временем он ни переживал, парень сохранял ледяное спокойствие, будто любые проблемы были для него не сложнее лёгкого ветерка.
Но сейчас всё выглядело иначе.
Теперь Цзян Чэн казался настоящим, живым человеком. До этого он напоминал какой-то идеальный, несокрушимый инструмент для выживания, но рядом с этим мужчиной оттаял, словно сбросил с плеч невидимый панцирь.
— Как вам удалось сюда добраться? — с нескрываемым любопытством спросила Ду Ма. — Мы высчитывали время: пересечься настолько быстро практически невозможно.
Цзян Чэн тоже с интересом уставился на Синцэ.
Тот обронил буквально пару скупых фраз, от которых у бойцов Бо Фэна волосы встали дыбом.
— То гигантское дерево... — выдохнул один из подчинённых Бо Фэна. — Это же тот самый ствол, который смыло с вершины водопада!
— Безумие какое-то... Боги, но ведь это и впрямь сэкономило кучу времени!
— Но пройти такое расстояние за считаные минуты, да ещё и с подобным риском... Какая же у него невероятная выносливость и физическая сила?!
Слушая сбивчивый шёпот бойцов, Бо Фэн громко кашлянул, прерывая их пересуды:
— Переберёмся ближе к костру, обсудим всё у огня.
Ду Ма опомнилась и поспешно добавила:
— Я сейчас же подготовлю для вас отдельную палатку.
— Не стоит беспокоиться, — остановил её предложение Цзянь Синцэ. — Я помещусь у Цзян Чэна.
Цзян Чэн тут же энергично кивнул.
Синцэ уловил эту мгновенную готовность краем глаза, и уголок его губ едва заметно дрогнул.
Заметив это, Ду Ма не стала настаивать.
Она перевела взгляд на Цзян Чэна. Пусть инструктор Цзянь и уверял, будто пришёл ради раненого, было очевидно: на самом деле он продирался сквозь ад джунглей исключительно ради этого юноши.
Цзян Чэн внимательно осмотрел Синцэ. Понимая, насколько опасным был этот путь, он тихо спросил:
— Ты цел? Ранений нет?
— Всё в порядке, — так же понизив голос, ответил Синцэ. — А ты как?
— В норме.
Цзянь Синцэ отлично знал Цзян Чэна: отговорка «в норме» означала, что повреждения всё-таки есть, просто они не мешают двигаться или уже обработаны.
Он хотел расспросить подробнее, но Цзян Чэн опередил его, взглядом указывая на связиста:
— Связь со штабом так и не восстановилась. У вас как?
— Тоже пытались — бесполезно, — ответил Синцэ. — Собираетесь вызывать эвакуационный вертолёт?
— Да, — кивнул Цзян Чэн. — Состояние А-Чу ухудшилось. Дальше он двигаться не сможет, так что разумнее эвакуировать его прямо сейчас.
Синцэ понимающе кивнул и повернулся к Бо Фэну:
— Как ваш раненый?
Бо Фэн отвёл Цзянь Синцэ в палатку.
Из-за липкой жары и гниющей плоти внутри стоял тяжёлый неприятный запах. Синцэ присел на корточки и осмотрел рану. Несмотря на то что повреждение щедро засыпали кровоостанавливающим и антибактериальным порошком, из рассечённых тканей всё равно сочилась мутная желтоватая сукровица.
Осмотрев рану, Синцэ поднялся:
— Тайфун накроет этот район совсем скоро. У спасательного вертолёта есть окно буквально в несколько часов. Надо торопиться.
— Рации нужен более сильный сигнал, но в текущих условиях это почти невыполнимо, — с горечью произнёс Бо Фэн. Он и сам понимал, что время на исходе, но сделать ничего не мог.
Сигнальная ракета сработает только на открытой местности. А они находились на самом дне Долины дикарей Дяньмянь, под непроницаемым шатром тропического леса, плотно закрывавшим небо. Выпусти они ракету отсюда — её свечение мгновенно поглотит густая крона деревьев.
— Раз нет открытой площадки на земле, ищите её наверху, — ровным тоном произнёс Цзянь Синцэ. — Связист пусть продолжает восстанавливать сигнал, а вы берите ракетницу и забирайтесь на деревья. Выстрелите прямо над кромкой леса — шанс, что вас заметят, вырастет в разы.
Бо Фэн аж поперхнулся. Лезть на деревья?.. Идея была, мягко говоря... неожиданной.
Местные исполины в высоту достигали от пятнадцати до сорока-пятидесяти метров. Даже для опытных бойцов подобное восхождение не было простой прогулкой, как это звучало из уст Синцэ.
Однако отрицать очевидное было нельзя: этот план действительно мог сработать.
Бо Фэн уже поджал губы, намереваясь согласиться, когда Цзян Чэн вставил своё слово:
— Даже если так, запускать ракету отсюда нельзя. Заросль слишком густая и высокая, вертолёт не сможет долго зависать над этой точкой. Нужно найти участок, где лес хоть немного редеет.
— Когда дадим успешный сигнал — переправим туда раненого, — добавил он.
Поразмыслив, Бо Фэн вынужден был признать: лучшего варианта нет. Чем сидеть сложа руки, разумнее действовать по всем фронтам сразу, пусть даже задача стояла не из лёгких.
Отряд разделился. Троих оставили в лагере — ухаживать за раненым и ждать отклика по рации, а остальные отправились на поиски подходящей прогалины.
Цзян Чэн пошёл вместе с Цзянь Синцэ. Бо Фэн и Ду Ма коротко посовещались и решили, что в лагере останется сам Бо Фэн, ещё один легкораненый боец и связист А-Цзу.
Ду Ма справлялась с верховой ездой по ветвям куда лучше своего командира, так что её навыки в вылазке были нужнее.
— Будьте осторожны, — напутствовал их Бо Фэн.
— Ждите с хорошими новостями, — кивнула Ду Ма.
Группа не стала уходить далеко: учитывая, что потом придётся транспортировать раненого, точку требовалось найти как можно ближе.
Они рассредоточились.
— Смотрите в оба, особенно наверх, — предостерёг Цзян Чэн.
Опасность крылась не только в гнилых ветках, способных рухнуть под весом человека. В кронах кишела ядовитая фауна, и к незваным гостям местная живность не испытывала ни малейшей симпатии.
Ду Ма и остальные коротко отозвались.
Пока Бо Фэн оставался в лагере подле раненого, джунгли снова захлестнул дождь. Костёр мгновенно залило, и бойцам пришлось укрыться в палатке.
Связист А-Цзу вбежал внутрь, прижимая к груди громоздкий приёмник. В его голосе звучала с трудом сдерживаемая радость:
— Командир! Сигнал пробивается! Сквозь помехи слышны голоса!
Он протянул гарнитуру. Бо Фэн приложил динамик к уху: сквозь треск и шипение действительно прорывались отрывки чьей-то речи.
— Продолжай настраивать! — кивнул он.
— Есть!
Бо Фэн взглянул наружу. Тяжёлые, величиной с горошину капли гулко колотили по тканевым сводам и листве, превращая землю в месиво из грязи и мелких луж.
Он насупился, с тревогой глядя в темноту, куда ушли Цзян Чэн и остальные. Ливень налетел мгновенно — и это невероятно усложняло их задачу.
Но главное — поднимется ли вертолёт в такую погоду? Сомнения грызли душу, однако делить их было не с кем.
Бо Фэн тяжело вздохнул, зачерпнул ладонью стекавшую с тента воду и умыл лицо.
Вскоре сквозь шум дождя прорезался резкий, раскатистый свист.
Бойцы выскочили из палатки. Сквозь густые переплетения крон мелькнул яркий огненный росчерк — сигнальная ракета стремительно уходила в небо!
Забыв про проливной дождь, люди радостно закричали.
Однако не успели они выдохнуть, как алый огонёк оборвался, будто наткнувшись на невидимое препятствие, и стремительно пошёл вниз.
Бо Фэн ошеломлённо наблюдал, как гаснущая искра валится в чащу. Вспыхнувшая надежда мгновенно рухнула в ледяную бездну.
— Нет, нет, нет... — сдавленно пробормотал связист.
Бо Фэн стиснул зубы и произнёс:
— Ничего не поделать. Погоду мы выбрать не можем. Остаётся надеяться, что рация заработает раньше, чем ударит шторм...
Слова ещё не успели сорваться с его губ, как ночное небо вновь рассекла багровая вспышка, сопровождённая свистящим воем.
Все замерли, затаив дыхание. Люди мысленно молили небеса: «Только не падай, удержись, гори!..»
Вторая ракета продержалась чуть дольше первой, но в итоге тоже сбилась с траектории и устремилась вниз.
Настроение бойцов взлетало и падало вместе с этими ракетами, пока не сменилось глухим апатичным оцепенением.
Подобный исход предвидели с самого начала: кроны деревьев были слишком плотными, и даже забраться на вершину оказалось недостаточно.
И тут в вышину рванула третья ракета.
Понимая, что её, скорее всего, постигнет та же участь, люди всё равно не смогли оторвать взглядов от пробивающего тьму луча.
Слепящий алый огонь пробил зелёный купол и вырвался на чистый простор! Он завис в свободном небе, ярко пылая и окрашивая верхушки деревьев в багровые тона.
Бо Фэн и его люди в изумлении застыли, отсчитывая секунды горения.
— Четыре... пять... шесть... — тихо шептал связист.
До Бо Фэна наконец дошло: шесть секунд!
— Сработало! — подпрыгнул он на месте.
— Быстро, забираем А-Чу! — подхватил один из бойцов.
Бо Фэн запнулся. Поколебавшись пару секунд, он остановил торопящихся:
— Подождите. Дождёмся их возвращения.
— Командир? — удивлённо уставился на него подчинённый.
— Вынесем его, когда вертолёт будет на подлёте, — отрезал Бо Фэн. — У А-Чу жар, в палатке ему пока безопаснее.
Боец кивнул, соглашаясь.
Вскоре из темноты вынырнули Ду Ма и остальные.
— Живее! — крикнула она ещё с расстояния. — Готовьте раненого, переносим его на точку!
Бо Фэн подозвал её в сторону и вполголоса спросил:
— Ты уверена, что вертолёт вообще вылетит в такую погоду?
Ду Ма опешила:
— О чём ты?
— О шторме, — нахмурился Бо Фэн. — В Долине дикарей Дяньмянь поднимается шквалистый ветер. Мы сами днём отказались от десантирования в центр каньона из-за риска не удержать машину в зависании. А сейчас условия в разы хуже дневных!
Они находились на чужой территории. Станет ли штаб Особого района Цзянхань рисковать техникой и людьми ради иностранной группы? Бо Фэн сомневался — и эта подозрительность была абсолютно естественной. Доверие не рождается на пустом месте.
Поняв его опасения, Ду Ма качнула головой:
— Они прилетят. Иначе у Цзян Чэна и Цзянь Синцэ не было бы причин так рисковать жизнью, пробираясь на самую верхушку кроны ради этой ракеты.
Она строго посмотрела на командира:
— Если бы ты прошёл с ними тот путь, что прошла я, у тебя не осталось бы ни капли сомнений.
Бо Фэн замер:
— Ракета... это их рук дело?
— Первые две сорвались, — подтвердила Ду Ма. — Чтобы дать третий залп, Цзян Чэн и Цзянь Синцэ вылезли за пределы ветвей, на самую верхушку. — Она выделяла каждое слово: — У нас просто не оставалось иного выхода.
Бо Фэн онемел. Он редко слышал от гордой Ду Ма слова «не было выхода». Он полагал, что это она забралась на дерево, и никак не ожидал, что чужие инструкторы зайдут так далеко ради его бойца.
Теперь сомнения рассеялись.
— Понял, — твёрдо произнёс он.
Развернувшись, он отдал команду готовить носилки.
Ливень набирал силу. Когда отряд добрался до условленной прогалины, их взору открылась абсурдная картина: Цзян Чэн и Цзянь Синцэ притаились под скальным навесом, удерживая над головами два огромных банановых листа вместо зонтов.
Бо Фэн аж опешил. Он никак не ожидал увидеть этих двоих — всегда подтянутых и невозмутимых — в столь незамысловатом виде.
Впрочем, идея оказалась чертовски практичной.
Оглянувшись на своих людей, вымокших до последней нитки — с волосами, липнувшими к лобу, и водой, застилавшей глаза, — он смахнул капли с лица и крикнул:
— Когда ждать вертолёт?!
Цзян Чэн мановением руки пригласил их спрятаться под навесом:
— Обычно вертолёт прибывает через десять-пятнадцать минут после сигнала. Из-за шторма время может затянуться.
Поймав тревожный взгляд Бо Фэна, он добавил с абсолютной уверенностью:
— Что бы ни произошло, они прилетят. Поверь мне. Человеческая жизнь — превыше всего.
Сердце Бо Фэна пропустило удар.
— Верю, — коротко произнёс он.
Цзян Чэн лишь слегка улыбнулся и теснее прижался к Цзянь Синцэ, укрываясь широким листом.
Минуты тянулись мучительно долго. Небо рассекали молнии, а грохот грома оглушал, катясь по каньону. Бо Фэн тяжело сглотнул и уставился вверх.
Прямо над ними темнел небольшой клин открытого неба. Хотя до наступления сумерек оставалось ещё достаточно времени, из-за нависших туч вокруг стемнело так, будто наступила глубокая ночь.
Вспышки ветвистых молний расползались по тучам зловещей паутиной.
— Едут! — Цзян Чэн резко встал, всматриваясь в темноту. Своим чутким слухом он уловил гул роторов. — Спасатели здесь!
Цзянь Синцэ тут же рявкнул Бо Фэну:
— Несите раненого!
Меньше чем через минуту над прогалиной завис чёрный спасательный вертолёт. С борта со свистом устремились тросы с жёстким носилочным модулем, и на землю проворно спустились двое медиков.
Цзян Чэн и Цзянь Синцэ бросились навстречу, на ходу вводя спасателей в курс дела и помогая зафиксировать раненого.
Машина висела в крайне опасных условиях. Не прошло и трёх минут, как сигнальные лампы на корпусе замигали тревожным красным, а сквозь шум ветра пробился вой сирены: приборы фиксировали критическую нестабильность.
Бо Фэн побледнел и прибавил ходу.
Пилоты отчаянно боролись с порывами ветра, стараясь удержать машину в раскачиваемом потоке воздуха. По рации передали: «Осталось шестьдесят секунд!»
— Готово! — гаркнул медик.
Цзянь Синцэ оттеснил бойцов Бо Фэна от зоны подъёма, освобождая пространство.
Тросы натянулись. Носилки вместе с медиками стали подниматься. Вертолёт бросало из стороны в сторону, страховочные канаты ходили ходуном под ударами шквала, вызывая у стоящих внизу невольный трепет.
Сплошная стена воды размывала силуэты. Стоящие внизу видели лишь раскачивающиеся проблесковые маячки на корпусе вертолёта да тусклый огонь на носилках.
У Бо Фэна перехватило дыхание.
Красные огни на брюхе машины непрерывно пульсировали, а вопли датчиков перегрузки долетали даже сквозь рёв ливня.
Приборы показательно зашкаливали. Понимая, что ждать полной втяжки носилок некогда, пилоты рискнули: задействовали подъёмную тягу и резко потянули вертолёт вверх. Носилки взмыли в воздух прямо на лету, заставив всех наблюдавших замереть в смертельном испуге.
К всеобщему облегчению, машина выровнялась на безопасной высоте, тревожная индикация сменилась штатной, и медики затащили раненого внутрь.
— Спасли! — раздался дружный ликующий крик!
Цзян Чэн расплылся в счастливой улыбке. Ливень хлестал по лицу, все вымокли до нитки, будто вынырнули из реки, но это ничуть не мешало им радоваться.
Бо Фэн с чувством порывисто обнял Цзян Чэна:
— Спасибо! Огромное вам спасибо!
Цзян Чэн от неожиданности опешил, а затем с добрым смешком похлопал того по спине.
Цзянь Синцэ сдержанно отстранил Бо Фэна от юноши и произнёс:
— Рано благодарить. Возвращаемся в лагерь.
Он посмотрел на сгущающийся мрак:
— Шторм уже здесь.