Цзянь Синцэ, вернувшийся с охапкой спелых фиников, на вопрос Хуан Дахэна только качнул головой:
— Вряд ли. Влажный песок вовсе не гарантирует наличие питьевой воды. Оглянись: кругом ни единого полукустарника. Даже если вода здесь и есть, до неё так просто не добраться — она залегает гораздо глубже.
— Но ведь эти финиковые пальмы как-то пустили корни! Растут же, да ещё как, — возразил Хуан Дахэн. — Значит, влага есть?
— Вода-то есть, — ухмыльнулся Цзян Чэн. — Вот только корни у них уходят куда глубже, чем мы сможем выкопать голыми руками.
Цзянь Синцэ слегка кивнул, подтверждая его слова:
— Знаете, как местные описывают финиковую пальму?
Цзянь Суйчжи и остальные растерянно переглянулись и покачали головами.
— Местные говорят: «Голова её купается в огне, а ноги покоятся в воде». Всё из-за того, что при огромном росте у неё невероятно мощные корни, — пояснил Цзянь Синцэ. — Корневая система способна уходить на десятки метров под землю, добираясь до подземных рек. Это одно из немногих высоких вечнозелёных деревьев, способных процветать в пустыне.
— Подземная река на глубине в несколько десятков метров — явно не тот источник, который можно раздобыть вручную, — рассмеялся Цзян Чэн и повернулся к Хуан Дахэну. — Если в пустыне действительно нужно найти воду, чтобы выжить, не стоит зацикливаться на поисках полноценного источника. Задача слишком масштабная, будете упрямо искать — раньше от жажды помрёте.
Цзянь Синцэ коротко откликнулся, полностью соглашаясь:
— В пустыне куда больше способов добыть влагу, чем принято думать. Проблема в том, что большинство людей их просто не замечает.
— Не замечает? Как такое возможно? — Су Наньнань качнула головой и улыбнулась. — По-моему, окажись любой из нас в пустыне, он бы все глаза проглядел в поисках воды!
Цзян Чэн усмехнулся:
— Не веришь?
— Выпадет случай — покажем, — пообещал Цзянь Синцэ.
Су Наньнань понимающе кивнула.
Спустя некоторое время, когда команда немного перевела дух в прохладной тени, к ним подошёл режиссёр:
— Уважаемые учителя, нам бы сейчас открыть эфир да обсудить всё, что произошло за последние два дня. Зрители и фанаты невероятно переживают за вас.
Хуан Дахэн вспомнил о своей важной миссии и охотно согласился:
— Без проблем, давайте!
— Сейчас всё установим, — тут же распорядился постановщик.
Раз уж выдалась минутка отдыха, съёмочная группа развернула полный комплект оборудования для стриминга. Перед каждым участником, у подножия его выкопанной в песке ямки, поставили по штативу с телефоном.
Цзян Чэн при виде этого зрелища едва удержался от судорожного вздоха. Ситуация подозрительно напоминала свежие могилы с только что водружёнными надгробиями.
Стоило ему озвучить эту мысль вслух, как Хуан Дахэн мгновенно зажал ему рот ладонью:
— Тьфу-тьфу-тьфу! Учитель Цзян, придержи язык! Такими вещами не шутят, это ж дурная примета!
Цзян Чэн со смешком покрутил головой:
— На дворе двадцать первый век, а мы всё в суеверия верим?
— Иногда хочешь не хочешь, а поверишь! — Су Наньнань задорно повела бровью. — Помнишь то укрытие, что вы вырыли на острове? Ты ведь тогда тоже бурчал, что оно похоже на гроб? И чем всё закончилось?
Цзян Чэн поперхнулся:
— Я... правда так говорил?
Он быстро покопался в памяти — кажется, и впрямь было дело.
—... Ладно, молчу-молчу, — сдался он.
[А-ха-ха-ха-ха! Кто бы мог подумать, что Цзян Чэна заставит замолчать обычное суеверие!]
[Наверное, Чэн-гэ подумал: «Чёрт, да нам и впрямь катастрофически не везёт, кроме мистики тут ничего и не придумаешь»...]
[ «Кому судьба готовит великие испытания, тот сперва познает скорбь и тяготы...»]
[Если так подумать, эта троица познала все три пункта по полной (собачья морда)]
[Ближе к делу!!! Что на самом деле произошло за эти два дня, пока не было связи?! Я ж извелась вся от тревоги, у-у-у!]
[+1!]
Участники шоу теперь отчетливо видели бегущие по экранам сообщения. Переглянувшись, они единодушно доверили право первого слова Хуан Дахэну:
— Вижу, как сильно вы все переживали за нас в эти дни. Нам безумно приятно, спасибо огромное за заботу! В тот день, когда пропал сигнал, мы действительно столкнулись с внезапной и жестокой песчаной бурей...
Хуан Дахэн подробно пересказал события того дня и последующие приключения, попутно отвечая на вопросы зрителей. Это был отличный способ запечатлеть для истории тот отрезок пути, который не попал на видеокамеры.
[Боже мой, это же смертельно опасно!!]
[Дверь машины занесло песком наполовину, её даже открыть не смогли!! Будь я на их месте, точно сдуру попытался бы спрятаться внутри! Слава богу, обошлось!]
[+1, хорошо, что рядом был инструктор!]
[Учитель Хуан же сказал, что инструктор Цзянь первым делом побежал предупреждать съёмочную группу? Я и на стриме видел: инструктор ушёл первым, а Цзян Чэн остался держать оборону!]
[К счастью, Цзян Чэн оказался парнем не промах, а то б им всем крышка!]
[Инструктор явно был уверен, что Цзян Чэн справится, иначе ни за что не оставил бы их!]
[У них с инструктором уже полнейшая взаимовыручка и понимание без слов. Ещё на том острове было видно: Цзян Чэну и командиру достаточно одного взгляда, чтобы понять замысел друг друга.]
[Это точно! Сыгрались так, будто век знакомы, а ведь вроде первый раз в жизни увидели друг друга!]
[Огромное счастье, что в группе есть Учитель Цзян! Будь там один только инструктор, у него бы просто рук на всё не хватило. Пришлось бы выбирать, кого спасать. А если б со съёмочной группой что произошло? Заблудились бы в буре без связи — и всё, всем конец!]
[Поддерживаю... Небесному королю Цзянь и остальным невероятно повезло. Попасть в такую переделку — и иметь в команде человека, который тащит, будто с читами!]
[Цзян Чэн вообще не похож на артиста из шоу-бизнеса! Откуда у него такие всемогущие навыки?!]
Читая бегущие строки, Хуан Дахэн не удержался от смешка:
— А ведь Богиня Су ещё наедине придумала для Учителя Цзяна прозвище, и мы его единогласно утвердили!
— О да, Цзян Чэн — наш ходячий чит-код, — хохотнул Цзянь Суйчжи, лукаво поглядывая на самого виновника торжества.
Чат мгновенно взорвался восторгами. Даже фанаты Цзянь Суйчжи, обычно настроенные скептически, на этот раз сменили гнев на милость. С тех пор как Цзян Чэн дал ясно понять, что видит в Суйчжи исключительно коллегу по работе, поклонники перестали воспринимать его как соперника. К тому же в этой поездке Цзян Чэн действительно спас всех от гибели — это видели все зрители.
Цзян Чэн от смущения прикрыл лицо ладонью и лишь неловко поджал губы, улыбаясь.
Он редко читал комментарии во время прямых эфиров, а сегодня вчитался — и от лавины похвалы у него даже кончики ушей вспыхнули кумачом.
— Учитель Цзян, да ты стесняешься! — ахнул Хуан Дахэн, будто сделав величайшее открытие. — Сколько раз мы тебя так называли, а уши у тебя только сейчас покраснели!
Цзян Чэн подсознательно потеребил мочку уха и тихо пробормотал:
— Уши?.. Да нет, это не из-за вас. Я просто почитал комментарии... Зрители так хвалят, что мне даже как-то неловко стало.
«Не из-за вас...» — Хуан Дахэн драматично приложил руку к сердцу, снова в шутку «сражённый» прямотой собеседника.
[А-ха-ха-ха, Цзян Чэн слишком прямолинеен! Сердце Учителя Хуана разбито на кусочки!]
[А-а-а-а, Учитель Цзян, ты увидел мою похвалу?! Я буду хвалить тебя ещё громче!!]
[Спасите, что за милота! Засмущался от похвалы, у-у-у!]
[Раньше его так жестоко хейтили... Поэтому теперь любая похвала для него — как приятная неожиданность?]
[... Чёрт, предыдущий комментарий полоснул прямо по сердцу.]
[Послушай меня и спасибо скажи~]
[...]
Цзян Чэн пробегал глазами вопросы и старался отвечать на всё, что было в его компетенции, крутясь как белка в колесе.
Су Наньнань тем временем тоже беседовала со своей аудиторией. Увидев вопрос про зыбучие пески, она серьезно кивнула:
— Слухи о зыбучих песках? Всё правда. Вчера мы действительно чуть не угодили в такую ловушку.
Стоило ей это произнести, как во всех смежных трансляциях начался настоящий сумасшедший дом.
Цзянь Суйчжи добавил:
— Дело было ранним утром, часа в четыре, наверное. Мы с Учителем Хуаном еще безмятежно спали, когда поступила команда срочно заводить автодом и убираться на триста метров от лагеря.
— Ха-ха, кстати об этом! Позвольте вставить слово: первой ночью Небесного короля Цзянь завладел Учитель Хуан, так что, милые фанатки, ищите своего главного врага в правильном месте! — внезапно вклинилась Су Наньнань.
Цзянь Суйчжи онемел:
* * *
[Да без проблем, если это Учитель Хуан, то какая же это "первая ночь"!]
[Учитель Хуан точно не соперник!]
— Даже не знаю почему, но оттого, что вы во мне соперника не видите, мне как-то даже обидно стало, — наигранно пробормотал Хуан Дахэн.
Цзян Чэн не сдержался и прыснул от смеха.
— Кстати, а с чего вообще всё началось? Кто-нибудь знает подробности? — поинтересовалась Су Наньнань, глядя на мужчин. — Я только знаю, что опасность первым заподозрил Учитель Цзян вместе с командиром. Но что конкретно произошло?
Цзянь Суйчжи и Хуан Дахэн в один голос качнули головами:
— Мы дрыхли без задних ног, откуда нам знать?
— Первым признаки зыбучих песков заметил Цзян Чэн, — спокойно произнёс Цзянь Синцэ.
Су Наньнань и остальные тут же перевели на него заинтригованные взгляды:
— И что было дальше? Рассказывай!
Цзян Чэн слегка откашлялся и взял слово:
— На самом деле всё вышло случайно. Я обратил внимание, что наш внедорожник увяз в песке куда сильнее, чем накануне. При обычной скорости движения песка машина за ночь не могла провалиться так глубоко — если только движение почвы под нами не ускорилось в разы.
— А главная причина резкого ускорения движения песков — это формирование зыбуна. Однако тогда ситуация отличалась от стандартного провала, — Цзян Чэн сделал небольшую паузу и взглянул на Цзянь Синцэ, с содроганием вспомнил тот жуткий момент.
Поймав его взгляд, Цзянь Синцэ продолжил:
— У нас с Цзян Чэном возникло подозрение, что из-за экстремальной бури образуется колоссальный пласт влажного зыбучего песка. Скорее всего, под песчаным каньоном протекала подземная река. Подобные масштабные зыбуны проявляют свою силу не сразу: они похожи на затаившегося гигантского змея, который сначала ведет себя абсолютно бесшумно, а затем обрушивается, словно настоящий конец света.
— Заподозрив неладное, мы с командиром решили разделить обязанности. Ему нужно было оценить обстановку в каньоне, а на меня легла задача оповестить съёмочную группу и начать эвакуацию.
— А почему вы просто не уехали сразу? — Цзян Чэн придвинулся к экрану, зачитав вопрос из чата. — Если бы там образовался грандиозный зыбун, наш маршрут вполне мог пересечься с ним. Это смертельный риск.
— Если бы нам повезло и скорость движения песков оказалась низкой, мы, возможно, и не столкнулись бы с ним. Но из чисто человеческих соображений мы обязаны были всё проверить и установить предупредительные флажки, чтобы следующие машины не ухнули в ловушку, — добавил Цзянь Синцэ. — Впрочем, с везением у нас оказалось не густо: гигантский зыбун действительно формировался прямо на глазах, хоть и не успел ещё подобраться вплотную к нашей стоянке.
— Основная масса припасов оставалась в лагере, и нужно было спасти всё, что поддавалось транспортировке, — закончил инструктор. — В итоге мы успели выскочить из опасной зоны до того, как зыбун окончательно активизировался, да ещё и забрали с собой львиную долю снаряжения.
Цзян Чэн кивнул, подытоживая:
— Именно так всё и было, как сказал командир Цзянь.
Слушавший их Хуан Дахэн всплеснул руками:
— И это всё?! Почему звучит так, будто вы просто за хлебом сходили? Дайте лучше я расскажу! Какая была смертельная опасность, а у вас всё так буднично и пресно!
— Действительно, слишком сухо, — впервые за долгое время поддержал его Цзянь Суйчжи.
Хуан Дахэн прокашлялся и шутливо объявил:
— Так, народ, переходите на мой стрим! Режиссёр, глянь там, у меня показатели в бэкэнде ещё не взлетели до небес?..
— Зачем слушать, если тот момент случайно попал на одну из оставленных камер? — безжалостно прервала его Су Наньнань. — Никакие рассказы не сравнятся с тем, что видишь своими глазами.
— И то правда, — согласился Хуан Дахэн. — Помню, мы были уже метров за триста, но даже оттуда чувствовали, с какой дикой скоростью проседает почва! Пылища стояла — ничего не видать, только командир с Цзян Чэном несутся во весь дух, а земля буквально уходит у них из-под ног!
[Мать моя, да даже от текстового описания веет фильмом-катастрофой! Страшно представить, что там творилось на самом деле...]
[Молюсь всем богам, пусть съёмочная группа выложит эту видеозапись!!]
[Я в шоке... Оказывается, они были на краю гибели... Какое к чёрту шоу в таких условиях!!? Жизнь участников вообще ни во что не ставят?? Зачем подвергать людей смертельному риску?!]
[Погодите, стихию никто не мог предсказать! К тому же группа оперативно эвакуировала всех из опасной зоны, сработали четко.]
[+1, да и с ними был профессиональный спасатель в качестве инструктора! Теперь видно, что он там не ради красоты, своё дело знает.]
[А Цзян Чэн?! Он что, не участник?! Почему Цзян Чэн не эвакуировался вместе с Небесным королём и остальными?! Ах да, у нашего Чэна же мало фанатов, значит, можно и подставить?!]
Цзян Чэн пробежал глазами возмущённые сообщения и ровным тоном произнес:
— Командир Цзянь находился на дне каньона один, ему требовалась подмога. Поэтому, предупредив команду, я сразу отправился к нему. Это было моё личное решение, съёмочная группа тут ни при чём.
Режиссёр изумлённо уставился на Цзян Чэна. Он уже приготовился взять весь удар и шквал критики на себя, а парень вот так просто заступился за них.
Вообще-то, для любого артиста это был идеальный шанс сыграть на жалости фанатов, показать себя жертвой обстоятельств и набрать кучу лайков.
Симпатия публики — вещь предсказуемая: стоит кумиру проявить слабость, как в поклонниках просыпается материнский инстинкт и желание защитить. И наоборот: если звезда слишком самостоятельна и сильна, эмоциональная привязанность аудитории слабеет.
Однако режиссёр не учёл другого фактора: человеческой природе свойственно не только сочувствовать слабым, но и восхищаться сильными.
— Разумеется, мой поступок повторять не стоит. А инструктор Цзянь — настоящий профессионал, так что наш случай совершенно не подходит в качестве примера, — Цзян Чэн озвучил короткую самокритику и посмотрел прямо в объектив камеры, понимая, что его слушает огромная аудитория: — Если вы окажетесь в пустыне, то, помимо воды, еды и укрытия, четвёртой жизненно необходимой вещью станет трекинговая палка. С её помощью нужно постоянно проверять плотность песка перед собой.
— Если на пути возникнет подозрение на небольшой зыбун — обязательно обходите его стороной. Если же есть признаки масштабного провала — тем более уходите подальше, даже не пытайтесь подходить ближе из любопытства. По возможности поставьте предупредительный знак для тех, кто может пойти следом, — строго резюмировал он.
[Перевожу слова Чэн-гэ: если вы не обладаете монструозной силой, как мы с командиром Цзянь, то даже не дергайтесь, вы — простые нубы, не повторяйте в реале, это смертельно опасный трюк! — [Фанатик Чэн-гэ №1 подарил стримеру Цзян Чэну 1х Сукияки с говядиной вагю]]
[Учитель Цзян изо всех сил пытается скромничать, но уровень мастерства не пропьёшь! Мы всё поняли!]
[Скажем прямо: кто ещё в шоу-бизнесе, кроме Цзян Чэна, может похвастаться навыками уровня профессионального выживальщика?! — [Прохожий АБВ подарил стримеру 1х Чёрный трюфель]]
[Учитель Цзян отчитал нас так строго... Но почему мне от этого строгого голоса так безумно хорошо, у-у-у!]
Комментарии ушли в совершенно неожиданное для Цзян Чэна русло. Он беспомощно улыбнулся:
—... Я вообще-то совсем не это имел в виду.
[Не оправдывайся, Учитель Цзян~ Мы всё превосходно поняли!]
[Именно-именно! Но мы, фанаты, будем вести себя скромно, не волнуйся~]
[Честно говоря, у меня возникло подозрение, что Цзян Чэн — это засланный в шоу-бизнес спецназовец (собачья морда)]
[Вау, комментатор выше подал невероятно горячую идею!! Мой внутренний фанат просто ликует!]
[Красивый, а в нужный момент от него веет такой опасной и властной аурой... Обычные артисты так не умеют. Учитель Цзян — наше сокровище!]
Глядя на то, как комментарии становятся всё более «дикими» и при этом невероятно близкими к истине, Цзян Чэн нервно вздрогнул. Сердце ушло в пятки, и он не решился больше вымолвить ни слова.
Так как зрители регулярно задавали вопросы инструктору, Цзянь Синцэ и Цзян Чэн делили один общий стрим на двоих. Разумеется, командир видел всё, что писали в чате.
Он тихо, едва слышно усмехнулся.
Цзян Чэну показалось, будто этот бархатистый смех прозвучал у самого его уха. Интересно, над каким именно комментарием посмеялся командир?
И без того испытывая неловкость, Цзян Чэн от этого смешка ощутил резкий скачок пульса. Он замер на месте, выпрямив спину и превратившись в самого послушного образцового ребёнка.
Переждав самое пекло в тени гигантских финиковых пальм, группа перекусила захваченным сухопайком.
На человека полагалась всего одна пачка галет, да и ту Цзянь Синцэ строго запретил съедать за раз — не больше трети.
Цзянь Суйчжи погладил абсолютно плоский живот: ему казалось, что его кубики пресса скоро окончательно испарятся от голода.
— А нам обязательно так жестко экономить прямо сейчас? — осторожно поинтересовался Хуан Дахэн.
Радуясь возможности сменить тему, Цзян Чэн упаковал остатки галет и ответил:
— Дело не в суровости условий. Тебе же лучше есть понемногу, но часто.
— За один крупный приём пищи организм тратит гораздо больше воды на переваривание, что быстрее приводит к обезвоживанию, — добавил Цзянь Синцэ. — Так что Цзян Чэн прав: дробное питание в пустыне куда безопаснее.
Хуан Дахэн удивленно моргнул. Вот оно как... Тут уже медицина и физиология подтянулись. Ладно-ладно, признаёт свою неграмотность.
[Вот оно что оказывается... Век живи — век учись! Запишу себе!]
[Каким бы странным ни казался приказ инструктора, Цзян Чэн моментально улавливает суть!]
[Учитель Хуан, давай в следующий раз просто выполнять и не задавать вопросов, а то выглядим неумно, а-ха-ха!]
[А может, съёмочная группа специально назначила Учителя Хуана "почемучкой", чтобы через него просвещать зрителей?]
[Комментатор выше чертовски прав! На Учителя Хуана возложена великая миссия!]
[Спасибо, Учитель Хуан!!]
Выждав пару самых знойных дневных часов, отряд приготовился продолжить путь.
— В какую сторону идем? — поднялся Цзянь Суйчжи, отряхивая штаны от песка.
Куда ни глянь — повсюду простирался одинаковый пейзаж, а солнце висело ровно над головой, не давая ни малейшей подсказки.
— Мы же брали компас? У кого в рюкзаке? Доставайте, — сказал Цзян Чэн. — Нужное нам племя кочевников должно быть где-то на северо-востоке.
— Ой-ой, сейчас! — засуетилась Су Наньнань.
Она расстегнула рюкзак и принялась в нём копаться, но, не найдя прибора, озадаченно спросила:
— Я никому из вас его не отдавала?
Цзянь Суйчжи и Хуан Дахэн тоже стали торопливо перерывать свои вещи. Мелочёвки в сумках хватало, и вспомнить, куда именно засунули компас, никто не мог.
Глядя на эти метания, Цзян Чэн посмеивался про себя. Твердил же им запоминать, что и куда кладут — всё впустую.
Переглянувшись с Цзянь Синцэ, он сочувственно улыбнулся:
— Пока они найдут компас, мы успеем пройти добрых полсотни метров.
Цзянь Синцэ чуть изогнул губы:
— Ты уже определил направление?
Цзян Чэн указующим жестом махнул рукой:
— Вот в ту сторону, плюс-минус пару градусов. Что скажешь?
— Угу. Тогда идём, — Цзянь Синцэ подхватил свой рюкзак и окликнул остальных.
Хуан Дахэн опешил:
— Вы уже уходите?! Мы же компас ещё не нашли! Куда идти-то?
— Я точно помню, что доставала его и клала в боковой карман... Куда он делся... — бубнила Су Наньнань.
[Моя рассеянная доченька...]
[Потерять компас в пустыне — это же катастрофа! А направление Цзян Чэна... Кажется, он ткнул пальцем в небо? Звучит не сойти как надежно!]
[Но инструктор же согласился?]
[Цзян Чэн, конечно, крут, но в таком месте нет ни ориентиров, ни нормальной тени... На каком основании он определяет сторону света?]
[+1! Если ошибиться с направлением, в пустыне это верная смерть! По-моему, лучше подождать и найти компас.]
Цзянь Суйчжи осенило:
— А в карманах куртки смотрела?
Су Наньнань похлопала по груди, затем запустила руку в глубокий карман ветровки — и замёрзла. Смущённо улыбнувшись, она выудила оттуда компас:
— Нашла-нашла! Слава богу!
— Чуть инфаркт не получила, — Хуан Дахэн облегченно перевёл дух и припал к стрелке: — Так, нам нужен северо-восток...
Су Наньнань развернулась вслед за стрелкой, зафиксировала направление и указала рукой вперед:
— Северо-восток там!
Подняв глаза, она увидела Цзян Чэна, который с ироничной ухмылкой стоял ровно на той линии, куда показывал компас:
— Успокоилась? Ну, тогда пошли.
Су Наньнань:
—... Реально, ходячий чит.
[Чёрт! Он реально угадал направление?!]
[Где там диванные эксперты, кричавшие, что Цзян Чэн ткнул пальцем в небо?! Учитель Цзян — это ходячий учебник с эталонными ответами! Не согласен — получи в грызло!]
[Вот этого я искренне не понимаю! Почему Цзян Чэн и инструктор с одного взгляда знают, куда идти?!]
— Учитель Цзянь, ну поделись секретом! — полюбопытствовал Хуан Дахэн.
— Секретом? Этому не научишь на ходу. Во-первых, нужен базовый багаж географических знаний, а без него любые методы бессмысленны, — ухмыльнулся Цзян Чэн.
— Эй, Учитель Цзянь, за такие речи и по шее получить можно! — шутливо погрозил Хуан Дахэн.
Цзян Чэн засмеялся и сжалился:
— На самом деле всё элементарно. Главное условие — знать, что в пустыне Тэнгэр господствуют северо-восточные ветры.
Он показал рукой на дальние песчаные дюны. Постоянный северо-восточный ветер Тэнгэра вытачивал наветренные склоны дюн в длинные, пологие спуски, тогда как подветренные оставались короткими и крутыми.
Скопления барханов образуют уникальный рельеф, сохраняя при этом строгое единство формы — всё видно как на ладони.
— Видишь, как всё просто? Раз мы знаем, откуда дует преобладающий ветер, определить любую сторону света — дело двух секунд, — объяснил Цзян Чэн и лукаво посмотрел на Хуан Дахэна: — Но главный вопрос в другом: ты знал про господствующий северо-восточный ветер?
Хуан Дахэн:
* * *
Естественно, не знал.
[Чёрт, у скромности Чэн-гэ действительно есть веские основания!]
[А-ха-ха, Учитель Хуан, против фактов не попрешь!]
[Объявляю Цзян Чэна ходячим эталоном!]